Live Your Life ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Последний шанс Code Geass Средневековое фэнтези ждет своих героев! VEROS

FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru



17087 год - Эра Раскаяния
10 Января, Среда 12:00.
Время в ролевой

Погода в Иридиуме: День. Ясное небо. Холодно. Сильный, колючий ветер.

Произошел скачок времени №5, возможности скачка работавшие до 21 Октября, закрыты.
Идет битва с боссами: Короли трёх аспектов!
Подведены итоги голосования к литературному конкурсу "Мистерийская Книга Ужасов: Возвращение".

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Конкурсы » Литературный конкурс "Мистерийская Книга Ужасов: Возвращение"


Литературный конкурс "Мистерийская Книга Ужасов: Возвращение"

Сообщений 1 страница 12 из 12

1


КОНКУРС

"Мистерийская Книга Ужасов: Возвращение"
--

Суть конкурса
Зло. Много историй про тёмные дела, ужасные вещи и страшный события передаются из уст в уста, но часть хоть и является байками, вымыселом, чтобы напугать детей, но иногда за этой широмй таится и зерно правды. Может быть часть этого и должна быть похоронена под кучей вымесела, но рано или поздно зло возвращается и лучше быть к этом готовым.

Примечание:
1. Ужас - это основная тема вашего рассказа. Страшно должно быть либо персонажем вашего рассказа, либо читателям.
2. Жанр рассказа может быть любым, но все в рамках рейтинга и правил форума.
3.  Действие вашей истории может происходить как в Мистериуме, так и в альтернативном его подобии, а также во вселенной любой тематики на ваш выбор.


Правила

1) Участвовать могут только те, кто зарегистрирован в ролевой, и чья анкета принята. Все остальные вдохновившиеся могут поделится своим творчеством в соответствующем разделе.
2) Сочинение должно быть представлено в виде рассказа. Произведение не должно быть меньше чем 20 полных строк. В случае появления тут слишком маленького рассказа, он будет удален или перемещен в творчество/архив на усмотрение модераторов и в конкурсе рассматриваться не будет. Также не принимаются слишком большие работы, которые не помещаются в один пост.
3) Написание нескольких сочинений для конкурса запрещено - максимум одно. Какое прислано первым - то и считается.
4) Запрещен плагиат в любом виде, в том числе и в отредактированном. Рассказ должен быть ваш до последней буквы. В случае обнаружения плагиата - ваша работа будет удалена.
5) В теме запрещены комментарии к своим и чужим работам, а так же к правилам конкурса. Также запрещен флуд. Тема ТОЛЬКО для конкурсных работ. Для обсуждения работ вы можете создать тему в разделе флуд. В случае нарушения этого правила вы рискуете получить формальное или неформальное предупреждение, а ваши посты будут удалены.
6) Правила оформления текста вам следует соблюдать. Однако, если вы оформите свое творение как обычный книжный рассказ, ничего страшного не будет.
7) Администрация имеет право на замену приза снятием ранее наложенного предупреждения.
8) У работы должно быть название, которое выделяется жирным шрифтом.
9) Разрешается в работе использовать картинки и оформление. Главное, чтоб оформления было не больше, чем самого рассказа. Музыку и видео добавлять можно!
10) Теперь все тексты будут выкладываться АНОНИМНО. Присылайте свое творчество в ЛС исполняющему обязанности Вестника испытаний (Феррус), после чего работа появится в теме в ближайшее время, с присвоенным номером.

Информация
1) Конкурс стартует в 18:00 по МСК 12.10.2018. С этого момента вы можете присылать работы.
2) Прием работ закрывается в 18:00 по МСК 29.10.2018.
3) Администрация оставляет за собой право продлить срок приема работ.
4) Победитель конкурса выбирается общим голосованием всех жителей форума. Голосование будет открытым.
5) Голосование за победителя открывается ориентировочно,   29  октября 2018 года и длится около недели (до 5.11.2018). В этот промежуток времени вы можете проголосовать за любую понравившуюся работ.
6) Победителем объявляется тот, кто набрал больше всего баллов. Остальные места распределяются так же в зависимости от количества баллов.
7) В случае, если к моменту окончания голосования, две и более работ набирают одинаковое победное количество баллов, будет проведен дополнительный финальный тур, об условиях и сроках которого будет сообщено дополнительно.

Правила голосования
1) Голосовать может любой житель форума уже с зарегистрированной и принятой анкетой.
2) Недопустимы договорные голосования. Принуждения к голосованию посредством обещания каких-либо благ. Нарушение этого пункта повлечет за собой разбирательство, в котором все нарушители будут наказаны.
3) Запрещено голосовать более одного раза путем многочисленной регистрации персонажей. Нарушителя этого пункта ждет бан, может даже по IP.
4) Участники конкурса имеют право проголосовать за кого угодно, КРОМЕ СЕБЯ
5) Администрация оставляет за сбой право продлить сроки голосования.
6) Дополнительные условия голосования будут сообщены позднее.


Награды

За сам конкурс призовых мест 3
1 место: 1 очко верности + иконка "Возвращение Ужаса".
2 место: 60 баллов почета
3 место: 30 баллов почета

Но это еще не все. В ходе стандартного голосования, каждое очко голоса конвертируется в Творческие Баллы в соотношении 1=1.
Голос от игрока за 1 место = 3 балла
Голос от игрока за 2 место = 2 балла
Голос от игрока на 3 место = 1 балл.

Творческие Баллы используются в нашей Мистической Лавке, в которой продается множество полезных вкусняшек. Подробнее об использовании магазинчика можно почитать Тут.

Кроме того:
Все участники по сложившейся традиции добавляют в Великий Золотой ящик по 10 баллов удачи.
В качестве утешительного приза участники получают по 10 баллов почета.
Примечание:
Соавторство возможно, но нежелательно. Будьте готовы к тому, что награду поделят поровну (тогда очко верности заменяется на 60 бп). Творческие баллы в случае соавторства тоже делятся напополам с округлением в меньшую сторону.

Отредактировано Феррус (2018-11-03 10:17:02)

2

Работа номер 1

Тик-так-тик-так

отсчёт начинается.

№5
…бег обрывается тяжёлой отдышкой. Из последних сил я ныряю за угол и спиной прижимаюсь к холодной каменной стене. «Надо было больше заниматься» – думается мне, пока дыхание с шумом вырывается из лёгких. Рукой стараюсь его заглушить и прислушиваюсь. В тёмном, наполненном пылью воздухе подходящему готическому замку, слышится лишь тиканье вездесущих часов. «Тик-так-тик-так». Неужели удалось оторваться? Я медленно достаю маленькое зеркальце, что нашлось среди вещей обращённого в прах пленника. Аккуратно высовываю его за угол и до рези в глазах вглядываюсь в полумрак. Кое-как заколоченные окна. Висящие на стенах изодранные картины. Багровые подтёки на выцветших изорванных гобеленах. Во тьме я замечаю движение. Мурашки страха прокладывают свой путь по позвоночнику. Как бы мне сейчас не было тяжело после бега, я медленно, стараясь не шуметь, поднимаюсь. Разворачиваюсь. Мой путь лежит в глубокий мрак раскинувшегося передо мной коридора. Если составленная тем, другим, карта не врёт – этот путь приведёт меня в главный зал. Там две массивные лестницы и Дверь. «Тик-так-тик-так» подгоняют меня часы…

Я связан. Но прочность пут проверить мне не дают. В комнату входит доктор. Ничего особенного - белый халат, простая одежда. В руках папка и метроном. Внимание само собой сосредотачивается на буквах. «Дело № 1…» остальное будто бы случайно прикрыто пальцами. Доктор, приветливо улыбнувшись, ставит на стол метроном и запускает его. «Тик-так-тик-так».
https://69.media.tumblr.com/tumblr_liyfdtEhK41qg39ewo1_500.gif
Садится. Раскрывает папку. И углубляется в чтение, будто бы вовсе позабыв обо мне.

№4
…объединившись, мы убили чудовище! Огромный капкан отсёк ногу монстра, а удар копья, отобранного у одних из жутких доспехов, пронзил мерзкое крабье тело насквозь! Уродливое создание упало на землю и пронзительно, мерзко клокоча, начало дёргаться. Предсмертные конвульсии. Не думалось что нечто подобное я увижу в реальной жизни. На форуме – конечно, но чтобы так, в живую… Мы уже праздновали победу. И не удивительно. Чудовище повержено. Дверь рядом. Ключ - в руках. Будто бы ликуя вместе с нами размеренное «тик-так-тик-так» часов неожиданно обернулось победоносным боем. Именно из-за него мы и не услышали, как недвижимое чудовище склизко шевельнулось в собственной крови и выбросило вперёд заканчивающийся клешнями отросток…

Доктор закрывает папку. И смотрит на меня.
- Никаких расспросов.  – первые слова внушают скепсис - Я здесь не для этого. Всего лишь немного рассуждений, призванных, скорее, как говорится, «убить время».
Так и не дождавшись реакции, монолог продолжился.
- Для начала разберёмся: как это вообще возможно...убить время? Это не вещь, не предмет и пощупать, а то и ощутить его возможно разве что благодаря специальным приспособлениям – часам. Да-да, теми самыми, что напрягая слух, можно услышать в тишине почти любой пустой комнаты. Беспокойный шелест песка в песочных часах, или вечное, тревожное…
«Тик-так-тик-так» продолжал метроном.

№3
Оказалось что здесь есть еще люди. И они, как и я, игроки. Благо, мне доводилось бывать в теме «Наши фотки». Но узнали друг друга мы немного позже. При встрече же, из-за полумрака, чуть не прибили друг друга досками с гвоздями. И не удивительно, ведь это самое очевидное оружие, которое можно сделать из подручных материалов. Правда, в процессе разбора рассыпающейся в труху мебели все руки покроются занозами…но лучше так, чем не суметь отбиться от монстра. Судя по тому что мне удалось увидеть – то была жуткая помесь краба и гигантского слизня с щупальцами. Вот уж кто идеально подошёл бы для магии Скверны.
И…мне кажется, или при его приближении часы, которыми заполнены все стены начинают своё «тик-так-тик-так» куда быстрее?

- … И правда, ведь на самом деле время – не более чем свойство нашей реальности. Так называемая четвёртая координата, наравне с длиной, шириной и высотой. Как полагают, именно благодаря времени вокруг нас постоянно что-то происходит. Не будет «тик-так-тик-так» и всё застынет. Если угодно - умрёт.
Руки доктора разошлись в стороны, а потом сошлись вместе.
- Поэтому некоторые подкармливают время.

№2
Я не могу пошевелиться. Руки и ноги крепко держат, а спину холодит грубая поверхность. Не могу вздохнуть и закричать. Страх сковывает меня. И он лишь крепнет, когда глаза мало-помалу привыкают к темени. Я почти жалею о том что обретаю способность видеть. Вокруг меня пыточные инструменты. Железные девы. Испанские сапоги. Колодки. Сам я, похоже, закреплён на одной из дыб. Зловоние и доносящиеся откуда-то из-за едва-едва приоткрытой двери звуки вгрызаются в мой разум. Он цепенеет от ужаса. И единственное знакомое, пусть и постороннее в камере пыток «тик-так-тик-так». Этот простой звук скрепляет рассудок воедино. И я, наконец, пересиливаю себя – начинаю пробовать прочность оков. Мало-помалу они поддаются.
Кажется, целую вечность спустя, я покидаю провонявшую страхом и смертью комнату...

Доктор как ни в чем не бывало продолжает:
- Вы вздрогнули. Интересно…Чего может быть страшного во времени? В этом бесконечном «тик-так-тик-так». Некоторых оно даже умиротворяет. Вам нечего бояться. Если только вы не пытались от него…скрыться!
Очередная улыбка. Но она на этот раз куда более жестокая. На мгновение показались клыки.
- Каждая падающая в песочных часа песчинка, как каждое движение секундной стрелки методично срезает с вашей жизни пласт за пластом. Это плата за то, что мир может существовать. Но вы…вы наивно попытались обойти общий порядок вещей. Вы и ваши коллеги приносили себя, своё время в жертву вашему форуму! Посмотрите!
Доктор разворачивает папку и раскрывает, демонстрируя статистику

№1
Однажды я понял что истекаю жизнью. Я истекаю ею когда сплю, когда ем, когда работаю. С такой кропотливой ненавистью как буравит мозг «тик-так-тик-так» не способен работать ни один маньяк. Каждая секунда приближает горечь, боль, отчаяние и, в конце концов, смерть. Время лечит? Нет, со звуком «тик-так-тик-так» оно пожирает нас – нашу память, наши мысли, наши надежды. И тогда я завёл себе альтер-эго, способное совершить и испытать куда большее, чем я за всё отведённое мне время жизни.

Доктор поднялся. Метроном по-прежнему нарезал вечность тонкими ломтиками. «Тик-так-тик-так.»
- Мне не остаётся ничего, кроме как призвать вас к ответственности.
Пара шагов и вот, дверь открывается. В комнату входит чудовище, от которого я бежал всё это время.
Но это…это не Время. Время - это могущественная безликая сила, что песчинка за песчинкой выдавливает из нас жизнь. Хочешь – борись, хочешь – не борись, но выход из лабиринта с подталкивающей нас в спину стеной только один. Ему не нужны жертвы. Оно просто берёт своё.
Передо мной же в полный рост встало Понимание.
По спине пробежали холодные мурашки. Доктор с удовлетворением наблюдал за происходящим. Чудовище Понимания разявило беззубую пасть…
Всё это было планом. Планом по тому как понемногу скармливать чужие жизни Времени, отвлекая их иными делами. Например, чтением. Так сколько времени вы сейчас «убили» на этот текст?
надеюсь, это стоило того чтобы стать еще немного ближе к небытию.

3

Работа номер 2
Они
Иногда в происходящем нет смысла. Иногда тебе просто не повезло.

Кап. Кап. Кап. Кап.
Падающие на каменные плиты пола капли воды отсчитывали, пожалуй, последние минуты жизни жалкого существа.
Кап. Кап. Кап.
Когда-то, миллион капель тому назад, этот звук свёл его с ума. С тех самых пор в путанном сознании существа не осталось мыслей - кратковременные проблески осознанности не приходили уже слишком давно.
Кап. Кап.
Три дня? Или пять? Оно не помнило ничего, не издавало звуков, не шевелилось уже сутки.
Кап.
Оно умирало.

День 1.
Как я сюда попал? Где я?
Это были первые два вопроса, которые я задал себе при "новом рождении". Третьим вопросом было "Кто я?", ведь и этого я не помнил. Нечеловеческий крик, полный боли, отчаяния и первобытного ужаса выдернул меня из забытия. Ни одного живое существо так кричать не должно. Это не допустимо самой природой. Но он кричал. Голос мужчины, которому уже не больно. Голос того, для кого боль уже стала постоянным спутником, но не страх. Страх неискореним.
Я очнулся в камере. Битком набитое помещение, в котором то тут-то там валялись люди, эльфы и, как потом выяснилось, пара архонов. Никто из них не помнил как очутился здесь. Некоторые появились раньше. Намного раньше.
Голова раскалывалась и я попросил воды. Никто не отреагировал. Оглядевшись по сторонам, я понял - воды не будет. Ничего не будет. Не было еды, воды и даже горшка. В углу комнаты именно в это мгновение закончил испражняться какой-то мужчина. Он делал это не стесняясь никого и ничего. Он был абсолютно нагим, отсутствовала даже набедренная повязка. Что именно меня шокировало я так и не понял. Тот факт, что на моих глазах ничего не стесняясь присел погадить бородатый северянин? Или тот ужас, что я испытал, когда понял, что некогда белоснежная кожа мужчины, покрыта тысячами рубцов и шрамов, медленно истекающих сукровицей? Он буквально казался черным в полумраке клети, и от того я принял его за выходца с югов в первые мгновения. А может настоящий страх пришел в ту секунду, когда я увидел как в куче жидкого дерьма размером с приличный сугроб лежит тело женщины, которая не подает признаков жизни, а ее тело выступает чем-то в роли "бортика" для озера бассейна отходов?
Я помню только, что меня вывернуло наизнанку и я потерял сознание.

День 3.
Вчера провалялся в полузабытии. Хочется есть, но никто не дает и крохи хлеба. "Они" забрали пятерых. На железной двери, что изнутри не имеет ни ручек, ни скважин, есть окошко. Но я боюсь в него смотреть. Именно благодаря этому окошку мы имеем хоть какой-то свет. Именно благодаря ему мы превосходно слышим крики и вопли истязаемых, а так же обрывки Их разговоров. Я заглянул туда только один раз. Мельком. Удалось разглядеть мясницкие крюки на цепях, свисающие с потолка, несколько железных больших столов, пару тумб и фигуры в мантиях. Я испугался смотреть дольше секунды. На одном из крючьев висело тело младенца, явно не живого. На пару других крюков подвешивали какого-то бедолагу. Я подумал, что этот крик, который издал парень, - самое страшное, что я слышал в своей жизни. Что именно он будет преследовать меня по ночам, в кошмарах. Наивный придурок, я никогда еще так не ошибался.
Поесть снова не дали. Во сне обделался, но не могу помыться. Воды нет.

День 6.
Именно в этот день я нашел дневник. Под грудой тел в одном из углов камеры( да-да, именно в местном "отхожем месте") я заметил кожаный уголок переплета. Писать в нем я смог лишь на третий день, когда он немного просох, и потом восстановил события предыдущих дней.
Мы в Аду. Отсюда нет выхода. Все присутствующие здесь - пленники какого-то ордена инферналистов и ренегатов. Очень крупное логово, что находится где-то под землей на глубине, по крайней мере именно так говорит гном, которого принесли на четвертый день. Его принесли, а меня забрали. Забрали в первый раз.
Я не знаю чем они занимаются тут и какие цели преследуют. Сначала со мной "просто поговорили". Растянув на дыбе, мужчина в алой мантии и зеркальной маске, надтреснутым голосом один за другим задавал вопросы. Кто я? Откуда? Что делаю здесь? У меня не было ответов и потому каждый раз, когда я говорил, что ничего не понимаю, меня близко знакомили с калёным железом. Много позже я полюблю его. Боль от прижигания проста и понятна. Всего-лишь двадцать раз. В первый день. Всего двадцать вопросов. Я не ответил ни на один.
Они не вернули меня в камеру, отдав паре бугаев (кажется это были орки). Я потерял сознание и был без сил.
Зато мне дали напиться. Я страдал от жажды трое суток, однако то, что ждало меня дальше, оказалось худшим из кошмаров. Тогда я так думал.
Стандартная пытка "утоплением". Растянуть на столе, тряпку на лицо и под напором из огромного бурдюка со шлангом, что подвешен к потолку... Я не знаю сколько это длилось. Пару часов? День? Два? Похоже что всё-таки день. Я тонул и воскресал тысячу раз, однако никто не задавал вопросов. Интервалы постоянно менялись. Я не знал, утопят меня через мгновение или через пол часа. Я потерял чувство времени.
Очнулся в камере. Рядом стояла миска с плохо прожаренным мясом, от которого воняло костром и кровью.  Чуть позже мне сказали, что это был то тсамый гном, однако мне было всё равно.

День 10.
Три дня новых пыток, кажется наши новые хозяева очень изобретательны. Пока они не повторились ни разу.
Мне удалось отлежаться сутки, после чего я попытался накорябать на испачканых страницах хоть что-то. Соорудил Для дневника тайник в полу, под одной из плит. Сорвал три ногтя на руках. Больно, но почему-то не на столько, как я ожидал. Я привыкаю к боли? В камере никто не разговаривает. Теперь я знаю почему - они вырвали мне язык. Тут почти все без языков, а потому крики звучат как-то утробно. Особенно жалостливо.
Мяса больше не давали, лишь какую-то баланду в ведре. Ведро на камеру. Судя по запаху они мочатся в нее. Дальше были пытки. Два дня кошмара. Группа фигур в мантиях и однотипных масках в течение суток методично резали и избивали меня, не позволяя умереть. Чертова магия... Хуже всего пришлось, когда начали деревянной палкой бить по пятке левой ноги. Ну, я так думал. На следующий день меня заставили выпить какой-то дряни и поесть, после чего все повторилось вновь. Только теперь боль была в пять раз сильнее. А эти гады записывали. Записывали на сколько мне стало больнее из-за сраной алхимии. Я терял сознание и сходил с ума, однако меня вновь приводили в чувство. На пятом ударе по правой пятке я отключился и пришел в себя уже в камере. Кажется я сбился в счете дней. Я не могу встать, опять приходится ходить под себя. Мерзко.  Писал дневник.

День 22.
Кап. Кап. Кап.
Непрекращающаяся череда пыток, день ото дня. Они не повторились ни разу. В камере осталось пятеро. Остальные постепенно пропали - увели пока меня не было. Возвращались вообще не многие, вроде меня. Самые крепкие? Сильные? Живучие? Не знаю. Я молил Люммина о смерти уже тысячу раз. Я взывал к Белиару. Я призывал Инноса.
Здесь нет богов и никто не слышит.
Десять дней непрекращающегося кошмара. Они ломали мне кости и сращивали их.  Они заставляли меня пить разные зелья, от которых я блевал и ссался, от которых я видел весь мир в желтом цвете и менялся в теле. Они забрали все мои ногти и три пальца. Они сняли мне скальп. Они...Я не знаю, что они сделали, но на моем животе пришит кусок кожи с лицом младенца. Иногда мне кажется, что он дышит. Я плохо помню происходящее. Писать почти не могу. Звуки падающих капель - мой новый кошмар. Я считаю их постоянно. Звуки падающих капель отмеряют время от одного ужаса до другого. Отсчитывают, когда они вновь придут за мной.
Двое умерло сегодня ночью. Мужчина и женщина. Он снасильничал ее прямо при нас, а мы просто смотрели и не реагировали. Он выбил ей все зубы, откусил ухо и выбил глаз, после чего взял её силой. Мы просто смотрели. У них есть зубы. Свои я потерял три дня назад. Они забрали их все. А потом он умер. Упал в гору дерьма и захлебнулся. А мы продолжали просто смотреть.

День...
Я не знаю сколько дней прошло с момента моего пленения. Их больше нет. Никого нет. Когда я пришел в себя после "очередного раза"   - я остался единственным живым в камере. Дверь была открыта. Я не мог встать, лишь доползти до лужицы, что скопилась на полу. Лужица холодной воды. Они не пришли. Никто не пришел. Не было никаких звуков. Я боялся пошевелиться, но уж очень хотелось пить. Еды не было. Проглотил опарыша, который поселился в пустой левой глазнице. Целиком, как был. Жевать нечем. Глотаю с трудом, языка нет. Писал в дневник, потому-что боюсь. Потому-что теперь неизвестность. Я не понимаю, что происходит.

День...
В комплексе никого нет. Я один и горы трупов. Некоторые в мантиях, но по большей части пленники. Ходить больно, потому передвигался медленно и с постоянными перерывами. Холодно. Нет света. На ощупь за пару дней определил - все коридоры заблокированы. Обвал. Почему я не слышал как это произошло? Выхода нет. Запах трупов и крови повсюду. Я не знаю что дальше. Я боюсь пить их зелья. Тут не осталось еды. Только вода. С потолка, видимо где-то там щель и мы действительно под землей.
И вода. Капает. Прямо в мисочку. Кап. Кап. Кап.

День...
Очень хочется есть. Трупы гниют, последний раз "свежим" полакомиться пару дней назад. Не чувствую больше запахов. Никаких. Сознание путается, слышу только мерный стук капель. Я надеюсь кто-нибудь придет. Не может не прийти.

День...
Я не знаю зачем пишу это. Нашел нож. Острый, пусть и ржавый. Хотел покончить со всем этим, но не смог. Я боюсь прекратить этот кошмар, но понимаю, что не протяну долго. Писать стало сложнее - на пальцах левой руки не осталось мяса. Было не больно. Очень хочется кушать. Ещё. Попробовал резать ногу, не чувствую даже давления от ножа. Может быть поем. Пожалуйста. Помогите.

День...
Я слышу голоса. Они смеются. Говорят, что я слаб, но они пришли помочь мне. Достаточно просто принести им немного костей. Своих костей. И они покажут где выход. Попросили передать ответ через капли, когда приму решение.
Хочу. Хочу. Хочу.
Хочется кушать.

День...
Мама. Мамочка. Хочу кушать. Ма-ма-ма-ма. Они обманщики. Плохие. Я дал им, что попросили, а они ушли. Без меня. Мама-ма-МА.

День...
Они пришли...
*почти вся страница вырвана*

Вифрей аккуратно, миллиметр за миллиметром, отодвинул ладонью клинок налетевшего архона, замерший у самой шеи в последний момент. Наполненный неимоверной усталостью взгляд хаосита прошелся по всему полю боя, где тут и там замерли не двигаясь или попадали на землю пара сотен рыцарей и магов. У всех на лицах застыло выражение неописуемого ужаса. Нечеловеческая маска страха, боли и отчаяния вместо лица архона стоящего перед ним не вызывала у магистра никаких эмоций. Сражение выиграно, пусть он и остался полностью без запасов энергии, а их восстановление займет не мало времени. Ценой одного заклинания - заклинания последней надежды.
-Что ты сделал? Я уже думал нам конец... - появившийся рядом орк, в сопровождении эльфийки и гнома, задал вертящийся на языке вопрос.
-О-о-о..Мхех-хех-хех-х...Всего лишь отправил их всех смотреть сны. Кажется им не повезло - сегодня в программе кошмары, вот незадача! - натянув на уши капюшон и махнув переливающимся всеми цветами радуги хвостом, вифрей взмахом руки открыл зеленый зёв портального окна, после чего вся группа покинула поле боя.
Лишь сотни статуй осталось на равнине. Узники собственного разума. Жертвы собственных кошмаров, обреченные один за другим умирать от разрыва сердца, оседая на землю. Несчастные герои, что попытались в очередной раз одолеть Зло.
Наивные. Зло всегда побеждает.

Отредактировано Феррус (2018-10-26 10:47:54)

4

Работа номер 3

«Вне»

Theme

Здесь нет места пояснениям. Вы всё поймёте сами. Когда окажетесь вне.
Вне чего? Как? Почему? Попробуйте поразмыслить на досуге. Но осторожно.
Есть вещи, о которых не стоит думать слишком долго.




– Ты… Слышишь? – Она, наконец, осмелилась заговорить. «Она» – потому что говоривший был женщиной. Точнее, была. Конечно. Была. Женщиной. Её голос звучал хрипло, а поначалу и вовсе, казалось, тональностью оказался ниже, чем к концу этого короткого предложения. Женщина обращалась к человеку, который стоял рядом с ней. Судя по всему, он был мужчиной – высокий, немного сутулый, затянутый наглухо в тяжелый плащ. Минуту назад она не видела его лица – но сейчас наконец он удосужился показать его ей. Худое, осунувшееся враз лицо, глубокие тени, залегшие под глазами, морщины, прорезавшие лоб, сколовшие уголки глаз и тонких бескровных губ. Он вдруг постарел лет на пятьдесят всего за минуту.

– И вижу. – Описать, что именно он видит, мужчина не мог. Но знал, что его визави видит то же самое. И слышит тоже, раз уж она спросила. Маска, которую мужчина держал в левой руке, перед этим отняв от лица, задребезжала – полированное хрустальное зеркало её визора билось о металлические накладки на перчатках владельца. Его руки мелко подрагивали – во всяком случае, та, которая держала маску. Пальцы разжались. Маска упала вниз. Раздался звук, с которым обычно разбивается стекло – только какой-то совершенно неправильный…

Это были их последние слова - но они об этом не знали. Если бы знали - быть может, потратили бы их как-то по-другому.

Здесь всё было совершенно неправильным. Абсолютно чуждым восприятию существ, привыкших к трёхмерному пространству. От места, где двое стояли, во все стороны тянулась голая, безжизненная равнина, целиком состоящая из какого-то подобия опалённого дьявольским жаром песка. Тёмное стекло под ногами. Скользкое. Холодное и твёрдое, как скрюченные пальцы покойника и одновременно с этим тёплое, вязкое и тягучее, как вытекающий из давно запущенной раны гной. Почва втягивала в себя их сапоги и начинала отвердевать. Почва заставляла их выдергивать из себя ноги с омерзительным чавкающим звуком. И затем принималась за дело вновь.

Равнина была бесконечной – насколько хватало глаз, она тянулась всё дальше и дальше. Над равниной вздымались к необъятным просторам в вышине небеса – такие же пустые и враждебные, как почва. Они были расцвечены в непередаваемые цвета, жёлто-фиолетово-красный с примесью чего-то солёного или же серебристо-алый, слишком сладкий. У цветов здесь был вкус. Они чувствовали его, когда видели цвет – или думали, что чувствовали… или думали, что видят цвет, который могут узнать. На самом деле небеса были бесцветны. В них не было звёзд. В них не было солнц или лун. Они никогда не менялись. Только сводящий с ума эффект ощущения вкуса, когда они поднимали глаза вверх и пытались уловить хоть что-то в этой грязной фиолетовый пустоте… Их глаза еще были живы. Они всё еще искали. Пытались понять, где они и как им выбраться.

Сначала они шли в сторону какого-то подобия песчаных дюн. Единственный объект, который хоть как-то выделялся из общей серости, гладкости, солёного привкуса и света. Кстати, что касается света – то его источником здесь было всё. Абсолютно всё. Светилась почва – свет исходил из глубин плотоядного стекла под ногами. Светились небеса – свет исходил из глубины пустого купола над почвой. Светились конструкции неописуемой формы, в которой не было ничего, хоть немного напоминающего привычные геометрические фигуры – мужчина называл их «деревья». Светились, казалось, они сами – их кожа, волосы и глаза. Свет был мягким. Очень тусклым. Или же достаточно ярким. Всё сразу, вместе, одновременно. Свет был как раз таким, чтобы они могли видеть достаточно ясно, но при этом всё время желали заполучить в своё распоряжение чуть больше этого самого света. Иногда он становился тусклее. Иногда ярче. Иногда он пах малиной или подсолнухами – свет здесь имел запах

Сначала они шли в сторону какого-то подобия песчаных дюн. Единственный объект, который хоть как-то выделялся из общей серости, гладкости, солёного привкуса и света, который пах подсолнухами. Когда свет в очередной раз начал пахнуть ягодами малины, а «дюна» приобрела сладкий на вкус цвет, мужчина сказал, что на самом деле её не существует. Они проспорили… Кстати о времени.

Его здесь не было. Вернее, оно было, конечно, как же без времени, но им нечем было его измерить. Сначала женщина пыталась считать удары собственного сердца – но очень быстро (или медленно?) поняла, что ритм её сердца всегда разный. Затем мужчина предложил ей принять текущую точку за ноль и измерить отрезок, за который они проголодаются, захотят пить или устанут… но они не проголодались, не испытали чувства жажды, а их ноги всё так же бодро вырывались из проклятого стекла-почвы. Время было. Но его не было. И в конце концов они перестали осознавать – что такое «сколько» в плане «длится». Их внутренние часты встали. На их месте угнездилась пустота, потому что её больше нечем было заполнить.

Они проспорили… О существовании или отсутствии до тех пор, пока она не приняла его точку зрения, как факт. Это иллюзия. Самообман. Ничего не существует, кроме того, что существует уже – почва под ногами, которую они ощущают, всё, что  у них было. Больше ничего из того, чему можно было довериться.
Теперь они шли просто для того, чтобы двигаться. Не желая есть, пить, спать, не уставая, они не испытывали потребности ни в чем. Единственное, что им было нужно – это дышать. Кстати о воздухе.

Воздух здесь двигался. Нет-нет, ничего, что можно было бы назвать словом «ветер», которое они, кстати сказать, в конце концов забыли. Он просто… Двигался. Весь сразу. Будто бы вместе с ними. Перемещался целыми пластами, отчего его становилось то очень много (так, что оба начинали кашлять и прикрывать рты руками), то очень мало (так, что оба они начинали хватать ртами воздух и пытаться, сжав себе глотки, вдавить в лёгкие хоть немного его). Воздух был сухим, как в хранилище библиотеки, в котором царствовала тишина и пыль. Их кожа стала такой же сухой и ломкой, газа перестали слезиться, слюна больше не выделялась. В какой-то момент они даже попытались… Впрочем, нет смысла вспоминать. Их всё равно постигла неудача, поскольку слизистые оболочки их тел тоже оказались иссушены. Но этот воздух не причинял боли. Он просто был пустым.

Они просто шли. Их единственной эмоцией стал страх – каждый чувствовал, что теряет что-то важное. Шаг за шагом, из них будто бы выпадала часть чего-то… Они не могли вспомнить названия для этого. И спустя… Их постигло отчаяние. У них еще оставалась магия – магия никуда не исчезла – и схватка вышла кровопролитной. Точнее будет сказать – они испарились в сполохах буйствующего эфира – но на этом всё. Смерть не избавила их от мучительно растущей внутри пустоты. Они просто поняли, что вновь целы. Затем они еще много раз пытались убить друг друга. Они умоляли один другого избавить себя от сжимающегося вокруг ничто, слишком широкого и необъятного, чтобы в нём стало тесно. Но ничего не сработало.

Кем они были до того, как попали сюда? Как оказались здесь? Почему они не могут выбраться? Почему их тела не умирают? Почему им так тяжело думать? Почему они должны идти вперёд? Почему?... На вопросы не было ответов  - и, наконец, отчаяние сменилось настоящим ужасом. Теперь их пугало всё. Собственные тени, звук дыхания, звук шагов, биение сердца, «деревья», «небо», свет, ужасные изломанные линии горизонта, который изменился, быть может, пять тысяч шагов назад… А может быть пятьдесят тысяч. Однажды женщина сказала мужчине, что она забыла, как считать. Она сказала, что не видит смысла в том, чтобы хранить это знание, поскольку оно бесполезно. Мужчина просто кивнул. Они пошли дальше.

В них еще оставалась память о том, что такое их заставляет двигаться – она называла это «ужасом», он говорил о нём как о «страхе». У обоих были свои «вещи», которых они по-настоящему боялись, но оба сошлись на том, что то, что происходит с ними, куда ужаснее чего угодно.

Они могли пережить шок внезапного рывка самого ужасного чудовища во Вселенной – или же могли на месте скончаться от ужаса. Они могли вынести пытки – или же умереть под ними. Они могли наблюдать за множеством отвратительных и жестоких вещей, скрепив сердце, или же помешав им свершиться. Они могли… Но здесь. Во всепоглощающей пустоте, не имея шанса утонуть в спасительном безумии или просто отдаться смерти, они вынуждены были продолжать созерцать Бездну. Они забывали всё больше из того, что делало их теми, кем они прежде были. Они теряли черты, некогда возвысившие их род. Их походка стала шаркающей. Плечи ссутулились. Их взгляд упёрся в почву под ногами. Без цели, без смысла, под гнётом вкусов, запахов, чуждых обводов и черт, непередаваемых сочетаний и комбинаций чего-то, чему они уже не могли дать название, они, наконец, поддались…

Просто однажды кто-то из них просто остановился.

И другой, обернувшись, приблизился.

Этот кто-то протянул руку.

Откинул с лица второго волосы.

Взглянул в эти ставшие пустыми глаза.

После этого было уже всё равно.

5

Работа номер 4
Кресло

Майкл плюхнулся в кресло и развернулся вокруг своей оси, прежде чем подъехать к своему столу. Ах, какое это было замечательное ощущение. Нет, не мягкость и прочность кресла и не текстура стола из настоящего дерева (хотя это всё добавлялось к комплекту). Основа замечательности исходила из того, что Майкл находился в кресле, за столом и в кабинете начальника. И это был его кабинет, стол и кресло. Конечно же, над ним всё еще было начальство покрупнее, но правильный подход к этому начальству и обеспечил ему продвижение на эту позицию. И это за каких-то пол года.
Он уже уверенно чувствовал себя на новом месте. Бумажной работы не то, чтобы прибавилось, но теперь её можно было перекладывать на собственного секретаря и ответственных подчинённых. А еще давать им всем ценные указания и рассказывать уморительные истории, которые с каждым днём становились всё смешнее.
- Карен, что у меня запланировано на сегодня?
- Отдел рекламы предлагал зайти в одиннадцать и мисс Лейн ожидает вас у себя после обеда. – Голос секретарши бодро зазвучал из динамика.
Рекламщики были неплохими ребятами, с ними стоило встречаться почаще, у них-то точно язык подвешен как надо. Скорее всего предложат совместный проект (что хорошо) или попробуют скинуть часть работы (что средне). Интересно, успеет ли он что-нибудь купить перед встречей с Энжел? Надо послать кого-нибудь заранее, чтобы не заявляться к начальству с пустыми руками, она этого не любит.

---

- Как обживаешься на новом месте? – Энжел поставила новые цветы в вазу и поставила их ближе к окну, чтобы дольше не вяли.
- Замечательно, ты же знаешь. У меня всё схвачено. – Майкл пытался улыбаться не слишком широко, наблюдая за правильной реакцией на его подарок. Букет прибыл вовремя, а уж какие цветы выбрать он знал заранее.
- Неплохо-неплохо, всего середина месяца, а можно подумать, что ты всегда на этом месте.
- Ну что ты, я не собираюсь оставаться вечно на одном месте.
- Уже метишь на моё кресло? Амбициозно, Майкл, весьма амбициозно.
- Конечно же, до меня уже дошли слухи, что тебе предлагают место в совете. – Он почувствовал нотку подозрительности и сходу мазнул толстым слоем мёда. Энжел могла быть умна и опытна, но перед его чарами сложно было устоять. Особенно, когда он не позволяет ей отклониться и закрыться за маской выдуманной обиды.
- Интересные слухи, ничего не скажешь, надо будет проверить мои каналы, вдруг они и правда упустили такое. – Она хихикнула и поддалась на лесть. Такая грубая, но такая сладкая лесть. С этим молодцем всё же стоит быть осторожнее, пусть обворожителен, но по головам он ходить умеет.

---

- Как прошла встреча, мистер Боун?
- Замечательно, Карен, иначе и быть не могло. – Майкл вернулся в своё кресло и довольный потянулся. Неплохо-неплохо, ему однозначно нравилась гибкость кресла начальницы, не меньше чем её собственная. – Собираешься оставаться сегодня допоздна?
- Как скажете, сэр.
О, эту интонацию он уже знал. И конечно же она его более чем устраивала.
- Я скажу зайдите ко мне в пол шестого, надо проверить бумаги на завтра. – Он улыбнулся динамику и хотел уже было отжать кнопку, как вдруг вспомнил кое-что. – Кстати... что это за азиат у нас в отделе? Залысина и такая странная улыбка.
- Азиат? Хммм... А! Мистер Ли Саито? Вы разве не встречались? Он один из старейших сотрудников в отделе, его стол был рядом с вашим.
- Мда? Не помню его.
- Мне вызвать его? Что случилось?
- Нет, не надо. Просто за обедом он, наверное, минут десять смотрел на меня и даже с места не двинулся.
- Ааа... это странно. Может быть это как-то связано с тем...
- Не важно, продолжайте работать.
Майкл отпустил кнопку и отмахнулся от мысли. Но через десяток секунд он всё равно подкатился ближе к окну и раздвинул плотный слой жалюзи.
- Стол рядом, стол рядом...
Взгляд скользнул по кабинкам планктона, выискивая его старое, маленькое, ненавистное место. Все ближайшие столики он точно знал, может через одно...
Боун вздрогнул и поспешно отпустил жалюзи. Там, через столик от его старого места, почти в самом углу и правда сидел тот азиат. Только вот он смотрел прямо на Майкла и улыбался. Такой неприятной улыбкой «без глаз», еще и голову чуть склонил на бок. Бее, ужасно! Нельзя так улыбаться людям, если улыбка только на губах, но не в глазах, то никто не поверит. С таким подходом он точно еще долго будет самым старым сотрудником.

---

Майкл был раздражен. Сначала этот Ли показался в дверях, когда заходила секретарша, потом он стоял напротив дверей лифта, когда тот отъезжал, теперь же стоило выглянуть из окна машины и посмотреть вверх на офисы, как взгляд сразу цеплялся за эту дурацкую улыбку азиата за стеклом. Если это продолжится, на шутника придётся писать рапорт, а то и в полицию анонимку послать.
Боун фыркнул на собственные мысли и поправил зеркало заднего вида. Чтоб его! Теперь этот косоглазый кажется ему на заднем сиденье. И ведь вроде пару рюмок с Карен опрокинули. Нет, сегодня можно забить на примерку и сразу домой.

---

Виски помог, отличное средство от целой кучи проблем. Жаль только, что помог он не надолго. Стоило выглянуть в окно, как он снова увидел этого чертова сталкера. Наверняка узнал адрес в отделе кадров. Ну всё, если он подойдёт ближе, то точно будет разбираться с копами.

---

Чертовы копы сказали, что не собираются ловить безобидных сталкеров, что целый час стоят под окно и лыбятся. И за что им вообще платят? Брат Жанны вроде был прокурором, надо бы намекнуть, что такие вещи особенно сильно вредят спокойствию честных налогоплательщиков.
Еще виски не помешает, пускай на работу не надо к восьми, но ему всё еще нельзя выглядеть не выспавшимся перед начальством. Только окна закрыть плотнее, чтобы проклятый азиат не мог заглянуть.

---

!@#$!
И надо же было такому привидеться! Он чуть с кровати не слетел, когда увидел этого дурного азиата с его бездушной улыбкой на пороге спальни. Конечно же там никого не было! И дверь закрыта и окна тоже, свет везде горит... Может лучше меньше пить?

---

Топ... топ... топ...
- Алло, полиция? Да, кажется, у меня в доме посторонний... Да, скорее всего вооружен и хочет меня убить... Я заперся в туалете и слышу его шаги за дверью... Да, постараюсь его не провоцировать...
...
- Ха! Выкуси! Полиция уже едет! Еще пара минут и они выбьют из тебя твою дурацкую улыбочку!
- Мистер Боун.
Чужая речь оказалась столь неожиданной, что Майкл выронил телефон на плитку туалета. Вот зараза, надо будет внести стоимость телефона в моральный ущерб.
- О! Таки заговорил! Ну что, визит в суд стоит сталкерства?
- Мистер Боун, сэр, мне отказали в кредите.
- В кредите? Что ты несёшь?Проклятый азиат, даже во время проникновения со взломом вежлив.
- В начале месяца мне должны были дать кредит, но его не дали, моя должность была слишком низкой.
- Рад за тебя! И чего ты от меня хочешь? Поручительства? Денег?
- Сэр, эти деньги нужны были для моего сына, он очень сильно болен.
- Сочувствую? Деньги всегда можно занять где-нибудь еще. Ты же из этих... занял бы у якудза.И они бы поскорее убрали бы тебя с глаз моих долой.
- Сэр, вы не понимаете... Без лекарств у сына случился приступ и он его не перенёс. Слабое сердце жены подвело в ту же ночь... Мне весь год обещали ту должность, то кресло, что вы заняли в начале месяца. Без него мне не дали кредит, а значит...
Майкл продолжал смотреть на дверь туалета и двигать бровями, всё больше удивляясь заявлениям азиата, пока тот не затих.
- Ха! Мхахаха! И ты теперь винишь во всём меня? Да тебе самому стоило получше потрудиться ради этого кресла!
- Сэр, при всём уважении, семь лет...
- Пффф! Семь лет! За это время стоило научиться улыбаться получше!
- Нет, сэр. Это вам стоило научиться не мешать снотворное с виски... И платить рабочим вовремя, чтобы они получше крепили трубы водоотвода и горячей воды над вашим креслом.
- Трубы над креслом? Ну всё, ты меня окончательно достал! Я сейчас твою улыбочку собью и без полиции!
Майкл вскочил с унитаза, полный решимости выбить дверь и азиата вместе с ней. Но удар пришелся на низко висящий шкафчик и... голову мужчины. Удара было достаточно, чтобы трубы подпрыгнули и развалились, выплескивая смесь нечистот и разогретой воды на оглушенного Боуна.
- Простите, сэр, но не выйдет. – Майкл уже не мог ответить, его тело не реагировало на то, что воздух уже не поступает в лёгкие. – Улыбочка останется при мне, ведь я повесился прошлой ночью... Наслаждайтесь вашим последним креслом.

6

Работа номер 5
Сказание о Величайшем Вампире
http://s7.uploads.ru/aWoTM.png

Прошлой ночью минул Самайн. Праздник для народа и особенный день для всех колдуний. Настроение графа было совсем не праздничным. Холодный взор, с отблеском ярости в свете свечей, был направлен по ту сторону окна. Тёмное небо, леса, холмы. Его новый замок, новый дом, был безупречен. Высечен в скале, а окрестные земли полны живности для его детей. Но он не был рад и на то было ровно две причины. Одна из них – обиженная ведьма на пике силы.
   Подняв тяжёлый взор на многочисленных слуг, собравшихся в зале, мрачно выдохнул. Устроился удобней на горке подушек, принимая позу достойную императора.
- Ведьма. Вы должны…

Вздрогнул. Замер, округляя глаза.

Тут же оборвал себя, сбрасывая оцепенение и в недовольстве прижимая к голове уши. Собственный голос ужасно раздражал. К такому сложно привыкнуть всего за сутки. Да хоть за столетие! Голос всё ещё был властен, но тембр… Ох.
Вы должны найти её! Терзайте, пейте кровь! Но не убивайте. Она должна быть в состоянии снять проклятие. – Стерпев и не выказав отвращения к издаваемым звукам, держал… лицо перед слугами. – После… Я лично убью её. – Поддавшись азарту и жажде мести, выпустил когти, вонзая их в обивку подушки.
- Серый… Она посмела обратить меня в серого… - Ком злости в горле просто не позволял выплюнуть эти мерзкие слова.
- Чёрные, их фамильяры, Господин. – Опрометчиво решилась вставить слово одна из старших прислужниц.
- Хщщщ…! - Шерсть вздыбилась, а взгляд ледяным ножом полоснул по деве. Если бы не его бессилие, наказание за слова могло быть куда страшнее. – Я знаю!
- Простите, Господин. – Да, она извинилась, откланялась, но страх… Страха было куда меньше, чем обычно. Больно. Это было так больно, для древнего вампира. Ха! Словно цвет шерсти мог бы его утешить! Чёрный или серый…

Котёнок.

  Горделиво выпрямившись, продолжил свою речь, словно ничего не случилось, вещая с долей пренебрежения. Не хватало ещё впадать в истерику перед кланом. Ему есть куда ещё падать в их глазах. Обратили лишь вчера. Они ещё помнят силу своего Повелителя. А прилагать усилия ради контроля, станет лишь в отчаянии.
- Что ещё хуже… - Ой ли? – Сюда, в наш новый дом, - что обрели ничтожных пару лет назад, - Направляется отряд охотников. – Ледяным взором обведя зал, не увидел ни одного дрогнувшего. Привыкли, что в крепости они под защитой Господина и четыре жалких охотника на вампиров не в силах им навредить, но… - Не удивлюсь, что эта ведьма накликала и эту беду, пустив слух про мой новый дворец. Потому… Вот вам моё слово. Уходите. Я приму этот бой. Выжидайте и возвращайтесь или ищите себе новый дом.

  На том, аудиенция была окончена. Здесь были воины способные выстоять на этот раз и желавшие защитить мастера, но таков был приказ самого Графы Дракулы. Нельзя ослушаться, такова его воля. И замок к утру опустел.

   Пустота серого, холодного, затянутого паутиной холла. Парадный вход исключительно для гостей. Жалких смертных червей, не способных на полёт. Владыка ждал их и на закате четверо охотников явились. Вечерний свет солнца не падал в залу, но это не мешало увидеть блеск металла, блеск серебра, острых наконечников заряженных арбалетов, кромку мечей и ядовитый запах алхимии.

БАХ!

  Духи замка затвори двери, отрезая кратчайший путь к побегу, ведь пред ними предстал Властелин.
- Мяу… - Тихий, жалобный писк котёнка. В свете факела отразился красный, хищный блеск глаз.
- Мяу? – Каждый знает, что для голубоглазой кошки, это нормально.
- Ну и где? – Сосредоточенно хмурясь, охотник вглядывался в странный амулет, который едва пульсировал золотистым светом. Будь здесь гнездо вампиров, он бы пылал, озаряя залу и слепя нечисть.
- Больше верь ведьмам. – Двое изначально были скептично настроенные относительно информации, а сейчас вовсе ослабили бдительность.
- Мяу. – Серый котёнок двух-трёх месяцев, бодро засеменил в их сторону.
- Может, хотя бы осмотримся? - Жадный взор заскользил по тяжёлым гобеленам.
Мягкие лапки с острыми коготками беззвучно касались камня, Владыка неотвратимо приближался к своей жертве. Все четверо его уже увидели, трое игнорировали, четвёртый присел на корточки и потянулся взять на руки любопытно взирающую зверюшку.

…КУСЬ…

Спустя три дня.

  Покоясь на руках своей прекрасной прислужницы и прильнув к её холодной, но всё ещё мягкой груди, граф пребывал в прекрасном расположении духа. Они приветствовали двоих новых братьев, что пережили обращение, а двое других, стали главным блюдом на пиру!
- Братья и сестры… Отзовите охотников за ведьмой. – Это маленькое проклятье дало осознать несколько очень важных вещей, простых, но важных. Мудрость и старость однобока, начинаешь мыслить по личному шаблону, - Хотя… Если найдут, пускай пригласят в замок. Для моей личной благодарности. – Широкий оскал обнажил белоснежные, острые клыки. Эту привычку можно и оставить.

  Осмелится ли она прийти? Не важно. Настало время нового Повелителя Вампиров. Что будет править не силой, но коварством. Его хитрость, милые глазки, мягкие лапки и славный хвостик покорят этот мир! Человечество само будет служить ему, добровольно! Даже не осознавая собственного рабства, отдавать кровь и земли. И он уже ступил на этот путь, покорив мёртвые сердца своих детей ночи. Господство так близко и это имя мир запомнит навечно…

Великий и ужасно миленький…

...Граф Мрякула
http://sg.uploads.ru/7Tt1q.png

http://sd.uploads.ru/qZYgt.png

7

Работа номер 6

Нечто.


Исследовательское судно класса "Левиафан".
Орбита планеты B-4089. Малоизученный сектор галактики.
27-ая неделя с начала экспедиции. Количество экипажа: 649 человек.
(!) Ожидается плановая замена датчиков биометрической системы обнаружения.

http://s8.uploads.ru/1T5O9.jpg

Удар о металлическую переборку отдался ноющей болью в плече. Я передвигал ногами, практически не разбирая дороги, а сознание плыло будто в тумане. Что-то совершенно точно было не так. Я ощущал внутри себя эту странную слабость, будто организм отказывался принимать и удерживать внутри себя такое количество алкоголя... Но дело было не только в этом.
Я никогда не отказывался выпить, тем более, когда для этого есть весомый повод. Уже который месяц мы висим на орбите этой чёртовой планеты? Сколько раз транспортный модуль курсировал туда и обратно? Что ж, сегодня был его последний рейс. Что бы ни искали там наши всезнайки, они нашли это. Командование на радостях решило устроить вечеринку на первой палубе. Я был там, и знаете что? Чёрт! Я и представить не мог, что наши белоручки умеют так зажигать. Совсем скоро мы должны будем отправиться домой... Так я думал.
Цепь моих рассуждений прервалась, когда освещение в коридоре погасло. Раздался монотонный, механический голос. Автоматическое оповещение. Интересно, энергоснабжение перешло в аварийный режим на всём корабле или только на третьей палубе? Неужели там наверху всё-таки перестарались со световым шоу? Проклятье. Теперь придётся искать дорогу на ощупь. Вспомнить бы ещё, куда именно... Сознание продолжает ускользать от меня, а в темноте его игры становятся ещё более изобретательными. Я чувствую, что что-то не так, но никак не могу понять, что именно.
Здесь всё преобразилось. Здесь, в темноте. Корабль кажется будто заброшенным. Ни единого человека, ни единого звука. Только я и непроглядный мрак. Только я... Здесь только я. Не стоит так часто оглядываться. Не стоит подолгу всматриваться в вентиляционные шахты. Почему я не могу просто взять себя в руки? Надеюсь, этим засранцам наверху там весело, потому что кому-то точно придётся ответить за эту прогулку. В моей ситуации остаётся только один плюс. Кажется, я начинаю понимать...


