Live Your Life ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Последний шанс Code Geass Средневековое фэнтези ждет своих героев! VEROS

FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru



17087 год - Эра Раскаяния
10 Января, Среда 19:00.
Время в ролевой

Погода в Иридиуме: Вечер. Небо столь же ясно и безоблачно, но зимняя темнота уже окутала город. Холод, ветер усилился.

Произведена выдача аренных билетов, следующая ожидается в конце лета-начале осени. Арена снова ожидает своих гладиаторов!

Подведены итоги Лотереи "Игра Демиурга".

Внимание! Событие Spellfinders: Misterium Battle Royale возобновлено!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Пепельная пустыня » Пепельная пустыня. Граница.


Пепельная пустыня. Граница.

Сообщений 1 страница 30 из 51

1

Именно здесь происходит смешивание двух песков - тёмного и светлого. Эти места большая часть путников проходят стороной и не зря, ведь можно нечаянно забрести на территорию легендарного Сумеречного Шпиля. А оттуда, по слухам, никто не возвращался - ни умелый маг, ни сильный воин, ни группы из тех, и других...
Эту часть пустыни можно назвать мёртвой - будто некто специально занимался тем, что выжигал любой источник жизни. И неизвестному удалось - по крайней мере, в отношении тёмного песка. Светлый же, по мере его увеличения в соотношении смеси, будто бы нивелировал негативное влияние своего серого собрата, так что чем больше его становилось по мере удаления от Пепельной пустыни, тем активнее проявляла себя местная фауна, а кое-где и флора. Мелкая живность вроде ящериц, тушканчиков и иных мелких грызунов пыталась освоить эти места, но преуспеть им в этом не давали хищники побольше, некоторые из которых обладали способностью летать.
На некотором отдалении имеется небольшой скрытый в песках форт, размерами с деревеньку. О том наполнен ли он жизнью или нет - остается только гадать, ибо на удивление хорошо сделанные стены полностью отсекают любые любопытные взгляды. Когда-то в незапамятные времена он был построен чтобы служить аналогом Жату-Аштарака, перекрывая свободный проход на территорию Шедима, но со временем оказался заброшен по причине того что оказался попросту не нужен - добираться до него большим войском не представлялось возможным, ибо уже на это тратилось слишком большое количество сил. Относительно близкое нахождение Сумеречного Шпиля было лишним поводом не ходить сюда.

Внутренние локации:
1. Безымянный форт. Неизвестно есть ли в нём жизнь или нет. С виду - заброшен.
2. Три массивных камня. Эти махины располагаются друг к другу достаточно близко - не далее чем в 3 метрах, выступая из песка подобно рифам. Время изрядно их подточило, но белесый материал из которого они созданы пока продолжает сопротивляться
3. Мёртвая зона. Здесь совершенно нет никакой живности и новая не спешит заселять эти причудливые из-за смеси двух песков места.
4. Плоский камень. Огромный, напоминающий по виду булыжник лежит посреди пустыни вот уже не одну сотню лет. Чёрный, похожий на обсидиан, он медленно и сам обращается в песок. Но до того как он станет им полностью - должно пройти еще очень и очень много времени.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2019-02-05 12:09:32)

2

В принципе, Теххи бы не составило никакого труда отправиться домой, выпить там пару-тройку жертв, принести блюдце багровой же жидкости своему спутнику (хотя, некоторые бы назвали его скорее просто "питомцем"). Однако, она так не делала. Почему? Ответ был прост и продиктован исключительной подозрительностью обоих вампиров - их спутник мог оказаться как магом разума, сообщающему как об их способностях, так и...достаточно плохо реагировал на попытки вмешаться в его кровь. Собственно, все эти малоприятные особенности вампирам приходилось терпеть исключительно из-за того что этот проводник оказался единственным, кто согласился их проводить до затерянного в песках Форта. Благодаря "разговорчивости" некоторых знакомы Теххи и их впечатлительности к улыбке Лаефа, им удалось начать распутывать клубок, ради которого часть из них (ровно половина) сюда заявилась - раскрыть секрет того как местные вампиры "ходят под солнцем". И их цель была именно там. Вот только что она там делала и зачем вообще находилась в этом богами заброшенном месте узнать не удалось. Но интуиция, которая преследовала вифреев даже после их смерти, подсказывала - скоро им предстоит это узнать...
Солнце пытающее проплавить мозги, однообразный, пусть иногда достаточно причудливый пейзаж и не слишком то разговорчивый Проводник вместе даровали то, от чего всю свою бессмертную жизнь вампиры и старались спастись. Скука. И, пожалуй, хуже всего был тот факт что неизвестно как долго она должна была продолжаться. Их верблюды отличались спокойным нравом и как на зло никак не демонстрировали своего недовольства своими седоками - хотя поначалу и брыкались, и норовили плюнуть. Возможно, тому виной было "особое слово", которое им прошептал проводник, а может - животные попросту смирились с неизбежным...
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Скоро - неожиданно в зудящей тишине проронил мужчина, казалось, не испытывающий неудобств под одеянием, с головы до ног укутывающей его скрытое где то там тело. Сами собой закрадывались подозрения о том что он тоже был нежитью. Но другое дело что у не-мёртых никогда не было таких роскошных усов, как у него. По крайней мере ни Теххи, ни Лаеф не видели того чтобы кто-либо тратил хотя бы малую часть вечности для закручивания своих растущих под носом (а, иногда казалось что и из носа) волос.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2019-02-05 13:14:14)

3

Начало игr~rы

«Нуаrrr, без-зумно по тебе скучала!», – мурлыкнула себе под нос Теххи в начале их пути. Восток занимал отдельное место в её замершем сердце и обосновался там давно и, надо понимать, надолго: пустынные барханы, пески и ветер, засыпающий пыль в обувь, в одежду и в глаза – ах-х! Всё это вызывало восторг и чувство, сродни нежности. Перед лисой то и дело возникали чарующие картины прошлого, когда она гонялась за всякой швалью на благо хвостатой братии, а проблемы с клыками даже не было видно на горизонте. Эххх! Ностальгировала лисица, конечно же, вслух. Рассуждая о некроманте, от которого и за которым успела побегать где-то в округе, Теххи делала это как можно дольше и как можно раздражительнее и… не без умысла. Она всё ещё была зла на своего клыкастого спутника, и Лаеф мог без проблем это увидеть во взгляде хвостатой – впрочем, это было единственное, что можно разглядеть в её закрытом одеянии – тряпье пустынных кочевников с прорезями для глаз, укрывающем от палящего солнца. Лиса только и занималась, что упивалась своей безнаказанностью – ещё раз попытаться её убить Бесхвостый едва ли посмеет, пока они путешествовали в компании усатого проводника. 
Как вы догадываетесь, так радужно дела обстояли недолго.
На исходе бес его знает какого часа хвост лисицы подрагивал в неприкрытом возмущении. Скучно! Убийственно, непозволительно, страшно скучно. Истории закончились, поэтому продолжала путь она в гордом молчании, держа спину идеально прямо и невозмутимо уставившись перед собой – в бесконечность пустыни. «В твоём распоряжении целая вечность – куда же спешить?», – то и дело успокаивала себя Теххи, тем не менее, постепенно закипая. В юности путешествия по пескам были как-то… занимательнее.
– Скоро.
Лиса встрепенулась, мгновенно стряхивая с себя оцепенение и кидая торжествующий взгляд на своего мёртвого спутника. Неясно, чего она там торжествовала, видимо, продолжала отыгрываться за вчерашнее.
Теххи довольно потянулась, хрустя косточками, и подняла заинтересованный взгляд на проводника. Человек был во всех отношениях любопытный, но больно неразговорчивый, никак к нему не подберёшься.
– Насколько скоrо? Я устала! И голодна, – капризно воскликнула лисица, демонстративно оглядываясь в поисках конечной точки маршрута и обводя пустыню рукой. Но длилось это недолго. Уже в следующий момент настроение совершило кульбит, и Теххи серьёзно спросила, приятно улыбнувшись: – И всё же… почему господин rешился нас сопrоводить?.. Небезопасный путь, вы единственный согласились на этот rиск.
Не то чтобы она надеялась на ответ, но этот усан, человек (человек же?), был с Востока, а значит его история в самом деле могла быть особенной. Главное – подтолкнуть его ей поделиться! Словами сыт не будешь, но, пока проблема голода остро не стояла, лисица разбавляла скуку чем могла.

4

~~~Прям самое Начало игры ~~~

Шаг за шагом вифрэй преодолевал пустыню, как голем вышагивая расстояния. Солнце? День? Жгучее ощущение собственной боли лишь подстёгивало его чувство жизни, и злоба с новой силой пробуждалась причудливым ручьём. Поэтому, вместо закрытых одежд, хвостатый гордо щеголял практически в гномьем наборе, то есть броня и лёгкая одежда. Свет уже не может сделать вампиру хуже, чем он сделал сам себе, так и не выбрав смерть в то время. Сейчас... Сейчас он даже убить себя не сможет, будучи скованным (Да! Добровольно!) волей своей вроде-текущей жены. Правда её выходки, как и её личность, наскучили ему почти сразу, как только началось приключение в пустыне. Он не видел тут ни романтики, ни чего-либо ещё, а вот перспектива столкнуться с тайными песчаных, среди которых было умение "жить на свету" оч-чень даже настораживало. Ничуть не меньше, чем их усатый спутник.

- Риск  - оказаться у любителя мальчиков в его кровавый пир, или задавать странной крови подобные вопросы. Текущая ситуация - отложенная смерть. И ещё неизвестно, чья, - напряжённо проговорил вампир на вифрэйском, после чего добавил вслух очевидное для человека (хотелось бы верить, иначе он даже глупее ожидаемого), - нужно скорее. Есть желание... перекусить, - едва сорвались эти слова с губ, как мистик буквально впырился в человека. Условно, естественно, ибо магическое зрение, в отличие от обычного, в посмертии исказилось не так сильно. Есть ли изменения в его ауре, всколыхнулся ли эфир. Если этот проводник посмеет уделить передаче своих мыслей больше внимания, чем собственным завитушкам, он может лишиться не только их, но и жизни.

- Оазис или стоянка кочевников. Нам надо будет не больше часа для знакомства с их культурой питания, - ухмылка на время сомкнулась, чтобы вновь продемонстрированные клыки, для удовлетворения вампира, явились свету. Правда, тут пугать некого - Неро была слишком привычна, а усан... Он Усан, непонятная кровь. Впрочем, дело сейчас не в нём, а в совершенно иных живых. Нюх его спутницы был острее его собственного, но, может быть, рядом был подранок из кочевников. Чувство крови откроет местоположение этого существа, а жертва поддержит тело вампира в пригодном для него состоянии достаточного долго, чтобы эту добычу настигнуть.

По меньшей мере, это будет хоть сколько-то "согревающе". Путь, поиски проводника, отсеивание зацепок - всё это было привычно для разведчика, но жутко бессмысленно в плане удовлетворения иного голода, голода настоящей ярости Ануид. Ни одного убитого, ни одного обращённого... За подобную трусость Астарх, порой, лично карал преступников. С другой стороны, резню Одинокого Алого Голода, с годами, глава разведки тоже перестал принимать, всё больше настаивая на нейтральном пути решения проблем. Что же, вот. Путь через пески, что может быть более серым? И Усан. Всё ещё живой. Пока

5

Лаеф изредка достаточно пристально бурил ауру мужчины. Стихия разума, магией которого обладал проводник, молчала - пока он не отсылал ни сообщения, ведя себя на удивление покладисто для живого мага, сопровождающего вампиров. Да, на вифреях обращение в алчущую крови нежить, пожалуй, сказывалось хуже всего, ибо их звериная натура и без того позволяла им щеголять удлинёнными клыками, но Теххи обоснованно на поведении предполагала, в то время как Лаефу всего лишь казалось, будто человек знает об их сущности. Однако при этом доверенные общему языку многозначительные фразочки, исторгаемые пытающими разбавить скуку вампирами не производили на него никакого впечатления. По большей части он их игнорировал. К "им" относились как слова, вопросы и угрозы, так и сами спутники эти самые слова, вопросы и угрозы произносящие. Теххи чувствовала - в таком поведении, а вернее какой-то едва ли не самоубийственной уверенности в своих силах, было нечто такое, от чего не просто пахло, но разило опасностью...
Вот и в этот раз, даже после такого из ряда вон события вроде подавшего голос проводника, ничего не изменилось - на вопрос Теххи, как и на неприкрытую угрозу Лаефа, он никак не отреагировал. Первой пришлось довольствоваться тишиной, тогда как второй занялся тем, чем занимался периодически каждый из кровососов - пытался с помощью чувства жизни найти поблизости живое развлечение. И...привычным образом не обнаружил. Только вызывающе близко находящийся мужчина на верблюде. Однако, отличилась Теххи, которая краем своего раскинувшегося на 400 метров пассивно работающего чувства жизни заметила внушительную кровяную отметину, которая, впрочем, с высокой вероятностью была или какой-нибудь очередной разросшейся до невообразимых размеров ящерицей, или пустынным хищником, спрятавшимся от превращающего мозги в кашу солнцепёка. Пару таких случаев, благо, уже было - тогда компенсирующий жертвой Лаеф вдоволь погонялся по песку, набрав его в таком количестве, что по возвращению вернулся каким-то подобием взлохмаченного песчаного голема. И, судя по напрягшемуся телу, был не против повторить нечто подобное сейчас...

6

Теххи не была уверена, что её Кровавый оружейник до конца осознаёт все тонкости ситуации, в которую они попали. Может, ему отшибло нюх и угроза от самоубийственной уверенности Усана его не задевала. Может, он видит что-то, что не замечает сама лиса. Чёрт его разберёт. Само задание Лорда было отложенной смертью. И, нет, всё-таки эта смерть была их. Почти неминуемая. Вместо того, чтобы пытаться выпутаться из ловушки Лорда Везира, она предпочтёт кинуться в неё с головой. Выживут – хорошо, слава и почёт, шанс выслужиться и восстановить своё имя. Нет? Обратно их всё равно не ждут.
Смерть от голода вампирам не грозила. В крайнем случае, они доберутся до затерянного в песках Форта, а после, отправив Усана восвояси с положенной ему оплатой, Теххи попытается запомнить местность и координаты – и смотается за парочкой кровяных мешков для перекуса для себя и Лаефа. План выглядел красиво, конечно, но тратить силы на телепортацию в условиях их и без того небольшого количества днём лиса не хотела: где-то здесь, в песках, живут умалишённые кровососы, которые нашли способ жить под солнцем. «Уже догадались, что на их тайны открыта охота?»
– Твоя стrанная кrовь всё rавно неrазговоrчива, а мне скучно – я бы и на пиr Соrго смоталась, – буркнула Теххи на вифрэйском, пытаясь высмотреть то, что почуяла.
Снова зазвучала всеобщая речь с едва заметным шедимским акцентом:
– Где-то там, – взмах рукой в направлении, которое указало Чувство жизни, – копошится что-то живое немаленьких таких rазмеров. Не поrучусь, что это каrаван или в пrинципе люди. Хочешь скукожить ещё паrочку песчаных чеrвяков? – вздёрнув бровь, поинтересовалась со смешком. Она бы предпочла быстрее добраться до Форта, а не отвлекаться на местную фауну, но раз уж руки марать не ей, то почему нет? Развлечься за чужой счёт Теххи любила.
Лиса привычным жестом переплела чары Адреналина для Лаефа, если он всё же пожелал ещё побегать по песку. Сыпалось с него и так уже знатно, но язвить о приближении старости она не стала. Пока. Себя полоснула кинжалом, жертвуя несколько капель крови. Кому? Амунис дар вряд ли оценит, так что пусть подношение будет Белиару, раз они в его владениях. «Правда, Кровавому Богу вряд ли понравится, что его верных подданных хрызут теперь все кому не лень – пустынных кланов мало, теперь и Ануид суют нос в пески Нуара»
Оставалась одна проблема. Усан, от которого так и веяло опасностью, пусть она себя ещё не проявила. Человек странный и, пока Лаеф может быть занят, все заботы о нём лягут на её плечи. Тогда стоит позаботиться и о себе. Хвост от этой мысли нервно дёрнулся, хаотично двигаясь из стороны в сторону. «Бояться живого? Пффф. Нет, конечно. Так… опасаться. При самом плохом раскладе пойдёт нам на ужин, тогда и узнаем, такая ли странная у него кровь», – в ответ на собственные мысли Теххи переплела Кровавый щит.

7

Лаеф мысленно и с внешним отчуждением "отмахнулся" от ворчаний "супруги". Было странно слушать их спустя столько-то лет, когда она благополучно погибла и смогла возродиться обратно. Подобные вещи в принципе мало вяжутся с понятием "скуки", тем более в такой ситуации. Странная кровь... Его молчание злило не меньше, чем если бы он попытался уйти от ответа. Пожалуй, в случае хоть какой-то беседы можно было понять нечто больше, чем его стихии. Разум? Забавно, помнится Неро увлекалась этой стороной дара, причём особый интерес у неё проснулся уже после обращения. "Не имея - желаем, не желая - забываем"? Впрочем, тут он и сам был не без греха, не в полную меру черпая жизнь в своём прошлом. Эту досадную мелочь вампир исправлял при всяком удобном или неудобном случае.

- Кровь есть кровь, кому бы она ни принадлежала. Люди или звери - оно того стоит,, - с довольным оскалом пробормотал охотник, фиксируя когти у себя на руке покрепче. Да, зверьё было крайне "диетической" пищей, не принося ничего, кроме удовлетворения самим процессом. Что, в общем-то, удовлетворяло Лаефа чуть менее, чем полностью, особенно с учётом специфики местной живности. Наивно полагая себя защищёнными, веруя в слабость детей ночи при свете дня, эти создания гибли - вампир хотел в это верить - с ужасом понимания неотвратимости своей смерти. В любом случае, свою жажду пролития крови хвостатый вновь на время забудет.

Подготовка не занимала много времени, и представляла собой привычный для мистика набор заклинаний - "алый" коготь получил удержанный втрое огненный шар, отзываясь алым эфиром на поверхности оружия; "багровый" также отметился наличием магии внутри - кровавая игла, втрое больше базовой. В когти-перчатки последовали заклинания послабже - простой огненный шар и кровавый удар. Желание выпустить всё приготовленное в "странную кровь" было подавлено привычным "тебе всё равно не дадут это сделать", потому как поводок офицера, пока расслабленный, будет натянут по мгновению ока.

И так, пора на охоту. Привычное наставление - потерять свой "караван" в пустыне было бы весьма неприятно - звучало на вифрэйском: не забудь про крылья. Минуты через три небеса тебя ждут. А меня ждут алые реки, - после чего, ускоренный стараниями Лорда Крови, оружейник мог поспешно выдвигаться в указанном ранее направлении. Сам он использовать это заклинание не особо любил - оно удаляло от горячки боя, да и требовало определённых магических сил для собственного поддержания. Так что отдуваться, как и всегда, придётся старшему составу. Сам хвостатый, пока, будет ориентироваться на своё собственное чутьё, выдвигаясь к этому "пятну ящериц". Если, как и всегда, создание будет спрятано под песком, то острая кровавая игла, выпущенная из оружия, всколыхнёт спокойный сон твари.

8

Указания не-мёртвой лисицы были приняты и Лаеф начал подготовку. Это было немного не осмотрительно, учитывая что ему предстоял путь метров в четыреста (о котором Теххи, правда, не сказала), но зато он прибудет к жертве полностью готовый к её разрыванию на части. Поочерёдно в оружие "алое" и "багровое" были заряжены втрое удержанные огненный шар и кровавую иглу. Последняя для своей реализации потребует втрое больше крови, которую вампир рассчитывал тотчас же восполнить живительной влагой жертвы. Когти-перчатки так же обзавелись своими заклинаниями - огненным шаром и кровавым ударом. Взгляд в спину проводника и вот, лис, рассекая барханы своими уверенными шагами, устремляется в обозначенное направлении. Двигаться в песке куда тяжелее, чем по твёрдой почве, так что прыть Лаефа измерялась исключительно силой его гонящих его вперёд мышц. Но даже для не знающей усталости нежити 400 пролегающих по раскаленным пескам метров это далеко не невинная пешая прогулка. А уж времени она занимала...
Золотое марево, дрожащее в воздухе над залежами песка, достаточно быстро поглотило целеустремленную фигуру Лаефа. И потянулось время. Почему-то здесь, в окружении наполнителя для некоторых видов часов, секунды будто бы текли куда медленнее, словно не имея возможности выбраться из раскалённого солнцем плена. Благодаря тому что её "напарник" устремился прочь, Теххи, из-за пассивно действующего чувства жизни, заимела какое-никакое занятие: она пыталась рассчитать сколько Лаефу осталось до цели, учитывая уже пройденное им расстояние. Вот только весельем это было назвать довольно сложно, ведь тот проделал в лучшем случае пол пути.

Теххи. Рядом с проводником

Неожиданно процессия остановилась. Тому виной оказался проводник, который неожиданно спрыгнул с верблюда и склонился почти к самому песку. Но проделано это было совсем не для того чтобы напасть на оставшуюся в одиночестве вампиршу. Он разглядывал какой-то странный, противно выглядящий ком, обваленный песком. Со стороны, противоположной той, в которой скрылся Лаеф, нюх вампира показал сразу несколько кровавый точек. И, судя по всему, двигались они не по, но под песком...
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Территория песчаных акул. Теперь будем идти пешком и медленно. - сухо промолвил он. - Так мы будем привлекать меньше внимания.

Лаеф. В пустыне.

Лаефу же было скучно. Опять. Сколько он не шёл, чувство жизни всё не сообщало о наличии поблизости хоть кого-нибудь съедобнее ящерицы или тушканчика. Самое время было для сомнений - а не отправили ли его прочь, чтобы полакомиться проводником? Или указавшей направление попросту захотелось побыть одной? А может...

Отредактировано Нейтральный персонаж (2019-02-12 11:37:29)

9

Время - вещь ужасно капризная. Только вчера, казалось бы, перед тобой были все возможности вселенной, и вот ты уже сегодня крадёшься через барханы песка, в поисках неизвестной добычи. С другой стороны, Лаеф знал, что в данном случае он не выбирает - его собственная кровь сделала это за него. Найти. Разорвать. И сожрать. Большего и не требовалось. Ради подобного можно было перетерпеть такие мелочи, как ненавистное солнце и уже-всё-таки-бесячий песок. Подобное лишь распаляло ярость, что не могло не радовать остановившееся сердце и мёртвую душу.

- Тваааааааарь! - В один момент буквально возопил хвостатый, на спуске с гребня песка оставляя на нём неглубокие полосы от своих лезвий, что сразу же "заживали" за счёт сыпучего материала. В подобном была какая-то своя издёвка, но вампира грело два ощущения - он всё же, пусть и с небольшими сложностями, преодолел путь больший, чем мог бы даже мечтать, будучи живым; наконец, где-то там, впереди, притаилась добыча. Ещё теплая, насыщенная кровью, и лишь по капризам судьбы - живая. Пламень, загоревшийся в негодовании, проявил себя теплотой и дымовой завесой. В первом черпались новые силы для ускорения движений, во втором - хотя бы малая тень, позволяющая вампиру укрыться и набраться сущности детей ночи. Для сгущения огненного тумана, мистик ограничил действие магии минимальным расстоянием вокруг себя, максимально уменьшая область действия чар. Вот теперь - продолжим, - с самодовольным "выдохом" подумал разведчик Ануид, вновь отправляясь в путь. Если уж туда указали добычу, то она там будет. После двух раз было бы странно отправлять впустую, какую бы цель "госпожа" не преследовала. Кроме того, он не хуже её знал о её вкусовых предпочтениях, и если после Лаефа остаются лишь высушенные дотла трупики, Теххи ограничивалась "дегустацией" в два-три глотка. Скорее, странная кровь решит её вкусить, чем лишь повеселит нас, - подумалось вампиру напоследок, перед тем как от всех мыслей необходимо было отказаться, и, уподобившись голему, идти вперёд, за своей наградой и таинством - за кровью.

10

Из увлекательного – брови лисицы стремительно ползли вверх. И ползли бы ещё долго, не будь у них своего предела. Сначала у Теххи возникло ощущение, что Лаеф её не послушал и решил погонять по пустынным барханам из чувства скуки – следя за своим «супругом», хвостатая пыталась высчитать, сколько времени у него займёт путь до кровавой кляксы, о которой вопило её чутьё. Это тоже быстро надоело. Потом, принюхавшись и кровожадно ухмыльнувшись, решила, что это её шанс перекусить проводником и утолить начавшую проклёвываться жажду. И уже мгновением позже с сожалением отмела свою идею, сплетая Кровавые крылья
Пригладив шею верблюда напоследок, словно пытаясь успокоить (ага, наверняка животинке будет намного спокойнее без мёртвого ездока, но это ведь де-та-ли?), Теххи рванула вверх, широкими взмахами рваных крыльев рассекая зной пустыни. Взглянув на небо с палящим солнцем и едва слышно ругнувшись, прикинула, сколько времени до заката.
– Кrовь песчаной акулы… какая пакость, такого я ещё не пrобовала… – пробормотала себе под нос лисица, зависнув в воздухе. Ленивые взмахи крыльев позволяли не отставать от замедлившегося проводника, а высота, на которой была Теххи, давала Лаефу надежду в случае чего её обнаружить и догнать их вялую процессию. – Веrблюдов эти тваrи засекут сrа-азу, как медленно ни иди, – вполголоса ответила лиса на ашрэфи, поудобнее перехватив кинжал. Не то чтобы она собиралась им защищаться… и даже вмешиваться в грязное убийство акул… пусть со всем разбирается этот Усан, она здесь гостья. Наблюдатель. В случае чего – взлетит повыше и будет наблюдать, как тупые чудовища пустыни будут раздирать их караван. «Путь до Форта неблизкий… но и не настолько далёкий, чтобы я не нашла дорогу в случае чего сама!», – самоуверенно решила Теххи, лишь на всякий случай заготовив Кровавый удар. Вдруг эти песчаные акулы выпрыгивают из песков излишне прытко и высоко?

11

Теххи. Рядом с проводником

Для создания кровавых крыльев вампирше пришлось пролить драгоценную живительную влагу. Буквально - отдать часть своей жизни (технически - отдать часть чужой жизнь, что пошла на то чтобы продлить жизнь лисицы). И не капля, а целых двадцать из них были исторгнуты из организма Теххи во имя того, чтобы еще большая часть драгоценной влаги прорвалась сквозь кожу на её спине и создала пару массивных , широких крыльев. После этого нужен был лишь порыв воли, чтобы те вознесли мёртвую вифрейку в раскалённые от жара небеса. Пожалуй, ей повезло что она не чувствовала усилившегося давления пекла - в противном случае едва ли ей удалось бы отделаться солнечным ударом. Освободившийся от её присутствия верблюд, несмотря на свою флегматичность, будто бы облегчённо выдохнул и впился в едва видимую торчащую из песка колючку - видимо чтобы заесть стресс.
Проводник, молча взирающий на оставшиеся на песке бурые следы - всё, что осталось от капель потраченной на заклинание крови, а так же на горделиво парящую в воздухе особу, лишь покачал головой и подкрутил свои залихватские усы.
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Тогда мы не будем двигаться вообще - произнес он и вновь склонился к самому песку. На этот раз не для того чтобы рассмотреть отвратительный ком. Возникало ощущение что он приложил ухо к песку и принялся вслушиваться в бесконечный шелест моря песчинок, будто те были способны нашептать ему о приближении опасности.
Нюх вампира сообщал о том что акулы продолжали двигаться в том же направлении, не сбавляя темпа. Немного отстранёно вампирша обнаружила что эти создания рассекают пески в разы стремительнее, чем не предназначенный для этого Лаеф. Впрочем, следовало отдать бешеному вампиру должное - тот, после достаточно долгого времени, почти достиг своей цели. Но от "почти достиг" и до "достиг" было еще метров двадцать. Перед ней пока стоял иного рода вопрос - использовать приготовленный кровавый удар на представителе одного из пяти кровавых точек почти поравнявшейся с ними подземной гадости, или дать им всё же пройти мимо.
В принципе, ответ был достаточно очевиден...

Лаеф. В пустыне.

Конечно, крик не ускорил его движения. Но после этого двигаться стало легче. А все из-за того что после соприкосновения "алого" с песком, тот, из-за сосредоточения в нём многократно усиленного огненного шара, превратил песок, которого коснулось оружие ближнего боя, в стекло. Стало немного интереснее. Подобное событие оказалось своеобразным топливом, которое наполнило движения вампира бесшабашной стремительностью. Теплота (хотя, куда уж больше, учитывая ту, что наполняла пустыню) и дымовая завеса, действующие в условиях пустыни особенно эффективно, добавили несущейся по барханам фигуре сумасшедшей изюминки, превращая нелепо движущегося вифрея в настоящего ифрита, ковыляющего по пустыне в поисках жертвы.
И последняя, наконец-то обнаружилась где-то под уровнем песка, на расстоянии в каких-то жалких двадцать метров, за массивным барханом! А всё благодаря чувству жизни, которое кровосос столь вовремя реализовал! Правда, радость, переполнившая хищника тут же оказалась изрядно подпорчена "качеством" добычи. Её повреждения были столь сильны, что пребывание живого существа по эту грань бытия было истинным чудом. Лаеф чувствовал резаные раны, что покрывали преимущественно грудь и руки, переходя и на тело. Ноги с некоторое время назад раздробленными коленными чашечками так же были исполосованы ранами и носили следы какого-то иного оружия, похоже скорее на меч. Да, ранения были серьёзными из-за своей многочисленности, но они были нанесены так, чтобы приближать их обладателя к смерти, но не давать ему переходить незримую границу.
Сокращая расстояние, Лаеф не сразу обратил внимание на белеющий на солнце остов. Человеческий остов. И еще на один. И еще. Их становилось всё больше по мере того как он обходил бархан, оказавшийся практически полностью занесённым тоннами песка строением. Источающая сладкий аромат крови жертва находилась где-то внутри этой полуразрушенной постройки.
http://s3.uploads.ru/BS9Qj.jpg
В отличие от мёртвых, спокойно покоящихся в песках костяков он заметил пышущую магией тьмы и ветра фигуру, что чернильной каплей мглы отделилась от царствующей в храме. Она на пару секунд пропала было из поля зрения, после чего появилась в несколько ином месте. Можно было бы предположить что это мираж, но всё было гораздо хуже. Назгул.
http://s5.uploads.ru/mEFqA.png
Назгул: - Про-о-о-о-очь! - прошептал он тихим, как шелест песка голосом. Призрак находился на пути к храму, что пролегал через выбеленный солнцем сад костей. И, пусть расчехлённого оружия видно не было - лишь висящий на поясе короткий кинжал, да прямой меч по другую руку, от этого создания веяло веяло опасностью.
На данный момент двух представителей нежити разделяло порядка пятнадцати метров.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2019-02-17 17:52:51)

12

След огня в песках, пожалуй, оказался для клыкастого чем-то новым в его жизни. Он слышал, что стекло получают из союза песка и огня, и используют трубки для выдувания бутылок, но до этого считал эту новость лишь сказкой, выдумкой для детей перед сном, чтобы они представляли себе рукотворную магию. Сотворить её своими руками было чем-то таким, что даже воодушевило. Возникло желание оставить стеклянное пятно побольше, да в виде символа Ануид, но мистик предпочёл заняться иным таинством – кровью – ведь она была куда ближе, чем ранее.

И таки чувство его «женушки» не подвело. Изувеченный, израненный монстр буквально (хотелось верить) ожидал своего спасителя в лице вампира. Лаеф, к слову, ощутил нечто сродни уважения к тому неизвестному творцу, что умудрился столь филигранно удерживать некое создание на тонкой границе меж жизнью и смертью. Конечно, кровь этого существа будет не столь вкусна, как если бы оно было подвижно и в полном здравии, но и данный спектр вкусовых эмоций будет любопытен для вкушения. Куча костей и непонятное здание на фоне питательной трапезы выглядели слишком блекло… в отличие от нечисти.

Этот подвид нежити хвостатый буквально ненавидел. Вообще он всех мертвецов хотел бы сжечь в пламени своего гнева, но вот этих – особенно. Мало того, что в этом создании вовсе не было крови, дак оно ещё отличилось противным нравом, бессмысленной непонятной речью и нечеловеческой тягой оставаться в этом мире в столь бесполезной оболочке. Что вело этих…духов? Призраков? Охотник не настолько был хорош в спектрологии, чтобы можно было уверенно судить на этот счёт. Возможно, как и прочих мертвецов, их поднимала некромантия, а значит - огонь мог уничтожить основу в виде преобразованного эфиром «тела». Остальное было не столь важно. Уши прижались к черепу, на лице возник ещё более жуткий оскал.

- Тва-ааарь, - предостерегающе прорычал вифрэй, боковым шагом смещаясь в сторону, да предостерегающе поднимая руку с "алым". Дух ему помешает утолить голод, это точно. Но, коль других мучителей рядом нет, побитый монстр – дело рук призрака, и он оставил тварь в живых не просто так. Стоило найти этот источник боли, и обернуть его себе на пользу. Для защиты от вреда, Лаеф обратился к жуткой корке собственного кровавого пота, да проверил стремительность своих движений. Сколько времени прошло, стоит ли вновь принести жертву? И если удастся найти такое положение, чтобы увидеть раненого монстра – добить тварь кровавым ударом, запасливо удерживаемым в перчатке. После чего… После чего призраку придётся самому убраться прочь, иначе в этом мире он больше не задержится. Мистический взор сверлил ненавистную пока-ещё-не-добычу, изымая тайны одарённости и наличия стихий.

13

Обстановка не радовала, и лисица ощутила, как внутри начало закипать глухое раздражение. Яркий солнечный диск над головой вытягивал из неё силы медленно, но верно, а до заката времени ещё было предостаточно. С этим ещё можно мириться: мирятся же пустынные отщепенцы, сушатся в удушье пустыни – и ничего, живут! Судя по всему, даже хорошо. Никакой конкуренции, обширные угодья.
А ещё этот усатый проводник… Лиса любила людей не только на завтрак, обед и ужин – с ними ей всегда интересно. Создания с таким коротким, даже относительно вифрэев, сроком жизни отчаянно пытаются успеть как можно больше за отведённые полвека: Теххи видела, как гоняются за богатством, свободой, властью и «простым семейным счастьем», оставшимся за гранью её понимания. «Чего желаешь ты?», – ультиматумы, которые проводник выставлял с самого начала их пути, переполнили чашу терпения вампирши. Туда же добавился носящийся как песку как полоумная ищейка Лаеф, таинственные пустынники и неясная перспектива вернуться когда-нибудь домой – в глушь мистерийского леса, в сердце Ануид.
Теххи от всех остатков своей души прониклась ненавистью ко всему живому и не очень в округе, и потому рухнула на песок несколько резко и излишне быстро, топорща хвост и крылья – и тут же сделала несколько шагов к проводнику, припавшему к земле. Из пореза на запястье струилась пара алых ручейков: на глазах человека они преобразились в извивающихся змей с широкими капюшонами, напоминающих кобр. Беззвучно шипя с раздвоенными языками, змеи скалились и словно порывались вцепиться в глотку жителя Востока.
– Мы идём дальше, – улыбнувшись одной из самых чарующих улыбок, ответила лисица. Чарующей она была не столько из-за обаяния хвостатой, сколько из-за обнажённых клыков, добавляющих в спокойно произнесённую фразу нотку угрозы. Кинжал как бы ненароком лёг в руку в жесте, ненавязчиво демонстрирующем, что порезы наносить она умеет не только себе – не имеет значения, что в прямой схватке эти умения бесполезны, но… у Теххи был немалый опыт в запугивании, осталось только найти точку, куда можно надавить. Это было не так-то просто, когда твоя цель не распята на дыбе, на провокации реагирует как-то вяло, а что с этой странной кровью было всё ещё не совсем понятно. На лису накатило желание вкусить кровь проводника, прочесть его память и понять, что он такое.
Впившись тёмно-алым взглядом в человека, она пристально следила за движениями его тела, взглядом, выражением лица.
– Мы. Идём. Дальше. Песчаные акулы почти миновали, мы пrодолжим путь. Мы обязаны успеть до заката. Обязаны. Я понятно выrажаюсь?говоря на ашрэфи, лиса сделала упор на последнем вопросе, позволяя зазвучать ноткам гипнотического голоса, и парой широких взмахов поднялась в воздух метра на три. Не было уверенности, что это сработает, поэтому следовало держаться на расстоянии – всё-таки, не зря же от проводника весь путь ощущалась странная угроза. Продолжать путь на своих двоих Теххи не собиралась в любом случае. Да и дражайший «супруг» не удосужился поделиться тем, что разглядел в его ауре, если вообще что-то там увидел.
«Развлекается?», – краем внимания отметила лиса. Если с проводником вопрос не решится, ничто не мешает слетать и взглянуть, как он там, Лаеф… пробовать песчаных тушканчиков она, конечно, не будет – не настолько ещё голодна, чтобы уподобляться низшим вампирам, кидающимся на всё, что движется. Но перед этим – применит силу магическую, если сила её красноречия не возымеет эффекта. Заодно проверит, настолько ли его кровь маловосприимчива к её колдовству.

14

Лаеф. В пустыне.

Взгляд вампира с чувством жизни, был брошен в сторону полупогребённого в песках здания. Выходило что скрытая где то там, в тёмных глубинах сооружения, измученная жертва либо обладала каким-то совсем слабеньким даром к магии, либо же не обладал им вовсе. Чтобы разобраться, необходимо было пройти мимо местного пыточных дел мастера, что так до сих пор и не сдвинулся с места, будто опасаясь отойти от блеклой тени, отбрасываемой криво торчащим из песка зданием. Приглядевшись повнимательнее, Лаеф даже несмотря на слепящие солнечные лучи, не смог не заметить маску в виде жутковатой гримасы, что покоилась на месте, где у других назгулов зияла беспросветная чернота. Правда, ни что она означала, ни зачем та вообще была нужна нежити в этом уединённом месте, мистик, из-за отсутствия каких-либо особенных познаний в области религиозной деятельности, понять не мог. Впрочем, вполне возможно, это ему было и не нужно вовсе...
Одного предупреждения, похоже, призрак считал достаточным, чтобы тотчас же начать плести какое-то заклинании, стихии тьмы. Лаеф, само собой, не отставал. К счастью, подготовка была на одно заклинание меньше, ведь пусть времени прошло и значительно, но заклинание жертвы еще держалось (минуту-две у вампира было в запасе точно). Однако, заимствованной у других багровой жидкости все же пришлось "выйти погулять", чтобы застыть в виде твёрдой защитной корки из-за применённого на себя кровавого пота. Ответом на это была пелена омрачения, которой мистика наградил назгул. Яркий день мигом превратился в нечто мрачное и тусклое, но не полностью перекрыл взор мистика, частично защищенного от подобного рода воздействий. Стоило ли это считать отмашкой начала фазы активного боя? Не мешкая, противник начал сплетать следующее заклинание. Это не помешало ему повторить свое предупреждение, на этот раз с куда большим нажимом, будто намекая что следующий раз он будет бить на поражение.
http://s5.uploads.ru/mEFqA.png
Назгул: - Про-о-очь!

Карта

http://sd.uploads.ru/oaAmz.png

Теххи. Рядом с проводником

Столь резкое приземление Теххи подняло в воздух целое море золотистых песчаных брызг. Они волной накатили на Проводника, вынудив его закашляться и на верблюдов, побудив их взволнованно сдвинуться со своих мест. К счастью, животные были достаточно хорошо выдрессированы, чтобы не ринуться тотчас же прочь. Приблизившуюся пышущую яростью вампиршу что верблюды, что человек встретили далеко не ласковыми взглядами. Первые, впрочем, изменили своё отношение к происходящему на состояние, близкое к панике, когда струи крови превратились в разозлённых змей. Они порывались броситься прочь, но что-то будто бы удерживало их на месте. Проводник же внешне остался непреклонен. Даже не отряхнувшись, он встретил пышущий гневом взор Теххи скалой спокойствия и демонстративно отодвинул полы длинного одеяния, демонстрируя ранее сокрытое оружие: саблю, метательные ножи и смотанный хлыст. Последний он аккуратно достал и взял за рукоятку, так что вёрткая часть оружия крысиным хвостом опустилась на песок. Этот жест был сродни выраженному с помощью багровых змей негодованию и, словно раздуваемые капюшоны рептилий, говорил о том что в случае чего, мужчина был готов за себя постоять. Но Теххи чувствовала - на самом деле Проводник боялся, просто свой страх выражал несколько иначе.
До использования гипнотического голоса дело не дошло - молчун заговорил.
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Никто не пойдёт дальше. - промолвил мужчина коротко - Теперь - никто.
Песчаные акулы явно заинтересовались неожиданно мощным ударом неизвестного предмету об их стихию.  верблюдов на месте сделало интерес еще более вящим. А кровь, проникающая сквозь песок, окончательно уверила хищников в том что сюда стоит заглянуть.
Проводник подошёл к верблюду Лаефа и резко совершил щелчок хлыстом рядом с недоуменно косящейся мордой. Животное взвилось на дыбы, скидывая поклажу и ринулось прочь, в пустыню.
Проводник: - Это их отвлечёт.
И правда, нюх вампира сообщил что одна кровавая отметка отделилась от остальных и ринулась на встречу убегающему животному. В отдалении из песка появился плавник, что стремительно приближался к несущемуся прочь парнокопытному.
Остальные, впрочем, продолжили приближение. Теххи видела что до целей осталось пятьдесят метров, сорок пять метров, сорок метров, тридцать пять метров...

15

Сложно сказать, чего именно добивался непонятных дух. Возможно, он не закончил с монстром, и желал трагического уединения. Вполне вероятно, что следующим субъектом мастерства палача должен был стать сам Лаеф, а потому его постарались ослепить и вроде-как-обезвредить. Маг тьмы, если задуматься, мог сотворить и не такое, так что предупреждению стоило бы внять, ведь этого было благоразумно.

Только Лаеф никогда не был благоразумным.

- ШВАЛЬ! - с переходом на бег в сторону нечисти, разъярённым взмахом руки, огненный шар с перчатки был отправлен в призрака. Что бы тот ни делал, умение мистиков сопротивляться проклятиям, их дар и врождённое сопротивление магии делало из них страшный сон для таких вот созданий, особенно напирающих на низкие фокусы с ослеплением. А чтобы лишний раз ему не пришлось пользоваться тенью, хвостатый собирался проникнуть внутрь здания, к своей драгоценной крови. Чтобы призрак не делал - а он, судя по всему, будет исчезать и появляться для атаки - единомоментно убить будет не в силах, а малую боль... Малую боль вампир встретит с удовольствием. И с тем же удовольствием покромсает эту наглую добычу на части, как только выдастся удачный момент. Или когда тот перестанет бояться и таки возьмётся за меч, чтобы ощутить на себе ярость Ануид.

Для этого, как говорилось выше, надо лишить его преимущества применения теней. Как ни странно, в кромешной Тьме подобные существа были куда как слабее, так что, по солнечной стороне, хвостатый стремительно приближался к своей жертве. Примется ли дух за оружие? Отлично, если да. Адреналин и пропитанное жертвенной кровью тело позволит разорвать его на лоскуты. Если нет, то участок с тенью будет преодолён рывком. Туда, внутрь, после чего вампир обратится в слух и зрение. Стихии выдавали положение призрака, его противный шёпот указывал на местоположение. Если будет миг - хотя бы миг - то можно будет приняться за кровавую жатву, которая восполнит запасы утраченной из каналов энергии.

16

– Это их отвлечёт.
– Ложь! – рявкнула лиса, топорща крылья и размашисто выводя восьмёрки хвостом. Проводник обладал поразительно острым слухом, раз так старательно вслушивался в шорох песчаных акул. И неужели он, этот странный человек, не понял, что всех их отвлечь лишь одной жертвой никак не удастся. Так боялся, что падёт от их клыков раньше, чем от её? А ведь чего-то он действительно боялся и, предпочитая думать, что именно её, Теххи упивалась этим чувством. Особенно тем, как он скрывал его за этой бравадой…
«Кровь впустую», – проводив взглядом верблюда Лаефа, с сожалением подумала хвостатая. Она чуяла, как твари разрезают песок и стремительно приближаются к ним, и с нетерпением ждала развязки. В такие моменты беспокойство и предвкушение выливаются в жесты: нервозные, дёрганные. Вот и сейчас Теххи рванула было навстречу солнцу, но замерла совсем близко от земли. Кровавые змейки, потеряв внимание хозяйки, плавно стекали вниз, утратив очертания. Золото Нуара снова обагрилось кровью, стекающей с кончиков пальцев.
Кап.
Кап~п.
Кап~п~п.
Мучительно растянувшиеся мгновения отсчитывали беззвучные алые капли.
– Близко. Совсем. Четвеr~rо, – промурлыкала, переведя игривый взгляд на проводника. Как он поступит? Примет бой против хищников пустыни, или позорно сбежит? Если предоставить ему выбор… что решит? Теххи не без азарта собирала те крупицы информации, что выуживала из языка тела проводника, и с удовольствием терялась в новых догадках. Такова была её охота: разрывать плоть с ожесточением и кровавым месивом было совсем не обязательно.
– Цепляйся за меня, – выбросив руку вперёд, поманила коготком к себе. Как он будет за неё держаться – его проблема. И будет ли вообще? Теххи заставлять не станет, как и принимать участия в грязном побоище. Нюх вампирши, пусть и далёкий от прежнего обоняния, не подводил; она знала, как скоро акулы настигнут их и оставшихся верблюдов. Горбатые, кажется, чувствовали неминуемую гибель… В случае чего, впиться можно и в них. Если совсем прижмёт. Как ни мерзко.
– Ну так что? – резко поторопила Теххи, на губах которой уже играла нехорошая улыбка. «Что же ты теперь не подкручиваешь свои усы, человек? Медлишь!» – Или… Лучше быть съеденным, чем оказаться тrусом?
Драгоценные секунды промедления, и лиса устремится ввысь одна. Жаль терять проводника, больно любопытный был людь.. но жребий брошен, и выбор сделан.

17

Лаеф. В пустыне.

Огненный шар настоящей пылающей кометой устремился на встречу назгулу. Заклинание - выстрел было настолько большим, что под ним - когда то пролетало над особенно крупными песчаными насыпями - образовывалась крохотная полоска уродливо кривого, деформированного стекла. К огненному шару оставались безучастными разве что безжизненные костяки, в обилии раскиданные по окрестностям, но и те из-за возникающего на мгновение марева жара, будто бы едва вздрагивали, когда над ними пролетал сгусток гудящего от сдерживаемой мощи пламени.
Назгул, как и ожидалось, пропал из зоны видимости, пропуская огромный огненный шар сквозь себя. Лаеф этим, понятное дело, не воспользоваться не мог и рывком промчался внутрь здания, едва-едва успев затормозить, когда мрачная громада вобрала его в себя. Вот только...
Мёртвый лис посмотрел по сторонам, затем снова выглянул наружу. Да, всё было именно так - омрачение пусть и не действовало на полную силу, позволяя мистику сквозь черноту видеть окружающую среду. По крайней мере, так было пока он был под жарким и, что куда важнее, до неприличия ярким солнцем пустыни. Оказавшись же в здании, куда свет проникал постольку-поскольку, зрение вампира становилось практически нулевым. На нюх бывшему вифрею рассчитывать почти не приходилось из-за того что он подсел настолько значительно, что далеко не каждый кровосос имел счастье вдыхать ароматы. Оставалось еще, правда, чувство жизни, но при попытке пойти на сближение с потенциальным донором крови, произошло неприятное столкновение со стеной (вернее колонной, которую в сковывающей восприятие Лаефа темноте попросту не было дано распознать). Это указывало что обстановка внутри погребённого в пустыне храма куда сложнее.
Будто этих проблем было мало, по ноге Лаефа прошёлся клинок, зачарованный прикосновением тьмы. От второго кровавый лис успел дивным образом увернуться и даже провести контр-атаку "алым", которая пришлась на спокойно выдержавший удар бессловесный камень. Вообще, разглядеть нематериального назгула во мраке известных этому существу катакомб (хотя, уместнее будет сказать - помещений), представлялось делом еще более сложным, чем поиск живого существа на ощупь в условиях нападающего из мрака врага...

Теххи. Рядом с проводником

Человек применил заклинание предчувствие и страх, который дрожал в его душе подобное последней оставшейся струне, стал стихать. Вдалеке песок около одиноко убегающего верблюда вспушился и из золотого цветка на животное накинулось огромное чудовище, начиная тотчас же пожирать его. По пустыне прокатился крик умирающего животного, который побудил оставшихся в живых засеменить в сторону. Похоже, их отменно выдрессировали, раз даже перед лицом неминуемой гибели, те вели себя столь...сдержанно. 
С каждым мгновением, за которое песчаные хищники преодолевали отделяющее от их жертв(ы) расстояние, взгляд Проводника насыщался всё большей сосредоточенностью, пока он, наконец, так ничего и не говоря, не отвернулся от вампирши. В одной руке у него был хлыст, а в другой - кинжал.
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Лишь животные. Они слабы. Поэтому они умрут. - безаппеляционность, с которой это было сказано могла бы поразить, ведь еще только что мужчина испытывал страх. Но...могло ли это быть опаской не перед предстоящей битвой, а перед чем-то другим, что незаметно прошло, не оставив от себя ничего, кроме запомнившегося Теххи взгляда, направленного не столько вне себя, сколько внутрь.
Более мужчина не произнёс ни слова. Он лишь подкрутил усы и ринулся прочь. По пути, оказавшись на расстоянии в пару метров он резким движением провел по руке, давая крови ринуться наружу. Та, с удивительным шипением, будто представляла собой раскалённую лаву, ринулась в насыщенный жаром мир, оставляя багровый след на золотом песке. Видимо из-за активных движений пара акул выбрала именно отдаляющегося мужчину своей целью, в то время как оставшиеся две решили полакомиться пританцовывающими верблюдами.
А затем, когда из песка появились акульи плавники, чётко следующие вдоль ароматной дорожки пролитой проводником крови, пустыню неожиданно наполнили раздирающие барабанные перепонки взрывы. Верблюды, и без того нетерпеливо топчущиеся на месте, бросились в стороны, разминувшись с акулами, которые были вынуждены были развернуться, чтобы последовать каждая за своей жертвой.
Теххи осталась одна. Парящая на кровавых крыльях наблюдательница, до которой никому не было дело на этом праздники жизни. Жизни и смерти.
Судя по нюху, одна из преследующих Проводника акул перестала двигаться.

18

Радостно приветствующий вампира камень клыкастый наградил ласковым "твар". Саму ситуацию иначе как "швал" он именовать уже не мог, потому что строение оказалось строением (или чем там?), и совершенно отказывалось быть пещерой, как того бы хвостатому хотелось. Наконец, "мраз" в лице духа умудрился не только царапнуть по ноге, но и трусливо скрыться в камне. Стало быть, бескровый умел бесить даже больше, чем вампир изначально ожидал. Тем лучше, больше полезного опыта из этого боя мистик вынесет. Заодно покажет духу, что не стоило размениваться на такие мелочи, а бить насмерть, когда сталкиваешься с Охотниками ночи

Свободная стойка и безумный взгляд во все стороны, зловещий оскал и сосредоточенность внимания на происходящем, особенно на следах магии. Спасибо духу, он всё же оставил чёткий след тьмы вблизи себя, так что окружающая темнота будет не такой уж большой помехой. Прочь в сторону от камней, нужно хотя бы минимум свободного пространства, чтобы лишить эту сволочь основного преимущества, и попробовать её достать резким выпадом. Если будет нужно, вампир без жалости был готов пожертвовать рукой или когтями, благо заклинания в них делают их не менее опасным оружием, чем сам Лаеф. Мистик, собственно, хотел наградить своего противника потоком огня, благо широкое покрытие этого заклинания позволяет поджарить даже столь наглых в плане стен противников, а отсутствие необходимости концентрироваться позволяло продолжать движение дальше. Куда-нибудь. Дальше. К крови.

Кроме этих действий, в голове теплилась (хе-хе), одна прелюбопытная догадка, связанная с призраком. Если уж он побоялся - или не хотел - выходить на солнце, то на то были явные причины. Другой вопрос, откуда столько костей? Все они были глупой кровью, и позволяли себя убить до входа в эти...залы? Пещеры? Скорее всего, сам дух потом выкидывал их отсюда, так или иначе попадаясь под свет. Это можно было использовать, но потом, если уже никак не получится выдернуть проклятого бестелесного на бой. Вторым вариантом была искалеченное создание дальше. Если уж палач решил себя позабавить таким образом, то не исключено, что попробует это сделать ещё раз, например с Лаефом. Вампиру, откровенно, было всё равно - одну ему конечность подрежут или все пять, но факт отсутствия серьёзных атак был на лицо. Хотел поиграться, как кошка с своей добычей? Пускай. Так даже интереснее. Клыкастый даже бы благодарно лизнул это создание, если бы игра оказалась интересной. Но бескровые слишком пусты и безобразно скучны, чтобы проявить хоть какую-то фантазию.

- Р-рр, - "Покажись" звучало в рычании, и этого хвостатый хотел сейчас больше всего. Чуть меньше той жертвы, что ещё теплилась где-то за стенами и преградами, и которая тоже станет его.

19

Лисица разочарованно вздохнула. Странная кровь не желала поддаваться на её провокации, а ведь единственное, чем можно развлечься в пустыне – это хорошенько кого-нибудь вывести из себя и посмотреть, что будет. Смотреть оказалось не на что. Можно было бы пересчитать кости парочке акул… «Скучно», – мордашка Теххи скривилась в гримасу досады и тоски. Рефлекторно втянула раскалённый воздух пустыни, словно ей нужно было дышать, и, конечно, ничего не почувствовала, кроме аромата крови.
«Чем он там занимается, пока нашего незаменимого проводника жрут акулы?!», – возмутилась хвостатая, пытаясь нюхом вампира дотянуться до Лаефа. Жив – хорошо, но что там с добычей пропитания? Опять ей обо всём заботиться?..
Без особого энтузиазма Теххи встряхнула крыльями и полетела по следу проводника-смертника, оказалось, мужчины не только восточного, но и весьма взрывоопасного. Хорошо хоть себя не подорвал. Кровь удостоилась самого тщательного осмотра, и хвостатая невольно задумалась, перебирая все свои скромные познания – а не в ней ли первопричина проблем? Не из-за неё ли проводник так вяло реагирует на её магию? Возможно, пока она проводит свои осторожные изыскания, с акулами будет окончательно покончено… в крайнем случае в любого монстра, какого лисица увидит, полетит переплетённый Кровавый удар – бытие под палящим солнцем, отнимающим силы, не вводило в её хорошее расположение духа. К тому же, ей начало казаться, что Лаеф слишком уж долго отсутствовал – с чувством времени у Теххи всегда были нелады, конечно. Но мысль, что Бесхвостый решил выпить добычу в гордом одиночестве, не давала ей покоя…
– Когда. Мы. Пr-rодолжим. Путь? – не скрывая раздражения рявкнула вампирша, сверля проводника, до которого так или иначе добралась, напряжённым взглядом. – С чего бы было вести каrаван через такую опасную местность? И в этой части Нуаrа совсем нет тrактов и путей, огибающих песчаных акул? В жизни не повеrю, Дуrная Кrовь, – лиса сама себе напомнила Лаефа и в ужасе передёрнула плечами. – И как тепеrь без четыrёхногих? – Теххи барабанила коготком по стеклу апперкота, закреплённого на поясе с остальными зельями.

20

Лаеф. В здании посреди пустыни.

Глаза Лаефа постепенно привыкали к темноте. Омрачение мешало этому процессу как могло, но из-за того что проклятье действовало почти в половину своей эффективности, не было способно полноценно превратить вампира в слепого котёнка. Хотя, пусть не на долго, но замедлить адаптацию создания ночи во мраке всё же смогло. Кроме того, оставалось еще мистическое зрение, которое как минимум было способно сообщить о появлении далеко не самого дружелюбного привидения. Если в первый раз вампир допустил врага до своего тела, то во второй, попытавшегося проделать тот же трюк ждал неприятный сюрприз в виде потока пламени что ударил аккурат туда, где должен был появиться назгул. Когда он, не способный ни видеть сквозь стену, ни чувствовать тепло нагревшегося камня, выбрался из своего укрытия, то угодил аккурат под струю огня.
http://s5.uploads.ru/mEFqA.png
Назгул: - Кх-х-х-а-а-а! - зашипела нежить и немедленно нырнула обратно в кусок камня из которого частично выбралась. Удерживаемый вампиром поток пламени позволил ему еще пару раз отпугнуть вновь попытавшегося напасть назгула, в то время как сам лис, удерживая концентрацию на потоке, медленно двигался вперёд по коридору, усеянного обломками колонн, да кусками стен. Несомненно, Лаеф торопился, но его взору смогли попасться чудом уцелевшие барельефы на стенах, которые изображали либо очень не удачные игры с ножом, либо...жертвоприношения.
Призрак, не покидая стены, отлетел к противоположному концу узкой, не слишком то протяжённой семиметровой каменной кишки. Судя по чувству жизни, искомая вампиром жертва должна была находиться ниже текущего местоположения клыкастого, а потому он предположил что там, впереди, должна будет быть лестница. Вот только дойти до неё ему не дали - из камня вынырнули лишь руки и выпустили ему в лицо вихрь, что упругой, рассерженной стеной сплошного воздуха двинулся на него, заполняя собой всё не слишком обширное пространство коридора. Сам назгул вернулся в безопасность каменной поверхности и начал готовить следующее заклинание - на этот раз, похоже, стихии тьмы.

Теххи. Рядом с проводником

Пока Лисица парила в воздухе, лениво взмахивая своими кровавыми крыльями, Проводник разбирался с нападающими. Если первую, приблизившуюся к мужчине акулу попросту разорвало на части, то вторая всего лишь осталась без плавника и спасаясь от непонятной угрозы, нырнула в песчаные дюны. Правда, далеко уйти она не ушла - инстинкты не позволили ей отступить, в то время как добыча была столь близко. Приплясывающий на песке Проводник орошал окрестности рубиновыми каплями кровь. Однако при этом внимательно наблюдающей за ним вампирше тот напоминал не разъярённого, рвущего на себе броню и откусывающего кусок от собственного щита берсерка, но алхимика, которому приходилось добавлять ингредиенты прямо в пылу сражения. И акула, чутко реагирующая на дрожь песка, не заставила себя ждать, решив вынырнуть прямо под своей целью. Вот только благодаря ранее наложенному предчувствию, да знанию повадок этих хищников, мужчина в последний момент успел отпрыгнуть в сторону. Пусть приземление, видимо из-за потерянной крови оказалось далеко не идеальным, но он добился чего хотел. И...снова раздался взрыв, который оросил внутренностями акулы все все окрестности. Досталось даже парящей Теххи - если бы кровавый удар требовал концентрации, скорее всего мерзкое знакомство с внутренностями подземного создания прервало бы её. А так, мёртвая лисица завершила плетение и реализовала его в ближайшее песчаное чудище, что преследовало одного из оставшихся верблюдов. Не ожидавшее такого существо дёрнулось и застыло, не способное передвигаться. Там где находилась эта акула, под песком начало образовываться кровавое пятно.
Три акулы оказались побеждены за какие-то пару секунд. Впрочем, остались еще две. Правда, они обе были заняты тем что жадно, с хрустом поглощали настигнутых ими верблюдов.
Проводник кое как поднялся и тотчас же начал перевязывать порез кнутом. Он попытался двинуться, но походка его оказалась далеко не столь твёрдой и уверенной как ранее.
Он поднял голову к небесам.
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Там... - рука была устремлена в сторону одной из акул, усердно поедающей свою добычу - Отвлеки. Я сам возьму зелье.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2019-02-25 21:25:04)

21

Раздался самодовольный «кха!». Бескровый, всё же, был не только трусливо осторожен, но и уязвим – попавшее в «тело» пламя явно отозвалось проблемой для этого существа. И хотя это не привело к желаемому бою в рукопашной, факт малой боли призрака приятно раззадорил хвостатого. Барельефы, замеченные боковым зрением, говорили о жертвоприношении… Символично. Первой жертвой будет этот призрак, второй – страдающая кровь. И всё это Лаеф принесёт только в свою честь, потому как пламенная ярость по отношению к духу разгоралась в вампире лишь сильнее.

Окончательно доконал вихрь, на который вифрэй выкрикнул, - тварь!. Иронично, что один оживший мертвец грозил другому смертью, но ситуации не выбираются – с ними либо мирятся, либо преодолевают. О первом варианте кровавый оружейник позабыл уже давно, а вот второй, особенно сейчас, обещал быть эффективным.

Впрочем, если бы он был провальным, вампир не стал бы горевать.

- Шваль! -  с этим словом (и парой других, необходимых для заклинания и более точной характеристики призрака) мистик воссоздал в свободной от заклинаний перчатке кровавое копьё. В качестве источника свежей крови привычно был использован порез «багровым» вдоль предплечья, с помощью заряженного заклинания игнорируя кровавую броню. Чуть больше необходимых «капель», да только вампир был не из жадных. Кроме того, очень уж хотелось одарить бескрового насмерть, чтобы больше бесил.

Как только заклинание было готово – вперёд, нет времени рассуждать или прохлаждаться. Копьё было направлено прямо в духа, сквозь вихрь. Его силы не хватит остановить мощь крови. Следом за ним, из «багрового» устремилась и игла, чтобы, в случае побега, настигнуть призрака в новом месте. Закончив с этим безблагостным делом (магические выстрелы – мерзость, ведь они убивали добычу без прямого контакта), клыкастый продолжил бы путь вперёд. Что там этот ураган может сделать? Переломать кости? Остановить? Кого угодно, только не голодного до крови Лаефа. И если этот ветер должен был недопустить вампира дальше, именно туда ему и надо.

22

– ? – Теххи за пару движений отряхнулась от самых крупных и свисающих с её одежд ошмётков чужой плоти, на мгновение задержав в руке заинтересовавший её кусочек, кажется, сердца. Хмыкнув, вышвырнула и его, слизывая с губ странноватый привкус крови животного.
«Только если буду умирать от голода в адских муках и без всякой возможности смотаться Пустотой до Лиги», – разочарованно скривилась и облизнулась ещё раз, уверяясь в решении. – «Корм для низших».
– Отв…лечь? – вздёрнув бровь, переспросила вампирша без насмешки. Между строк читалось: зачем отвлекать тех, кто сейчас ничего, кроме пищи, не видит? Ещё и зелье? Какое? Теххи нахмурилась и кинула взгляд в сторону павших верблюдов, на спины которых всё ещё крепились котомки. «Зелья, значит-с», – с прищуром уставившись на перевязываемую кнутом руку, лиса, используя познания в анатомии, прикинула, насколько серьёзное у проводника ранение. Не в её интересах хоронить в песках их единственный шанс добраться до цели… да ещё и такого прелюбопытного мастера своего дела – мужчина оказался талантливым алхимиком, куда лучше неё; а ведь Теххи занималась ремеслом куда дольше, чем длится людской век. «Полезный дядька, был бы ещё вкусным», – увиденные манипуляции с кровью лишь подстегнули лису в желании оценить проводника на вкус…
– Не так, – покачав головой, хватанула кнут и помогла с перевязкой (нарочито осторожно и так, чтобы Усан не решил, что сейчас его будет ждать участь погибших животных) – какие-то умения по перевязке раненых оставались ещё с прошлой жизни, но были таким мутным и забытым воспоминанием, что наложить жгут правильно вампирша не стремилась, да и не смогла бы без сторонних указаний – лишь обмакнула кончики пальцев в алую жидкость и слизнула. Оценивающе замерла.
Взмахнув крыльями, вампирша парой рывков набрала небольшую высоту (до четырёх метров) и обратила внимание на оставшихся тварей. К делу с отвлечением она подошла со всем тщанием, как любит: оценила расстояние до монстриков, принюхалась на предмет новых кровавых пятен в округе и-и решила, что если каждой достанется по заклинанию, то никто не уйдёт обиженным. Расположилась она как бы между проводником и акулами, чтобы, в случае чего, вовремя среагировать и предотвратить атаку на алхимика. «От него так и разит кровью…»
Теххи прицелилась и полоснула кинжалом руку, позволяя крови заструиться и принять очертания Кровавого копья – это подарок одной акуле.
Со второй же ситуация сложилась поинтереснее. Вампирша, владея магией Пустоты, ещё не раскрыла всего её потенциала – стихия сложная, даётся неохотно и как бы создаёт впечатление «шаг вперёд – два назад». А потому сейчас может втыкать в акулу столько Пронзающих игл, сколько захочет – благодаря ментальному сосредоточению, фактически безостановочно. А, как надоест, или как убедится, что это всё ну кр-райне неэффективно (на исходе третьей-четвёртой иглы), Кровавым захватом придушит зверушку.

23

Лаеф. В здании посреди пустыни.

