Live Your Life ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Последний шанс Code Geass Средневековое фэнтези ждет своих героев! VEROS

Все права защищены, misterium-rpg.ru 2007-2017 ©

FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 3 кнопочкам ежедневно*
Волшебный рейтинг игровых сайтов Рейтинг форумов Forum-top.ru

Клуб Форролл, рекламные объявления ФРИ, общение админов и мастеров

17087 год - Эра Раскаяния
16 Июня, Пятница 14:00.
Время в ролевой

Погода в Талькосе: День. Легкий ветерок. Тепло. Малооблачно.
Погода в Блекморе: День. Холодный ветер с гор. Прохладно. Малооблачно.
Погода в Лэвиане: День. Легкий ветерок. Тепло. Ясно.
Погода в Захрэме: День. Безветренно. Жарко. Пасмурно.



Администрация от всей души поздравляет участников и гостей форума с юбилеем и благодарит за совместно пройденный путь длиной в десять лет, за впечаляющие результаты совместной дружной работы, позволившие создать целый уникальный мир с яркими самобытными фигурами и тысячами и тысячами лет увлекательнейшей истории! А так же вашему вниманию представляем приуроченное к нашему с вами празднику:
- Великий юбилейный Золотой Ящик 2017!
- Обновление товаров Мистической лавки
- Лотерея "Аттракцион невиданной щедрости"

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Мистерия » Лагерь Ордена Обсидиановых Сердец, болотные земли южнее Югоса


Лагерь Ордена Обсидиановых Сердец, болотные земли южнее Югоса

Сообщений 61 страница 90 из 92

61

Кирк.
17087 год. 12 Июня. Раннее утро.
Лагерь Ордена Обсидианового Сердца. Плац.

Тяжёлым взглядом Омегон смерил каждого из молодых людей и никто, даже брехливый Лэрс, не рискнули открыть рта. Поскольку вопросов озвучено не было, то мужчина не стал задерживаться и распинаться.

http://storage3.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191340_5909135_c5fb342568.jpg
Омегон: - Разбирайте снаряжение, - кивок в сторону груды нехитрого скарба, чуть в стороне, - Брюхо набьёте у костра. И чтобы через пол часа духу вашего в лагере не было, - говорил он голосом спокойным, но твёрдым и не терпящим возражений. Отдав распоряжения, Рыцарь отправился восвояси, будто пасмурный циклон, гонимый штормовым ветром. В последнее время в лагере всё меньше и меньше было поводов для хорошего настроения, и не было удивительным, что агрессия и раздражение среди своих же вошли почти в постоянный обиход.
Среди снаряжения, выделенного им на сегодняшнюю миссию, находилось штуки три приличного размера баулов, стандартный набор из фляг, пары огнив, рюкзаков и минимальной походной пайки. Поскольку Торвальд уже стоял при полном обмундировании, сомнений не оставалось, что всё что осталось - предназначалось парням. Одного взгляда хватало, чтобы понять - мужчина выбрал себе самое лучшее и наиболее целое снаряжение. Кроме того, на нём не было баула, что могло сказать только о том, что перетаскивать тяжести из схрона будет никто иной как Кирк и его сотоварищи.

http://storage7.static.itmages.ru/i/17/0627/h_1498523206_1052565_9581c86857.jpg
Торвальд: - Кех!.. Ну чё, сопляки, вы его слышали? - крякнув, потянувшись поясницей, мужчина обратился к парням своим грубым, пропитым голосом. В этом голосе было заметно товарищеское дружелюбие, и его даже можно было бы терпеть, если бы не это раздражающее панибратство, да ещё от такого ублюдка, чья репутация даже среди местного отребья была испачкана.
Торвальд: - Слышь, щепка, нахрена ты опять свою хреновину притащил? Ты как её вообще по лесу волочить собрался? Нет чтобы нормальный дрын взять? Нет, никак? Ты ж ей даже не размахнёшься, пха!.. - таким не хитрым образом, Кирк и его выбор оружия, были подняты на смех. Лэрс глумливо усмехнулся, заняв сторону Торвальда, Герант же поморщился и принялся выбирать из того снаряжения, что ещё осталось. Если сравнивать размеры, то секира Торвальда, пусть и стояла на длинном древке, уступала размерами бердышу не менее чем на треть. Снабжена она была одним лезвием. Кирк знал, что её обладатель без труда орудовал ей, и был даже в состоянии продолжительное время рубить ей болотные деревца, поэтому предположения о его физической силе и выносливости были вполне обоснованы.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-07-10 22:41:05)

62

11 июня, Запасная стоянка лагеря Обсидиановых Сердец; после полудня.
Небо заволокли светлые перистые облака, ощущаётся лёгкий ветерок.

Лагерь оживал. Вернувшись с добычей, Владыка на некоторое время вернул своим людям веру в то, что происходящее может измениться в их пользу, что впереди ждёт нечто великое, а не вечность пребывания в гнилых болотах. Удивительно, но даже самые недовольные действовали весьма воодушевлённо, шумно обсуждая наличие пленников да отпуская солёные шутки по поводу добытых окровавленных доспехов. Как и ожидалось, кузнец был чрезвычайно доволен обретённому точилу, тут же прихватив его с собой для подготовки ремонтной площадки вместе с своим помощником.

Кроме этого, важной новостью было возвращение Темира. Шедимец, верный своей истинно-восточной терпеливости, выступил с приветственным словом только по завершению всех необходимых мероприятий по разгрузке, обработке ран и согласованию списков. Как подтвердил Герамир, у Ордена теперь хватит ресурсов на проведение «полутора» заявленных ритуалов – то есть в случае ошибки была возможность что-то изменить в ходе проведения, но только один раз, так что действовать стоило только после подготовки. И в этом случае вернувшийся маг был как нельзя кстати.

http://storage5.static.itmages.ru/i/17/0417/h_1492444539_3259184_f24c3a2812.jpg
     
Темир: Владыка, – одетый в лёгкую броню, этот мужчина среднего роста смотрелся достаточно хрупким даже на фоне северян, что уж говорить про самого Алфария, но эта показная слабость убийцы была ему только на руки. Многие уже поплатились своими жизнями за то, что беззаботно пытались поймать этого ловкого угря голыми руками, - я запутал следы идущих за нами на столько, на сколько это было возможно, – шедимец говорил достаточно чисто на общем языке, лишь изредка проскальзывали нотки иноземного акцента. Единственное, что отличало его от местных жителей – он всегда начинал повествование по нарастающей, начиная с собственных простых утверждений и заканчивая более сложными вопросами, - кроме того, удалось перехватить одного из нападающих. Жалкий шакал умер до нужных мне ответов, но и того мне было достаточно. Какие будут дальнейшие указания? – Судя по отсутствую бумаг на руках, добыть каких-то серьёзных письменных свидетельств житель песков так и не смог, но какие-то сведения у него были. Последний его вопрос имел следующий подтекст: Т’мир мог в развёрнутой форме поведать то, что он вызнал во время отсутствия, либо же ограничится краткой сводкой и приступит к иным поручениям.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-07-13 14:15:14)

63

Перемещение из Юго-запад Югоса, селение "Непризнанных" у стрелки Ристела.

Спокойное, почти отсутствующее течение в болотных заводях и омутах Ристела играло на руку новоявленным речным разбойникам Ордена, их груженное на отвал судно двигалось не только медленно, но и очень уязвимо из-за сильно просевшей осадки. Однако, за исключением разведчиков Непризнанных, никого более замечено не было и герои вернулись в лагерь с заразным чувством триумфа. Малым количеством, одной лишь отвагой и яростью, они сразили превосходящие силы противника, совсем как легендарные рыцари, которым так старательно пытались уподобляться эти люди. Пожалуй, один лишь Альфарий был задумчиво мрачен, осознавая всю важность прошедшей битвы.
Обсидиановое Сердце показало зубы, и не просто бросило вызов Церкви, но дало понять всякому заинтересованному о своих чудовищных возможностях, таким образом срывая блаженную вуаль отщепенцев с их мрачных, помятых лиц. Теперь они угроза, угроза для Инноса, для Империи и даже для вшивых разбойников Хвоста. Теперь каждый, чьи интересы хотя бы краем затрагивали болота к югу от Югоса, будут брать их в расчет и каждый реагировать по своему. Демонолог был уверен, что зачастую эта реакция будет агрессивной... И это было тем, чего так рьяно добивался сам бывший офицер. Стать кем-то большим, чем простым исполнителем, подняться выше банального связующего звена между Великими и Пешками. И понимание того, что первые ни за что не позволят шакалам распробовать вкус силы, стремясь задавить их в зародыше только распаляло азарт, отчего у самого берега их лагеря на лице Альфария засияла добродушная улыбка. Наконец-то он чувствовал себя свободным!

Дальнейшие часы были полностью заняты разгрузкой лодки и множеством организационных моментов. Магнус узнавал о переменах в лагере, а так же со свойственным себе красноречием поведал о свершенном подвиге, стрательно обходя тему пленных. На их счет Альф дал распоряжение проводить захваченных до знахаря для минимальной медицинской помощи. Все-таки, они действительно были ему ещё нужны, а зачем демонолог старался не распространяться, приковывая общее внимания к важности прошедшей битвы с фанатиками огненного бога. Кто-то, безусловно, посчитал бы это пустой болтовнёй, но дворянин всегда понимал важность информации и её правильной подачи. Пожалуй, благодаря только лишь этому понимаю ему удалось собрать хотя бы этих людей, а теперь удерживать их вместе. Безусловно, не помешало бы узнать кто из них сеет недовольство, которое сейчас так волшебно сменилось энтузиазмом... Подобный нарыв в критический момент всегда дает болезные последствия, так что лучше исцелить его заранее. Единственное, что упрощало задачу, так это отсеивание всех неофитов. С самого начала Магнус взращивал в Ордене какое-никакое чувство братства взывая к их обреченной судьбе и возможности достичь большего вместе, уподобляясь благородным организациям аристократии, но это касалось политической подготовки, с практической в Сердцах была принята банальная солдатская "дедовщина", когда старшие по званию и срокам службы понукают младшими, порой очень грубо и агрессивно донося нужные знания и даже позволяя "превышение полномочий". Все это настраивало "молодняк" против "старших", но так же создавало какое-никакое чувство общности у них и заодно отсекало "свежие" умы от уже "обработанных и остепенившихся". Снизу никак не было возможно повлиять на Орден, ни словом, ни делом...

Появление же Т'Мира несколько удивило Магнуса, хотя он был одним из немногих, кто так часто и много видел шпиона Ордена. Его отчет был к месту, но пока все равно не удавалось увязать все в общую картину... Нужны были детали и демонолог не пожалел бы ни секунды времени для них. Безумный в натиске, Альф не упускал возможности подготовить тыл, понимая, что отвага лучше работает там, где люди сытные, а умы - ясные.
- Рад тебя видеть, Темир. Ты никогда не подводишь Орден и работаешь, как гномий механизм... И так же в деталях я хочу знать все. А так же, по возможности... Что ты можешь сказать о связавшихся с нами "масках"? Ты же уже проинформирован о встрече и итогах? Возможно, мы нажили себе новых врагов, но мне удалось кое-что утянуть... У них нет единства, так что, возможно, тебе попадались какие-то крупицы информации.

Отредактировано Альфарий (2017-07-13 17:27:51)

64

Добыча была красноречивей любых слов, но выступление столь способного оратора, как Альфарий, только усилило ощущение собственной силы каждого представителя Ордена. Да, уже через час они заикнутся про невесть зачем взятых пленных, а утром самые слабые вновь напомнят о ржавеющих в болотной грязи ножах, но то будет потом. Пока же атфосфера была весьма воодушевлённая, так что стая шакалов радостно повизгивала добытым ресурсам. Последним, к слову, не преминули прихвастнуть и северяне, разжившиеся новыми элементами брони, оружия и прочей мелочи. Особенно был рад, конечно же, Аварон - шрамы, метки доблести, ещё раз отметили его тело. Шпион Ордена наблюдал за подобным бахвальством с ноткой лёгкого пребрежения, предпочитая считать количество полученных трупов, а не собственные раны. Может, поэтому, или откликаясь на вопрос обо всём, Темир произнёс:
- Я так понимаю, Омегон не знал о нападении? События грядущих дней... Их размах меня настораживает, - для тех, кто не знает Т'Мира, подобные слова окажутся пустым звуком, но Альфарий уже достаточно времени изучал шедимца, чтобы разобраться в скрытом подтексте речи: мужчина был крайне обеспокоен агрессивным характером происходящим, возможно находился в молчаливой оппозиции касательно последних событий. Ссылка на Омегона была лишним тому подтверждением, обычно взгляды двух приближённых Альфария не совпадали в таки вопросах. Да и как иначе, если Т'Мир никогда не выступал в открытых боях, предпочитая действовать в тени, сплетая интриги и вылавливая зазевавшихся? Впрочем, альтернативы у жителя Востока всё равно не было, так что после непродолжительной паузы он продолжил диалог.

http://storage5.static.itmages.ru/i/17/0417/h_1492444539_3259184_f24c3a2812.jpg

Т'Мир: К сожалению, я не выяснил всех подробностей вашей встречи, - что, собственно, не удивительно - из непосредственных свидетелей был только сам Владыка; Тормунд и Омегон, более ли менее посвященные, на разведке, а Пэл и вовсе был с Магнусом в недавнем бою, - и тем не менее, согласен: противники разобщены, словно небесные ветры, и каждый тянет в свою сторону. Что хуже, каждый из них стремится уничтожить всех остальных, и действуют с звериной жестокостью, - немного цветистая речь была обычным делом для восточника. Он немного боролся с своей любовью к эпитетам, но до конца изжить ещё не успел, - когда я отправил Пэла в лагерь, пришлось действовать с предельной осторожностью. Те, кто убил посланника на переговорах, были уничтожены в ответ всего за сутки, и всё, что я смог успеть, это обнаружить их тела. На место погибших прибыли другие, и тайная война продолжилась. В тот момент, когда вмешалась Инквизиция, многие уже никогда не оценят доброту света Инноса, пылая в вечности Ада, - последовала усмешка, - впрочем, костры фанатиков горели не менее ярко, так что одна из сторон затаилась. Тот, кого я смог поймать, скрывался под личиной обычного пекаря, и вместе с этим - это был настоящий воин, который держался до последнего во время всех моих...изысков. Всё, что он открыл, были лишь намёки на истинный размах происходящего. После этого вокруг моей шеи затянулась столь хитрая петля, что избежать её удалось лишь чудом, - судя по нервному подрагиванию пальцев, Темир действительно столкнулся с смертельными трудностями в тот момент. Кроме этого, подобная реакция служит знаком о том, что шедимец готов перейти к "прямой" стадии разговора, тезисно подводя всё обнаруженное собой, - что да наших противников в целом... Одни из них - Маски? - действуют грубо и решительно, пользуясь услугами тех, кого поймали с улицы за звонкую монету. Порой среди наймитов попадаются достойные умельцы, и это их спасает, в остальном их действия слишком запутаны и наивны, чтобы быть эффективными. Другие, я уверен, состоят в демоническом культе Шедима. Мне приходилось сталкивался с ними там, в песках, и вижу знакомый "почерк" действий. Никто, кроме них, не разбрасывается своими людьми столь просто и безжалостно, обрубая любые следы преследователям. И всё же на сей раз они выступают смелее, похоже что "Маски" некогда сильно насолили им...или обладают чем-то, что может вывести к Якорю Ишранкоха, - в глазах шпиона мелькнули странные огоньки, выдавая его острую заинтересованность этим артефактом, - что хуже, возня в тенях подстегнула Инквизиторов, и те хотят уже через день "решить вопрос Хранилища". О последнем, увы, я слышал слишком мало, чтобы судить конкретнее, -  в отличии от Альфария, конечно. Остаётся только надеяться, что разведка Ордена на сей раз выяснит местоположение вскользь озвученного Грюнвальдом схрона, иначе последняя серьёзная ниточка в этом деле оборвётся навсегда.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-07-15 22:14:12)

65

- Разбирайте снаряжение, брюхо набьёте у костра. И чтобы через пол часа духу вашего в лагере не было, - прогремел Омегон.
Ну, всё было ясно, ясно как день и вроде ничего особенного. В этом лагере всё равно лучше чем-то заниматься, чем лежать без дела, хотя Кирк сейчас может и не вспомнит, когда он мог за последний год хоть как то нормально отдохнуть. Его ежедневная рутина составляла каторжные работы, изнывающие каждую клетку тела, а когда представлялась возможность лечь хоть на подстилку для сна, это было наслаждением высшего порядка. Возможно, так и воспитывались своеобразные рабы, когда из людей делали скотину довольную тем что имеет… Таких работ мало аристократии могло перенести, Кирк свидетель многочисленных самоубийств, что таить, ему и самому приходили несколько мыслей связанных с этим… После всего, Кирку хотелось бы забыть к чёрту о  тех днях, но у него не выходит и никогда не выйдет.
А сейчас «набить брюхо у костра» была бы неплохая идея, перед этим естественно нужно собрать снаряжение, часть лучшего которое уже было разобрано Торвальдом, что не мудрено. И… Да! Баула у него тоже нет, кто бы мог подумать. А когда он начал хрипеть в сторону парней, Кирк хотел просто отмахнуться кивком и пойти по делу, но тут он задел лично.
- Слышь, щепка, нахрена ты опять свою хреновину притащил? Ты как её вообще по лесу волочить собрался? Нет чтобы нормальный дрын взять? Нет, никак? Ты ж ей даже не размахнёшься, пха!.. – Слушать этот мерзкий голос и подобные комментарии было не то чтоб неприятно, но очень раздражало молодого воина.
- Всем будет лучше, если мне не придется показывать тебе, зачем я таскаю это хреновину Торвальд. – саркастично произнес разведчик.
Такие оскорбления от него не редкость, но привыкнуть к ним было бы сложно, особенно с темпераментом Кирка, хотя он и желал пересчитать зубы уродцу уже давно, Альбер старался поддерживать нейтральные отношения с любым самым недоброжелательным братом по ордену. Ему казалось, что если он станет зачинщиком ещё одной из многочисленных перепалок между нижними членами ордена, то может потерять доброе доверие владыки Альфария, что было бы не очень выгодно на его месте. Хотя неизвестно, сколько ещё Кирк сможет терпеть, Торвальд судя по всему хорошо обращается со своим оружием и сам выглядит будто убивал не раз, но Кирк ещё никогда не принижал своих боевых возможностей. Не желая зацикливаться на этих мыслях Кирк пошел собирать снаряжение и поспешно пойти к костру, чтоб позавтракать, силы ему понадобятся. Баул, фляга с водой, обязательная походная пайка и огниво, то что Кирк обязательно взял, пока лишнего огнива не прибрал тот же Лэрс.

66

Кирк.
17087 год. 12 Июня. Раннее утро.
Лагерь Ордена Обсидианового Сердца. Плац.

На секунду Кирку могло показаться, что Торвальд засадит ему по лицу вот прямо сейчас. В глазах мужчины промелькнуло нечто очень недоброе, какая-то потаённая, животная ярость. Ярость, присущая убийцам, садистам, насильникам и ублюдкам. Однако уже в следующий миг Торвальд взорвался хриплым хохотом и подобрал с земли один из баулов.

http://storage7.static.itmages.ru/i/17/0627/h_1498523206_1052565_9581c86857.jpg
Торвальд: - За словом в карман не лезешь, кех! - крякнул он, впечатывая в грудь Кирка баул. Кто бы мог подумать! Разумеется, сам мужчина надевать на себя его не собирался. Дождавшись, пока Кирк возьмёт протянутый ему предмет, либо же попросту сбросив к его ногам, Торвальд похлопал парня по плечу и отправился к костру, бросив напоследок:
- Ты только поосторожнее с нею в лесу. Смотри не споткнись... - отчего-то, то, как звучала эта фраза, Кирку совершенно не понравилась. Несмотря на то, что тон всё ещё оставался притворно-дружелюбным, при желании в нём легко было найти угрозу.
За прошедшее время Герант уже успел забрать часть оставшегося снаряжения, не забыв присвоить одно из двух огнив. Второе взял себе Кирк, невольно почувствовав удовлетворение от того, что хоть где-то успел обойти проныру Лэрса. Тот настолько увлёкся спектаклем, что не сразу спохватился и приступил к разбору снаряжения самым последним.
Когда парни добрались до костра, то обнаружили, что Торвальд успел наполовину опустошить свою тарелку. Судя по остаткам густого варева в чане, мужчина забрал себе львиную долю того, что предназначалось на весь их отряд. Парням оставалось довольствоваться малым, либо же драться за полноценную пайку. Настроения для последнего варианта не наблюдалось ни у кого из двух спутников Кирка. Настроения не добавлял так же и хмурый повар... вернее тот, кому эту неблагодарную роль поручили этим ранним утром. Не перекидываясь ни словом, он навалил остатки варева по трём чашкам и зыркнул на Кирка так хмуро, словно бы это сам парень был виноват в его утреннем времяпрепровождении.
Нечто из грибов, картошки и чего-то не очень свежего было не самым лучшим и уж тем более не самым аппетитным началом дня. Но это нечто было хотя бы горячим, и пока оно таковым оставалось, Кирк был уверен, что сможет это съесть. Оставалось лишь закинуть эту невеликую пищу в своё брюхо, да отправиться следом за Торвальдом, который их уже поджидал, стоя на ногах, готовый в любой момент отдать команду на выход.
Собственно, эту самую команду он и отдал, не дожидаясь даже, пока парни закончат. Остатки варева пришлось закидывать в себя в спешке, после чего догонять мужчину. Увы и ах, перечить ему здесь, в лагере, пока поблизости находился Омегон, который и передал мужчине полномочия - было сущим самоубийством.

Кирк получает: Рюкзак походный (низкого качества), фляга малая (низкого качества), заплечный мешок - баул (низкого качества), огниво, запас провианта на сутки.

Кирк перемещён >>> Запад Мидленда: Старый Ристел

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-07-17 02:12:42)

67

Слова Т'Мира где-то частично, а где-то полностью подтверждали догадки Альфария и его собственное знание. Все это складывалось в чрезвычайно удачную и прекрасную картину, что при этом оказывалось очень настораживающим. Не может быть все так гладко и просто... У них так никогда не бывает. Впрочем, кажется, только одному Альфарию во всем Ордене было "просто" в этих богами проклятых болотах. Усталость и жажда свежего воздуха читалось на лицах каждого, даже сейчас, под толстым налетом ликования - ну а привыкший к жизни в "цивилизации" шедимец так и вообще не сильно скрывал своей настороженность. Имел право - по ценности, он был одним из самых незаменимых членов Сердец, при том что в любой момент он имел гораздо больше возможностей продать их с потрохами и скрыться. Он этого не делал и тем самым завоевывал огромный авторитет и уважение в глазах Альфария... Впрочем, и это тоже должно настораживать, не так ли?
- Говоришь, через день? Время у нас есть, Т'Мир, как раз столько, сколько и нужно... Но дальнейшие события будут разворачиваться чрезвычайно рискованно, особенно на фоне недавней резни, - крайние слова Альф произнес уже на тон ниже, проследив, чтобы их никто случайно или намеренно не подслушал. Положив широкую ладонь на покатое плечо шедимца, воин повел мага в сторону от центра лагеря, таким образом создавая атмосферу для по настоящему откровенного разговора, - Кровь полилась и её потоки будут становиться только гуще... Я не знаю, сколько это продлиться, но мои приступы безумия нарастают, но что хуже - они стали уходить, и накатывать волнами. Я собираюсь прибегнуть к ритуалу и найти Хранилище, чтобы достать Якорь для всех нас, а это вызов самой Инквизиции, такой, какого не было ещё никогда не ранее с самого Черного Понедельника. Ты мне нужен сегодня, больше, чем обычно, но потом я попрошу тебя залечь на дно так глубоко, как только сможешь. Я знаю... вы, Песчаные Змеи, роете глубокие норы.
Грустная улыбка скользнула по лицу Владыка, в очередной раз вспомнившего страшное предательство другого представителя шедимского племени. Но все это было лирикой, недостойными внимания песчинками мироздания... Гораздо больше Альфарий боялся громад скрытых угроз и возможностей, которые так просто упустить.
- Ты со мной, Черный Принц?
Протянув раскрытую ладонь, Магнус хотел сжать руку Темира в дружеском пожатии, но после, оставив того переваривать все услышанное, удалиться к Герамиру, их единственному знахарю и приступить к подготовке ритуала, а заодно по пути заглянуть к кузнецу и узнать, как долго тому придется работать над трофейным железном и подойдет ли кому захваченный двуруч. На его счет у Альфа тоже уже были кое-какие планы, только для их реализации нужно было как минимум двое, способных владеть такой махиной...

68

Слушать шедимец умел как никто другой, даже без встречных вопросов создавая атмосферу пронзительной заинтересованности, словно бы он старался запомнить каждое сказанное слово. Смуглое лицо помрачнело при упоминании новой резни и нарастающих вспышек безумия – не в том ли долг лидера, чтобы совладать над собой, а потом вести вперёд других? – а уж вызов на бой всего Монастыря Огня был для Темира смерти подобен. Прямой указ укрыться в этом случае оказался тем самым запретным плодом, обладать которым ты жаждешь, но просить не смеешь. И что ещё лучше, это свершится уже после ритуала, участие в котором для мага было крайне важным событием.

http://storage5.static.itmages.ru/i/17/0417/h_1492444539_3259184_f24c3a2812.jpg

Т'Мир: Чернью рождённый, во Тьме укроюсь. До этого момента все мои стремления последуют за твоей Тенью, - нараспев произнёс шедимец, протягивая свою руку в ответ на рукопожатие. В карие глазах мужчины вновь проявились те глубокие озёра, за которыми он привык скрываться самого себя. Это достаточно сильно отличалось от его последующих слов, сказанных словно бы в шутку, - но лучше я там останусь известен как Серый змей. Так легче оставаться на грани двух сил, и уцелеть, - после чего, вежливо откланявшись, дитя пустынь отправился в свою палатку. Кроме обдумывания, у него было немало иных дел, накопившихся за время отсутствия.

Таковые же нашлись и у Владыки. Первым на пути встретился кузнец, который, со своим помощником, уже разжигал меха импровизированной кузницы для начала работ над доспехами. Как он пояснил, «нарастить» кирасу под рост Альфария будет достаточно сложно, так что изворотливый ум железных дел мастера видел в использовании стальных лент, на которые он пустит добытый в том же бою нагрудник одного из лучников. Это, конечно, увеличит вес доспеха и уменьшит удобство использования, но всё лучше, чем оставить оголённые участки плоти. С кольчугой забот меньше, благо требуется нарастить три-четыре ряда звеньев, так что уже к утру латы будут готовы. К тому же времени Герамир гарантировал очистить от крови захваченный стёганный поддоспешник. Сложнее всего, собственно, оказалась ситуация с мечом: единственный, кому удастся справится с таким тяжёлым оружием, был Маат – озвученный ранее помощник кузнеца, до этого бывший лесорубом. По причине такого прошлого доверять ему подобное оружие было опасно, ибо владение таким оружием требовало от владельца некоторую ловкость и подвижность, коей Маат не обладал.

У травника, когда удалось его найти, дела были в том же состоянии: что-то уже решилось, что-то требовалось уточнить. Например, среди захваченных камней маны оказалось ровно по десять единиц для стихий воздуха, природы и огня, парочка от земли. В зависимости от того, к какому отростку Инферно будет происходить обращение, и зависит выбор изначального эфира. Самый непритязательным был план Бездны, поглощающий любой дар обратившихся. Только вот шанс того, что Ишранкох из этого подвида демонов, всё ещё низок, а потому воззвание к этому плану чревато последствиями. Голодными, злыми, уничтожающими материю последствиями.

  http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0519/h_1495203187_2097690_c51d067095.jpg

Герамир: В остальном я почти готов, Владыка, через час мы можем начинать подготовку, – травник указал на котелок с кипящим отваром, который поможет телам выдержат присутствие демонических созданий поблизости, а также на заготовку пасты для нанесения пентаграмм. Основным компонентом, конечно, была человеческая кровь, которую целитель – о, ирония, - сцедил у беспамятных пленников, но туда же добавлялись и иные компоненты, позволяющие сдержать гнев демона и ослабить его след в этом мире. Разумно, но некоторые демонологи предпочитают отказаться от подобных мер, ибо потусторонние силы охотнее откликаются таким призывам.

69

К сожалению, во всем лагере не нашлось более менее достойных кандидатов на владение грозным трофейным оружием. Это несколько огорчило самого Альфария, жаждущего разбавить их болотную жизнь ещё и небольшими играми. Однако, подобная затея теперь не имела никакого смысла, а вопрос массивного меча становился очень неудобным... Кочевой образ жизни предъявлял определенные требования и все, что принадлежало Ордену, было искусно приспособлено, а все, что не могло нести пользы, нещадно уничтожалось или далеко пряталось в надежде, что однажды надобность возникнет. Но тяжелый двуручный меч, настоящее оружие рыцаря было кое-чем, от чего нельзя так просто отказываться и убирать в долгий ящик. Искусная работа неизвестного мастера как минимум требовала уважения к вложенному труду, а как максимум обязывало найти владельца и дать отведать крови в руках нового хозяина. Что же, придется переложить эту проблему на Омегона, когда тот вернется... С молодняком он занимается куда больше самого Владыки, так что вполне возможно сможет найти мечу достойного воителя, если сам не решит оставить его себе, конечно же.
Информация же по латам чрезвычайно радовала и Магнус теперь был немного не в себе в предвкушении одеть обновки. Слишком долго он был в разлуке с спасительной сталью и вновь вернуть железную кожу казалось чем-то почти сказочным...

Однако, совсем не до сказок стало, когда Владыка добрался до травника. Даже посредственное обсуждение демонов навевало некоторое, почти незримое чувство угрозы и животного страха. Эти эмоции приятно щекотали нервы и заставляли нервно облизывать губы словно в предвкушении крови. Да, он уже очень давно не практиковал запретного знания и вновь ощутить потоки инфернальных энергий вокруг собственной обнаженной души становилось навязчивой идеей... Ох, как много же искушений обрушилось на широкие плечи воителя и эти закономерные перемены приятно тяготели, заставляя собраться и быть бдительным... жажда перемен была сильна как никогда.
- Меня радуют твои слова... Но у нас слишком широкий спектр поиска. Нам придется воззвать к самому Вечному Инферно и призвать действительно темную сущность... У нас есть двое пленников. Я должен буду поговорить с ними прежде чем мы начнем, чтобы выбрать жертву. Предупреди Т'Мира... Он понадобиться для ритуала контролировать потоки энергии. И ещё... Я хочу, чтобы на ритуале присутствовал Пелагель. Не смотри на меня так! Этот юноша стал привлекать к себе слишком много моего внимания. Сегодня я заметил на его теле следы изысканий демонолога. Нужно провести эксперимент с ритуалом. Но... держи меч наготове, неожиданности нам не нужны.

Отредактировано Альфарий (2017-07-20 20:47:31)

70

Герамир привык ко многому за время своей жизни. Утраты, поражение, искусство на грани тайного, нечто недоступное простому обывателю. Так ли много нового опыта принесёт ему демонология, с которой он сталкивается всё чаще и чаще? Сложно сказать. Так или иначе, полуэльф выглядел ни противник, ни соратником в тех делах, которые ожидаются на ритуале, и действовал чисто механически, практически не рассуждая о какой-либо иной стороне вопроса, кроме достижения поставленной цели. Происходящее для него было словно бы столбик цифр или очередной хитрый отвар, с которым он будет работать день ото дня.

http://storage1.static.itmages.ru/i/17/0519/h_1495203187_2097690_c51d067095.jpg

Герамир: Постараюсь проследить за тем, чтобы всё прошло удачно. К слову, стоит ли тогда сделать больше пасты? На случай создания дополнительных символов, - в этом был смысл. Некоторые пентаграммы могли блокировать действие щита на теле Пэлагеля, делая его ещё более восприимчивым к тёмному знанию. В то же время, иные оккультивные надписи помогут привлечь внимание более сильных демонов, несколько искажая общий круг призыва. Это небезопасно, конечно, особенно в присутствии Темира. Тёмный маг большую часть ритуала проведёт в достаточно напряжённом состоянии, концентрируясь на достаточно тонких материях. Сам по себе, он будет не в силах прикрыться от дыхания сил Инферно.

Получив необходимый ответ, лекарь поручил своему послушнику доставить пленника, и уже через минуту страдальцы предстали перед Альфарием. Забавно, что столь разные личности казались практически близнецами - подслеповатый взгляд, растерянность, и вязкий, буквально ощутимый, страх. Они боялись не столько личности, стоящего перед ними, сколько созданного ими же самими ореола безудержной опасности. Что задумал этот обожжённый изгой, который сохранил им жизнь? Кто он, наконец?

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191447_8569502_9ea52e114b.jpg

Вместе с пленниками в палатку вошёл и Пэл. Не успев - или не пожелав? - снять походный комплект, он выглядел на удивление воинственнее двух куда более взрослых мужчин. Его безусое лицо прямо-таки излучало желание избавиться от помех прямо здесь и сейчас, что никак не добавляло оптимизма служителям Инноса. Положив десницу на рукоять меча, юноша тихонько пристроился рядом сбоку под левую руку, чтобы в случае удара не пришлось бы тратить времени на разворот. Коротко бросив, - Т'мир подойдёт чуть позже, - Пэлагель замолчал, предоставляя слово своему лидеру.

71

- Осторожность не помешает. Если наши ресурсы позволяют, приготовь ещё, - отдав последнее распоряжение, Альфарий взял одну из чашечек с заготовленной пастой и стал самостоятельно наносить на свое тело ритуальные знаки. Безусловно, Герамир, Т'Мир и даже Пелагель кое-что смыслили в демонологии, каждый на своем уровне и каждый - со своими тонкостями. Но истоки их знаний лежат в поглощающем мраке сознания Альфарий и его мастерство выходило далеко за пределы понимания даже самого умелого демонолога из присутствующих. Впрочем, едва ли это требовалось уточнять, ведь Владыка был единственным во всем Ордене, кто обладал настоящим энтузиазмом в этой сфере и действительно вел научную деятельность.
А тем временем на уже не однократно отмытую кожу собственного тела Альфарий стал заносить знаки. Эти знаки, их смысл и роль он изучал на теле одного очень удачно подвернувшегося вифрея, могущественного мага Жизни. Животная выносливость и колдовская живучесть сделала из Йирта идеального подопытного, позволив изучить всевозможные диалоговые знаки, знаки защиты и даже нападения! Альфарий прекрасно представлял какую боль причинял тогда несчастному вифрею, но эта жертва теперь даст богатые плоды: обильно покрывая себя алхимической пастой, он создавал себе мрачную ауру превосходства и вызова, одновременно с этим перекрывая рунами защиты и даже пряча ловушки за умышленными слабостями. Когда сущность явиться на зов Совета Зла, её внимание будет всецело приковано к Альфарию, тем самым защищая других участников ритуала и мешая им самим воспользоваться её благами. Кто на это был способен? Кажется, Темр проявляет необычную заинтересованность, так что придется приглядеть ещё и за ним.
А вместе с тем был ещё Пэлагель, чье тело скрывало куда более долговечные и хитроумные защитные символы и следы ритуалов, которым только предстоит выявить себя и совершенно неизвестно, как демон среагирует на них...

Вскоре Магнус-старший закончил и теперь поверх ожогов и шрамов лежали вонючие символы, один взгляд на которые заставлял не оскверненное существо отвести взгляд, а порченное - смотреть внимательнее. Словно варвар из россказней жителей северных деревушек, он прошагал к приведенным пленникам, накрывая их тенью собственного тела и ошеломляя запахом пасты, изготовленной на крови. На силуэте непроглядного мрака и лоснящейся, мускулистой плоти сияли два карих глаза, отражая глубинный страх и проявляя необъятный, демонологический голод, лишь на время приглушенный сейчас.
- Хорошо. Мы скоро начнем... - сухо и на редкость без эмоционально ответил Альфарий, внимательно разглядывая жалкие остовы человеческих душ. Одна из них имела право на спасение в огне, другая же будет отдана этому огню на съедение. Предстоял очень нелегкий выбор и взгляд то и дело переплывал с одного испуганного лица на другой...
- Меня зовут Альфарий Магнус де Кэссель. Я принадлежу древнему дворянскому роду, многие века долгом и честью служащую имперскому трону. Долг и честь - слова знакомые мне не по наслышке. Вы пришли на эти болота, самонадеянные и глупые в своей храбрости... Вы пришли в мои владения и получили по заслугам. Однако, вы дали мне то, что я так долго искал. Один из вас заслуживает милости, - хищная улыбка проскользнула по лицу демонолога, а его глаза внимательно вгрызались в лица пленных, изучая их реакцию, - Правила конкурса просты! Перед вами положат шлем и развяжут руки. Тот, кто схватит его быстрее и раскроит голову другому быстрее - тот будет жить и наблюдать за судьбой жертвы. Пэл, предоставь им орудие убийства!

Вот и все. Конечно, пленники могут проявить сознательность... Но тогда обе их души будут отданы в дар голоду Вечного Инферно, а это была такая непозволительная щедрость. Впрочем, Альфарий не собирался ждать слишком долго - его расколотая душа жаждала начать ритуал и нетерпение от этого момента только нарастало!

72

Герамир кивнул головой, соглашаясь с рассуждениями Альфария, и приступил к заготовке ещё одной порции пасты, в то время как демонолог использовал изначально созданную часть. Оккультивные символы, пентаграммы и гексограммы легко ложились на обожённую, израненную плоть, словно бы для них это было лучшим покрытием. Некоторые из них получились на столько замысловатыми, что почти гарантировали шанс удачного общения с низшим демоном. Только вот, кто всё же откликнется на зов?...

В той же бессознательной запутанности пребывали солдаты монастыря Огня, на чьих лицах проступил благоговейный ужас от представленной им картины. Как могло показаться, озвученное имя только подкрепило ощущение безысходности, ввергая слушателей в состояние шока. Стало быть, демонологи!? Зубы одного из них стали отбивать мелкую дрожь. О нет, не будет им спасения ни от рук "дворянина", ни в Небесных Чертогах, даже если одному из них удастся купить свою жизнь ценой другого. И всё же, почему бы не попробовать? Бросив затравленный взгляд на своего товарища, один из пленников сунул связанные руки прямо под нос Пэлагелю, удостоившись за такой поступок хотя бы искорки благодушного презрения. Но дальше, едва движения стали свободнее да увереннее, мужчина первым делом решил испытать окружение на прочность, накидываясь, как ему показалось, на самого слабого из присутствующих.

Лёгким пируэтом юноша ушёл в сторону, подбивая колено нападающего да обрушивая его на землянистый пол палатки. Надсадно усмехнувшись, Пэл выждал несколько мгновений, достаточных для осознания узником своей ошибки, после чего обрушил на фанатика удар рукоятью кинжала. Бессильное тело, обмякнув, растянулось пред Альфарием и вторым пленником, неприятно подкупая своим полным бессилием.

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191447_8569502_9ea52e114b.jpg

Пэл: Ха, да я облегчил твоё спасение. Цени это, или понеси заслуженное наказание за глупость, - быстрым движением юноша вспорол верёвки на руках мужчины, слегка подталкивая его к шлему. Растирая кисти и пронзительно шипя, очередной трус затравленно осматривался вокруг, изыскивая иные пути спасения, отличные от безумной попытки его собрата. Стоит ли сказать, что он их не находил? Шанс выжить у него был один единственный, и обрести его можно было только ценой жизни другого. Напряжённо сглотнув и скрючив пальцы в защитном жесте, солдат всё же взялся за предоставленное оружие, преклоняя колено пред телом без сознания

Мерно постукивала ступка травника, отмеряя неумолимый ход часов жизни солдата. Руки, словно корни растения, оплели шлем в неумолимой жажде жизни, к которой стремилось вся сущность фанатика. Но такой ли ценой? Мелкая дрожь пошла по телу мужчины в тот момент, когда Пэлагель стал ещё на один шаг ближе к нему. Он не решится, - говорили Альфарию глаза юноши, в которых ожидание ритуала подстегивало и без того пылающую ненависть к служителям Инноса.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-07-24 23:02:50)

73

Внутри палатки стоял тяжелый, вязкий, душным полумрак. Низкокачественные свечи слабо коптили, наполняя мраком и без того темное помещение с едва движущимися тентами стен. Двигались ли они от слабого ветра, что дул сейчас снаружи и представлял собой единственный признак жизни в как будто опустевшем лагере? Каждая живая душа, ощущая собирающиеся в воздухе частички Инферно, инстинктивно пряталась, искала тени, укрытия и только бесстрашный, могущественный, глупый ветер гулял где ему вздумается, будто бы невоспреимчевый к ужасам Адского Пламени...
А может стены палатки дрожали от танцующих внутри теней, мрачный, конвульсирующих мутантов, искореженные отражения душ собравшихся. Кривые, резкие, обрывистые их движения сбивали столку, спутывали мысли и сама вселенная давила на единственного оставшегося в сознании пленника. Мысль Пэла была ясна как день и Альфарий измученно выдохнул. Он так жаждал борьбы, так хотел видеть в глазах жажду свободы и огромную силу воли, но встречал только слабость, глупость и ограниченность... Живи, становись сильнее, закаляй свою душу. Но фанатики продолжали цепляться за догматы, за устаревшую мораль и обгладывая кости давно погибшей надежды.
Карие глаза Альфария, словно поглощая мрак, уставились в дрожащее лицо пленника, неуверенно обхватившего шлем. Незамысловатое, но грозное оружие... Удар по незащищенному затылку, сотрясение, отек мозга и мучительная смерть. Демонолог был разочарован, но остатки человечности в нем ещё подкидывали разумные мысли. Не так просто отказаться от прошлого и шагнуть в неизвестность. Нужно ещё время. Совсем немного. Пара секунд, пока нетерпение перетекает в ярость и уже ничего не будет иметь значения...
Нужно приступать к ритуалу.
- Зовите Т'Мира, - произнесет Магнус вне зависимости от итогов борьбы человека с самим собой. Он жаждал продолжения, он хотел знать ответы, он хотел вновь окунуться в Скверну, так, словно соскучился за родной матерью...

Мать. Жива ли она ещё? Альфарий вдруг поймал себя на мысли, что не помнит её лица.

74

Решения не было ни внутри, ни снаружи. Возможно, будь ему отдан конкретный приказ или же страх чего-то большего, чем смерть, окончательно навис бы над головой, и фанатик бы ещё посмел отступиться от собственных устоев. Из него не вышло бы воина, конечно, но и рабы могут быть полезны. Если это рабство не проистекает из клетки собственного страха.

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191447_8569502_9ea52e114b.jpg

Пэлагель, получив указание, тихо фыркнул в сторону нерешительного пленника, добавив вслух, - надеюсь, тебя отправим в Ад первым, - после чего покинул палатку. Мелкая дрожь, словно воздействия ветра на листок дерева, пронеслась по всему телу фанатика. Он, вроде бы, уже готов! Но нет. Что-то его остановило, а затем события вернулись в иное русло, отвлекая Магнуса от труса. Собственно, Пэл успел достаточно шустро обернуться с приказом, и вот уже на пороге стоял знакомый житель Шедима.

http://storage5.static.itmages.ru/i/17/0417/h_1492444539_3259184_f24c3a2812.jpg

Т'Мир: Настала пора прикоснуться ко тьме внутри нас, и затребовать ответ от Первородной, - маг, как можно было заметить, тоже подготовился к ритуалу, правда, по-своему: открытые от плаща и одежды части тела покрывали различные символы религиозного или неизвестного для Альфария значения. Возможно, всё это имело отношение к культу Белиара, либо же как-то относилось к клану самого пустынника. Увы, демонов обычно мало заботят такие бесполезные для них вещи, как организованная людьми вера. Или же тайные знания тёмных культов как-то способно помочь в столь тонком искусстве, как призыв демонов?

Забытый всеми фанатик уже не издавал ни звука, ни вздоха, а лишь сидел с тупым, устремлённым в никуда, взглядом. Последняя соломинка в виде шлема выпала из его обессилевших рук, окончательно определяя для него судьбу. Возможно, где-то в глубине его трепещущей души ещё осталась надежда. Надежда на то, что его товарища скормят тварям Инферно, а его оставят впрок. Пожалуй, это было последнее, на что он ещё рассчитывал. - Чей круг заготавливать? - Герармиру было абсолютно безразлично душевные метания пленника, так что своим вопросом он забил прочнейший гвоздь в гроб сознания мужчины. Сама фраза, конечно, была адресована Альфарию, который выбирал одну из сторон Инферно для обращения. Странное чувство, практически граничащее с эйфорией сражений, окутало разум демонолога, намекая - выбор был верный. Остаётся только подготовиться и провести ритуал.

75

Последняя надежда лицезреть силу воли и жажду жизнь погасла и Альфарий не особенно цеплялся вниманием за пленников. Мелкая забава, неудачный эксперимент... Когда-нибудь он его ещё обязательно повторит, но сегодня этим людям предстоит умереть животной смертью - истратить свои души и плоть как сырье в чужих чудовищных замыслах. Внимание Магнуса, впрочем, не осталось долго бесхозным - появившийся Темир тут же приковал его к себе и таинственным знакам на своем теле. В неясном освещении палатки демонолог не смог разглядеть символы сразу, поначалу приняв их за что-то знакомое себе, но стоило только внимательнее вглядеться, как это заблуждение тут же развеялось - черная, непонятная вязь и бессмысленные с той точки зрения демонологии, что была доступна воителю, геометрические фигуры. Ритуальные символы? Религиозные суеверия? До селе Магнус отчего-то слабо задумывался над религиозным рвением шедимца, только сейчас осознав - смуглый и таинственный маг поклоняется темному божеству Белиару. Это не вызывало какого-то особенного отторжения или опасения, но все же оказывалось неприятным "открытием". Сам Альфарий давным давно отринул всех богов, презирая их власть и своей деятельностью как бы подчеркивая это, но в его понимании все боги были равны - все они лицемерны, лживы, ненужные этому миру и ненужные Человечеству. Однако, сам демонолог мог считать как угодно, но то, что он делал, бросало вызов лишь лживому свету, играя темным богам на руку. Если можно так сказать в их масштабах деятельности, конечно же...
Владыка не смог слишком долго концентрировать свои мысли вокруг этих образов, быстро увлекаемый голосом Герамира в ритуал. Внешне, конечно же, нельзя было определить задумчивость Магнуса, ведь он продолжал совершать какие-то машинальные действия, необходимые для ритуала и крайние из них было связано с бездыханным пленником, проявившим глупую заносчивость. Узловатые, мускулистые пальцы демонолога обхватили шею парня и подняли того с земли так, словно тот ничего не весил.
- Каад. Мы взываем к Скверне! Берегите свои тела... они особенно уязвимы к ней, - при этих словах Альфарий положил свободную ладонь на грудь, опустив голову и шепча ритуальные слова. Отдаленные намеки на множество демонических наречий звучали бессмысленно, но заряжали воздух разрушительной силой - силой, которая всегда дает шанс. Этим шансом однажды воспользовался сам демонолог и теперь маленькая жизнь в его груди неприятно заерзала, ощущая приближение энергии, породившую её...
- Пэлагель. Меч, - свободная рука Магнуса плавно перетекла с груди в широких жест в сторону стоящего рядом парня. Раскрытая ладонь требовательно ожидала рукояти клинка, дабы тут же полоснуть мягкое подбрюшье жертвы и пустить на специальную пентаграмму перед собой весь набор внутренних органов, при необходимости помогая им вываливаться прямым вторжением в рану. Все это носило характер подношения и одновременно приманки, ведь Скверна, родственная Природе, порождала хищников любящих плоть, особенно такие деликатесы, как ливер из органов высших рас. Уже потом, когда щупальца Каада неловко проникнут в эту реальность, особое значение принимало то, как разложены органы и как много крови пролито... В данном случае все это лежало на плечах Альфария, позволяя Герамиру роль арбитра, а Темиру - проводника, облегчающему ток энергии и дающих необходимый импульс. Роль Пэлагеля ещё только предстояло выяснить, бросая на него внимательный взгляд...

76

Пентаграмма была заготовлена услужливым лекарем, который после выполнения своей роли встал поодаль, заготовив под рукой кинжал. Он не знал, поможет ли ему это против одержимого и не окажется ли он сам по ударом, но вера в опыт Владыки перевешивала страх перед неизвестным. Т'мир, тем временем, заготовил пять кристаллов с природным эфиром, усаживаясь во внутреннем круге внешней границы. Это позволяло магу принимать непосредственное участие в формировании необходимых эфирных преобразований, при этом избегая большей доли опасности. Пэл пристроился рядом с Альфарием, почти у истока пентограммы, с холодной решимостью протягивая меч.

Хрип поднятого тела был пронзителен, словно бы все остатки сил ещё живого, треплющегося разума были направлены на этот скорбный жест. По глазам было видно, что его трусливый план по жертве другого провалился, а скованный страхом разум не смог найти иного выхода. Пожалуй, его смерть была более, чем заслуженной, и густая кровь послужила отличным поспорьем в делах демонологов. Разливаясь по истоптанной земле, окутывая линии и символы, они питала пентаграмму необходимой силой, тогда как призывы Альфария указывали направление.

Всё происходило постепенно. Скрюченное тело суетливо пыталось уцепить остатки своей жизни, только усиливая ток крови и приманивая потустороннюю энергию. Как было видно по пылающему "щиту" на теле Пэла, а также по визгливому писку пиявки в собственном теле, обращение было услышано. Накапливаясь, энергия инферно всё больше и больше проявляла себя, искажая природный эфир в необходимую форму. Один из потоков, словно бы играясь со смертным, вскользь коснулся тела Магнуса, выжигая с его тела одну из приманок. Удивлённый вздох оруженосца был подавлен в зародыше, потому как всё только начиналось.

Скрип симбионта стал почти нестерпимым, что означало лишь одно - дар плоти пришёлся по вкусу созданиям Бездны, и скоро одно из них явится в этот мир. Эта сущность, судя по поведению червя, будет демоном, и не самым низшим в иерархии. Впрочем, не в этом ли суть ритуала? Нужны ответы, а их знают, увы, не все, так что отклик даже такого монстра можно обернуть себе на пользу. Только как ему дать проявиться? Ещё живой сосуд второго фанатика лежал у ног, выступая новой жертвой либо вратами для выхода демона в этот мир. Одержимый будет лучшим проводником, чем бестелесный отпечаток, и способен задержаться в этом мире подольше. Решить этот вопрос предстояло Альфарию лично.

Вторым, не имеющим ответа, был юноша, вокруг которого хаотические вспышки проявление инфернальной энергии словно бы гасли, натыкаясь на невидимую стену. Харамидан гарантировал спасение души, но никак не тела, а значит некто постарался оградить юношу и более мощными средствами, неизвестными пока даже де Кэсселю. Символы Темира, напротив, уже проигрывали неравную схватку против всеразлагающей энергии, постепенно опадая с тела вместе с кожей. Процесс кислотного гниения был медленным, но достаточно опасным для тела жителя пустынь.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-08-02 21:11:09)

77

Сердце яростно билось в трепещущем страхе, совершенно не скрываемом, откровенном, чистом ужасе живого существа перед нечто. Малая толика его ауры, просочившаяся сквозь созданную между вселенными брешь, тяжелой тенью легла на всякую материю, особенно на живую, так, словно она сама обладала голодом и стремилась утолить его. Вся установленная защита и меры осторожности только раззадорили бессознательную силу, увеличивая её натиск на слабых. Краем глаза Магнус видел, как смуглая кожа Темира приобретает нездоровый оттенок, стремительно шелушится... Ещё немного такого воздействия и мерзкие язвы вспыхнут алыми бутонами на тонком теле шедимца. Такое внимание к магу демонолог воспринял как оскорбление - он, его плоть, его душа самая желанная здесь! И тварь чувствовала этого, заигрывая с символами на мускулистом теле Альфария...
- Он ещё жив, - то ли для себя, то ли для неизвестного демона произнес Владыка, слабо пиная сапогом тело перед собой. Его органы, кишки, желудок, все было разложено рядом и жизнь стремительно утекала из него вместе с кровью, фекалиями и мочой, наполняя внутреннее убранство палатки мерзким запахом, и таким невообразимо аппетитным... - Я чувствую тебя, даааа... Чувствую.
Пальцы свободной руки схватили второго пленного за воротник и резко вздернули его, заставляя неуверенно встать на ноги - осознает ли парень свидетелем какого события он стал? Что творится в его голове? Что происходит в его душе... Панический, иступленный страх можно было ощутить невооруженным глазом, а мысли легко представить - "...зачем я пошел в этот поход, зачем я пошел в служители церкви, зачем я родился, мама?!" И отчего-то это так забавляло Альфария, так... нравилось ему, одновременно отзываясь какой-то необъяснимой горечью. Он все ещё жаждал борьбы, хотя и понимал - её не будет.
Легким усилием демонолог заставил пленника вновь упасть на колени, закрывая ладонью лицо. В свете дрожащих свечей можно было увидеть кривую спираль, начерченную поверх широкой кисти воина, а вокруг неё иглой нанесены чернильные рубцы приглащающих символов. Это душа была готова, это тело открыто для демона и теперь только сила духа самого парня могло спасти его. Еже ли нет, Альфарий почует жжение - по крайней мере, так писал дядюшка Альберт, - и в тот момент, когда оно будет особенно сильно, нужно избавить жертву от глаз и покуда ладонь будет оставаться на своем месте демон должен быть заточен в теле, как в тесной темнице. Дальше полагается решить дальнейшую судьбу заточенного демона... Однако, его сила и возможности были неизвестны, ведь их обращение прозвучало к целому Плану.
Параллельно, демонолог обращался к собственным знаниям и чутью, дабы предвидеть опасность, продолжая сжимать второй рукой переданный Пэлагелем меч.

78

Ощущение кардинально отличались от описанных. Вместо разжигающегося костра, Альфарий ощутил погружение собственной руки в кипящий серный котёл. Озеро боли со звериной жадностью терзало его плоть, словно бы желая сожрать и преобразовать эту плоть как и всё сущее во Вселенной. Тело фанатика, до сего момента обессиленное, постепенно видоизменялось под действием демона. Появлялись уродливые язвы, мышцы, словно змеи, ползали под кожей, а лицо, некогда человеческое, обернулось жутким оскалом потусторонней твари. В этот момент кинжал легко оборвал тонкую ниточку сознания фанатика, лишая его глаз.

Т'Мир, сконцентрированный на поддержании потоков, ещё выдержал этот театр превращений, а вот Пэл ощутимо подался назад. Вцепившись в кинжал на поясе, юноша нервно облизывал побелевшие губы. Словно бы чувствуя страх оруженосца и отстраненность мага, одержимый едва ощутимо дёрнулся в их сторону, пытаясь нащупать жертву своими пустыми глазницами, но удерживающий его демонолог и сочная груда мяса под ногами были куда прельстительней. Вкусив потрохов принесённой жертвы, демон постепенно обретал законченную форму. И видит Бездна, лучше бы явился кто иной.

Ингр'Хвэ, в шутку ради или от горькой иронии, именовали «Добрым дедушкой Скверны», и демон активно потворствовал этой легенде своим образом и поведением. И вроде бы нельзя сказать, что он был одним из сильнейших порождений Каада, но тысячелетний опыт и воистину паронормальные умения делали его крайне опасным противником. Как назло, в «совете» он чаще всего откликался на зов – потому как знал много больше других – и многие неопытные демонологи пали на этом ритуале, попадая в глухие тенета голода Ингра. С другой стороны, «дедушка» отличался некоторой «честностью», давая один более ли менее ясный ответ на первый услышанный вопрос. С какой целью и для кого он выработал этот принцип – неизвестно. 

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0808/h_1502212458_5665736_69a5945d80.jpg

Ингр'Хвэ: И кровь, и плоть, и ещё три жертвы… На столько сильно ты желал нас призвать? Хэ-э, – Голос старца постепенно становился глубже и чётче, в нём стали проявляться нотки различимых эмоций. Судя по интонации, демон был доволен и жертвой, и предложенным для него сосудом, однако проскальзывало в его речи и что-то насмешливое, словно у Ингра было своё мнение на исход происходящего события. Тем не менее, его мутации прекратились окончательно, формируя законченный образ без демонстрации клыков.

Новых слов от демона пока не последовало, лишь терпеливое выжидание, сопровождаемое неспешным пожиранием живой плоти. Для «старца» оно было и лучше – чем больше материала будет в его теле, тем легче пойдёт преобразование, а потому Альфарию стоило спешить со своими вопросами. Неизвестно, сколько времени у него есть до того момента, как Ингр окончательно закрепится в новом обличие. Возможно, стоило и вовсе лишить его такой привилегии, одним ударом меча разрывая связь с плотью.

79

Слабые человеческие тела, тощие, дрожащие души с трудом переносили жесткий напор демонической ауры, даже Альфарий испытывал давно позабытый дискомфорт, но продолжал стоять твердо, не нарушая ритуала. Малейшая ошибка и все может обернуться страшной бойней... Бесславный конец для демонолога и его заблудших союзников. Не сегодня, не в этот день...
А тем временем присутствие демона нарастало, энергия Скверны жадно принялась переделывать и изменять обретенную плоть, даря Магнусу колоссальное эстетическое удовольствие. Подобные метаморфозы были материальным воплощением его собственных идей - меняйся, сражайся, поглощай, становись сильнее и сражайся, меняйся дальше... Словно в насмешку, тварь даже после значительного изменения оставляла человеческий, почти безобидный образ. От того сцены каннибализма смотрелись ещё более ужасно и мерзко, а контраст ауры и внешнего вида усиливал животный страх. И снова только Альфарию удавалось держаться, потому что он сам вкушал человеческой плоти и сам носил под сердцем демона - пускай он был чудовищно слаб, он владел знанием и опытным достаточно, чтобы быть уверенным в своем превосходстве. Пока...
- Ишранкох. Демоническая химера. Я воззвал к Совету Зла ради этой твари - и я хочу найти его якорь в этом мире. Где он? - Альфарий, изменяя своему обыкновению, не стал заходить издалека, отбрасывая долгие вступления, эпитеты и демонстрации собственных знаний. Он знал - время сейчас стоит многого, а знания - ещё большего. Нельзя давать столь могущественному демону форы и поводов для игр, хотя видят Боги, как же демонолог этого жаждал... Жаждал общения с своим "кумиром", жаждал силы и испытаний. Все это было так близко, все это касалось его кожи, заигрывало с инстинктами. Если бы Альфарий мог... но эту мысль он отбросил сразу же, как только понял КТО явился на его зов. Ингр'Хвэ трудно не узнать, в книге Альберта ему дана очень подробная характеристика... Быть может, все дело в его напускной добродушности? Пока её было плохо видно, особенно под мерзкое чавканье и хруст перемалываемых костей. Но придя на зов кто-то менее могущественный, Магнус непременно попытался бы изловить демона и пополнить свой Орден бойцом иного плана. Теперь на это оставалось пускать слюни - сила Обсидианового Сердца ещё слишком мала, его собственные силы незначительны ради столь сложного мероприятия. Если бы только Регрет последовал за ним...

80

Судя по ощущениям, демон несколько удивился прямоте требований Магнуса. Возможно, он желал пикирования словами, битвы умов, но получил удар молота против своей шпаги. Нельзя сказать, что Ингр совершенно растерялся, но этот этап ритуала был выигран за счёт грубой силы Мясника.

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0808/h_1502212458_5665736_69a5945d80.jpg

- Ишранкох-изменник, Перевёртыш Гнилых Болот. Его «врата» находятся в руках старого дурака, который не представляет ценности полученного дара, – в голове Альфария на единый миг вспыхнул уже знакомый образ одного человека.

http://storage7.static.itmages.ru/i/17/0430/h_1493577108_5396771_9dd843c890.jpg

Второе воспоминание относилось к месту, где, скорее всего, находился «Золотая маска». Сложно было сказать наверняка, но похоже что он скрывался неподалёку, где-то по ту сторону Ристела. Найти его по выжженным в голове зацепкам будет делом одних суток.

Ответив на вопрос, старец закончил лакомится предоставленной плотью, замирая на какое-то время. Очередная попытка метаморфозы привела к тому, что кожа покрылась толстым панцирем из корост и рогового слоя. Желая ещё потянуть время, Ингр, играясь, спросил: и это всё, что ты хотел узнать?– Кроваво-гнойная жижа под руками «старца» стала постепенно окутывать его когтистые пальцы, формируя на ладони некий глиф. Через мгновение этот символ смотрел на демонолога с предостережением и вызовом одновременно, - быть может, наша встреча выйдет чуть плодотворнее после небольшого соглашения…

Метка Скверны. Пожалуй, одна из самых неоднозначных и неизведанных пентаграмм, которая при всяком своём создании совершенно непредсказуемым образом влияет на тело и душу демонолога. Традиционно принято считать, что эта печать - гарант некого соглашения, которое будет заключено меж демоном и его призывателем, но что-то свидетельств выживших «отмеченных» было слишком мало, чтобы говорить об этом наверняка. Кроме того, метка куда как более заметна для магических способов обнаружения, так что скрываться в дальнейшем будет куда сложнее. Единственным светлым пятном в обретении такого знака было то, что он действовал до исполнения одной поставленной задачи. Только вот что это будет за повеление?

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0808/h_1502212458_5665736_69a5945d80.jpg

Ингр'Хвэ: Ишкранкох должен остаться в вашем мире – пленённым волей или скованным плотью, – «старец» определённо хитрил, устанавливая столь «простое» требование ещё до ответа Альфария. С другой стороны, Ингр в любом случае не остался бы без награды – у него уже было две души, и ещё одна трепетала в руках. Темир, - и если ты готов отдать ещё одну душу мне, поимка Перевёртыша пройдёт куда как менее болезненно, – на последнем слове Ингр рассмеялся противным скрежетом, осознавая безвыходность имеющейся ситуации.

Шедимец пострадал от двух вещей – собственной убеждённости в силе его веры и слишком большой жажды прикоснуться к потустороннему. В отличие от Альфария и Пэла, его тело никоим образом не закрывалось от дыхания Скверны, а разум, не подготовленный к общению с демоном, уже поддался на едва слышимые обещания «старца». В лучшем случае, житель востока будет одержимым на службе Ингра, в худшем – его плоть послужит пищей для демона. Так или иначе, магическая сила Ордена в ближайшие двое-трое суток будет сильно истощена, если вообще переживёт этот ритуал.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-08-11 07:43:13)

81

Невероятно, но "маски" все-таки обогнали Альфария и смогли завладеть якорем! Безусловно, это было вопросом времени, но демонолог был шокирован тем, насколько стремительно его обскакали - или якорь всегда был в руках Золотой маски? Сомнительно... Что ещё интересно, чьими руками он был добыт из засады паладинов и демонического кургана. Неужели наниматели сами полезли в гущу событий, нарушая собственные замыслы, или же у них был кто-то ещё на примете? Тогда причина несговорчивости в вопросах цены становилась очевидной. Ну что же, он теперь владел всей необходимой информацией, заплатив за это лишь незначительной жертвой... А сколько было приобретено во время охоты и подготовки к ритуалу? Безусловно, пока что Магнус находился в фантастически жирном плюсе, настолько, что даже его демонический голод был вполне удовлетворен. Вот только Ингр'Хвэ, совершенно обескураженный поведением вопрощающих, цеплялся за мир смертных, стремясь пустить отсюда ниточки... И Альфарий был готов услышать предложение, на секунду задерживая удар меча. Он внимательно вцепился взглядом в метку Скверны, изучая каждую деталь, каждую незнакомую линию и всей душой прислушиваясь к ощущениям. В чем же была выгода для демонолога? Душа шедимца взамен на... благосклонность могущественного демона и его помощь с якорем. Но нужна ли была Магнусу помощь? И что будет потом... Мельком Альфарий осмотрел бедного Темира, ставшего теперь лишь бледной тенью прошлого себя. Его мрачная загадочность, тонко внушаемое чувство угрозы, все растворилось, расплылось в аромате гнилых фруктов и наркотического нашептывания. Совсем скоро щупальца Скверны разорвут мага на кусочки.
- Я напишу тебе позже, - вдруг резко отрубил Альфарий со всей возможной силой опуская клинок меча на шею жертвы - или уже демона? Он собирался разом отсечь голову от тела, прикладывая для этого всю возможную силу и при необходимости тут же повторяя удар до получения нужного результата.

Почему же Владыка остался глух к словам демона? Пожалуй, ему было что терять - полноценного и верного члена Ордена. Ордена, что создавался с таким трудом, чье существование - заслуга каждого члена. И размениваться душами собратьев было слишком низко и недостойно для Альфария, уже и без того бездушно разорвавшего свою душу куда более ужасными деяниями. Что же, он действительно запомнит Ингр'Хвэ и его склонность к договорам, что непременно задокументирует в своем фолианте. Когда-нибудь, демон будет призван вновь, но тогда демонолог будет контролировать ситуацию всецело и уже он будет ставить условия. Так и только так Альфарий был готов работать с инфернальными планами: ни единой слабости, ни одного малейшего послабления...

82

Первый же удар по "облаченной" панцирем шее отозвался ещё одним взрывом скрежетавшего смеха. Нет, коросты ещё не успели окрепнуть на столько, чтобы могучий удар демонолога не смог пробить бы их, однако такая попытка разорвать налаженный разговор показалась Ингру забавной. Вторым ударом голова была отделена от шеи, и вслед за этим произошёл ряд событий.

Первым на землю пал Т'мир. Побледневший и осунувшийся, шедимец был без сознания, на границе меж миром Жизни и Смерти. Его дыхание, слабое и прерывистое, отлично демонстрировало последствия ритуала для жителя Востока. Вместе с ним осел и Пэл, чья внешняя оболочка распалась, а символ, её создающий, выгорел без остатка. Отличаясь от трупа возможностью дышать и говорить, юноша непрерывно бормотал себе что-то под нос, то и дело хватаясь за отсутствующую рукоять меча. Отсутствие внешних повреждений и демонического огня в глазах ясно демонстрировало невозможность одержимости, скорее это был шок от увиденного...или услышанного. Всё же только разум Альфария был надёжно укрыт от льстивого шёпота старца. Последний, к слову, перед уходом в свой план оставил ещё одну выжженную метку в памяти: слишком размытую, чтобы осознать её, но в то же время достаточно ясную для навязывания, без возможности избавиться от неё как от случайной идеи. Метка, скорее всего, должна была навредить сильнее, потому как вместе с ней с тела ушла очередная пентаграмма, призванная обмануть демона.

В палатке наступила тишина. Герамир, "вооружившись" своими снадобьями и мазями, подступил к безсознательному телу шедимца. Едва лишь успев взглянуть на него, лекарь бросил короткую фразу, - сильно пострадал. Он не скоро встанет на ноги, - после чего началось священнодействие исцеления. Менее пострадавшему Пэлу полукровка буквально вручил бутылёк с резко пахнущей жидкостью, которую дрожащие руки юноши удерживали с большим трудом.

Альфарий, на фоне окружающей разрухи, мог бы ощущать себя наименее пострадавшей стороной, если бы не многочисленные повреждения, полученные в ходе ритуала. Утихнувший паразит постепенно возвращался к "жизни". Тело мужчины, прикоснувшееся к инородной стихии, постепенно разгоралось воющей болью. В особенности это чувствовалось в руке, которой демонолог удерживал ныне сгнивший труп фанатика, а также в пылающем от грубого вмешательства разуме. После такого испытания даже Магнусу потребуется длительный отдых, чтобы снова вернуться к делам с полной силой. Впрочем, выбор варианта развития дальнейших событий опять лежал лишь на его плечах.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-08-13 11:30:37)

83

Конечно, демон не захотел спокойно уходить, громко хлопнув дверью напоследок и оставив след на каждом участнике ритуала и особенно сильно досталось шедимцу. На секунду Альфарию показалось, что Т'Мир погиб, однако, Герамир быстро успокоил Владыку. Единственный маг ордена был жив, но явно оклемается ещё не скоро... Произошедшее заставило демонолога серьезно задуматься. С одной стороны, он определенно точно поступил правильно, что не стал затягивать разговор и удержался от соблазна экспериментировать. Пройди их контакт с тварью чуть дольше, последствия стали бы куда более непредсказуемыми... С другой стороны, они крайне плохо подготовились к ритуалу. Не проверить подготовку Темира было очень опрометчивым решением, впредь Альфарий не допустит такой ошибки - с другой стороны, он испытал глубину и силу защиты Пэлагеля, правда, частично разрушив её. Да и сам Магнус ощущал на себе последствия контакта с инфернальными энергиями, но для него, если исключить усталость, это были приятные ощущения... Чувство силы и вседозволенности наполняли его и раздували тщеславие до невиданного размера; игнорируя боль и недомогания, Владыка стоял широко расправив плечи и ухмыляясь, его глаза были полуприкрыты. "Что же ты оставил для меня, демон? Проклятие? Или угрозу?.."
- Я позову помощь, - глухо бросил воитель, разворачиваясь на одних пятках и покидая палатку. Спертый аромат болот с новой силой ударил ему в нос, гармонично вплетаясь в фантомные ощущения присутствия Скверны... Разложение и возрождение, погибель и развитие, все переплеталось здесь и там. Он жив, он все ещё жив и его соратники тоже.
Окликнув ближайшего из "сердец" в лагере, Альфарий вернулся в палатку и распорядился помочь Герамиру с Т'Миром, а сам подошел к Пэлагелю для детального осмотра и первой необходимой помощи. Для парня это был его первый осознанный опыт в демонологии, но судя по долговечным, ритуальным знакам в его жизни это был далеко не первый контакт в принципе... Альфарий хотел по горячим следам извлечь максимум информации и более того - изучить последствия влияния демона, выбившего Пэла из себя. Быть может, тогда и он сам сможет понял чем поплатился за контакт с Ингр'Хвэ... Конечно, после всего все они заслужили хороший ужин и крепкий сон... Дворянин не собирался пренебрегать ни первым, ни вторым, тем более, скоро им предстоит новый поход и теперь орден будет выступать в полном составе: они выбью якорь из рук "масок" и используют его мощь во благо Ордена.

84

Немой вопрос, беззвучная мысль об угрозе неожиданным образом отозвалась новым ощущением, схожим с испытанным ранее. В отличии от более яркой вспышки, подобное можно назвать искрой – словно бы небольшой огонёк загорелся перед туманной картиной, освещая неясный силуэт своим тусклым светом. Скорее всего, это был облик демона – на это ясно намекали непропорционально длинные лапы и словно бы изломленное тело. Впрочем, привлекало даже не это, но что-то другое. Нечто такое, что никак не связывалось с этим образом, словно бы лишний мазок на картине. Но что это?

Насущные проблемы временно вытеснили загадку старца Скверны. Из-за влияния инородной энергии, к слову, поиски свободного бойца несколько затянулись – все, кто только мог, укрылись подальше от палатки с проводимым ритуалом. Возможно,  это была бессознательная попытка бегства, а может и вполне себе осознанная защита. Что же, на примере Темира было видно, что Грюнвальд был прав в своей догадке: нет ничего страшнее для демонологии, чем безграничная жажда неопытного.

Вскоре был найден кузнец Кай, который, увлечённый работой с металлом, словно бы и не заметил проведённого ритуала. В этом деле ему помогал уже знакомый Обур и неприметный в последнее время Маат Нимор (помощник кузнеца). Медвежья сила последнего оказалась отличным подспорьем для лекаря, и вот уже через мгновение шедимца отнесли в его собственную палатку, оставив на месте ритуала отходящего от шока Пэла и Альфария. Юноша, по-видимому, стал ощущать действие лежащих на нём печатей – по крайней мере, ярко пылающий «щит» на шее юноши постоянно подвергался попыткам последнего прикоснуться к этой метке, словно бы она его тревожила.

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191447_8569502_9ea52e114b.jpg

Пэлагель: Не так я себе представлял счастливую воссоединение, - прохрипел юноша, тут же разбавляя речь щедрым глотком некого травяного настоя. Прокашлявшись, он пояснил свои слова, - не знаю, каким образом действовал призванным вами монстр, но он знал моего дядю и смог показать его мне. Его облик я увидел столь ясно, словно бы он вживую стоял передо мной. Что-то просил, о чём-то увещал… Были какие-то картины и до этого, но слишком неявные, размытые. А после Маграта во мне словно бы что-то надломилось, и образов стало куда больше… - Похоже, что внешняя защитная оболочка юноши была как-то завязана на силе духа, потому как после подрыва собственной веры юноша оказался уязвим для воздействия старца. Последний, судя по всему, любил играться с мыслями и желаниями живых ничуть не меньше, чем преобразовывать мясные оболочки, и достиг в этом деле значительных успехов. Последствие одного из изысканий Ингра Альфарий тут же ощутил на себе – лишь прозвучало имя дяди юного Сарелла, как очередной огонёк загорелся на оставленной картине. Возможно ли, что эта тварь была одержимым Магратом, который не смог справиться со своими желаниями? Или старец намекал на что-то иное?

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191447_8569502_9ea52e114b.jpg

Пэлагель: Кха, - юноша сплюнул острую колючку, попавшуюся в питье. Рассмотрев её внимательнее, он болезненно выдохнул, - было ещё…Что-то. Я не думаю, что это было со мной – история словно бы из другой жизни. Но дядя, однажды, занимался подобным ритуалом. Точнее, не он, но люди по его повелению. И вот эта штука, – Пэл указал символ на своей шее, в очередной раз попытавшись стереть его, - появилась у меня с того времени. Было убийство, и не одно. Все участвующие тогда погибли...от рук дяди. Их кровь сейчас на мне, в этом знаке, – шок Пэла становился всё более и более понятным – Ингр, похоже, смог пробудить в его памяти столь грязные моменты общей истории Сареллов, что юноша просто не выдержал такого крушения собственной веры в чистоту родственника. С другой стороны, этот эпизод демонстрировал удивительную заботу Маграта – скорее всего, пентаграмму «щита» он создавал, как говорится, «в живом присутствии» (то есть воспользовался помощью некого демона, на энергии которого защита проверялась) после чего скормил призванной сущности всех остальных участников и воспользовался прокажёнными останками для усиления созданного символа. В отличие от Альберта, Маграт определённо не желал вовлекать своего племянника в оккультивные таинства, но стремился защитить его от подобных воздействий в будущем.

85

Надо признаться, демон, с которым столкнулся сегодня Альфарий, был куда более могущественным и сильным нежели всё, что встречалось ему на этом поприще прежде. Даже когда он практиковал демонологию вместе с Регретом, они никогда не заходили так далеко и не взаимодействовали с столь сильным инфернальным созданием, как сегодня, а потому последствия, которые тот оставил после себя, представляли невероятный научный интерес. Похоже что "старец" был прекрасно осведомлен об очень многих вещах и особенно о делах семьи Сареллов... Или же он брал информацию прямо из темных уголков памяти юноши? Тогда к чему этот демонический, размытый образ в сознании самого Магнуса? Пожалуй, вопросов становилось только больше... Но были и ответы.
- Твой дядя могущественный и мудрый демонолог, Пэлагель. Он знал и понимал, что единожды коснувшись Скверны, она как заразная болезнь прилипнет к душе и будет заражать все, что тебе дорого, покуда не пожрет весь мир... Только всепоглощающее пламя способно остановить её и Маграт хотел уберечь тебя, дать время не сгореть первым и не пасть жертвой того, что он уже начал и не мог остановить. Никто не сможет, Пэл, и это не повод для самобичевания, - Альфарий внимательно осматривал гаснущие очертания защитного символа, поражаясь хитрости и простоте его исполнения: защита, основанная на силе духа! Доселе Мясник считал, что взаимодействие демонологии и силы духа просто невозможно, но сейчас, прямо на его глазах это опровергалось! Стоит ли говорить, на сколько сильно Альф возжелал завладеть секретом подобной защиты и механизмов применения силы духа? Впрочем, все это лежало сейчас прямо перед ним, в раскрытых воспоминаниях Пэлагеля.
- Ты дал слабину и поплатился за это, но ты все ещё жив! Позволишь ли ты раздавить себя чувству разочарования и обиды, или встанешь, принимая свой злой рок?! Готов ли ты бороться или будешь пускать слюни на осколки несбыточной мечты? У тебя есть прекрасная возможность... - Магнус указал пальцем на защитный символ, - ...обрести великое могущество. Все что тебе нужно, это только встать.
Закончив, Альфарий поднялся, ожидая когда юноша поднимется следом. Он заранее знал какой выбор сделает Пэл и сейчас продолжал хищно ухмыляться... Теперь он не выпустит парня из орбиты своего влияния. По крайней мере до тех пор, пока он оставался тем же пылким и отчаянным парнем, готовым на все ради собственного, ещё совсем хиленького тщеславия, тогда-то и Альфарий сможет извлекать из него пользу.
- Нужно прибраться здесь и всем хорошенько отдохнуть. Я удалюсь к себе... Пускай Обур сообщит мне, когда доспехи будут готовы, - бросив последнюю фразу, демонолог широкими шагами покинул палатку и направился к своей землянке, желая как можно скорее сесть за фолианты и как можно подробнее записать все, что извлек из сегодняшнего ритуала. Необходимо было занести записи о Ингр'Хвэ, о защитном знаке Пэлагеля и разобраться с образом одержимого Маграта. Кроме того, нужно было взять карту и разобраться с местоположением "масок", дабы разработать план нападения. Завтра рано утром он и сформированный им ударный отряд должен выдвинуться на место... Кроме того, скоро должны вернуться Омегон и Тормунд, чье членство в этом отряде даже не подвергалось сомнению. Оставалась только одна проблема - критическая нехватка времени. Если Орден промедлит ещё хоть немного, "маски" обскачут их ещё сильнее...

86

Стремление к несбыточному – одно из самых сильных, которым может загореться человек. Ничто не манит за собой так, как далекая мечта, светлый образ величия, упоение собственными достижениями, о которых говорили как о чём-то невозможном. В этом смысле каждое слово Альфария затрагивало чувствительную в данный момент струну в душе Пэлагеля, так что к концу речи юноша был настроен столь решительно, насколько это было возможно для данной ситуации. Нельзя сказать, что он окончательно принял учения демонологов и смирился с жертвами Маграта, но ещё один шажок в этом направлении был совершён.

http://storage9.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191447_8569502_9ea52e114b.jpg

Пэлагель: Мы сами выбираем ту цену, которую готовы заплатить, да? Что ж, тогда пусть и они будут готовы к тому, что я затребую за свою душу, – фраза звучало несколько избито и слишком помпезно, только вот для юноши, определённо, это не имело никакого значения. Как-то отвлечённо кивнув в ответ на приказ, он покинул палатку прочь. Герамир, задумчиво хмыкнув, приступил к изучению останков фанатиков – похоже что у травника были собственные интересы, только вот самосохранение для него стояло впереди возможности обрести знание.

До ночи наступила привычное затишье перед бурей. Неизвестная метка Ингра больше не давала о себе знать – либо не хватало слов-катализаторов, либо частота её срабатывания была чётко определена иными неизвестными. О разведчиках также ничего не было слышно, и даже после возжигания первых сигнальных костров они не появились в лагере. Что же, в некотором роде это можно трактовать как успех возложенной миссии, иначе бы Омегон не рискнул затягивать вылазку на такой срок. Посвятив остаток вечера на работу с бумагами, Альфарий получил не только местонахождение лагеря масок, но и соотнёс его с одной из точек на карте Грюнвальда. Соответственно, обращаясь к данным вампирши, во второй зоне должны будут находиться культисты Шедима, если когда-нибудь потребуется наладить с ними контакт.

Записи о демонах и печатях позволили структурировать полученную информацию, и, скорее всего, Мясник уже понимал принцип создания того «щита», который носил Пэл, а потому имел возможность воспроизвести его. Для этого, конечно, потребуются немалые ресурсы. Вторая печать, которая была сломана в ходе ритуала, тоже становилась чуточку понятнее – в отличие от духовной техники, которой владел сам Магнус, данная защита обращала силу духа наружу, отталкивая от себя энергию Инферно и ослабляя воздействие демонического эфира. Это нельзя назвать полноценной защитой от магии, но в ритуалах это может быть крайне полезно для дополнительной или основной защиты. Кроме того, использование подобного знака требует определённых познаний в силе духа, так что Пэл был невероятно близок к обладанию техникой, являясь кандидатом на третьего воителя после Альфария и Омегона.

Такие рассуждения и поисковая работа сильно вымотали и без того истощённый разум, так что дождаться разведчиков не удалось против всякого желания – ближе к ночи, сон окончательно взял вверх и утащил в пропасть Бездны. Ночь без снов, словно тёмное покрывало, окутало весь безумный тень сплошным непроницаемым полотном.

12 июня, утро.

   Пробуждение после такого ритуала сложно назвать приятным, но всё же определённые плюсы новый день преподнес – Обур, памятуя указание с вечера, представил на суд Владыки труды кузнеца. Да, доспехи наращивались за счёт других изделий, и в целом выглядели куда тяжелее, однако это уже была полноценная защита, способная выдержать удар меча или шальную стрелу. Кроме них, Альфарий получил обратно своё оружие, которое пострадало в той схватке с рыцарем, и было восстановлено трудами Кая.

Омегон, судя по его виду, оказался на ногах раньше Магнуса, и уже успел организовать некоторые работы по подготовке к грядущей вылазке. По крайней мере, братья-северяне стояли при полном вооружении, а Маат с любовью и гордостью всматривался в обретённый собой меч. Клинок двуручного чудовища пришлось укоротить, чтобы неопытный боец не навредил себе. Чуть в стороне от бойцов ближнего боя разместились Долсур с Тормундом, среди которых затесался Обур. Неизвестно, где и кого копейщик разжился арбалетом, но держал он его достаточно умело, чтобы заподозрить наличие полезных навыков. Пэл пока помогал Герамиру с кузнецом – у снабженцев было не мало забот о том, как подготовить такую ораву к выходу. Не хватало ещё трех человек, кроме пострадавшего Темира, и об их судьбе стоило разузнать до выхода.

       

Альфарий получает: стальные доспехи (с железными вставками), восстановленное снаряжение (цеп, мачете)

Отредактировано Нейтральный персонаж (2017-08-16 13:55:21)

87

Пробуждение на следующее утро оказалось мучительным, все тело Альфария ныло и стонало от страшной, тупой боли, которая как будто миллионами червей копошилась под кожей, вызывая желая содрать ее... Уснул Альфарий, к слову, прямо на раскрытом тысячелистном фолианте, отпечатав на половине своего лице пентаграмму призыва Ингр'Хвэ. Кривые линии пересекались с шрамами на лице, несколько изменяя структура призыва, что тут же заметил демонолог глянув в осколок стекла, коим владел. Замеченные особенности тут же были занесены в фолиант, но потом с громким хлопком захлопнут. Магнус, расправив плечи, покинул свою уютную, сырую землянку и тут же окунулся в бак с стоялой водой, что подготавливал очередной дежурный к утру. Сильная болотная вонь и привкус ничуть не смутили дворянина и он принялся жадно поглощать влагу,утоляя свою демоническую жажду.

Новые доспехи пришлись Альфарию по вкусу, их увеличенная тяжесть приятно давила плечи и делала резкие движения более плавными и уверенными. К слову, надевать латы, кольчугу и толстый подкольчужник помогал уставший Пэл. После вчерашнего ритуала, Магнус твердо решил оставить парня при себе и назвать своим оруженосцем... Безусловно, это не умиляло власти Омегона над ним, но теперь юноша должен был прислуживать наследнику рода де Кэсселей, как того требовали рыцарские традиции. Тем комичнее казалась эта ситуация, если подумать кому приходил друг-другу их семьи... Сама судьба все расставила на свои места. Саррелы служили Магнусам, Магнусы помогали Саррелам.

Как только Альфарий был готов, он прошелся по лагерю, проверяя наличие людей и их собственную готовность, попутно распоряжаясь кого оставить присматривать за лагерем и Темиром. Помимо Герамира, это оказались Обур и Кай, а так же прочие неофиты, чьими жизнями не стоило понапрасну рисковать. Попутно с осмотром демонолог заглянул и к котелку с варевом на кости от убитого недавно кабанчика, отведав жирного кипятка и урвав кусок мяса вместе с нетронутым хрящиком.
- Хорошее утро, хорошие латы...прекрасный день, чтобы одержать еще одну! - произнес Альфарий, приблизившись к группе готовых к выходу людей. Омегон возвышался среди них скалой, поражая своей бодростью. Сам Альфарий хоть и ощущал легкое утомление, но едва ли это можно было прочитать на лице или вообще принять во внимание - облаченный в латы, он казался големом, лишенным вообще всего и созданный только с двумя функциями - внушать ужас и убивать.
- Все готовы? Кого не хватает? Пожрать, я надеюсь, никто не забыл! Омегон, как ваши вчерашние походы? Нашли что-нибудь? Бывали в этой точке? - Владыка протянул рыцарю карту, указывая на место расположения "масок".

Отредактировано Альфарий (2017-08-25 07:17:46)

88

Преемственность поколений прошла на удивление гладко – не смотря на отсутствие должного опыта обращения с тяжёлыми латами и всё ещё потерянный взгляд, Пэлагель действовал достаточно целеустремлённо в своей новой роли. Омегон, судя по двум коротким эпизодам, был весьма доволен подобным раскладом. Да, старый вояка ни капли не одобрил очередных заигрываний с демонами, но если юноша будет под личным надзором Владыки и в остальных вопросах, то это лишь упрочняет Орден. Последнего, в общем-то, сильно не хватало – даже сейчас, перед общим сбором, вояки скорее напоминали сброд, чем организованную армию, а потому на первый вопрос успели вылезти излишние комментарии. Обрывая повседневную болтовню резким окриком и грозным взглядом, рыцарь Ордена выступил вперёд. Едва взглянув на карту, он отрицательно покачал головой.

http://storage3.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191340_5909135_c5fb342568.jpg

Омегон: Мы успели проверить оставшиеся отметки по эту сторону реки. Вот тут, - мужчина обрисовал небольшую зону указательным пальцем, - тишь, не осталось даже следов. Зато в этом районе был обнаружен заброшенный лагерь, из которого бежали в спешке. Снаряжение, остатки палаток и обоза – на эту добычу я уже отправил разведчиков: Кирка, Лэрса, Геранта и Торвальда. Если они справятся, то в ближайшее время у нас не будет забот с оружием, – эта извечная беда болотных скитальцев, по видимому, и подтолкнула Омегона на формирование такого выхода. Впрочем, что там могло случиться? Заброшенные лагеря обычно представляют интерес для болотного гнуса да мародёров, опасность минимальна. Соответственно, рыцарь не стал более заострять внимание на этом вопросе, переходя к другим, - последнее... Хранилище там, – уверено заключил Омегон, отмечая последнюю неизвестную точку на карте, - однако, мы не смогли приблизиться к нему. Не сказать, что Церковники хранят его как зеницу ока или их там целая армия, но Тормунд предостерёг от дальнейшего продвижения, – если, когда-нибудь, спросить мужчину на счёт того, кому он больше поверит: сухим фактам или призрачному ощущению охотника, то Омегон выберет второе. Слишком уж часто «потустороннее» чувство спасало из весьма опасных ситуаций, - в то же время, он не считал угрозу непреодолимой. Надо нападать, командир, и действовать решительно. У нас на это хватит сил, – мужчина отступил на шаг назад, накладывая правую ладонь на рукоять булавы. Омегон и Альфарий, два закованных в латы монстра – именно им предстояло решить будущее Ордена, потому как выиграть схватку сразу с двумя противниками не представляется возможным.

Вопрос выбора стоял тем острее, что неизвестность была в обоих случаях. Серебряная маска, если не покинул своего «лорда», может в любой миг исчезнуть в неизвестном направлении, утаскивая тайну с собой в неизвестность. Та же участь поджидает демонолога в том случае, если его нападение на Инквизицию окажется провальным. И в то же время, некий призрак успеха преследовал оба направления. Что же, куда направится остриё атаки?

89

Шакалиный сброд, стая падальщиков, мерзких, упитанных гиен... В очередной раз Альфарий видел перед собой то, что было в его собственной душе - зверинец. Отбросы. "Армия", котоорую он заслуживал - и все же это было братство. Его братство - детище, уродливое и хромое, но плоть от плоти его. И теперь они, как один, готовы были пойти в сам Ад за своим Владыкой.... Или хотя бы проводить до врат, но Магнусу пока хватало и этого.
Он выслушал ответ Омегона, не найдя яснгсти по собственному вопросу. Значит, о местоположении "масок" точной информации нет... Но он все еще знал где это и намеревался немедленно отправиться туда.
- Хранилище больше не представляет интереса - Инквизиторы охраняют разграбленный курган, а его главное сокровище уже в руках золотой маски. Той самой, что не так давно хотела нанять нас для этой работы... Очевидно, им были нужны были руки, которые они с легкостью смогли бы обрубить. Я не клюнул на эту уловку, а благодаря вчерашним изысканиям напал на след обманщиков. Туда-то мы и двинемся и будет преследовать жертву до тех пор, пока не вырвем из их лап заветный артефакт...
Закончив краткий брифинг, Альфарий скомандовал грузится в лодки, а сам отошел немного в сторону. Он глядел на водную гладь, скрытую густой плесенью утреннего тумана, рои болотных насекомых уже вздымались над землей и их неприятные укусы ощущались повсюду. Латы плохая защита против них... Но среди болотной духоты, ароматов  разложения и увядания пробилось свежее дуновение с реки. Им осталось совсем недолго копаться в этой грязи - скоро Орден воспрянет... А пока на пути к их величию встали маски. И им следует умереть...
Запрыгнув в одну из лодок, Альф достал из планшета карту и принялся отдавать приказания. Он выискивал наилучший путь к их жертве, а заодно и разрабатывал план засады.

90

Рыцарь задумчиво прищурил глаза, узнавая новые подробности о судьбе их неудавшихся нанимателей и того загадочного «артефакта», за которым охотились уже столько времени. Упрямо тряхнув шапкой тёмных волос, он выразил своё мнение словами, - не думаю, что «Маски» смогли прошмыгнуть незамеченными мимо той стражи, чтобы выкрасть нечто из хранилища. Либо артефакт всегда был у них и им требовалась наша выступление против Инквизиции, либо они искали ещё что-то, – рыцарь не стал озвучивать того, что первый план, пусть и косвенно, практически сбылся, и последствие этого решения Орден мог наблюдать воочию уже где-то через час.

Первыми на пути следования Сердец по водной глади встретился небольшой отряд из лучников, которые следовали на лодке куда-то вглубь болот. В отличие от ранее встреченных фанатиков, эти были настроены куда как менее расслабленно и миролюбиво, да и на снаряжение они явно не жаловались. За первой встречей была вторая, третья… Численность вторжения напоминала действия опытного Охотника при облаве на хитрого зверя, и его загонщики уже готовились гнать добычу на флажки.

Пока стоял утренний туман, лодкам Ордена удалось скрыться в кустистых зарослях, пережидая нежелательную встречу в тени. У Альфария было время для подготовки нового плана действий, в то время как Омегон озаботился организацией вынужденной стоянки.

http://storage3.static.itmages.ru/i/17/0414/h_1492191340_5909135_c5fb342568.jpg

Омегон: Успеют ли наши «мусорщики» проскочить... – Задумчиво пробормотал себе под нос рыцарь, задумчиво дёрнув свой ус. Его мысли, судя по всему, были обращены к отправленным им разведчикам, которые пока и знать не могли про тот пчелиный рой, который стал шерстить болота вдоль и поперёк, - и, что не менее важно, успеем ли мы. Возможно, если вы добудете что надо, то мы сможем обратиться за помощью к… к иным силам, – Омегон буквально выдавил из себя это слово, с внутренним содроганием задумываясь об обращении к демонам, - иначе Хранилище будет для нас закрыто на долгое время, до нового набора, – «долгое время» в этом случае было очень аккуратной оценкой, потому как набор рекрутов для Ордена многократно усложнился с момента вмешательства Инквизиции. Сейчас, после негласного объявления войны Отверженным, Сердца и вовсе грозились остаться в изоляции, зажатый меж двух враждующих сторон.

Впрочем, пока стояли иные  вопросы. По карте выходило так, что для достижения лагеря Масок потребуется дважды преодолеть Ристел (как старый, так и «новый») с двумя длинными переходами по болотистым зарослям. «Чистые» пути, скорее всего, будут перекрыты вновь прибывшими служителями Огненного Бога и болотниками соответственно, так что пробиваться потребуется с боем. Безопасный же маршрут был на столько долгим, что прибыть удастся не раньше вечера, и бойцы будут сильно вымотаны вследствие сложной пересечённой местности. Не то чтобы до Хранилища путь был проще…но оно и располагалось значительно ближе. По удобству расположения оба места были примерно одинаковы – по крайней мере, без точной разведки местности нельзя было судить о точном плане нападения, не говоря уже про засаду.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Мистерия » Лагерь Ордена Обсидиановых Сердец, болотные земли южнее Югоса