Исследовательское судно класса "Левиафан".
Орбита планеты B-4089. Малоизученный сектор галактики.
27-ая неделя с начала экспедиции. Количество экипажа: 648 человек.
(!) Ожидается плановая замена датчиков биометрической системы обнаружения.
(!) Обнаружена перегрузка в центральной сети энергоснабжения.

http://sd.uploads.ru/s34Iz.jpg

Сегодня здесь собрался едва ли не весь экипаж судна. Подумать только, у них действительно есть свой собственный бар! Да что там. Здесь целый ночной клуб. Невиданная щедрость, что с нижних палуб сюда решили вытащить даже таких технарских крыс как я. Здесь слишком чисто, на мой вкус. Слишком светло и... Нечем занять руки. Люди пьют и танцуют. Хотя я и не умел танцевать, глядя на ту светловолосую лаборантку, что отжигала перед барной сойкой, так и хотелось научиться. Но не сегодня. Сегодня я просто выпью.
Если честно, я понятия не имею, чему все так обрадовались. Даже капитан вышел на мостик и взирает на происходящее с какой-то слишком уж самодовольной рожей. Кажется, всё что я делал на протяжении последних месяцев - это просто пытался заставить транспортный модуль летать. Лучшая модель из линейки, как же... Не знаю, что там за экосистема на этой B-4089, но корыто после прогулки туда и обратно еле запускается. И с каждым разом износ увеличивается, а калибровка проходит всё труднее. Такое ощущение, что пилотирует его кто-то из этих лаборантов-недоумков, и при этом ставит себе целью угробить двигатель, начисто игнорируя показания с датчиков на фильтрах. Будь моя воля, если бы я встретился с одним из таких недоумков, я бы... Вот дерьмо! Она идёт ко мне. Та блондинка. Сколько я уже выпил? Я начал с рома сразу как пришёл? Или сначала был виски? По крайней мере я ещё могу связно думать. А говорить?
Признаюсь, несмотря на мой скепсис, я ни о чём не жалею. Это чёртов лучший день с того момента, как мы покинули домашнюю систему. Музыка играет слишком громко, но так даже лучше. Вспышки неона ослепляют, но мне вполне достаточно того, что я вижу. И ей тоже. Я ещё не думал о том, что будет, когда вечеринка закончится. Но, кажется, здесь и сейчас у меня есть все шансы... Шансы на то... Чтобы... Подохнуть!
Я не заметил как мне стало не по себе. Что-то словно ворочалось внутри меня... Паршивое ощущение. Никогда не чувствовал ничего подобного прежде. Сколько же я выпил? Вспоминать всё сложнее. Мысли начинают путаться, а сознание ускользает. Наверное, мне нужно немного свободного места. Чуть-чуть подышать. Интересно, меня одного здесь так накрыло? Слабак. Становится всё хуже. Надеюсь, она меня простит. Ближайший туалет находится палубой ниже. Мне нужно поспешить, если я не хочу окончательно испортить этот вечер...
Очень плохо. Я и раньше не знал себе меры, но такое со мной в первый раз. И почему меня так трясёт? Почему у меня такое чувство, будто это началось не сегодня? Сознание играет со мной, я спускаюсь по лестнице, а ноги заплетаются. Что-то не так. Я обязан вспомнить, что именно...


Исследовательское судно класса "Левиафан".
Орбита планеты B-4089. Малоизученный сектор галактики.
26-ая неделя с начала экспедиции. Количество экипажа: 648 человек.
(!) Обнаружен системный сбой в аппаратах синтеза питательной пасты (№024, №027).

http://s9.uploads.ru/Qn1z8.jpg

Висим над этой планетой уже чёрт знает сколько, а условия труда с каждым днём всё хуже и хуже. Ребята из цеха уже вторую неделю жалуются, что их кормят каким-то дерьмом. Говорят, раз технари, то сами должны следить за своим сопутствующим оборудованием и сервисной техникой? Для начальства, видимо, транспортный модуль и аппарат по синтезу питательной пасты - это одно и то же. Так может быть, им на нём в следующий раз и слетать в стратосферу? А говорят, что у них наверху, на первой палубе всегда всё работает и никаких перебоев нет. Говорят, у них там даже есть собственный бар и танцевальная площадка. И это они нам потом будут говорить об экономии энергии?
Одного из ребят сегодня стошнило прямо во время переборки двигателя. Повезло ещё, что не выпустил из рук оборудование - повредишь любую деталь и двигатель после установки заклинит. Когда говорят, что механизм калибруется с точностью до микрон - это ведь не пустой звук, верно? Хорошо. Осталось только оттереть корпус от остатков питательной пасты и можно продолжать работу. Когда-нибудь я поднимусь к ним наверх и призову их к ответу за каждый неисправный аппарат по синтезу этой чёртовой пасты. А когда вернёмся домой - подам заявление. Уйду, хлопнув дверью, растоптав по дороге кусочек их репутации... О да! Сладкие мечты. Но ребята и вправду поговаривают, что скоро этой экспедиции придёт конец. Значит уже через недельку мы мож... Какого?! Эта штука проросла сквозь фильтр? Проклятье! Кажется и до меня добралась эта чёртова паста. Чувствую, тошнить меня будет долго... Надеюсь, ребята справятся дальше без меня.


Исследовательское судно класса "Левиафан".
Орбита планеты B-4089. Малоизученный сектор галактики.
27-ая неделя с начала экспедиции. Количество экипажа: 649 человек.
(!) Ожидается плановая замена датчиков биометрической системы обнаружения.
(!) Энергоснабжение судна переведено на аварийный режим.

http://sd.uploads.ru/ZDya4.jpg

Здесь что-то есть. Что-то, кроме меня. Я бежал, потому что мне казалось, что оно преследует меня. Я чувствовал на себе его взгляд. Там, где тени сплетаются по углам, образуя собой чернильную тьму... Оно смотрело на меня. Говорят, настоящий страх настигает тебя только тогда, когда ты остаёшься совсем один? Вздор. Настоящий страх появляется тогда, когда ты начинаешь осознавать - ты больше не один...
Я едва удержался на ногах, пришлось схватиться за стену, чтобы вписаться в резкий поворот. Коридор уходил дальше, а я бежал и спотыкался. Я больше не оглядывался. Это не имело смысла, ведь я чувствовал, что оно не отстаёт. Несмотря на все мои попытки оторваться, оно всё ещё было рядом. Полумрак третьей палубы разгоняли лишь слабо мерцающие, фосфоресцентные указатели, но от них было мало прока. К счастью, я ориентировался преимущественно по памяти, и в этом было моё преимущество. Я знал, где смогу спрятаться...
Врезаясь в дверь уборной всем телом, я с трудом удержал равновесие, чтобы не прочертить пол носом. Дыхание резкое и прерывистое. Я давно не нагружал организм, и теперь отчётливо ощущал его изношенность. Надо было вести более здоровый образ жизни. Надо было... Но стоило ли это того теперь?
Подобно дёрганной кукле я вскочил и развернулся, мгновение всматриваясь в преследующую меня тьму. Руки нашарили замок, и я захлопнул дверь, запирая её изнутри. Теперь, даже если мне не привиделось, это больше не в силах было добраться до меня. Внутренние отсеки довольно прочны, и способны выдержать нагрузку даже при полной разгерметизации судна. Я был в безопасности... Так мне казалось.
Моё состояние ухудшалось. Действительно, не на это я рассчитывал, когда собирался провести вечер в "высшем обществе", на первой палубе корабля. Моё отражение в зеркале насмехалось надо мной. Очередная галлюцинация? Или я начинаю тихо сходить с ума? Конечно, некая доля самоиронии была присуща мне всегда. Но то что я увидел в зеркале, не было похоже на меня. Всё происходящее попахивало такой ненормальностью, что мне нужно было... Мне просто нужно было избавиться от этого отвратительного чувства.
Я с трудом опёрся о край раковины, а потом меня стошнило. Трижды. Я сполна ощутил это. Нечто, что вздымается из самых глубин естества... Нечто, что выкручивает мне кишки... Нечто, что стремиться выбраться наружу... Всё это время я пытался бежать от этого. Но теперь казалось, что бежал я лишь от банального страха темноты. Потому что то, что преследовало меня на самом деле... Оно всегда оставалось рядом. Внутри. Очередной рвотный позыв смыл зарождающиеся было осознание, лишь паника продолжала нарастать. Ведь тогда, неделю назад, со мной уже происходило нечто подобное? Было удобно этого не замечать, сознание само подчищало из памяти фрагменты, которые могли его шокировать.
Никогда больше. Виски с ромом. Больше никогда... Не смешивать. Я ведь пришёл и выпил натощак, верно? До сих пор не могу притронуться к питательной пасте после того случая в ангаре. Нет! Больше... Никогда.
Иронизирование в данной ситуации, должно быть, было неуместно. Любой на моём месте не понял бы подобной отсылки. Но это лишь была одна из тех жалких попыток, призванных сохранить спокойствие в, казалось бы, безвыходной ситуации. Почему безвыходной? Потому что в следующей момент нечто вновь попыталось выбраться на свободу. И тогда я почувствовал, как моя голова отделяется от тела, удлиняясь на фрагментированной шее из хитиновых позвонков и лезвий. Для меня всё было уже кончено. Но люди на первой палубе... Они даже не представляли, что их ждёт.


Исследовательское судно класса "Левиафан".
Орбита планеты B-4089. Малоизученный сектор галактики.
28-ая неделя с начала экспедиции. Количество экипажа: 1 человек.
(!) Биометрическая система обнаружения неисправна. Результаты сканирования могут быть искажены.
(!) Энергоснабжение судна переведено на аварийный режим.
(!) Отправлен сигнал бедствия.

8

Работа номер 7
Сделка с кошмаром

Молодой исследователь стоял на пороге красивого трехэтажного дома, куда его недавно пригласили, чтобы стать участником одного эксперимента. За работу и содействие ему обещали дать координаты места, о котором никто не знает. Амбициозный первооткрыватель давно хотел славы и признания, и это был его шанс. Тем более что взамен от него требовался сущий пустяк.
Молодого исследователя встретили и провели в одну из комнат. Служанка сообщила, что хозяин дома пока занят, и навестит гостя через пару часов. А пока она предложила перекусить и отдохнуть с дороги. Вещей у исследователя было мало, так что в большой комнате обжился он довольно быстро. Хотел было почитать одну из книг, находившихся в большом шкафу у стены, но его внимание вдруг привлекла старая потрепанная книжица, ловко запрятанная в самом углу этого шкафа. Как оказалось – чей-то дневник. Подписан не был, а на первой странице крупными буквами красовалась лишь одна фраза: «Надеюсь, хоть кому-то это поможет».
Весьма странное название. Если, конечно, это было название. Может, предостережение? Такие старинные вещи всегда интересовали исследователя, а потому он решил остановить свой выбор именно на этом дневнике. Как раз успеет прочитать за отведенное ему время. Да и служанка как раз вовремя принесла поднос с обедом. Устроившись поудобнее, молодой исследователь перевернул первую страницу и погрузился в чтение…

Я - обычный ученый. Специализируюсь на алхимии, с помощью которой хочу создать нечто принципиально новое. Предпочтительно живое. Хотя можно и мертвое, мне все равно. Лишь бы функционировало. Маг из меня посредственный: немного тьмы, немного смерти и слабенький дар крови. Мне не нужна сила. Не нужна слава. Исключительно научный интерес. Вот только ни ресурсов, ни особого таланта у меня нет, и все мои исследования проваливаются. Возможно, поэтому я так легко согласился, наверное, на самую большую глупость в моей жизни.
ОН появился на пороге моего дома в тот момент, когда я уже отчаялся и почти похоронил свои мечты. Этот… человек? Не уверен. Я даже лица его ни разу не видел, что в нашу первую встречу, что во все последующие его лицо всегда было скрыто за маской, а всю фигуру с головы до ног окутывал иссиня-черный балахон. ОН предложил мне сделку. Странную сделку. Сказал, что ответит на три абсолютно любых моих вопроса, даже если я спрошу о величайших тайнах мира. Поможет с моими исследованиями, направив по верному пути, а также выполнит одно мое желание. Любое. А взамен я должен был принять участие в его эксперименте. Стать подопытным. Все, что от меня требовалось – побороть собственные страхи. Все. Так ОН сказал. И я согласился. В конце концов, я ведь ничего не теряю? Даже если у меня не получится, мы просто расторгнем контракт, и он найдет себе другого подопытного. Так мне казалось… увы, но на тот момент меня ничего не смутило в условиях контракта, иначе бы я никогда на это не пошел.
На следующий день я прибыл по указанному адресу, полностью готовый к сотрудничеству. Это был большой трехэтажный дом, окруженный внушительной территорией. Красиво, ухожено. Много слуг. А внутри дом выглядел еще лучше – в таких разве что знатные люди живут. Правда, это здание принадлежало не аристократу, а являлось своего рода огромной лабораторией, где проводились опыты и исследования. И, как я понял, был я тут не единственным подопытным. По крайней мере, когда меня вели в отведенную комнату, я видел множество закрытых дверей с небольшими окошками. Из любопытства заглядывал. Видел людей. В основном мирно спящих. Но несколько раз попались и бодрствующие. Странные какие-то, и взгляд почти безумный и какой-то… пустой что ли. Уже тогда у меня зародились первые смутные сомнения об этом месте, но я все еще был воодушевлен скорым исполнением своей мечты – сделать великое открытие! Разумеется, я не собирался отступать. А когда оказался в своей комнате и вовсе позабыл все на свете. Отличное место! Просто шикарные покои – такие разве что у королей! Здесь было все, о чем только можно пожелать!
Правда, обжиться я особо не успел. Только вещи распаковал, осмотрелся, а тут в комнату снова вошел ОН. Ну… как вошел? Скорее, появился, казалось, из ниоткуда. Впрочем, тогда мне было все равно. Уже не терпелось приступить к делу. ЕМУ тоже. ОН ничего толком не объяснил. Лишь сказал, чтобы я приготовился, ибо сейчас мне придется столкнуться со своим страхом.
Всего несколько секунд прошло, а ОН вдруг исчез, и в тот же миг я услышал зловещее шипение и шорох… мерзкий такой, неприятный. Я сразу понял – змеи. А я до ужаса боялся этих тварей. Я не понял, как это случилось, но эти отвратительные извивающиеся тела вдруг стали заполнять комнату. Они лезли отовсюду и двигались ко мне. Мелкие и юркие, большие и неповоротливые, ядовитые и просто страшные! Я не выдержал и кинулся прочь из комнаты, побежал по извилистому коридору, желая найти хоть кого-то из прислуги. И только тогда я понял, что страх начинает сводить с ума, проникает в сознание, опутывая липкой паутиной. В доме никого не было. Кроме этих тварей. Они кишели просто повсюду. Я пытался сбежать, выбраться на улицу, но сделал только хуже. Там, в саду, я столкнулся с несколькими просто гигантскими змеями. Они были такие… такие… древние! Но ведь они же все вымерли! Я просто не верил глазам. Признаться, их вид был настолько устрашающим, что я был готов сдаться и стать их обедом, лишь бы все это поскорее закончилось. Но потом вдруг вспомнил, что у меня есть семья. Жена и маленькая дочка. Я должен был выбраться отсюда живым. Вернуться к ним. Это придавало сил. Я ведь маг, не так ли? У меня хватит сил совладать со змеями! Хотя мне убивать их всех смысла нет. Достаточно разобраться с той, что перекрывает выход с территории этого злосчастного дома. И я сделал это. Много ли может обычная змея против магии, пусть и такая крупная? Змея была уничтожена, и путь на волю был открыт. Мелкие змеи, что все еще стремились ко мне, больше не пугали. Теперь, когда я одолел поистине жуткую тварь, они казались обычными червяками. Мерзкие, неприятные – да. Но страха больше не было. Я просто отбросил их заклинанием и шагнул за ворота, а затем перед глазами все померкло…
Я очнулся на кровати, все в той же комнате. ЕГО рядом не было. Змей тоже. Неужели это был всего лишь сон? Он успел усыпить меня всего за пару секунд? Интересные у него, однако, эксперименты. Едва ли я когда-нибудь забуду этот «сон».
За окном было уже темно. На столе я обнаружил очень даже приличный ужин и записку от моего нового знакомого. Он поздравлял меня с успешным преодолением страха перед змеями, а также упомянул, что ночью мне предстоит столкнуться с другим моим страхом. Предлагал хорошенько подкрепиться перед этим. Вот только кусок в горло не лез. Я уже начал жалеть, что ввязался в эту авантюру, но поворачивать назад было поздно. Что еще он мне устроит? Я ведь простой человек и страхов у меня полно. Смогу ли я их все побороть? А если нет, что тогда? Эти змеи казались такими реальными… а если бы они меня сожрали? Как бы все закончилось в этом случае?..
Я так ничего и не съел тогда, только страхи свои в уме перебирал. И даже не заметил, когда ОН вновь появился в моей комнате. Я не снова не успел ничего спросить, лишь вновь оказался один на один со своим страхом. Нет, на этот раз не было никаких тварей. Зато исчезли стены и потолок комнаты. Я подошел к самому краю и увидел внизу бесконечную пропасть. Сердце ухнуло вниз. Высота – вот уж не думал, что вторым страхом окажется она. Да, теперь я знал наверняка, что это нечто вроде сна, и мне нужно как-то побороть этот страх. Вот только легче от этого не становилось. Змею-то я убил, а высоту я как убивать буду? А тем временем пол начал постепенно рушиться, от краев комнаты к центру. Нужно было срочно что-то придумать. А что? Летать я не умею! Да и куда лететь? Бездна кругом! Моя магия тут была бесполезна, и я не видел решения. И чем больше рушился пол, тем сильнее подступала паника. В итоге я не придумал ничего лучше, кроме как объединить при помощи колдовства постельное белье, что обнаружилось в шкафу, в один большой «парус» и примостить его к кровати так, чтобы восходящие потоки воздуха позволили мне парить. Так себе идея, но на большее мой мозг был тогда не способен. Когда я закончил, пол как раз уже начал разрушаться под кроватью, и я, устроившись на ней, рухнул в пропасть. Я так и не знаю, увенчалась ли моя идея успехом, ибо вновь очнулся в своей комнате. Ну, хотя бы не разбился. И, вероятно, преодолел страх высоты.
А ситуация вновь повторилась. Снова за окном поздний вечер. Снова еда и записка. И снова к ночи появился ОН и погрузил меня в очередной страх. Я даже не знаю, сколько времени это продолжалось. Кажется, я преодолел с десяток страхов (даже и не думал, что у меня их так много). Но я понятия не имел, что все это лишь начало, и самый кошмар ждет меня впереди.

В тот вечер я хорошо поужинал и уже готовился к очередному испытанию, даже начал потихоньку привыкать к этим «приключениям». Однако в этот раз ОН отправил меня… домой. Точнее, в то место, что когда-то было моим домом. Как мне удалось выяснить, в мое отсутствие в дом пробрались бандиты. Вынесли все, что нашли ценного, а остальное спалили дотла. Жену изнасиловали и убили. А дочь пропала без вести. Я даже не знал, жива ли она. И только тогда я начал понимать, что все предыдущие страхи не идут ни в какое сравнение с тем, что я чувствовал в тот момент. Моя семья и мой дом – самое ценное, что у меня было в жизни. Потерять все разом, остаться в полном одиночестве… я не знал, что мне делать дальше. Тогда я впервые сдался…
… и все равно очнулся в той же злополучной комнате. ОН впервые заговорил со мной лично после этого эксперимента. Сообщил о первом провале. Почему-то его пресный и обыденный тон тогда здорово взбесил меня. Захотелось все бросить, разорвать этот чертов контракт и просто вернуться к семье. И вот тогда-то я впервые начал осознавать, на что именно подписался.
В контракте была оговорка, что я могу прервать работу только в двух случаях. Первый – преодолеть все страхи и получить заслуженную награду. А второй – действительно могу уйти хоть сейчас, но тогда мой самый большой страх воплотится в реальность. Поначалу я не проверил, что такое вообще возможно, но потом… На теле вдруг обнаружился уже почти заживший змеиный укус; несколько зарубцевавшихся ссадин, когда я пытался выбраться из пещер; ожог на локте, полученный при попытке сбежать с горящего склада… Значит, это были не совсем сны, и страхи могут иметь свои последствия в реальности? Получается, если бы я в тот момент от всего отказался, то по возвращении домой застал бы ту самую картину, которую видел только что во «сне».
ОН оставил меня в ту ночь, дав время на размышления. И я тогда понял, что выхода у меня нет. Возможно, откажись я от своей затеи раньше, то столкнулся бы с куда более безобидным страхом, худо-бедно поборол бы его, даже разорвав контракт. Но теперь… все зашло слишком далеко, я не могу рисковать своей семьей. Мне придется дальше бороться со страхами. Придумывать что-то. Теперь я начал понимать, почему у тех, кого я видел в свой первый день, был такой взгляд. Эти эксперименты сводили людей с ума. Но я же не такой! Я не собирался сдаваться! Я пообщеал себе, что выберусь из этого дома во что бы то ни стало! Если бы я только знал, как наивны тогда были мои стремления…
Я справился с потерей семьи в этих «снах». Я научился жить один, нашел новую цель в жизни – с головой ушел в работу, смог вывести несколько новых видов существ. Не самого приятного вида, но все же. А затем  все рухнуло. Снова. В очередном таком «сне» моих существ назвали монстрами, а меня обвинили в пособничестве некромантам. Я оказался в застенках, пыточных камерах, из которых выбраться попросту невозможно. Я даже не сразу понял, почему меня просто не убьют, зачем мучают? Потом уже сообразил, что пытки – очередной мой страх. Оказывается, их я боялся даже больше, чем потерять семью и возможность развиваться в науке? Отчего-то в тот момент я ощущал себя жалким и ничтожным. Сам себя ненавидел за такую расстановку приоритетов.
Я себе даже не представлял, насколько разнообразными и изощренными могут быть пытки. В этих «снах» я даже начал привыкать к боли. Правда, долго не мог понять, как этот «пыточный» страх можно побороть. Ха! Способ оказался весьма оригинальным – «дожить» до безумия. Все эти пытки уже перестают иметь значение, когда теряешь рассудок. Это стало для меня еще одним открытием – мучители попросту оставляют тебя умирать, когда понимают, что от пыток больше проку нет. Кажется, именно на этом этапе «ломались» другие испытуемые в этом доме? А мне удалось сохранить рассудок… вроде бы. По крайней мере, ОН был несказанно доволен. Но этого все равно было мало, чтобы отпустить меня домой. Страхи-то не закончились.
Смерть – вот, что ожидает брошенного всеми человека, которого запытали до полного помешательства. Признаться, страх смерти поставил меня в тупик надолго. Этот страх невозможно побороть. Раньше я часто слышал тех, кто бахвалится своей готовностью погибнуть во имя чего-то. Мол, не боятся смерти. Да что там, я был таким же. Но сейчас… я понимаю, что это всего лишь громкие слова. Никто не хочет умирать. И я не хотел. Выбраться из этого «сна»… как? Как обмануть смерть?! Маг тьмы и смерти знает такой способ…
Да, я решился стать немертвым. Это ведь всего лишь «сон», так ведь? И при очередном эксперименте я провел этот ритуал. Стал личем. Этот способ понравился ЕМУ. Сообщил, что до такого никто из ранее испытуемых не додумался. Вот только контракт на этом не закончился. Почему? Да потому что страх смерти только усилился. Будучи личем я уже ничего не боялся. И вообще страх стал каким-то ненужным чувством. Чуждым. Но стоило лишь подумать о том, что до меня и моей филактерии доберется святая магия, как этот проклятый страх снова возвращался, причем куда более сильный и стойкий, нежели тот, что я испытывал будучи живым.

«Сны» о моей жизни в качестве лича уже подзатянулись. Признаться, мне даже начала нравиться такая жизнь. Точнее, нежизнь, я ведь уже был мертвецом. Во «снах» само собой. Хотя… кажется, через какое-то время в реальности мое тело тоже начало местами разлагаться. Зато больше не болели шрамы, оставленные после орудий пыток. Кстати, в то время я уже начал ловить себя на мысли, что все-таки схожу с ума. Я начал путать реальность со «снами». Мне даже начинало казаться, что реальная жизнь как раз у лича. Принять это за правду не позволяло всего два момента: во-первых, личи не спят, а значит, ему не может сниться моя жизнь (о, да, та еще жизнь!) в этой комнате; а во-вторых – ОН. Лич с НИМ не знаком.
Наверное, не свихнуться окончательно мне удавалось только благодаря основной цели. Я все еще помнил, что, поборов все свои страхи, я смогу вернуться домой, к семье, а затем и получить награду. Впрочем, я уже не был уверен, что эта награда так уж равноценна тому, что мне пришлось тут пережить. Как бы то ни было, а сдаваться я не собирался. И я все-таки нашел способ преодолеть страх смерти! Став личем, я ударился во «снах» в поиски и изучение древних книг, забытых знаний. И однажды смог узнать о ритуале, который смог бы сделать меня бессмертным. Правда, это превратило бы меня в иную сущность. Нечто вроде богов. Но какая разница? Главное ведь – побороть страх!
ОН доволен. Я сделал это! Провел обряд, изменил всю свою суть. Стал… а кем я стал? Не знаю, не понимаю… Я вообще уже мало что понимаю. ОН не приходил уже несколько дней. Я вновь обрел свое тело, но я больше не чувствую себя… человеком? Да, наверное. Сейчас, спустя столько дней, проведенных в борьбе со всевозможными страхами, я получил небольшую передышку. И теперь я четко осознаю, что это все были не «сны». Это… я не знаю, что это. Но оно убивает. Даже та сущность, в которую я обратился в последнем «сне» боится. Она боится навсегда раствориться в пустоте небытия. Ведь в отличие от обычной смерти, эта сущность не отправится на перерождение. Она просто исчезнет. Навсегда и безвозвратно. И сдается мне, что вместе с ней исчезну и я. А случится это совсем скоро, когда ОН придет и в последний раз погрузит меня в «сон». Похоже, ОН с самого начала знал, что все закончится для меня именно так. Невозможно избавиться от страха. Что бы ты ни делал, он возвращается. Побеждаешь – заменяется на новый. И, похоже, что этот цикл бесконечен… И зачем я на все это согласился? Моя жизнь была не такой уж скучной, все же было хорошо, а теперь… Теперь моя жизнь, вероятно, закончится. Жаль, что я так и не могу понять, для чего ЕМУ все это нужно…


Это были последние строки дневника. Молодой исследователь отложил свое чтиво и перевел задумчивый взгляд на залитый солнцем сад, что виднелся за окном. Этот дневник… кто его написал и когда? А главное – с какой целью? Предупредить того, кто окажется в подобной ситуации? Но ведь… это же глупости. Такое невозможно! Он всего лишь поучаствует в безобидном эксперименте, а затем тот странный человек в балахоне укажет ему координаты острова, который не указан ни на одной карте. Мало того, что станет первооткрывателем, так еще и получит сокровища, что на том острове схоронены! Вот только почему-то этот дневник настораживает, а в душе после прочтения поселилось стойкое ощущение, что вся эта затея плохо закончится. К своему обеду, кстати, исследователь так и не притронулся…
- Приготовься, - внезапно услышал он за спиной голос, лишенный какой-либо окраски. – Сейчас ты столкнешься с первым из своих страхов, - успел лишь обернуться и увидеть позади себя ЕГО. А затем сознание померкло, и молодой исследователь провалился в темноту…

9

Работа номер 8
Грот тысячи вздохов.

Она ненавидела этот дом.
Здесь всегда было людно, и шумно, и тесно. Все эти люди, что приходили к её отцу, и каждому из которых она должна была кланяться и мло улыбыться, выставляя себя в лучшем свете. Все эти обрюзглые старики, смотревшие не неё, как на кусок мяса. Все эти старые кошёлки, что искали малейшего повода, чтобы уличить её в дурных манерах. Она слышала, как они перемывали её косточки у неё за спиной — да они и не скрывали этого. Они давали ей знать её место в пищевой цепи аристократии.
Но это это был единственный мир, который она знала. Хищные твари на приёмах. Служанки, безмолвные и безропотные овцы, слишком старые и избитые жизнью, чтобы проявлять хоть какие-то эмоции. И отец, чей тяжёлый взгляд всегда жёг ей затылок. Она не смела смотреть в ответ — следы прошлых наказаний за непокорность были клеймом выжжены в её памяти. Она была дочерью и покорной рабой своего отца, пока он не найдёт ей достойную партию. Такова была её расплата за смерть матери. Такова была её судьба.

Она была прекрасна.
С первого взгляда на неё он понял, что должен будет спасти её. О, какое страдание он читал в её глазах! Как прекрасный лебедь, не нашедший себе пары, она плыла сквозь собрание коршунов и стервятников, готовых её растерзать. Ах, если бы только он мог стать её мужем — но он слишком хорошо знал того человека, что называл себя её отцом. Алчный торгаш, что вырвал себе сердце и заменил его камнем, когда его жена скончалась при родах, даже родная дочь была для него лишь драгоценностью на продажу — и не бесправному бастарду пытаться перебить всех этих господ на аукционе за руку и тело красавицы. Но он знал, что его любовь сильнее. И никаким стенам и сторожам не остановить силу настоящей любви.

Он был послан ей богами.
Она была взаперти — он был свободен. Она не имела при себе ни копейки — у него были деньги. Она не знала ничего о мире вокруг — он знал подходящее место, чтобы спрятаться. Но главное, она хотела свободы — а он хотел её освободить. Её не заботили ни его внещность, ни его глупая поэзия, ни его мальчишеская влюблённость. Он мог спасти её. Сделать свободной женщиной на воле. Лишь за одно право быть с ней. Что ж — впервые она могла сама определить, кому отдать это право. И она приняла первое по-настоящему самостоятельное решение в своей жизни.

Они сделали это ночью.
Под залихватский свист ветра и стеною хлещущий дождь он распахнул окно её спальни. Его верный конь уже ждал их под окном, в нетерпени роя копытом землю. В платье, в котором её должен был забрать другой, он увёз её далеко в леса. По руководству древней легенды, он нашёл грот, благословлённый Этерией, куда испокон веков сбегали преследуемые влюблённые, чтобы провести свою первую ночь. Пещера даровала им защиту от погони, а эхо навеки сохраняло голоса тех, кто в ней побывал. Они услышали его — едва слышный, потусторонний, чарующий звук множества голосов, слитых в единую песню, гимн любви, запечатлённый в камне. Там, под шелест бесконечного эха, они обменялись  клятвами, и он подарил ей своё сердце и кольцо, что стало для них обручальным. И в ту ночь они добавили к хору голосов свои.

Он проснулся один.
Паника и отчаяние захлестнули его. После всего, что он сделал, после всего, через что они прошли, после его триумфа, этого просто не могло быть. Весь день он метался по окрестностям в поисках её — безуспешно. Ни единого следа не осталось. В отчаянии он вернулся в пещеру и зарыдал, в гневе ругая Этерию, что обещала защиту, но лишь отняла у него возлюбленную. И, в тишине и бессилии упав на колени, он услышал, как эхо стало громче — как будто и вправду богиня откликнулась на его слова. С утроенной решительностью он бросился искать её следы в пещере — и, о чудо! Её венечная фата свисала с выступа, за которым был укрыт проход в глубины грота, не замеченный ими прошлой ночью. Не теряя ни мгновения, он бросился внутрь, в тёмные глубины, чтобы найти её.

Тьма поглотила его.
Во тьме было сложно бежать, но он не мог остановиться. Глухой его топот по грубым каменным ступеням был ритмом, а хор стонов — той мелодией, что гнала его вперёд, с каждым шагом окружая его всё сильнее, и с каждой минутой всё больше страдания было в этом хоре, что отзывался на страдания его сердца. И когда ария горя достигла крещендо — из тьмы он выступил на свет, в объятия кошмара.

Слов не было.
Как не было и мыслей. Каверна, что раскрылась перед ним, не оставляла разуму пути для бегства. Сколь хватало глаз, вдаль простирались каменные соты, и в каждой клетке прикован был цепями человек. Не человек — карикатура, рождённая художником без глаз, чья кисть ведома лишь ненавистью к людям. Мужчины, женщины и дети без числа, как грязный скот, прикованные в стойлах. В их глазах — лишь отупение, животная тоска существ, не видевших ни разу солнца. А меж них лилась, стесняя сердце и волнуя разум, мелодия, каких нет на земле. И каждый голос, как мог, мычал вослед той песне, не зная слов, но быть желая частью единого движения сердец.

И он пошёл за ней.
Она была прекрасна. Чиста, и утешительна, и страстна. В ней слились и колыбельня матери, и ария любви, какой желал бы каждый на земле. Она вилась тропинкою меж приземлённых стойл для низменных созданий, ведя его на голос, что был ему милее всех сокровищ на земле. Та, которую любил он, тоже была там; они её терзали, с улыбками впиваясь в её плоть, пока она кричала, вторя их смеху с радостью и болью. И он со смехом отдал им себя.

Время остановилось.
И оно не имело значения в мире, где никогда не вставало солнце. Он помнил, как им вместе отрезали языки и ставили на лоб тавро. Он видел, как её заводили в соседнее стойло. Он знал, что она там, и когда-нибудь он её оттуда вытащит. Если бы только так не кружилась голова. Их регулярно кормили, впрягали в мельницу и пускали им кровь. Иногда их водили на случки. Это было весело. Один день так мало отличался от другого. Кажется, они что-то подмешивали им в фарш. Чтобы не думать. Думать было невесело. Лучше всего было, когда господа пели, и они все вместе им подпевали. Это было весело. В такие минуты он всегда знал, что где-то рядом он слышит её мычание, где-то совсем рядом. В остальном дни не отличались один от другого. Разве что однажды ему попалось в фарше кольцо. Это было весело.

10

Работа номер 9

Цвет настроения чёрный.

Чернота подступала ото всюду. Всё вокруг пожиралось беспросветной тьмой. Не было ни единого просвета спасения в этой безнадёжной, чёрной мгле...

Где-то на севере...

Они стояли среди белоснежных, сверкающих снегов. Это был конец их пути. Финал. Цель, казалось, была достигнута, но нет. Их опередили. Орк стоял, устало глядя вперёд, туда, где возвышался здоровенный снежный холм. Там был он. Они уже встречались раньше, но так ни разу и не схватились в смертельной дуэли. Пришло время. Два монаха смотрели друг другу в глаза. Искры глубинной вражды сверкали во взгляде избранного Хартом и кулаки уже чесались от желания выбить весь дух из соперника. Но тот был спокоен, ведь знал - за ним стоит Аслан, за ним правда. Снежная буря, надвигающаяся к ним, вскоре укроет всё здесь вихрями снега, но каждый из орков знал - здесь и сейчас должен состояться бой несмотря ни на что. Безумие жажды крови огласило тундру, воплощённое чудовищным рыком двух орков. Настал бой...

Орк тяжело дышал. Он чувствовал, как силы покидают его тело, но было нечто гораздо более страшное - он знал, что Харт оставил его в этой битве. Его последней битве. Лоа отвернулся от своего избранника, оставив его одного против бойца Аслана. Он предал его. Осознание этого факт тяжелой ношей опустилось на поломанные плечи могучего орка. Он чувствовал, как всякая вера во чтобы то ни было иссякала, таяла буквально на глазах. Он утратил веру, он утратил силу и теперь он утратит жизнь. Неприятный конец. Отчаяние быстро сменилось безысходностью, ощущением тяжелейшей апатии. Выносливый орк ещё долго умирал, но внутри, в глубине души, он умер куда быстрее...

Где-то в безымянных землях...

Он не мог в это поверить! Только не сейчас, когда все его планы так хорошо переплелись с действительностью, как происходящее выстраивалось так удачно! Только не сейчас! Страх охватил разум уже давно не чувствовавшего подобных чувств реведанта. Его плешивый красный хвост нервно дёргался из стороны в сторону. Облачённый в деревянные латы владыка мёртвых шёл по коридору своей обители, собираясь лично убедиться в произошедшем. Он не мог поверить, что пленённый им вестник смерти оказался на свободе. Тем более сейчас, когда он методично завоёвывал в свои владения весь Захрэм! Почему именно сейчас? Как такое вообще могло произойти?

Они встретились на площадке перед центральной башней. Мертвец не верил своим глазам. Вестник смерти, принявший свой человеческий облик, стоял перед ним. Словно бы в насмешку, он стоял с кривой ухмылкой на шрамированном бледном лице, которое обрамляли светлые, седоватые волосы. Он нарочито вызывающе облизнул свою косу и спросил, как у владыки мёртвых дела. Но тот не мог вымолвить и слова. Его словно бы парализовало страхом! И не удивительно. Вестник смерти продолжал насмехаться, наслаждаясь происходящим. Он поведал лису, где тот просчитался, рассказал, что всё это было его коварным планом. Вестник смерти долгие годы совершенствовался в психологии, чтобы сделать это! Настал час расплаты. Настал час суда. Вестник смерти пришёл исполнить волю Жнеца. Владыку мёртвых ждёт гибель, но та не сулит ему милостивого сомнения, нет. Его ждут тысячелетия терзаний и мук. Его ждут века страданий за все преступления, все совершенные грехи. Страх пожирал мертвеца и когда смертельный удар вестника был нанесён, владелец мертвого вифрэйского тела был уже давно мёртв эмоционально.

Где-то под землёй...

Дроу с ужасом смотрел в зеркало. Этого не могло случиться! Только не с ним! Только не сегодня! В такой важный, чудовищно важный день. Ви'джау чувствовал, как плечи его поникли, а тело пронял озноб от осознания всей трагедии происходящего. Он не мог оторвать взгляда от красных точек на своём лице, что покрыли большую его часть, лишив красоты его черный лик. Это была катастрофа! Сегодня Ви'джау должен был предстать пред Сейлен'Шиар, но как он мог появиться пред нею в таком виде? Мужчина чувствовал, как все его надежды рушатся одна за другой, скрываясь в необъятной пучине отчаяния. Это конец. Нет! - воскликнуло сознание и ману астар побежал в свою лабораторию, чтобы воспользоваться отпущенными часами. Он найдёт решение. Он исцелит себя. Он не поспеет предстать пред королевой с лицом, усыпанным прыщами!

Прошли часы и, наконец, настало время идти. Он вновь смотрел в зеркало, понимая, что больше нет смысла бороться. Алхимия не помогла ему. Одна из его сильнейших сторон, ремесло его жизни, не смогло справиться с напастью, свалившейся на плечи Ви'джау. Дроу чувствовал, что ослаб и ноги подкосились, более не удерживая тело от падения. Ману астар рухнул на пол, сокрушенно ударяя кулаком по мраморному полу. Ещё удар, второй, третий. И силы таяли с каждым ударом. Отчаяние полностью захлестнуло его и вскоре его было уже столько, что больше влезть уже не могло. И тогда он лопнул. Дроу выхватил острейший кинжал из голенища своего сапога. Одно движение и его бессмысленной ныне жизни придёт конец... Смерть ничтожного неудачника.

Где-то в тишине...

Разум терзала тишина. Всё вокруг погрязло в черном цвете и лишь маленький островок оставался всё ещё нетронутым темнотой. Этот островок представлял из себя пентаграмму - на каждом из лучей её лежало тело, головой обращённое к центру, а ногами к концам лучей пентаграммы. Все пять тел были абсолютно неподвижны - их обладатели спали. Как и сидящая посреди этих тел фигура. Она принадлежала эльфийке, чей разум подвергался безостановочной атаке. Она всячески пыталась выстроить защиту из Цвета, который струился из окружающих её тел. Этот "цвет" покидал пятерых, медленно подплывая к ней. Это было её единственное спасение от Тени. Та, подобно голодному зверю, скалилась и рычала, но делала это беззвучно - тем не менее нур знала, что искорёженная часть её подсознания это делала. Но пока ещё у эльфийки была защита от проголодавшейся твари. Пока ещё... Кошмары продолжали терзать её жертвы, но с каждой минутой, с каждым часом те постепенно смирялись. Их дух угасал и сознание больше не собиралось бороться с безнадёжностью, опускающейся на разумы пленных Ходящей по снам. Эта безнадёжность начинала зарождаться и в самой эльфийке, ведь она знала - когда последний "цвет" угаснет рядом с нею, не останется ничего, что могло бы преградить путь для Тени. И Тень возьмёт своё. Тень сожрёт её...

Это неизбежно...

Тела, лежащие в пентаграмме, погасли. Они стали абсолютно бесцветными. Чернота, почувствовав отсутствие "цвета", немедленно устремилась вперёд. Вскоре угасли последние краски. Вскоре угасло всё. Наступила абсолютная тишина. И беззвучное рычание Тени возвещало, что хищник нашёл путь.

Это конец.

11

Работа номер 10
ЛЕКАРСТВО ОТ СМЕРТИ
-Брр, ну и морозняк! - присаживаясь у костра сетовал молодой охотник, - Сейчас бы кружку пива в теплой харчевне, да хорошую бабу, которая согреет, а не вот это вот всё.
- Смею напомнить, Ваше захолустное Преосвященство, что мы здесь по Вашей милости! Если бы ты не задолжал кругленькую сумму хозяину кабака, нас бы здесь не было. - остро ответил ему второй, более взрослый, с явной сединой на лице и голове охотник и подкинул очередное полено в огонь.
- Да ладно тебе, Гас! Зато мы неплохо развлеклись в ту ночь. - решил успокоить товарища молодой.
- Заткнись, Тревор!- в голосе Гаса чувствовалось плохо скрываемое нетерпение.- Благо, добычи здесь полно, и, когда мы вернемся в город, то покроем все свои долги. Лишь бы вернуться целыми...
Добытчики никогда не забирались так далеко в эти края. К слову, сюда вообще никто не ходил - земли по ту сторону Ристела были опасные, отнюдь не гостеприимные - именно поэтому дикой живности тут водилось в избытке. Но очень редко кто осмеливался податься сюда, ибо никогда не знаешь, кого можно было там встретить… Полуночный туман стелился над заводью реки, вздымаясь ввысь, поглощая округу. Холодная осенняя, уже наполовину зимняя погода не на шутку грызла бедолаг. Гробовая тишина, царившая в лесу и изредка нарушаемая волчьим воем или криком филина, заметно щекотала нервы, и только треск веток в извивающемся пламени успокаивал, отдаленно и сладко напоминая домашний уют.
В нескольких километрах от лагеря, на высоком холме, виднелись руины древнего храма, которые давным давно стали объектом жутких историй и легенд о призраках, некромантах и чудовищах, обитающих в них. В лунном свете, пробивающемся через туман, внушительных размеров развалины выглядели устрашающе. Но, похоже, охотников не сильно волновали сказки и небылицы, которыми крестьяне пугают своих детей.
-Слыхал о новом борделе в городе? - решил развеять молчание Тревор, - Говорят, бабы там…- он осекся, услышав хруст веток за спиной. Оба компаньона  вскочили, хватаясь за висевшие на поясе клинки.
- Кто здесь!? - с дрожью в голосе выкрикнул седой.
Из-за деревьев, в паре метров от мужиков, показалась фигура в темном плаще с капюшоном и с кривой палкой, служившей, по всей видимости, тростью.
-Тише-тише! Мы же не хотим, чтобы на твои крики сбежалось все живое в округе, - послышалось из-под капюшона. - Не пугайтесь. Я всего лишь смиренный путник,- опередил все вопросы незнакомец; голос его был размеренным и уверенным.  Он сделал пару шагов к огню при этом сбрасывая с головы капюшон, так что теперь его можно было разглядеть. Зрелище было довольно отвратительным: горбатый хромой старик с квадратным лицом, испещренным шрамами; левую половину лица скрывала повязка, поэтому было видно лишь один большой глаз; лысину “украшали” редкие седые длинные волосы, ниспадающие с затылка на плечи; рука, державшая трость, была перебинтована, но из-за одежды было не понять, насколько. Плащ его был видавшим виды:  потрепанный, грязный, кое-где виднелись заплатки и порезы. При всем этом, хромой, вел себя довольно активно - не как человек в таком возрасте с такими недостатками.
- Позвольте мне переждать эту ночь у вашего огня? За это я поделюсь своим табаком и скрашу свое присутствие увлекательными историями, - подходя ближе и улыбаясь предложил убогий путник. Зубов во рту явно не хватало, а те, что еще имелись, почернели и искривились. От такой доброжелательной улыбки у охотников по спине пробежала дрожь; они переглянулись.  Тьфу ты, страхолюд! Перепугал! - подумал было молодой.
- Ну, халявному табаку мы всегда рады! Да и язык почесать не прочь. Коль уж вышел ты на нас - садись, грейся, - решил проявить гостеприимство Гас, хотя это ему, откровенно говоря, не особо нравилось. Старик доковылял до костра, уселся на свободное бревно и достал из-под плаща кожаный кисет: “Угощайтесь!”.
Недоверчиво, но с большим желанием оба друга набили свои трубки, сам же скиталец курить не стал, сославшись на больные старческие легкие.
- Ты говорил, знаешь интересные байки? Валяй! - потребовал охотник, заметно повеселев после нескольких затяжек
-Хмм, ну слушайте. Есть у меня одна история, как раз об этом самом месте… - и старик, не спеша, закатил свой рассказ.

Когда-то давным-давно, еще во времена прошлой Эры, на этих самых землях располагался храм Хэр Ливор - обитель Ордена целителей, которые славились своим мастерством врачевания на весь Мистериум. По легенде, они могли исцелять любые болезни и недуги, поэтому со всех уголков Мира к ним стекались смертельно больные и убогие, у которых больше не оставалось надежды на выздоровление.
Но с началом войны Искупления прошащих становилось все больше, целители и знахари считали своим долгом помочь им всем. Но с каждым днем войны количество больных росло, а служителям Ордена не хватало сил, они истощались в течение многочасовых ритуалов и операций. Истощали свои организмы до такой степени, пока это не приводило к их гибели. Но все равно они не могли помочь всем. Война была в разгаре, и мертвых становилось больше, чем раненых. Именно тогда Наставник Ордена - великий Джакомо Торре - стал искать способ исцеления единственной болезни, терроризирующей весь Мир, которую не могло победить ни одно лекарство - он возжелал излечить всех от смерти.
Долгие годы Наставник изучал работы своих предшественников, древние труды великих целителей, шаманов и знахарей. Он перебрал все методики лечения, всевозможные ритуалы и обряды, но смог добиться лишь не серьезных результатов. А жертв войны становилось всё больше и больше. Его неспособность - неспособность помочь, неспособность найти решение проблемы всех времен - стала оказывать на него невообразимое влияние. Он всё больше становился  замкнутым, нервным, строгим к себе и к другим. Тогда он решился прибегнуть к помощи Черных рукописей - запретных артефактов, содержащих огромное количество темных знаний, относящихся ещё к первым годам прошлой Эры. И пришла пора перейти к действиям. Он понял, что ему нужно на ком-то испытывать обнаруженные им знания. Никто не подходил для этих целей лучше, чем больные и немощные, приходящие в его обитель. Они заслуживали этого. Они могли послужить благим целям. И они послужили… Поначалу он экспериментировал на добровольцах, но, когда он стал заходить слишком далеко в своих опытах с живыми, желающих становилось все меньше. Вскоре, о его жестоких методах стало известно везде, и тогда кто-либо вовсе перестал приходить в Храм. Монахи-целители были недовольны: многие ушли, а те, кому повезло меньше, стали подопытным материалом Наставника. Годы шли, Храм пришел в запустение, больше о зверских опытах Наставника ничего не слышали. Кто-то говорил, что он умер, так и не найдя лекарства; кто-то, что он свихнулся в конец и покончил с собой. Но так или иначе, в Храм возвращаться никто не рисковал. Спустя тысячелетия Храм превратился в руины, а земли вокруг него одичали. Лишь иногда смельчаки, бедолаги или глупцы забредали в чащи вблизь руин Хэр Ливор и пропадали бесследно… Среди крестьян до сих пор ходят легенды о том, что в руинах обитает призрак Наставника Торре и похищает всех, кто ему попадается, чтобы провести на нем свои опыты и, наконец, создать лекарство от смерти. Говорят, он одурманивает своих жертв, и забирает их бессознательные тела в руины, где их стоны и вопли никто и никогда не услышит…

-Хах, ну ты даешь, старик! - спустя минуту ошеломленного молчания смог вымолвить старший из охотников. - Прям в дрожь,- задумчиво подытожил он же, делая глубокий вдох из трубки.
- Да ну!- вставил молодой. - Глупая страшилка для глупых юнцов! Пойду, пожалуй, отолью. Положив свою трубку, он встал с места, развернулся в сторону деревьев но, не успев ступить и шагу, рухнул наземь, дергаясь в конвульсиях.
- Тревор! - вскочил на помощь другу Гас. - Что за… - он  повернулся к сидящему, как ни в чем не бывало, старцу, но тут же схватился руками за сдавленное горло, безуспешно пытаясь поймать ртом воздух. Он упал на колени, хрипя и не понимая, что к чему.
Старик, тем временем, не спеша поднялся и, опираясь на трость, дохромал до мучающегося охотника.
-Хороший табак, не правда ли? - вертя в пальцах трубку охотника, риторически спросил он спокойным голосом. Потом рукой схватил бедолагу за волосы, запрокинув ему голову: - Ооо даа, у тебя хорошее лицо! - скалясь начал рассматривать все его контуры, - Оно мне подойдет!
- Пп..по..по-моги!- хриплым задыхающимся голосом взмолился охотник и схватил старца за руку. В этот момент тело его уже перестало слушаться и он упал на четвереньки, попутно срывая еле державшуюся ткань с руки незнакомца, оголяя гнилую, мертвячью плоть, скорее даже мешанину из плоти и костей.  В покрасневших от нехватки воздуха глазах охотника читался глубокий шокирующий ужас и осознание неизбежности. Путник, смотря в лицо теряющему сознание, сдернул с лица повязку, под которой вместо обычной половины лица была...совсем иная, как-будто бы, принадлежащая другому человеку и которая, казалось, была пришита. Да-да! Несколько крупных кусков кожи грубыми неровными штрихами были сшиты в один. Глаз на этой стороне отличался от первого размером, возможно, даже цветом, и, что самое главное, держался на пучке нервов и, казалось бы, вот-вот должен был отвалиться. Это было последнее, что увидел охотник, перед тем, как его сознание отключилось. Чудовище смотрело на трепыхающиеся тела сумасшедшими глазами, в которых играло явное чувство наслаждения.
***
Резкий, проникающий в душу, вопль на миг пробудил сознание. Голова раскалывалась от ужасной ноющей боли.... Еще вопль… Разум начинал потихоньку проясняться. Он попробовал открыть глаза. Темно. Лишь тусклый свет резал глаза. Сырой холод. Он чувствовал, что тело не слушает его. Где я? Что со мной? Зрение медленно приспосабливалось к обстановке. Дышать было больно, в груди сильно першило. Но он уловил едкое зловоние. Его подташнивало. Спиной он чувствовал холодную шершавую поверхность. Стараясь осознать, где находится, напрягся. Что произошло? Где...Где Тревор?? Память медленно возвращалась к нему. Понемногу он вспоминал всё. Сначала вспомнил себя. Потом лес. Лагерь. Полночь. Странный калека, появившийся не менее странным образом в таком месте, да и еще в такое время. Черт! Снова вопль… На этот раз издыхающий. Глаза привыкли к темноте и он увидел...агонию. Напротив него, метрах в 3, к деревянному, стоящему под большим углом, столу был привязан человек. Вернее, то, что от него осталось… С головы до ног он был в крови. Лицо на его зафиксированной голове застыло в страшных муках. Глазницы были пусты. Правая рука была отрезана чуть выше локтя. В груди, где должно располагаться сердце, зияла дыра. Живот распорот. Оттуда свисало что-то мерзкое. От этой картины Гаса тут же обильно вырвало.
-А, ты уже очнулся! - откуда-то сбоку послышался уже знакомый голос. - Ты же не против, что я начал с твоего друга? Тут же осознание пришло в голову пленника. Пустая туша, висевшая перед ним была телом Тревора. Гас не смог вымолвить ни слова.
- Он был довольно стойким, был в сознании даже когда я доставал его желудок. Посмотрим, как долго продержишься ты?
Гас пытался смотреть по сторонам, но, похоже, его голова тоже была зафиксирована. Единственное, что он смог увидеть боковым взглядом - стол, со стоящими на нем банками разных размеров с жидкостью, в которой плавали… органы. Глаза, языки, сердца и даже уши! Его вырвало еще…
Наконец, мясник показался. Он выглядел еще ужаснее, чем тогда, в лесу. На нем вместо старого плаща был только окровавленный фартук. На оголенных частях тела виднелось множество шрамов и стяжков. Вместо ужасного глаза, который находился под повязкой уже был другой. Шею обвивали, спускаясь вниз и за спину, нелепые трубки. В руке он держал окровавленную зубастую пилу и мерзко улыбался.
-Давай знакомиться. Меня зовут Джакомо Торре. И да, я все-таки изобрел лекарство… Лекарство от смерти!

12

Приём работ завершён. Проголосовать можете здесь.

Отредактировано Феррус (2018-10-31 04:46:23)


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Конкурсы » Литературный конкурс "Мистерийская Книга Ужасов: Возвращение"