Резкое движение клинка по плоти, вспарывая её, позволило кровавому лису продолжить двигаться вперёд, не отвлекаясь на попытку выжать из своего тела влагу, необходимую для сотворения желаемого заклинания. Мигом набухшее кристаллами кровавое копье устремилось вперёд - в завывающий и полностью перекрывающий обзор с помощью поднятых песчинок вихрь. Встреча эта закончилась тем что движущийся поток бушующего воздуха, несмотря на то что должен был препятствовать имеющим физическую основу выстрелам, смог лишь несколько отклонить заклинание в сторону, так что оно врезалось в стену, за которой скрылся назгул и оросило её брызгами, что тут же с тихим шипением и струйками дыма начали проедать камень. Сам вихрь, истратив изрядную часть потенциала, заметно поутих, так что вместо локальной пылевой бури, Лаеф влетел в неприятно пульсирующий порывами участок, преодолеть которого не составило особого труда. Разве что видно стало еще хуже (достаточно мощное, пусть и срезанное почти в половину омрачение еще действовало) из-за лезущих в глаза песчинок, от которых не помогла и поднятая к глазам рука.
Явно не рассчитывающий на такую прыть вампира назгул пока так и остался в стене, подготавливая заклинание, в то время как Лаеф уже мчался вниз по крутой чёрной лестнице, рискуя расшибиться.
И...он достиг дна, громко ударившись подошвами своей обуви о пол. Громкий звук разнёсся было по окрестностям, но тут же потонул в обилии песка. Любой живой бы ощутил жгучую боль от подобного спуска, но мёртвый лис, на своё счастье, был мёртв, а потому лишь почувствовал смутное неудобство - судя по всему, какая-то из костей дала трещину и теперь мешала передвигаться на переделе скорости.
Задержка, впрочем, позволила осмотреться. Зал, в котором Лаеф оказался, не был большим - этаким прямоугольником пять на шесть метров. Но был он не ровным из-за многочисленных обрушений, что погребли под собой большую часть окружения, да засыпанного песком пола, сквозь который лишь кое где проглядывала мозаика изумительно насыщенных цветов. Но то что приковало внимание вампира была находящаяся на расстоянии в пять метров от него чёрная, будто сотканная из мрака зловещая конструкция, подвешенная на таких же цепях. Именно внутри неё, судя по чувству жизни, находилось существо, в жилах которого текла кровь. Подозрительно неторопливо она это делала, надо сказать...
http://s7.uploads.ru/yxH76.jpg
Назгул тем временем, завершив плетение, выглянул из стены и, поняв что налётчик спустился вниз, устремился за ним, вместе с тем активируя тёмное пламя. Тёмные клубы жадного до всего окружающего коснулись спины замешкавшегося было мистика. Учитывая что преимущественно зал был пуст, кроме парочки каменных обломков потолка, да закрытого чёрным металлом подвешенного кокона (вокруг которого поблескивало то, что походило на застывшую лужу крови), а путь вверх по ступеням значил объятья разрушительной стихии - у него оставался лишь один путь - вперёд.
Но и назгул не отставал, собираясь с безопасного расстояния жечь неприятеля.

Теххи. Рядом с проводником

Проводник смотрел на Теххи не отрываясь. Его вторая рука с оружием была напряжена, когда вампирша неожиданно для него приблизилась. В прищуренных глазах его была лишь лёгкая раздосадованость и некая решимость довести дело до конца. Приблизиться Теххи к себе мужчина не дал, достаточно резво разорвав расстояние между собой и лисицей с помощью переката, на который, как могло показаться, тот был не способен. Судя по всему, страх не давал ему позволить обладательнице магии крови помочь себе - по крайней мере, таким путём. При необходимости, он вскинул бы клинок в сторону добровольной крылатой помощницы, тем самым сообщая что ближе к себе он её не подпустит.
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Зелья. Там. Быстрее, пока звери не добрались до них. - промолвил он хриплым голосом и повторил направление движения. После этого указал на себя и отрицательно покачал головой - Здесь - нет. Я сам.
Вампирше только и удалось что убедиться в правильности обвязки руки кнутом. Сделано это было профессионально, что явно говорило о том что делал он подобное не раз, как, впрочем и увиденные ею следы многочисленных шрамов, пролегающих вдоль стремительно белеющей конечности.
Делать было нечего - пришлось оставить Проводника и задействовать нюх вампира. Впрочем, он и не нужен был, поскольку оставшиеся в живых твари были видны невооруженным взглядом - они пировали, заглатывая большие куски изливающие кровь тела животных вместе с костями и внутренними органами. Казалось, сейчас им было абсолютно всё равно на окружение - настолько они были поглощёны своим пиршеством. А потому, они должны были стать лёгкими жертвами Теххи. Очередной порез на изящной, мраморно белой руке и ринувшаяся наружу кровь тотчас же закрутилась по спирали, чтобы в соответствии с волей Кукловода, принять вид кровавого копья, кое немедленно устремилось в ближайшее создание пустыни. Несмотря на то что песчаная акула начала свою трапезу совсем недавно, половина животного уже была успешно заглочена и лишь смерть смогла остановить прожорливое создание. Уродливое тело дёрнулось и будто бы замерло, медленно начав съезажать в песок. Приглядевшись, в дрожащем мареве Теххи обнаружила раскиданные вокруг недоеденного животного колбочки, которыми, судя по всему, дорожил Проводник. Настолько дорожил, что сейчас со всех ног бежал к ним, несмотря на его не самое хорошее состояние (бледный, перепачканный в песке и внутренностях, мужчина сейчас выглядел скорее вампиром, чем человеком).
Однако, вторая песчаная акула к этому времени закончила пиршество и теперь, под защитой песков (что делало пронзающие иглы не эффективными), двигалась прямо к ковыляющему по барханам Проводнику. Мастерски реализованный кровавый захват был реализован в кратчайшие сроки и впился в находящегося в песках хищника. Но...что удивительно, полностью остановить, или убить не смог - лишь замедлил способное надолго задерживать дыхание массивное существо.
До мужчины целеустремлённой акуле оставалось порядка девяти...восьми...шести метров.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2019-03-03 14:01:27)

24

– R-rarw! – глухо рыкнув от недовольства, Теххи продолжила удерживать песчаную акулу в Кровавом захвате. «Мужик, ты там поторопись, что ли», – стараясь следить и за акулой, и за бегущим Усаном, думала хвостатая. Правда, мелькали соображения дать песчаной акуле всё же пожрать алхимика – чисто ради иллюзорной возможности опробовать его кровь на вкус. Но, во-первых, такая странная кровь не факт, что хорошо скажется на ней самой (да, как-то вампирша поздно об этом задумалась – в присутствии тех, перед кем можно покрасоваться и блеснуть, это обычно происходит быстрее), а, во-вторых, сумрачная возможность опробовать алый деликатес явно не стоит того, чтобы лишиться проводника посреди пустыни.
Глаза разбегались в разные стороны, но, стоило собрать их в кучку, а именно в одну точку, которой была избрана акула, Теххи натягивала незримый поводок крепче и крепче – акула двигалась медленно, но целенаправленно, зар-раза! А потому вампирша поволокла её в сторону противоположную проводнику, стремясь заодно постепенно приподнимать над песком, лишая животное естественной для него среды. По крайней мере, алхимик не был глупцом и мог сообразить обогнуть увязшего в путах собственной крови монстра. А, как только он достигнет своих драгоценных склянок, Теххи приподнимет акулу в воздух на максимально возможную высоту и резко опрокинет вниз, ударяя о землю и дезориентируя.  Чары, конечно, будут порваны, но тут же окажутся начаты новые! Следом сплетённый Кровавый толчок отшвырнёт монстра от человека ещё дальше и, если понадобится, вслед полетят прицельные Пронзающие иглы. Вопрос в том, понадобится ли это?.. Пусть акула и умела задерживать дыхание, но явно не до бесконечности – вампирша предполагала, что, вынужденная сопротивляться магическому захвату, песчаная тварь порядком устанет и, истощённая, будет куда менее опасна для алхимика. И досадное вмешательство Теххи в песчаные разборки можно будет считать на этом законченным.

25

Боль? Незначительная, увы. Сухой и глухой треск говорили бывшему целителю о том, что бескровый не смог и поломать конечностей клыкастого, и вампиру пришлось озаботиться этим самому. Впрочем, всё это было мелочью на фоне того, что оружейник - наконец-то! - вырвался на оперативный простор, и вокруг не было ни стен, ни прочих укрытий для призрака. Кроме того, впереди ожидала полумёртвая жертва, и вокруг было таинство и святость для Лаефа. Кровь.

- Мразь! - Рыкнул хвостатый. Тёмное или любое иное пламя его беспокоило не больше, чем солнце или песок в глазах. Лишись вампир зрения окончательно, у него оставался его нюх и жажда крови, от которой не скрыться и не убежать, не защититься противным металлом. Что это был металл, а не сгустившаяся тьма, мистик был уверен чуть менее, чем полностью - всё-таки магического следа ни обнаружить, ни ощутить не удалось, так что, как и любое препятствие, оно могло быть разрушено. И будет. Пусть скорость немного упала из-за трещины в кости - хотя когда бы это помешало немёртвому? - он со всем стремлением направился к кокону, по пути воссоздавая меч-пиявку. В темноте залов, огненная пелена дымовой завесы была без надобности, так что вампир её отпустит как только подойдёт время новой подпитки. Сэкономельный запас эфира вновь последует для кровавого колдовства, что испытает саркофаг на прочность до ударов меча из крови - в первую очередь, гробнице достанется кровавый молот. Чисто потому, что Лаеф мог это сделать. И это однозначно разозлит призрака, вынуждая того действовать злее, не так осторожно. Именно так, как действует сам вампир. Бой, от которого так долго бегал бескровый, свершится в этих залах через несколько минут. Если ты действительно ценишь свою пр~релесть, - мурлыкнул на границе с рыком хвостатый, попутно оценивая состояния эфира в разлитой и застывшей крови. Быть может, вампиризмом удастся её впитать, чтобы к началу схватки обеспечить для духа неприятный сюрприз. Возможно, смертельно неприятный.

26

Теххи. Рядом с проводником

На простых людях, не обладающих магией крови, жизни или какими-то сверхъестественными способностями сравнимыми с высокими показателями выносливости, потеря крови сказывалась ощутимо. Именно это и демонстрировал Проводник, который двигался куда менее увереннее, чем раньше, иногда и вовсе падая в песок, но тут же поднимаясь, дабы продолжить движение к заветным склянкам. Он что-то бормотал себе под нос - его губы двигались, почти беззвучно произнося незнакомые Теххи слова, в которых, впрочем, не было ничего магического. Однако они, казалось, придавали ему сил двигаться к цели.
Вампирша же была занята чем-то поважнее превозмогания собственных ограниченных сил. Она укрощала песчаную акулу с помощью накинутого на неё лассо из кровавого захвата. Та же, в свою очередь, никак не хотела поддаваться влиянию её заклинания, изо всех своих сил сближаясь с маняще близко копошащейся целью. Но чем ты больше - тем больше в тебе и крови, так что полностью преодолеть багровое влияние создание не могло, вынужденное двигаться туда и так, как того ей велела вампирша. В конечном итоге показавшееся над поверхностью песка ждал сначала кровавый толчок, который покатил массивную тушу по золотистым барханам подобно огромному куску упавшего со стола мяса. Дезориентированного, пытающегося зарыться в песок зверя подлетевшая на кровавых крыльях Теххи без труда добила серией точечных, безжалостно вспарывающих плоть пронзающих игл. Когда чудовище перестало шевелиться, она прекратила расстрел заклинаниями-выстрелами и обернулась на мужчину. Тот активно собирал рассыпавшиеся вокруг трупа верблюда пузырьки и складывал в свёрнутую на манер подола ткань, где уже поблескивали другие зелья. Судя по нюху вампира, да и общей уверенности в его движениях, тот уже принял лечебное зелье и вновь выглядел горделивым в своей немногословности пустынным жителем.

Лаеф. В здании посреди пустыни.

Да, мистик мог позволить себе почти презрительно относиться к потоку изливающегося на него черного пламени, но вот его амуниция - нет. Она начала ощутимо потрескивать и расходиться, обещая в очень скором времени расстаться с покрытым кровавым потом телом вампира. Сам же он, на пределе своих возможностей, решительно двинулся к металлическому кокону, по пути начиная формировать  меч-пиявку. Его противник чёрной фигурой достаточно резво спускался по ступеням, чтобы ни одно мгновение действующего заклинания не обошло стороной не желающего сгорать вампира. Пожалуй, именно сейчас любителю чужой крови было очень на руку то что он почти не мог испытывать боли - будь лис жив, она наверняка вцепилась бы в него шоком, не давая как следует оперировать магическими потоками. Три секунды, необходимые для формирования клинка еще не прошло, а потому вампир лихо, со всей своей дури вмазал кровавым молотом по чёрному железному кокону. Раздался пронзительный гул, импровизированный саркофаг сорвало с цепей на которых тот весел, его швырнуло на стену, по которой тот медленно, если не сказать, величественно сполз на пол. После этого активно используемая Бесхвостым кровь в создании заклинаний, а вернее её нехватка, сказалась на организме багрового вифрея, добавив к его не самой твёрдой походке некую заторможенность, что, само собой, явно не пошло ему на пользу, учитывая попутное, дающее ему в спину чёрное пламя. Оно уже не оставило ровным счётом ничего от его волос и одежды на спине и прогрызало себе путь сквозь мёртвую плоть мистика. Казалось, ничто более не могло спаси его от серьёзных повреждений, как неожиданно, заклинание прервалось.
В воцарившейся тишине прошелестел сухой голос призрака, замершего у лестницы.
http://s5.uploads.ru/mEFqA.png
Назгул: - Ешшшщё рхааааноооо - произнёс она - Она...не...гхххотофффа...
Часть массивной крышки была сколота, являя сухое лицо, обрамлённое белыми волосами.
http://s9.uploads.ru/Jnjup.jpg
А еще только сейчас, оказавшись достаточно близко к дальней стене помещения Лаеф ощутил то, что ранее скрывалось за едкими всполохами эфира тьмы. То была магия. Магия и запах крови. И оба эти источника сочетались в располагавшимся за коконом-саркофагом массивном камне, на деле оказавшимся резервуаром для хранения рубиновой влаги. Сейчас, из-за действий Лаефа он дал трещину, так что достаточно ощутимой струйкой живительная влага покидала, судя по запаху, сохраняющей её в относительной свежести сосуд.

27

Противник остановился определённо зря. Сам лис, выпади ему подобная ситуация, сперва бы убил любого вторженца, а потом бы уже стал предаваться рассуждениям на тему готовности или не готовности... Кого? Что это было? Не исключено, что вампир, что дремал вечным сном, но с учётом количества благословлённой крови - а Бехвостый в этот день любую кровь считал святой - воскреснуть из мёртвых должен был хоть сам Лорд, хоть Первые, если таковые вообще существовали. Но скорее всего да, не всегда ведь кланы были разделены, и не всегда вампиры прятались. По крайней мере, о том говорят многие в Ануид... Что не мешает им шинковать противников, когда их удаётся встретить.

Так и сейчас. Правда, с небольшой задержкой - лис не мог себе позволить столь бездарно тратить ценную, во всех смыслах, кровь, а потому стремительно, сколько давало тело, устремился к тонкому ручейку. Упадёт? Ползти. Отрубят ноги? Пробираться. Бескровый сам ошибся, позволяя телу вампира существовать без опаляющего спину огня, так что ему в полной мере следовало оценить свою ошибку. Вампиризм, источник получения прелести крови без непосредственного пития, будет использован немедля, как только любая часть повреждённого Лаефа окажется в изливающемся (и, хотелось бы верить, бесконечном) источнике крови. После этого... Бескровый должен уйти. Естественно, насмерть. Если в спящем вампире, или что бы это было, не окажется и следа сознательности, или же не будет достойных для изучения отметин, то он последует за своим "стражем". В случае, если призрак будет особенно настойчив, его можно было спокойно отогнать потоком огня, позволяя восстановлению крови наверстать утраченные запасы собственной алой жидкости.

28

«Он что… молился?», – как бы вскользь подумала вампирша, проследив, чтобы все склянки проводника нашли укрытие в полах одежд. В переплетении лоскутов ткани разной степени плотности, из которых состоял восточный наряд, и у неё была припрятана пара зелий – хотелось бы сказать, что хранились составы поближе к сердцу, но крепились они на поясе.
Теперь, когда проблема акул была решена, Теххи ступила на землю и сделала несколько шагов к туше акулы, пристально её разглядывая. Сухость в горле была одним из немногих ощущений, доступных ей в посмертии – голод медленно подступал и, кажется, это единственный шанс восстановить силы перед долгим переходом, если она всё же не загрызёт усатого. «Ощути все прелести изгнания, без нормальной крови и лигийских мальчиков…» Опустившись на одно колено, брезгливо коснулась плотной на ощупь кожи зверя, вампиризмом вытягивая оставшиеся силы из песчаной акулы – жизнь её уже покинула, а теперь и кровь. Досуха.
– Возвrащаясь к известной пrоблеме – теперь мы без четыrёхногих, – отряхнувшись и избавив одежду ещё от парочки внутренностей уже давно почившей акулы, напомнила Теххи. – И мой спутник запrопастился… – теперь звучало не только недовольство, но и возмущение. Дотягивался ли до него ещё нюх вампира? «Как бы не помер в своём кровавом безумии, тащить потом всё на себе», – скрипнув зубами, встряхнула крыльями и выжидающе взглянула на внешне невозмутимого проводника. Закончила свой недолгий монолог на ашрэфи: – Я тебе помогла, тепеrь ты должен. Люди пустыни всегда платят свои долги!

29

Теххи. Рядом с проводником

Использование вампиризма на поверженном создании было идеей далеко не самой лучшей - кровь была откровенно дрянной. До представителя высшей расы существо явно не дотягивало, болтаясь на уровне простого животного - пусть и не слишком привычного для члена клана Ануид. Впрочем, главного вампирша добилась - она восполнила утраченный ресурс, а что касается до ощущения какой-то неуловимой горькости, то с ним оставалось только мириться. Возможно, именно из-за него её обращение к мужчине, оглядывающегося по сторонам, было несколько более резким, нежели она сама рассчитывала.
Вместо того чтобы говорить, Проводник лишь зыркнул в сторону лисицы и, набрав полную грудь воздуха, свистнул. Несомненно, сохрани Теххи принадлежность к вифрейской расе, то уши её от подобного прижались бы к черепу, а руки, не в силах справиться с порывом, волей-неволей прижали бы их в надежде оборвать звук, взбалтывающий содержимое черепной коробки. А так, вампирша максимум повела хвостом и с недоумением посмотрела на человека. Впрочем, прислушавшись к нюху, она поняла бы всё даже не глядя в обозначенную человеком сторону. К ним, в клубах песка, мчался со всех ног единственный выживший верблюд - тот, чей преследователь был удостоен кровавым ударом, уничтожившим песчаную акулу до того как та нагнала его.
Слова Теххи о его обязанностях были воспринятый достаточно флегматично, без прерывания того как человек рассовывал баночки по карманам и тайным местам своей одежды.
http://s7.uploads.ru/fE5Qy.jpg
Проводник: - Он только мешал идти к цели. Если он тебе нужен - его тело ты найдёшь близ храма Чёрной Смерти. - мужчина задал направление взмахом руки, указывая туда, где еле-еле были видны две кровавые отметки содержащих в себе кровь существ. - Я подожду. Здесь.

Лаеф. В здании посреди пустыни.

Подставив руки под струйку казавшейся абсолютно чёрной влаги, Лаеф тут же ощутил себя лучше. Вампиризм начал действовать немедленно, исправно восстанавливая ему потраченные на бой силы. Пока шёл сей процесс (к слову, куда более медленный, чем если бы лис использовал свой рот для привлечения жизненных сил), призрак продолжал вещать.
http://s5.uploads.ru/mEFqA.png
Назгул: - Нхххееельзхааа пробужшшдать! - стенал он, облетая насыщающегося вампира с разных сторон - Ссслишшшком мало сссмертееей! Ссслишшшком мало ссстраданий! Время не пришшшлооо! Прочь!
Тёмная молния прочертила пространство и впилась в только что залеченную было оголённую спину в районе правой руки, разрушая мёртвые ткани тела вампира с пугающей легкостью. Лис развернулся с хищным выражением лица, готовый тотчас же отскочить в сторону. И ему пришлось совершить несколько неуклюжий перекат, так как сражу же, практически без задержек в него устремилась стрела тьмы. Поток пламени ударил в назгула, но тот привычным движением скрылся в толще камня, начав тотчас же интенсивно перемещаться, вынуждая вампира поддерживать заклинание и отступать от струйки крови, которая теперь, когда Лаефа не было рядом, лилась не на его руки, но по краю импровизированного гроба-кокона.

30

Смерть и страдания? И этого достаточно, чтобы пробудить вампира с достойной силой и к нужному времени? К несчастью для призрака, лис хотел сейчас только его страданий, а иссохший труп интересовал разве что как источник одежды - своя, понятное дело, теперь никуда не годится. Хотя, с учётом длительности пути, и такое можно куда-нибудь применить - было бы желание.

И так, к вопросу о страданиях. Мистик отпустил поток огня, вновь подпрыгивая к крови, чтобы накрыть поток ладонью. Вампиру она предназначена или нет, но Лаеф не позволит ценному ресурсу расходоваться столь бесполезно.  В гроб, тем временем, будут направляться кровавые иглы, одна за другой, в щель или проделывая новые отверстия. Благодаря малой дистанции, силы у этих снарядов будет достаточно мощи. Если нет, то поможет контроль одарённостью, меняя размер снаряда на увеличение его прочности, чтобы уж наверняка пробить это... Это самое. Честно, лис и малейшего понятия не имел, из чего сделан гроб. Достаточного что он повредил стену, и сломался сам, а значит его можно и доломать для полного собственного удовлетворения. И, соответственно, недовольства бескрового, который вновь начал свою игру в прятки.

- Ш-шваль, -  "предупреждающе" прошипел хвостатый. Собственно, его не волновали переживания духа, а потому было совершенно безразлично - поймёт он это послание или нет. Всё-таки, пока есть кровь, оружейник практически неуязвим для столь жалких потуг его уничтожить, а крови, судя по напору, тут было на весь клан, не сказать ещё больше. Но вся она будет его. Может быть - при хорошем настроении! - что-то достанется и Неро, которая всё ещё греется на солнышке.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Пепельная пустыня » Пепельная пустыня. Граница.