Live Your Life ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Последний шанс Code Geass Средневековое фэнтези ждет своих героев! VEROS

FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru



17087 год - Эра Раскаяния
11 Января, Четверг 4:00.
Время в ролевой

Погода в Иридиуме: Глухая темная ночь. Сильный ветер вздымает лежащий на земле снежок. Очень холодно.

Внимание! На Мистериуме большое обновление раздела конкурсов и лотерей - подробнее о всех чудесных творениях демиурга читайте в новостях!
Для тех кто ещё не заметил, небольшие изменения в шаблоне анкеты, касаемые второй её части - Анкеты игрока
С последними игровыми новостями, вы как всегда можете ознакомиться в летописи Перо феникса

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Временные скачки » №5. Начало июля 17087. Пригород Иридиума. Лекс, Эрилимия.


№5. Начало июля 17087. Пригород Иридиума. Лекс, Эрилимия.

Сообщений 31 страница 35 из 35

31

Эриль не сопротивлялась когда Лекс подался ближе, перехватив её руку. Лишь почувствовал как сильно сжались её переплетённые с его пальцы, словно бы только для того, чтобы через несколько мгновений бессильно ослабнуть, позволяя ему беспрепятственно прижать её к мягкой, гладкой ткани. Неторопливые, осторожные движения завораживали и она медленно выдохнула, пытаясь взять под контроль внезапно сбившийся, словно от испуга, пульс. Что-то медленно плавилось внутри, под самим горлом, лишая её голоса, растекалось раскалённым, жидким пламенем под кожей, просачивалось в сердце и безнадёжно отравляло кровь.
Короткий, удивлённый вздох сорвался с губ Эриль когда Лекс лишь единожды прикоснулся губами к её шее, обжигая невыносимым, почти болезненным жаром и окончательно подчиняя себе её бешено колотящееся сердце. Как в дурмане нури прикрыла глаза и откинула голову назад, подставляясь под чужие касания, оставляющие на её коже россыпь странной, раскалённой дрожи. Она постепенно, мучительно медленно захватывала девушку угрожая спалить дотла, поглотить целиком и собственное тело казалось ей непозволительно слабым, когда она пальцами запуталась в волосах барона, тихим, нежным стоном отвечая на его жадный поцелуй, непроизвольно сорвавшимся тому прямо в губы.

32

«Сжечь». У этого слова могло быть множество совершенно разных значений, точно так же, как Александру в его жизни пришлось сжечь множество вещей. Людей – дезертиров, врагов, трусов. Чудовищ – существ, которым нет места в этом мире и тех, противоестественных, искаженных, тех, кто перестал быть человеком или... Кем угодно еще, существующим по замыслу Вселенной. Ему доводилось сжигать виновных. И невиновных тоже. Доводилось сжигать страх и неуверенность. Вопреки расхожему мнению, барон сделал большую часть из этого, полностью отдавая себе отчет. Безумие спасало его от осознания совершенного или вины далеко не всегда… Огонь был идеальным средством для уничтожения. И никогда в жизни питавший его колодец ярости в сердце фон Дермента не показывал дно.

Но нур… С Эрилимией дело обстояло совершенно иначе. Безусловно, Лес был в силах выжечь её страх, о да, уничтожить её кошмары, заставить их уйти и не приближаться к собственному Пламени. Но внутри этого тонкого, изящного тела, запертого сейчас в его руках, пряталось нечто вроде… Кукольного сердца. На уровне подсознания фон Дермент ощущал, что с эльфийкой что-то не совсем так даже сейчас. Будто большую часть жизни её огонь горел слишком неровно и тускло, отбрасывая слишком длинные тени, которые затем сплелись в Одну. В Тень. Будто большую часть жизни её Пламени попросту не доставалось того, что действительно могло гореть и раскалённый жар не мог выбраться за пределы грудной клетки, делая тело чем-то чужим. Чем-то непослушным. Непонятным.

– Если тебе не хватает собственного огня, я отдам тебе немного своего… – Отозвавшись на стон тихим шепотом и отстранившись, барон приоткрыл глаза, ставшие тусклыми желтыми угольками, приподнявшись слегка, прижимаясь лбом ко лбу. Ища чужой взгляд, такой же затуманенный наверняка, выпустил девичью ладонь из своих пальцев, обе руки уложив на плечи девушке, потянув и без того свободную тунику ниже, по груди, следуя за тканью прикосновениям горячих ладоней по коже, пока обе руки не оказались на уровне сердца. – Но чем ярче огонь, тем глубже тьма в отсветах… – «И появляются места, в которые теням хода нет» было бы закономерным продолжением. Естественно, это было своеобразным обращением к другой личности Эриль. Сможет ли та смириться с тем, что помимо её мрачного стремления девушку будет поддерживать что-то еще?

33

Ресницы нур дрогнули и она приоткрыла глаза, снова выхватывая горящий взгляд Дермента из пространства, сейчас суженного до одного единственного его присутствия рядом. Привычный голубой полностью захватила раскалённая желтизна, так, словно бы самый настоящий огонь сейчас горел внутри него, рискуя в любое мгновение вырваться на поверхность и затопить собой комнату. Её собственный взгляд сейчас был одурманенный, мутный и добела раскалённое серебро лихорадочно поблёскивало из-под угольной черноты эльфийских ресниц.
- Не боишься... что я могу забрать слишком много?... - тихий шепот прерывался из-за её сбитого, частого дыхания, а в самой глубине зрачков шевельнулось что-то чёрное и дикое. Тень слышала всё, что он говорил... но молчала. Принимала ли она происходящее как должное или просто не была способна противиться тому, с кем недавно заключила странное и столь спонтанное соглашение? Эрилимия вздрогнула и до боли прикусила губу когда обжигающе горячие пальцы Лекса скользнули ниже. Он чувствовал как её грудь часто вздыматься под его прикосновениями, как под тонкими, заметно выделяющимися рёбрами колотиться сердце, разнося по её телу его пламя. Эриль принимала этот огонь легко, вместе со всей сущностью Александра, без сопротивления, условностей и компромиссов, от и до, вместе со всей тьмой, бесчисленными смертями, виной, чудовищностью и безумием.
Как есть.

34

На вопрос Эриль барон лишь сощурился, опасно, с вызовом, ногтями царапнув по грудной клетке, будто попытавшись добраться до сердца. А сможешь ли? Естественно, она не смогла бы забрать «слишком много»... По очень простой причине – Лекс отдал бы ей вообще всё, если бы это было нужно. Без сомнений. Но сейчас лишь склонился вновь к чужому лицу, заглядывая в глаза, так близко, как только было возможно, прежде чем удовлетворённо кивнуть, наконец, едва заметно.

Делеври приподнялся, подняв одну руку, протянув ту в направлении камина, заставив пламя сначала вникнуть, а затем и вовсе превратиться в едва заметные язычки, пляшущие по углям. В комнате почти сразу воцарился полумрак, оттеняющий две фигуры у почти угасшего камина. Но Эриль все равно ощущала все тот же жар, нет, даже сильнее, будто огонь за решеткой вовсе не истлел, а наоборот, лишь стал ещё ярче. Вот только это тепло исходило от тела Лекса - и впервые оно было таким мягким, таким размеренным, что, казалось, принадлежит совсем другому человеку... Это была одна из тех самых сторон личности фон Дермента, которых никому и никогда не приходилось видеть... До этого момента. Его пламя могло ужосать своей жестокостью, вызывать уважение мощью, но ещё оно могло быть... Мягким. Пусть горячее и всё-таки обжигающее, но это тепло было мягким, совершенно не злым, будто тепло костра тихой звёздной ночью - оно пряталось в каждом прикосновении к девичьему телу, в каждом касании ладоней, пробивающихся под ткань. И в каждом новом поцелуе, конечно – расцветающие один за одним на бледной коже, они постепенно добрались до сердца.

Тело нур было тонким и хрупким и казалось почти невозможным, что в нем может ужиться и уместиться столько... Всего. Оно было слишком изящным для силы, которой обладала Эриль и слишком утонченным для той силы воли, которую та демонстрировала. Ни единой отметины, ни единого шрама на белом, почти противоестественно - выпестованное... Нет, будто высеченное из мрамора. Быть может, Эрилимия заметила это ещё тогда, две недели назад, а может быть - нет... Но сейчас Лекс уже не мог спрятать от неё собственного тихого восторга. Эмоции, обычно не очень охотно пропускаемые на поверхность, вырвались наружу, им было позволено вырваться - чтобы она могла увидеть, наконец, что способна заставить чувствовать Александра. Жгучее, обжигающее желание, плещущееся во взгляде, тлеющее под кончиками пальцев, касающихся бёдер, в каждом прикосновении. И в конце концов оно вырвалось тоже...

35

Полумрак ещё сильнее выбелил серебро нурских глаз, заставляя их по-звериному бликовать от любого, даже самого незначительного прикосновения света. Такие глаза видели и во мраке ночи и в подземных недрах, откуда она была родом, ловили отсветы оранжевых язычков пламени и отжали их, как в зеркале. Эриль все ещё не могла понять почему он отдавал ей столько огня и фактически ничего не требовал взамен. Почему не боялся. Не травил недоверием и отстранённостью несмотря на то, что имел на них полное право. Ведь он не знал всего. Не знал, кто она... на самом деле. Она и сама, впрочем, порой не знала. Даже сейчас, когда пила Цвет с его губ отвечая на обжигающие поцелуи и едва заметно вздрагивала от каждого прикосновения, безропотно отдавая себя на расправу чужому желанию. Не страшно. Даже несмотря на то, что собственное тело казалось ей совсем чужим, слишком хрупким и податливым, слишком отзывчивым к прикосновениям и ласкам Александра и непозволительно ослабевшим в его руках. Слишком. Полностью в его власти, без возможности, да и какого-либо желания, отступить назад. Целиком, от тихих стонов, срывающихся с искусанных губ, до едва слышного хруста позвонков, когда она непроизвольно прогнулась в спине, ведомая его движениями. Отравленная огнём, она осторожно касалась пальцами чужих шрамов, ещё не так, как ей бы хотелось, но уже смелее, повторяя движениями ломанные изгибы молний, идущих от самого сердца и чувствуя кожей рождающиеся сами собой, словно в ответ, слабые электростатические разряды. Слишком. Безусловно слишком, от и до, но... не страшно...


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Временные скачки » №5. Начало июля 17087. Пригород Иридиума. Лекс, Эрилимия.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC