Live Your Life ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Code Geass Средневековое фэнтези ждет своих героев! VEROS Средневековое фэнтези ждет своих героев!

FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Официальный дискорд сервер

17087 год - Эра Раскаяния
11 Января, Четверг 4:00.
Время в ролевой

Погода в Иридиуме: Глухая темная ночь. Сильный ветер вздымает лежащий на земле снежок. Очень холодно.

Завершена Ежегодная лотерея Остров Мельхиров! Поздравляем победителей!
Еще одна акция для самых старых персонажей Актуализация Древних Героев открыта в честь праздника и будет действовать до эпохального обновления!
Ежегодное голосование продлено до 10 сентября - Лучшие из Лучших! Последний шанс поучавствовать!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Иридиум » Оперный театр Иридиума. Верхнее кольцо.


Оперный театр Иридиума. Верхнее кольцо.

Сообщений 1 страница 29 из 29

1

http://s3.uploads.ru/P7aWt.png

Большое красивое здание располагается на главной площади напротив императорского дворца и выполнено в стиле классицизма. Здание полукруглой формы, внешняя сторона смотрит на дворец императора. Белый королевский мрамор почти сверкает в лучах Верны, а статуи древних героев и полубогов, стоящие в пролётах арок, будто парят над окружающим миром. Возле театра всегда находится отряд императорской гвардии в сверкающих доспехах, охраняющий порядок на площади и в театре. Несмотря на то, что по всему периметру здания расположены декоративные двери, настоящие, находящиеся ровно по центру, легко узнаются. Они также сделаны из мрамора, однако необычайно легки ввиду специального рунического зачарования. Почти всё время эти двери приоткрыты. За ними находятся ещё одни ворота, уже из красного дерева, держащие холод и жару снаружи в соответствующие времена года, так как также обладают особыми магическими рунами.

За деревянными воротами располагается небольшой проходной зал с гардеробом, кассами и роскошными диванами, за которыми уже следуют огромные коридоры и лестницы наверх и вниз. Всего в театре пять этажей, не считая подвала, где размещено техническое оборудование и комнаты для артистов. Со второго по четвёртый этаж находятся ложи для особо знатных дворян, а в центре на втором и третьем этаже располагается императорская ложа - попасть туда огромная честь даже для приближённых к императору и его семье. На потолке висит огромная люстра, а также присутствует роспись о мироздании. Сама сцена театра весьма огромная, во всяком случае так кажется из зала, ведь даже если не учитывать особые иллюзорные чары, она довольно-таки большого размера.

Фактически принадлежит императорской семье, однако представления здесь может поставить любой, кто сможет получить на то добро от Императора или членов его семьи. Удовольствие это, стоит отметить, не из дешёвых.

Внутренние локации:
1. Площадь.
2. Вход.
3. Проходной зал и гардеробная.
4. Коридоры.
5. Зал театра.
5.1. Места зрителей.
5.2. Ложа.
5.3. Императорская ложа.
5.4. Сцена.
6. Подвал.

2

(Коль не пустили в квест, дальше не напрашиваемся, мы тут пошатаемся не вмешиваясь и исчезнем.))
>>>>>> Нижнее кольцо. Лавка Гробовщика

Как исчез, так и явился. А вобще, привычный способ передвижения по городу, если не хочется привлекать внимание. Либо "тенью", либо подобием какого-то животного. Гробовщик научился идеально точно копировать форму тела и движения кошки, а так же ворона. Но при ближайшем рассмотрении эти "животные" покажутся несколько странными, ведь это сильно уплотнённая форма покрова, да глаза чуть светящиеся, жёлто-зелёные. Но можно подумать, кому-то дадут чуто-то там рассматоивать. Скорее скроются за ближашим углом и исчезнул.
Сейчас, такой вот чёрный как уголь кот, вывернул из узкого, тёмного промежутка меж зданиями и уселся в тени, озираясь по сторонам. Нет, проход в верхнее кольцо запрещён не был, но уже и так хватило человеческого внимания на ближайшее время. Но всё же, вскоре на месте кота, появился высокий мужчина, совершенно незаметно для окружающих. Немного сутулясь, вывернул на освещённую часть улицы и поправил шляпу, отведя чуть назад запястием, что было скрыто чрезмерно длинными руковами балахонистого пальто. Место это было одназначно красивое, площать у дворца, само здение и здание театра. Народу не много, не мало, но никакого лишнего шума. Но Вестник одназначно во всём этом находил излишнюю помпезность, но куда деваться. Оно есть и будет, ну и пусть стоит. Медленно прошёл по тратуару, к ограде окружавшей театр и чуть прислонился к ней, вновь оглядывая открывавшуюся площадь пред ним. Близко ко входу подойти даже не пытался, не хватало ещё... Нужно было лишь одно, понять куда именно его тянуло какое-то время назад, да и сейчас.
Простояв в одном положении ещё пару минут, спокойно выдохнул, поднимая взгляд к крыше здания. - Опять много работы. Хотя, когда у меня её было мало? И не только здесь. - чуть слышно чиркнув ногтями по шероховатой поверхности стены, развернулся в противоположную сторону и медленно побрёл обратно, в ближайшую "тёмную подворотню". - Но это чуть позже. Сейчас пора бы проверить лес и кладбище, как раз ночь близится. Слишком уж неспокойно стало и там и там. - добравшись до подходящего места, где не было посторонних зрителей, открыл врата и шагнул в них, выйдя где-то уже за пределами городской стены, у окраин леса. Призвав свою верную лошадку, направился прямиком через сердце леса. Надоело как-то, всё пешком, да пешком. Некогда уже прогулки устраивать.

>>>>> Где-то в Дурном Лесу

Отредактировано Гробовщик (2012-05-04 17:23:05)

3

------------------) Ворота наверх.

В темноте и фонарных огнях площадь сияла сумрачным жемчужным светом.
Впервые в жизни оказавшись в этой части Акрополя, Айт сначала даже забыл, какого чёрта он тут делает, вырядившись в женскую одежду и закрепив чужой кинжал между двумя рукавами. Это от восхищения -- если в Нижнем Кольце были добротно выстроенные и опрятные улочки, и они были красивы, если Аклорию было видно издалека, и она было прекрасна, то это был центр и вершина города. Великолепие власти в чистом виде, в ярчайшем блеске парада.
Кстати, вспомнив о кинжале, хитрый полуэльф переложил его во внутренний потайной карман куртки, на этом счёл свои совесть и практичность успокоенными, и вернулся к созерцанию. Созерцать было что, как-то даже на задний план ушла мысль, что вряд ли в государственном бюджете есть статья "расходы на роскошь". Вполне вероятно, что именно сюда пошли деньги, которые когда-то должны были пойти на что-то ещё. Да. И ещё говорят, с такими-то правителями, что Мистерия -- сверхдержава. Ну да... мистерия, одно слово. Лигейцы нас задавят. Чтобы не понять, как именно это будет происходить, нужно было просто никогда не бывать в Лиге, и не видеть, СКОЛЬКО там товара на вброс. И где тогда окажутся эти вот купола и статуи? "А вот здесь когда-то стоял замок мистерийских императоров, но потом Лионхартам пришлось продать его, и оперу, и храм Инноса, для того, чтобы оплатить долги своей страны наружу", -- скажет какая-нибудь противная старая училка с бородавкой на носу, и толпа малолетних толстых лигейцев будет стоять и хихикать над типично мистерийским парнишкой их же возраста, продающим лимонад на этой же площади и не имеющим даже малейших перспектив на хоть какое-то, хоть начальное образование.
Но всё-таки пока ещё оно (то есть, он -- весь комплекс, огромная площадь и три здания) здесь стояло, то, что через двадцать-тридцать-сорок тысячелетий будет продано или разграблено. Излишество не может быть красивым уже потому, что и красоты, и уродства в нём будет чересчур много, но излишество вполне может быть величественным. Чтобы усомниться в том, что площадь величественна, нужно быть до крайности закоренелым скептиком. Площадь было не охватить взглядом, и пришлось сфокусировать взгляд на здании оперы. Айт сознавал, что нужно попытаться привыкнуть к этому великолепию, потому что легко будет не в самый подходящий момент отвлечься на созерцание. Вообще, он побаивался непривычной обстановки. Или даже не побаивался, а полноценно боялся, и, наверное, понимал, что чувствует младенец, впервые увидевший свет.
Разглядывая великолепное мраморно-позолоченное здание, вселяющее в привычное к небольшой мансарде да уютной сторожке сознание некое даже беспокойство, Рокслей старался понять, можно ли добраться до натуралистичных золотых статуй (оказалось, что нельзя -- цепляться было не за что, а карабкающаяся клякса, похожая на девчонку -- прямой повод полезть следом и арестовать, да и вообще, вандалов и без Рокслея в мире много). Потом попытался придумать, как минимум, один способ применения близстоящих стражников в бою. Потом понял, что на площади слишком тихо, огляделся, пытаясь понять, куда делся привычный ропот и говор -- количество людей, особенно по сравнению с вечно гудящим Нижним Кольцом, было утешительно небольшим. И все ручейки людского потока сходились к театру, так что можно было предположить, что днём здесь ещё спокойнее.
А потом Айт заметил существо, отдельное от всей этой микротолпы народа. Адепт даже не понял, какого оно пола, но зато сразу понял, что это и есть настоящая красота, тёмная, таинственная, сдержанная, в противовес мраморной громаде оперы. Высокий (потому что всё-таки напоминало оно человека, а человек относится к мужскому грамматическому роду), в чёрной одежде, скрывающей наличие или отсутствие фигуры, он стоял настолько незаметно, что не заметить его было очень сложно. И тем не менее -- умудрялись. Люди шли мимо, не замечая, какое ядрёное, просто-таки смертоубийственное спокойствие льётся от этого типа рекой. Он никуда не торопился, не спешил, вообще не шевелился. Он был спокоен, и нервничавший до этого Айт тоже успокоился, как следует рассмотрев тёмную фигуру в экзотической шляпе.
Почему-то Рокслей был совершенно уверен, что уж теперь-то всё получится. Улыбнувшись в сторону спокойного существа, адепт повернулся обратно, сунул руку в карман куртки, зажал билет в кулаке, и всё ещё неосознанно, малозаметно улыбаясь, принялся выискивать взглядом Крейсона. Или "прикрытие" значит то же, что и маскировка?

4

Величественные мраморные стены надвигались на широкую каменную площадь, как гигантская волна и грозила привнести в тихий уголок спокойствия шум и гам оперной игры. Людей, если посмотреть с высоты птичьего полета было не так уж и много, но тем не менее на земле количество, хотя бы внешне, многократно увеличивалось, становясь не просто стекающимся ручейком, а небольшим озером. Люди говорили, тем не менее, не как на рынке с базарящими торговками и толстыми мужиками, а весьма и весьма цивилизованно, обсуждая последние писки моды. Одежда пестрила разнообразными красками и во всем этом великолепии можно было буквально потерять сознание от количества красок. Некоторые из гостей решили присесть на скамью и насладиться слегка морозным вечером, на удивление отличающимся от того, что было утром. Сейчас лишь редкие снежинки падали на очищенные от снега каменные плиты. Солнце уже почти село за горизонт и площадь озарял оранжево-голубой свет, постепенно темнеющий, а источником света становились давно зажженные лампы. В отличие от нижнего города, стражи в округе сейчас было достаточно и стояли они в основном на периметре площади. Крейсона в такой пестрой толпе не было видно, вокруг находилось множество дворян - некоторые находились в небольших группах и деликатно смеялись над шутками, кто-то прогуливался по площади, множество стремилось к оперному театру, находясь в парах, в основном супружеских, но сколько Айт Рокслей не пытался оглядеть лица окружающих, так ничего и не мог выявить, но это может значить лишь две вещи - либо Крейсона здесь нет, либо он хорошо скрывается, но первый вариант маловероятен, так как одолжил боевое и тем более служебное оружие, а второй означает, что предполагаемый маньяк его также не заметит. Постепенно он успокоился и стал вести себя так, как будто в самом деле ничего не подозревает и решил пройти дальше к оперному театру. Одна из струек дворян оттеснила Рокслея к внешнему периметру, туда, откуда можно было продолжить путь в другие части Верхнего Города. Стражников здесь было практически не видно на первый взгляд, но при более внимательном осмотре большинство из них, тех, кто не были "при параде" находились в темных проемах окружающих площадь зданий. Оно и понятно, что охраны здесь сейчас в связи с недавними событиями огромное количество, ведь гости считай правящая элита. Решив вновь аккуратно оглядеть толпу на наличие напарника, полуэльф отошел в сторону и решил присесть на широкую каменную скамью, на которой сидели еще пара человек, ничем не отличающихся от остальных гостей. На мгновение, он заметил в толпе человека в черном, но вскоре потерял его. Это весьма насторожило Айта и пока тот пребывал в раздумьях, ближайший к нему дворянин решил развлечься разговором с дамой.

http://www.nightmarefactory.com/ProductImages/A/A/AA186.jpg

Дворянин: Прошу прощения, мадам, не будете ли вы так любезны оказать мне честь своим вниманием? - улыбнулся тот и повернулся на скамье вполоборота. На нем был черный костюм, вышитый синим с меховой накидкой для тепла. Руки у него находились в перчатках для защиты от холода и опирался он на трость перед собой, типичный атрибут высшего общества. На голову у него была одета шляпа с белым пером. Невинный разговор на лавочке мог оказаться прекрасной возможностью для прикрытия от дежурящего в толпе маньяка, и вероятно, того самого странного человека в черном.

5

Подумав о том, что всё будет хорошо, Айт явно погорячился. Нет, страха и беспокойства, по крайней мере, того, которое было, не появилось, адепт огня был по-прежнему уверен в своих силах, но появилась совершенно другая причина нервничать: совершенно незнакомое общество, с совершенно незнакомыми инстинктами -- личными и стадными... непонятно было о чём они говорят, страшно было слушать, КАК же они говорили -- жеманно, манерно; так, что бабу от мужика не отличить, если послушать беседы. Положа руку на сердце, полуэльф всё-таки оказался не настолько хитёр, вернее, не настолько опытен и предусмотрителен, чтобы понять: наверху-то и обычаи повыше классом будут! Ну, или...
Услышав голосок неопределённого пола, рассуждающий о каких-то кринолинах и абстрактной графине под абстрактной фамилией де Сен-Мантелье, Рокслей сморщил нос и отошёл подальше. Можно подумать, это спасло... разговоры, разговоры, разговоры... они были со всех сторон. Сразу захотелось или продать площадь со всеми строениями и гражданами лигейцам, или же просто-напросто взорвать. К счастью, или к сожалению, но на первое у Айта не хватало полномочий, а на второе -- умений и сил. Так что пришлось отойти подальше, уповая на то, что удастся избежать толпы.
Ага... щаз. Так вот и дождался начала концерта в спокойном месте. Да лучше бы на месте стоял, всё не разговаривать с этими идиотами. Стоило сесть на сравнительно свободную скамью, и предаться созерцанию и размышлениям, как эти самые размышления были наглейшим образом прерваны. К полуэльфу начал подкатывать какой-то субъект гражданской наружности.
Да что за день такой, покоя никакого нет! То гражданам от меня что-то надо, то мне от граждан... люди добрые, помогите! Маньяки по городу бродят! Так, Рокслей, ну-ка включай думалку... если это -- маньяк, значит, нам повезло. Девушка из меня получилась симпатичная, но симпатичность -- далеко не красота. Так... в трактире потискать -- самое то, а вот великосветское общество -- ни фига не воспринимает. Кроме того, на мне -- мужская потрёпанная куртка, и платье, десять лет уже как вышедшее из моды. Соответственно, попользоваться насчёт клубнички у такой барышни -- моветон, а значит -- одно из двух, этот товарищ или совсем отчаялся найти себе ровню, пусть даже вроде куртизанки, и видит во мне спасение от хронического одиночества, или он -- маньяк, опознавший мой билетик... ну же, давай, Рокслей, побеседуй с ним.
-Мадам? Вот уж не думала, что выгляжу, как замужняя женщина... -- изобразив улыбку одними губами, полуэльф обернулся к нежданному собеседнику и попищал свой ответ, старательно выдерживая голос и тон. -Но если я -- мадам, то стоит сказать, что нет, вынуждена отказать Вам в чести... оставим. У Вас был ко мне вопрос?

6

http://www.nightmarefactory.com/ProductImages/A/A/AA186.jpg

Дворянин: Хо-хо, прошу прощения, если вы восприняли это как оскорбление, - улыбнулся тот и поудобнее развернулся на месте. - Сегодня прекрасный вечер, не так ли? Прекрасное начало для представления, я даже слышал, что над составлением программы работали мастера-иллюзионисты. Вы ведь также направляетесь на спектакль? - он вновь поежился на морозе и переставил более удобно руки на своей трости, а Рокслей сумел разглядеть какую-то металлическую посеребренную голову старца с гневным выражением и раскрытым ртом. - Готов поспорить, что вам понравится представление, - человек улыбнулся и отклонился. Тут Рокслей вновь заметил в толпе странную черную фигуру в лохмотьях, которую видел ранее, но обернувшись его обоняние укололо серебристое облако, веявшее из головы на трости, практически не заметное в морозном воздухе. Отвлеченный странной фигурой для него это было неожиданно и он продолжал сидеть на месте ошеломленный, пока перед его глазами мелькали странные картинки того, как он идет по какой-то улице и затем заходит в тьму дверного проема, а затем резко обрушилась тишина. Прошло не больше пяти секунд, но теперь он стоял в каком-то странном помещении. Айт Рокслей стоял по середине освещенного круга, свет на который падал откуда-то сверху, а вокруг освещенного пространства была непроглядная тьма. Было очень странно осознать, что круг покидать не было никакого желания, будто бы так и надо стоять здесь по середине. Затем из темноты послышался звук шелеста полы плаща, весьма длинного, чтобы достать до пола. Обладатель плаща шел вокруг освещенного круга и хранил молчание, пока Айт собирался с мыслями. Его полностью поглотило желание спокойствия и отсутствие каких-либо эмоций. Наконец, на свет вышел обладатель плаща и им оказался Крейсон! Он стоял с ухмылкой и наблюдал на стоявшего неподвижно полуэльфа. Бастард был одет в балахон серого цвета, а на его голову накинут капюшон, тень от которого скрывала небольшую часть лица, включая глаза. Спустя минуту он наконец заговорил:

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Ну что же, дорогая, или может быть мне лучше сказать дорогой Айт Рокслей? - спросил тот насмешливо. - Неужто ты надеялся провести "маньяка орудующего в верхнем городе"? Неужели такой репутации заслуживает режиссер представления?! - вскинул тот вдруг руки в разные стороны, а глас его звучал будто раскат молнии. - О нет, дорогой Рокслей, не заслуживает! Не заслуживает и жизни тот, кто желает убить, уничтожить, подавить, зарезать подлый убийца, засланный выявить творца и архитектора! - Крейсон ходил вокруг него кругами и то подходил, то отступал, то шептал, то кричал свою речь, а у Айта не было никакого желания говорить, хотя сохранялась возможность мыслить над происходящим. - Ну что же ты молчишь, подлец? Говори! - прикрикнул тот и махнул рукой в его сторону, отчего сразу вернулся дар речи, но сдвинуться с места все также оставалось невозможным.

7

Айт улыбнулся, и хотел было ответить какой-нибудь колкой фразой, но, ожидая угрозы со стороны товарища с тростью, дождался её совсем с другой стороны. Вернее, от товарища, но не в том плане, в котором ожидалось. Дальнейшее же запомнилось, как какой-то бредовый, но сравнительно спокойный сон. Улица, сравнительно тёмная, монотонные шаги собственного тела. Все суставы словно налились свинцом, превратились в тяжёлые камни и двигались с каким-то даже скрипом, но этого всего не была. Была дымка спокойного сна, и даже пробуждение наступило почти привычно. От визга, громкого и продолжительного.
Рокслей замер (не по своей воле...), и хлопал глазами на стоящего перед ним человека, как баран на новые ворота. А с чего бы это я "дорогой"?! Трудно сказать, что именно на момент "пробуждения" шокировало больше: странное помещение, собственная неподвижность или же истерика... Крейсона? Вот так номер!
-Чува-ак, ну не ори ты... -- первое, что пришло в голову, так это выбросить дареный кинжал, но руки почему-то отказывались шевелиться. Оставалось кидаться словами, если не получалось кинуться кинжалом. Словами равнодушными, произнесёнными усталым тоном -- быть может, они бы задели самолюбие "режиссёра", как метко ударившая сталь задевает тело. Только нельзя сказать, насколько меткими были слова. -Ведёшь себя как баба какая-то, честное слово. Пафоса столько... актёр погорелого театра.
Страха почему-то не было. Не было уже и уважения к Крейсону, так самоотверженно защитившему его от насильника, так благородно поддержавшему. Возможно, если бы сейчас стражник-режиссёр-дворянин не говорил таким тоном, Айт бы уважал его ещё больше, как минимум, за сравнительно ловкое интриганство, но истерящих людей Рокслей уважать не мог.
Адепт стоял и ждал. А может, и не надо мне кинжал-то выкидывать. Пригодится ещё, вот чует сердце -- пригодится... Убалтывать, разубеждать в своей подлости или ещё как-то мудрить хитрый полуэльф не собирался. Он понимал, что причина всего этого -- комплексы Крейсона, и настолько сейчас разочаровался, что даже забыл о том, что парализован чем-то.

8

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Молчать! - прокричал тот крайне высоким тоном, отчего у Айта Рокслея не то что пропало желание говорить, но и ощущение, как будто кто-то сильно-сильно сдавил горло. После ослепительной вспышки боли, отчего перед глазами встала цветная пелена, полуэльф понял, что Крейсон стоял рядом и приложил четыре пальца к его шее. - Никто не смеет так говорить с Архитектором! - прокричал тот уже более низким голосом. Неизвестно, отчего, но у Айта появилось наконец-то какое-то желание двигаться, хотя оно было весьма и весьма слабым, разве что пальцем пошевелить можно.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Ублюдок, - проговорил он тоном, каким говорил еще при первой встрече с Рокслеем, отступив и слегка встряхнув рукой. - Как же сильно ты можешь насолить своими горькими, горькими словами! - вздохнув, склонив голову, он вновь ее поднял, а тень все также падала на наполовину скрытое в тени капюшона лицо. - Неужто ты не понял, что это и есть ПРЕДСТАВЛЕНИЕ, которое Я тебе и подарил?! - вскрикнул тот, стоя прямо перед ним и вскинув руки в разные стороны, встав в позу наподобие ангела-спасителя. - Скажи, тебе оно понравилось? Крейсон все также стоял перед беспомощным Айтом, вскинув руки. Тон его напоминал учтивый, как будто спрашивал критика о только что увиденном спектакле.

9

Часто так получалось, что дикий визг a-la поросёнок резаный вызывал у Айта головную боль, но ещё никогда не происходило так, чтобы, начинаясь откуда-то из горла, боль распространялась по телу, замораживала тело насквозь, и вселяла в него каких-то жуков, пожирающих смёрзшуюся плоть. Адепт вновь чувствовал пустоту вокруг себя и внутри себя, одну сплошную, холодную, бесчувственную пустоту. Огня не было.
Выйти из состояния болезненного оцепенения и понять, что обморожение и жуки всего лишь померещились, помогло одно слово. Это слово Айт, работая переписчиком и часто наталкиваясь на современную глупейшую беллетристику, знал очень хорошо. Ублюдком безграмотные авторы называли почти всех "плохих" персонажей, и в таких книжонках оно звучало из уст архонов, королей, простых крестьян и даже говорящих умертвий, хотя любой человек, хоть немного разбирающийся в ругательных экспрессивных выражениях, знает, что это слово не обозначет то же самое, что "дурак", "сволочь" и "ненавистный". Это слово значит "незаконнорожденный ребёнок, нагулянное дитя". Даже как-то созвучна эта ругань со словом "приблуда, блудница" -- то есть, мать такого ребёнка... или "блудник" -- папаша, которому неизвестно, кто принёс в подоле его плод.
И неудивительно, что это обращение заставило Рокслея вскипеть, и уж тем более пропустить мимо ушей все слова Крейсона.
Полуэльф всё-таки был законным сыном своих родителей -- Мариза и Аркуэнор состояли в браке, венчались по мистерийскому обычаю, и подлый поступок дражайшего родителя был предательством по отношению к семье, а просто не к женщине и ребёнку.
Не думая вообще ни о чём, адепт огня запалил на ладони огненный шар и с глухим рыком рванулся вперёд, мечтая только об одном -- влепить сгусток огня "архитектору" в нахально-безумную творческую физиономию. Слепая, глухая, целеустремлённая ярость закипела в крови, бешеным зверем снесла всяческий самоконтроль. Сначала нужно набить морду, а потом уже лясы точить...

Отредактировано Айт Рокслей (2012-05-25 15:50:13)

10

Только Айт Рокслей шелохнулся, как Архитектор исчез в белой пелене, вставшей перед глазами от безумной боли. Все тело как будто онемело и вместе с болью в кожу впились миллионы игл. Полуэльф потерял счет времени, так как боль заняла все пространство в голове и не оставила ничего после себя. Наконец, боль резко прекратилась, а зрение вернулось в норму. Он вновь увидел перед собой лживого Крейсона, а также почувствовал взгляд из под тени капюшона. Он понял, что все это время стоял в такой же позе, в какой стоял до этого, удивившись, что не упал от бессилия на пол.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Даже не смей двигаться, ублюдок... - сказал тот с улыбкой на лице, - Иначе "сеанс" повторится, но только стократ сильнее, - тот слегка зашипев размял шейные позвонки, а также глубоко вздохнул. Даже не смотря на безумную боль, двигаться теперь стало более менее возможно. Видимо чем больше Архитектор использует свою силу для причинения боли, тем более он теряет контроля над движениями Рокслея, да и самому Крейсону это приносит боль. Развернувшись к Рокслею спиной, он продолжил:

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Знаешь, а ведь ты мог бы стать частью моего представления. Лишь немногим я предоставляю возможность присоединиться к моему спектаклю и тебе я хотел предложить то же самое... - слегка повернув голову, он добавил через плечо угрожающе. - Но теперь тебе предстоит другая учесть, мой дорогой зритель.

11

Не кричи, Айт. Нельзя кричать. Терпи. Нельзя кричать. Докричался уже. Теперь этот комплексующий будет тебе постоянно своим словечком по ушам ездить. Зря показал, что оно тебя бесит. Не кричи. Нельзя кричать...
Адепт закусил губу и мысленно повторял эти слова, как заклятие против боли, и действительно ни звука не издал, словно собственная гордость заткнула ему рот кляпом. Боль была адская, словно те метафорические ледяные иголки, которые были воткнуты в его тело в прошлый раз, раскалились и рвались наружу. Больно и холодно, а главное -- страшно. Вдруг это прекратится уже после того, как Рокслей перестанет соображать от боли, сдатся, закричит, попросит пощадить и не делать больно? Нет. Прошло.
Более того, полуэльфу даже удалось не упасть, правда, это скорее не от выносливости, выдержки и силы воли, а от того, что фиксирующее заклинание, которым чокнутый противникудерживал Айта на месте, ещё не упало, хотя и явно ослабло -- хитрый полуэльф очень хорошо заметил, что пол на миг приблизился, словно Айта качнуло вперёд. Очень дорого сейчас стоила сохранность рассудка: больно, страшно, обидно, да и просто, само по себе нелогично и не вписывается в нормальную жизнь. Парень ощущал себя так, будто его руки поменяли местами с ногами, или же его самого опустили с головой в холодную воду (которая, между прочим, ещё и мокрая! ужасно!). Он сходил с ума от ощущения собственной зависимости от чужого заклинания, а разум, оставшийся ясным, ещё и осознавал всё положение в полной мере.
Но и работал полностью, во все свои способности. Недурные способности, по отзывам определённых людей.
Так. За шею схватился. Гримасы строит. Больно ему! Значит, если я ещё раз смогу спровоцировать такую атаку, плохо будет и ему. Кроме того, чем больше он мне делает больно, тем я становлюсь свободнее. Хм... в этом есть аллегория. Через тернии -- к звёздам, ободранные шипами, но счастливые и вольные! Свободу только болью и достигать... итак, сейчас попробую "выйти на контакт". Не пойдёт -- ему же хуже. Как только очухаюсь -- горение на его больную голову! В любом случае, останусь в выигрыше, или он ещё ослабит связь, или же объяснит ситуацию. Сам.
-Ну-ка выражайся нормальным языком и объясняй по-человечески... или будем повторять. Самому-то больно, небось, -- хищно усмехнулся Рокслей, метким плевком попадая прямо на скрытую плащом спину Крейсона. Кстати, почему Архитектор? Нет, сто пудов, я уверен, это именно прозвище. Так почему Архитектор? Почему не Актёр, не Автор, не Сценарист или, на худой конец, не Режиссёр?!

12

Архитектор развернулся и кинул разъяренный взгляд на Айта и тому показалось, что сейчас Крейсон рванет к нему и со всей силы ударит в лицо, но он этого не сделал, видимо, не почувствовав плевка на спине, или Айт не сумел доплюнуть до него, так как в сумраке помещения этого не было видно. Вместо этого он медленно зашел за спину Айта, которому чтобы повернуть голову требовалось прилагать большие усилия, как будто он движется через трясину. Внезапно безумец ударил ногой во внутреннюю сторону колена, отчего полуэльф упал на колени на пол, при этом получив ушиб ног. Нагнувшись к нему, Крейсон схватил его голову за лоб и с силой притянул к себе. Ногти врезались в кожу и ему казалось, что сейчас доберутся до черепа. Наклонившись так, чтобы рот был на уровне уха, он прошептал, находясь в ярости.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Не бойся, выродок, скоро я займусь тобой, ведь я же "маньяк", а свою репутацию надо оправдывать, не правда ли? - усмехнулся тот, резко отпустив голову, отчего та повисла над грудью. - Как я уже сказал, я надеялся, что ты станешь актером в моем представлении, но ты избрал себе другую судьбу. Мучительную судьбу, которая не отпустит тебя до самой смерти. Уж поверь, я умею продлить кончину, - рассмеялся тот странным хохотом, - А теперь встань и повернись, у меня для тебя сюрприз и награда за посещение Представления. - Архитектор сделал пару кругов указательным пальцем в воздухе.
Айт, повинуясь странной магии, встал с колен и повернулся вокруг своей оси и увидел то, что слегка подкосило его колени второй раз. Это был деревянный стол с замками для рук и ног наверху и внизу, а также на поясе и около шеи. Поверх стола висело зеркало, отражающее то, что происходило внизу. Рядом стоял небольшой столик, но его содержимое Рокслей не увидел, хотя уже догадался что там находится. Сам стол был покрыт засохшей кровью, как и пространство вокруг него. Определенно точно полуэльфу не хочется полежать на таком столе даже несколько минут.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Иди, - скомандовал ему Архитектор из-за спины, приподняв брови, как будто удивлен почему тот не бежит радостно на стол. - Видишь ли, мой дорогой друг, я хотел посмотреть как ты отнесешься к моему предложению и я не хотел, чтобы ты знал о всех вариантах развития события, ведь мы оба знаем к чему бы это привело, не так ли? - улыбнулся тот, пока шел рядом с ним, отставая на пару шагов. Желание идти вперед было каким-то естественным, но несмотря на это можно было совершать отдельные действия было возможно. До самого стола было метров десять и весь путь был выложен светом, как будто кто-то светил сверху светом, а за светом была одна сплошная тьма. Вокруг все выглядело настолько нереальным, что неизвестно было спит ли он или нет, но боль была вполне реальной и ощутимой, а потому единственным способом освободиться было убить пленителя. Тут он вспомнил, что в потайном кармане у него все еще есть кинжал, который он ощущал по весу. Айт Рокслей не знал, почему он его оставил, видимо надеется, что у полуэльфа не хватит силы воли использовать его. Мысль о кинжале пришла к нему тогда, когда заклинание горения не сработало, но скорее Архитектор просто не попадался в поле зрения, так как полуэльф надеялся сначала вызвать его агрессию, что не получилось, потому что он банально не заметил плевка, а одних слов было недостаточно.

13

Айт шёл вперёд медленно, но верно. Каждый из шагов словно отсчитывал падающие и с плаксивым стеклянным звоном рассыпающиеся идеалы: стойкость, совесть, честь... осыпались внутренние барьеры. Объективно плохие поступки уже не казались плохими, и не было неисправимых ошибок и смертельных грехов. С какой-то стороны хорошо, но Рокслей понимал душой и умом: это не то "хорошо", которое должно быть. Из подвала даже пол кажется потолком, а ты попробуй, дотянись, остановись, перестань потакать тому, что тобой управляет. Итак, рухнули все заборы. Осталась одна-единственная гордость, одинокая революционерка чувств.
Примерно такое же состояние бывает, когда сильно болит живот, как при отравлении: тело не слушается, руки порой делают произвольные движения, горло на самом деле перестаёт слушаться, то добавляя какие-то не те звуки, то гася громкость голоса, то выкидывая ещё какую-нибудь подлянку. Бьёшься, сжимаешься в комочек от боли, иногда даже плачешь. Телу плохо, тело воображает, что разлагается заживо. При этом -- вот весело, да? -- разум остаётся трезвым, холодным, злым. Соображаешь отлично. В редких, особо запущенных случаях можно даже начать ненавидеть себя за то, что так позорно сдался собственному организму. Не страшным демонам, не сборщику налогов, не какому-то явлению, которому не так стыдно поддаться, а именно собственной немощи.
Мне туда не надо, -- адепт чётко это понимал. И так же чётко он понимал следующее: надо слушаться тех, кто тобой управляет! Хорошее мировоззрение, молчать и слушаться и впрямь просто, только вот конкретный случай так не мог. Айт лихорадочно вспоминал, чем мог бы побороть противника,
Надо справиться с этим любой ценой! Так, что у меня есть? У меня в кармане есть кинжал. Я не могу им воспользоваться, я не умею убивать... но если воткнуть лезвие в тело чуть пониже рёбер, а потом повращать, то, может, не сразу умрёт, а потеряет сознание от боли. Да и... он точно помнит про кинжал. Нет, не кинжалом. Нет. Навести на его душу тень, и дальше делать то, что хочу.
Тень на душу хитрый и злой полуэльф придумал сам. Каким-то стихийным порывом эмоций и магии тьмы родилась маленькая месть некоему нахалу, посмевшему лапать Римму, только вот адепт не предполагал, что зачарованный этим заклятием человек действительно пойдёт на самоубийство. Изначально вообще идея была заставить обидчика сильно мучаться совестью. В итоге, получилось очень плохо -- едва удалось откачать того горе-висельника.
Тогда, как и теперь, остановившись, обернувшись лицом к "Архитектору", Рокслей испытывал некое душевное оледенение и странный, поглощающий всё порыв безумия, этакое вдохновение, как писатель или художник. Бороться с подобными личностями можно, только исходя из их принципа, гласящего "Творцу можно всё, что бы он ни творил". Адепт напрочь забыл принципы, по которым жил он сам, он даже не понимал, к чему ведёт подобное. Он просто выполнял жесты, чётко и жёстко выговаривал нужные слова на шипящем магическом языке, старательно выжидал секунды концентрации, а ещё молился богам, в которых верил сильнее всего: Инносу и Белиару.

14

По началу Архитектор не мог понять каким образом Айт Рокслей сумел остановиться и более того - делать уже то, что хочет он, а не как ему приказывают. Было такое ощущение, что полуэльф разорвал цепи оков, хотя глаза и разум все еще старался вернуться к тому, чтобы полностью впасть в подчинение к Крейсону, но вот только иногда случается такое, что рукам плевать на то, что хочет сделать разум и просто делает. Возможно, когда нет идеи подчинения, когда не понимаешь смысла этого слова, то и само подчинение невозможно. Поначалу пару секунд он стоял изрядно удивленным и просто стоял молча, но потом, когда заклинание уже почти было завершено, он кинулся к Рокслею с уже поднятыми четырмя пальцами, по кончикам которых ходили почти невидимые волны, почти также, как колышется воздух, но только воздух здесь был слегка фиолетового оттенка - казалось будто концентрация эфира магии разума здесь настолько велика, что почти была видна. Как бы то ни было, Архитектор, как он себя именовал, остановился буквально в паре сантиметрах от лица полуэльфа - заклинание было завершено и теперь его уже ничто не могло спасти от собственных мук.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: А может... - начал он запинающимся голосом. - Может, это я виноват? Может, это я плохой чародей? - рассуждал он вслух и отведя руку, расслабил ее, а вместе с этим пропал и концентрированный эфир. - Нет, нет не может быть, это же Я - Архитектор!! - прокричал тот, будто бы другой человек. - Но как же он освободился? Нет, я недостаточно хорош, чтобы быть Архитектором. Архитектора слушаются, а он - не слушается. Я не Архитектор... - с печалью произнес уже второй.
Постепенно окружающая картинка начала мелькать будто это все было лишь наваждение во сне. Проглядывались холодные каменные стены с парой чадящих факелов на них. Неподалеку в паре метров на пол медленно капали капли с потолка, образовывая небольшую лужицу. Было такое ощущение, что они находились в каком-то подвале. Тем не менее, картинка появлялась лишь обрывками и сконцентрироваться на чем-то было совершенно невозможно - препятствием был сумасшедший бастард, который, видимо, являлся создателем иллюзии.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Архитектора нельзя одурачить, о не-е-ет! - закричал внезапно Крейсон. - Я тебя сейчас накажу, шваль!! - прокричал тот, занеся руку и вновь опустив ее, как будто позабыв что собирался сделать. - Но если это правда, то какой толк? - отвернулся тот и встал спиной, к полуэльфу, почти не обращая на него внимания. Эффект заклинания был гораздо лучше, чем Айт Рокслей мог себе представить - к магии разума безумец был готов и потерять рассудок таким путем не мог, но вот магия тени... Она заставила взглянуть его на свет по-новому. И пока он находится под действием заклинания можно судя по всему быть в уверенности, что больше он не причинит вреда. Можно даже попытаться выведать информацию, хотя неизвестно как человек отреагирует на активные действия со стороны, так что безопаснее будет просто ликвидировать маньяка-иллюзиониста.

15

-Архитектор ты, или не архитектор... всё едино, на голову больная сволочь, -- вслух констатировал Рокслей, глядя на метания чокнутого Крейсона, и доставая на всякий случай кинжал из внутреннего кармана куртки. Несмотря на то, что само по себе заклинание, как выяснилось в течение испытаний на подопытных кроликах (сиречь на том же сёстрином ухажёре) ещё и напрочь разрушало концентрацию для заклинаний, да и вообще всяческую концентрацию,
Стоять, раз-два. Я всегда успею его убить. У меня есть полчаса, магию он применять неспособен, по крайней мере ту, для которой надо концентрироваться. План... побыстрее надо думать, Рокслей. Это не книжка тебе, автор добрый не подскажет.
Почему-то теперь, когда враг был почти повержен, пришло ощущение того, что всё это на самом деле очень волнующее приключение. Дыхание перехватывало так же, как при чтении захватывающей истории, но и мороз по коже был таким же ощутимым, как всегда, когда страх реален, а источник страха близок.
А вообще, почему это именно я должен убивать его? Кто это меня уполномочил? Я не хочу и не буду этого делать, и я не хочу, чтобы до меня кто-нибудь докопается.
Судя по всему, мы находимся в помещении, значит, должен быть выход наружу. Наверное, должен. Кто ж знает, что здесь кажется... наверное, темнота была наваждением, мороком... а может, морок -- это стены. Точнее, стены это морок... в общем... ой, запутался. Так! Сейчас я его покрепче фиксирую, допрашиваю, обыскиваю подвал, потом подниму парик и пойду искать стражу. Я, мол, девочка маленькая, глупая, маньяка обезвредила случайно, ибо дилетантам везёт. Ну, поехали...

Хитрый полуэльф подошёл к сумасшедшему и слегка ткнул его в плечо. Жест вышел именно таким, каким надо -- брезгливым и небрежным, голос и выражение лица -- тоже.
-Нет, всё-таки ни хрена ты не архитектор. Вообще. В принципе. Не годен. Не способен. Иди туда, куда так жалко попытался меня отправить, и жди своей расплаты.
Айт сжал в руке кинжал и приподнял руку. Если что, я смогу нанести удар, это будет самозащита. Перед первым убийством, осознанным, пусть даже перед вероятностью первого осознанного убийства трепещешь, как перед первой близостью. Если что, если он кинется в драку, я сразу всажу ему кинжал... куда-нибудь. Хорошо бы в горло, резануть так, и что-нибудь важное перерезать. Например, дыхательные пути. Айт был психически готов это сделать, и всё равно понимал душой и умом: это запретно. Этого нельзя делать.

16

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Да ты кто вообще? Я Архитектор, если не знаешь! - прикрикнул он, когда его толкнули и сделал ответный рывок плечом в противоположную сторону, но оказалось, что просто задел воздух. - А что если верить можно? И вообще, мне нужно знать Архитектор ли я или нет.. - сказал он, вновь погрузившись в свои мысли, будто бы не видел кинжала в руке полуэльфа. - Иди назад, - сказал безумец, повернувшись от него, как будто и не с ним говорил. - С тобой я потом разберусь. Мне нужно отдохнуть и обдумать кое-что.. - сказал тот, будто бы у него все еще есть власть над Рокслеем.
Надо сказать, что заклинание подействовало эффективно и отвлекло Архитектора от расправы над полуэльфом, а вместе с этим и неспособность концентрироваться долго на заклинаниях, но этот маг разума был определенно не робкого десятка и даже смел как-то сопротивляться. Айт Рокслей понял, что тень на душе этого человека слаба и она лишь отвела мысли, заставив думать ложным образом, будто у него все еще остался контроль над ним, хотя это не так. Неизвестно также было насколько хватит концентрации Архитектора, чтобы прибегнуть к заклинаниям меньшего порядка. И хотя полуэльфу никоим образом не хотелось приносить вред или убивать, но чем больше он видел мелькающие иллюзии перед глазами, тем больше ему хотелось освободиться от наваждения, а кинжал в руке, который казался вполне реальным лишь придавал больше желания это сделать..

17

-Я тот, кто знает цену тебе подобным. А вот ты точно нихрена не архитектор, -- Айт повторил эту фразу с убеждённостью психически здорового человека, говорящего, что солнце летом в ясные дни греет, а студент -- это тот, кто учится. Ну, и, само собой... -Архитектор -- это тот, кто проектирует здания. Что вообще за глупое прозвище?
Так и хотелось воспользоваться кинжалом по назначению... прям руки чесались. Разрезать этому типу что-нибудь, или вообще проткнуть и убить. И тем не менее, хитрый и психологически подкованный полуэльф прекрасно понимал: когда говоришь "убью!" -- убиваешь раз из тысячи. Если этот раз совершён -- ты убийца и неконтролируемый зверь, но пока слова остаются словами, можно продолжать надеяться на то, что останешься человеком.
Вот только здравомыслящую, голодно-недовольную тьму в глубинах чёрной душонки Айта продолжал тревожить факт того, что как-то многовато Крейсон говорит. Многовато и слишком заносчиво. И ужасно раздражающие, мелькающие пятна. Полчаса есть полчаса, но успеет ли адепт, несущий эту тьму в себе, справиться за это время? Тьме казалось, что прошло минут десять, хотя не истекла пока ещё и вторая минута действия заклинания.
Значит так. Нужна рана. Большая рана, чтобы он, возможно, потерял сознание от боли. Или... нет. Не так. Нужно по-другому, не раной. Тень, здесь много тени, и несмотря на это -- она иллюзорна. Если я сейчас сделаю так, что собственная тень удержит Крейсона, я смогу оглушить его. Если эти пятна, -- полуэльф поморщился, устав от ряби и смены цветов и деталей пространства. -- Если они его работа, значит, они исчезнут. Будет что-то более определённое, я смогу отыскать выход из подвала, и даже прошмонать по углам на предмет каких-нибудь улик. Убивать его нельзя. Я, конечно, много как мог сюда попасть, но нельзя не учесть вариант, что и двери здесь может не быть, один я в таком случае не выберусь.
Айт сделал несколько шагов назад, и принялся сотворять теневой удар, так, чтобы тень схватила чокнутого Крейсона за ноги, да дёрнула, и приложила головой об пол. Небось, потеряешь с такого сознание... если что, придётся добавить тяжёлым ботинком по мозгам. Всё одно, не убивать.
Кинжалу Рокслей не доверял. Он мог оказаться такой же иллюзией, как и всё остальное.

18

Поначалу казалось, что тень должна была полностью вырубить противника, но все случилось несколько иначе. Пока Архитектор стоял к Айту спиной, полуэльфу ничего не стоило полностью сконцентрироваться на заклинании без опаски. Эффект получился... Интересным. Сначала начала двигаться тень, созданая самим Архитектором потянулась от края освещенного круга к нему, но тот не обратил на нее внимание, в результате чего тень схавтив за штанину Крейсона рванула вниз и исчезла в белом полу. Сначала он подумал, что ничего не сработает на иллюзорной сцене, но когда вновь изображение сменилось, и он снова на несколько секунд увидел подвал, то оказалось, что существует вторая тень. Которая уже второй раз рванула за ногу, но в этот раз сзади, отчего он упал на пол с оглушающим криком, плавно переходящим в визг. Кажется, удар был настолько мощным, что вывернул правую ногу наизнанку. Поначалу иллюзорное видение пропало вовсе с падением, но когда противник развернулся и в слабом свете факелов сверкнул черными глазами, то видение тут же вернулось и уже почти не дергалось, однако бастард выкинул правую руку вперед, после чего из руки в сторону полуэльфа выдвинулась звуковая волна, после которой Рокслей чуть ли не потерял сознание, хотя его порядочно оттолкнуло назад на пару шагов. Однако перед тем, как все в голове смешалось, тень снова напала на безумца, черной пятерней хорошенько приложив его голову о пол, после чего визг мгновенно прекратился, а из головы брызнула струйка крови. Полуэльф же почти не мог выдерживать безумную боль в голове. Все тело практически онемело, так как волна задела важные сенсорные нервы в голове, а перед глазами было лишь одно сплошное месиво разноцветных красок. Все, что ему оставалось, так это лишь бессильно опуститься на холодный каменный пол и ждать, пока боль в голове пройдет. Неизвестно точно, сколько ему пришлось ждать в муках - возможно пять минут, возможно полчаса прежде чем боль утихомирилась. Когда же он открыл глаза, то в свете факелов увидел не Крейсона, который мозолил ему глаза последнее время, нет. Он увидел совершенно незнакомого мужчину с лысой головой, лет сорока-пятидесяти с характерными морщинами, черные глаза которого смотрели на Рокслея. Невольно поежившись, он понял, что человек был мертв, как бы ему ни хотелось этого избежать. Вокруг была тишина и определенно точно, здесь никто не проходил, потому что даже сквозь звон в ушах полуэльф услышал бы перемещения. Быстро оглядевшись, он заметил, что одна рука лежала на полу по направлению к адепту, а другая лежала в небольшой лужице, окрашенной от крови в красной цвет, с каким-то круглым зеркальцем, на крышке которого находились золоченные цветочки с небольшими инкрустированными рубинами. Вероятно, безумец, именующий себя Архитектором держал его всегда с собой, так как даже в своей смерти он не расстался с ним. Айту Рокслею почему-то вдруг пришла идея, что это необходимая вещь для него, которая сможет как-то помочь ему в будущем. Интерьер же комнаты был весьма скромен и был больше похож на какую-нибудь темницу - на полу в редком количестве лежала солома, напротив сидящего адепта находился стол, где Архитектор планировал его пытать, а позади в полутьме была построена лестница, ведущая вверх. По бокам от мертвого тела висели пара чадящих факелов, которые угрожали вот-вот потухнуть. Практически на всех стенах были следы крови, а также чьи-то кровавые отпечатки ладоней и кровавая дорожка, начинающаяся от стола и ведущая к двери наружу. Находится здесь было как минимум неприятно, а у полуэльфа сжался желудок от всей этой картины, хотя он уже весьма давно ничего не ел. Тут же к нему пришла и усталость, которую, видимо, отвел безумный маг разума и другие эмоции, которые были заглушены магией. Он будто бы начал заново жить, хотя место новой жизни было подобрано определенно не слишком удачно. Полуэльф захотел просто схватить зеркальце и бежать из этого проклятого дома.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2012-06-18 18:40:48)

19

Чужой визг и собственная боль, визг и боль, и далее до бесконечности... вот весёлое дерьмо. Ощущения пропали, заменившись какой-то манной кашей, смешанной с гноем. Голова взорвалась, впрочем, не настолько безвременно, чтобы не увидеть, чем окончилась затея с тенью.
Только увидев, что Крейсон красиво так заваливается набок, хитрый полуэльф понял, что на самом деле идея оглушить противника посредством удара головы об пол, оказалась не такой хорошей, как показалось в первый момент. Это из-за паники всё: начинаешь, не подумав, пользоваться тем, что первое в голову приходит. Айт ещё успел увидеть, как чокнутый строитель режисссёрской направленности рухнул наземь, и как он боролся с собственной тенью, и пятерню эту дымчато-непреклонную тоже увидеть успел. Стало жутко: магия убийственна, эта сила уничтожает...
Такое ощущение, что противник и впрямь умирает, и перед смертью (и даже после смерти) продолжает пакостить: передавать понимание того, что умирает, боль от расколотой головы. Рокслей скулил, сначала катаясь по полу и пытаясь отбиваться неизвестно от чего, на себе познавал значение выражения "сношать мозг", потом успокоился, свернулся в клубочек и накрыл голову руками. На ощупь она была целой, но хитрый полуэльф прекрасно знал, что целость - это иллюзия. Как иллюзия всё, что внутри комнаты, как цветные пятна в глазах, как боль. На самом деле, никакой боли не было. И цветных пятен. И Рокслея с Крейсоном нет и не было никогда. Был какой-то Иоганн Пупкенс-Квадриус, наевшийся грибов и увидевший на пушистом узорном лигейском ковре кадры чужой жизни.
А сейчас был суровый отходняк. Ощущение было сродни усталости, только добавлялось больше боли, хаоса, паники и веселья. Потом наступило состояние, похожее на то, которое бывает, когда остаёшься вообще без магической энергии. Огонь в вакууме не горит, и это ощущение угасания -- худшее, что можно испытать перед смертью.
Весёлое же дерьмо.
Вот с этой мыслью Айт и валялся на полу несколько тысячелетий. Или несколько минут. Или ему только показалось, что он валялся, а на самом деле он мыл посуду. Пять или шесть тысяч лет подряд драил котлы в демоновой бездне.
Потом адепт медленно приходил в себя -- тоже чёрт знает, сколько времени,  но в итоге всё-таки от боли, выворачивающей тело наизнанку, остались одна усталость. "Как выжатый лимон" -- пишут в таком случае авторы книг, и довольные, считают, что подобрали лучшую метафору. Правда... выжатый лимон, наверное, действительно чувствует себя ужасно -- это можно понять по тому, как жалко он выглядит.
Наконец, он (Айт, а не лимон) полностью пришёл в себя, принял сидячее положение, переждал позорные рвотные позывы, привык к новому освещению и отсутствию мелькающих пятен и цветных водоворотов перед глазами. Вот только тогда адепт огляделся, запомнил своё местоположение, и огляделся ещё раз. И вот только тут понял, что находится в подвале. И вот только сейчас заметил какого-то дядьку, развалившегося на полу, разваливщегося совсем рядом, развалившегося, что самое главное, в прямом и переносном смысле! У дядьки была в голове то ли дырка, то ли трещина.
Ох, благословение Белиара... Рокслей озадаченно почесал в затылке и подполз поближе, опасаясь вставать на ноги и вообще понимая, что вряд ли увидит что-то, если поднимет голову достаточно высоко. Полумрак в комнате воцарился очень основательно. Это его так... тень?
В поисках хоть какой-то поддержки Айт огляделся вокруг, но увидел только каменные стены, парочку хиленьких факелов, да пыточные приспособления в углу. Почему-то это зрелище отрезвляло. Сердце -- это чувствовалось физически -- обволокла пнепрозрачная нежная дымка, тьма захватывала сознание, пробуждая в душе довольство собственным умением использовать доступное оружие.  Тьма всегда выбирала удачные моменты, чтобы разбудить душевную слабость, чтобы убедить человека в его ничтожестве, чтобы заставить его принимать истинно тёмное зло - безразличие, и идущую с ним под руку жестокость.
Одолевало обморочное состояние...

-Это благо, Рокслей, балбес ты, -- тьма ласково журила и лишь немного укоряла, словно заботливая мать. В размякшем, как хлеб в молоке, сознании, происходила истинная борьба. Голос отовсюду, мягкий и близкий, убеждал принять веру в тьму и страх. Далёкий же голос, идущий из определённого источника, из памяти, и произносил слова, очень подходящие к ситуации. Голос принадлежал матери. Непутёвый сын так и видел её курносый круглощёкий профиль, худые и крепкие руки, взгляд прямой и ярко-синий.
-Признай, что ты не прав, Айт. Ты убил человека. Тебя уже ничем не оправдать, однако ты можешь попробовать искупить свою вину, или хотя бы загладить её. Оставь всё, что было, здесь, и живи так, как подсказывает тебе твои разум и сердце.
"Запомню на будущее", -- думал юноша, уставившись в темноту, смеющуюся, словно блудница в паршивом трактире. "Нет, надо было просто сжечь и проигнорировать это письмецо".
-Правильно, -- мама неожиданно приблизилась, улыбнулась и протянула руку. На руке горел огонёк. -- Посмотри, это наше наследие. Я тоже умею так. Зачем ты сделал то, что сделал, я не знаю, но прошу, больше не надо. Не огорчай меня, сынок.
Айт потянулся к ней, стараясь схватиться, и почувствовал, что вместо тёплой сухощавой руки в его ладони оказалось нечто твёрдое и круглое.

Расширенными глазами адепт уставился на предмет в своей руке. Кругляш, похожий на карманное зеркальце. Цветочки. Позолота (или золото), стекляшки (или драгоценные камни). Это что, я тут ползал по всему подвалу, пока с ними беседовал? Ну ни черташечки себе... но неспроста я схватился за зеркальце. Брать или не брать?
Айт снова зажмурил глаза, пытаясь спросить совета. Молчала и тьма, и память. Если я схватился за зеркальце, когда хотел взять за руку маму, значит, это её послание. Надо брать с собой, и бежать отсюда подальше. Боже, Иннос превеликий... ну за что мне было убивать этого человека? Головой думать надо, а не задницей!
Быстро доползя до длиннокосого парика, Айт надел его, и, зажав в руке зеркало, поднялся и пошёл в направлении ступенек, надеясь добраться наверх без приключений. Выскакивать наружу он не поспешил бы в любом случае.
Почему-то не пришло в голову даже посмотреть, похож ли он сейчасна девчонку. Парик надет нормально -- и ладно. Главное, пищать и плакать артистично. Тогда его точно не тронет никакая стража.

20

Поднявшись по каменным ступенькам с засохшей на них кровью, он пробирался буквально на ощупь, так как ступенек в тишине видно не было. Быстро поправив парик, он открыл большую деревянную дверь, к которой было приделано одно лишь железное кольцо. Надо сказать, что дверь была приоткрыта, видимо, Архитектор ее редко когда закрывал полностью. Тем не менее, прямо за дверью оказалось место, больше похожее на среднестатистическую темницу, но только более меньшего размера. Видимо, ранее это был коридор, ведущий в подсобное помещение, но сейчас это был коридор, по бокам которого в общем располагалось десять камер содержания, по пять на одну стену. Напротив деревянной двери, которая ведет в пыточную камеру располагалась вторая дверь, которая, видимо, ведет куда-то наружу, но в отличие от первой, у нее была замочная скважина, в которую вставлен ключ. Кажется, дверь была закрыта. В каждой из камер в стене на уровне пояса было продето металлическое кольцо, через которое продевалась стальная цепь с двумя наручниками на концах - когда рука была продета, то единственным способом сбежать было выдернуть кольцо. Проход в каждую из камер закрывала решетка с дверью посередине, которая запиралась с помощью замка на большой цепи. Оглядевшись вокруг, рядом с деревянной дверью находился гвоздь, на котором висела связка с ключами. Не все камеры были заполнены - примерно треть из них пустовала. В пустующих камерах вместо живых пленников содержались давно усопшие скелеты. Освещение было почти такое же скудное, как и в комнате до этого, но заметно ярче. Факелы находились примерно на каждом промежутке между камерами и освещали все вокруг достаточно хорошо. От каждой камеры вела кровавая дорожка в пыточную камеру, за исключением ныне пустующих камер. В камере справа от двери сидели какие-то люди, которые склонились от бессилия и даже не подняли голову, когда она открылась. Слева была пустующая камера, единственным обитателем которой был одинокий скелет. Вдруг, справа послышался чей-то голос. Под грязными волосами в темноте было не различить его лица, но почему-то голос показался очень знакомым. Два оставшихся обитателя также сначала взглянули на этого человека, а потом на Айта Рокслея.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Это... Это ты? Не может быть... - сказал тот, но осекся закашляв.
Вдруг, полуэльф понял, что это был Крейсон, которого видел совсем недавно. Внизу, на окровавленном полу.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Проклятье, где этот чертов маньяк? Ты его убила? - спросил тот недоумевая. - Ключи рядом с тобой, возьми их и освободи нас.. Пожалуйста.

21

Как ни странно, злость успокаивала, а злиться поводы были. Ступеньки приходилось нащупывать. Пару раз Айт чуть не расквасил нос, падая, и даже хотел на всё плюнуть и двигаться ползком, чему помешала упрямая обиженная гордость. Зажигать огонь почему-то не очень хотелось.
Ага... сейчас дверь какую-нибудь кто-нибудь как откроет, и увидит дечонку, ползущую по лестнице за огоньком. Или... опа! Свет в конце туннеля! Злой и хитрый полуэльф шёл и сердился, но за упорство был вознаграждён -- куда-то он всё-таки вышел. Коснувшись зеркальца в кармане куртки и поправив фальшивую косичку -- мало ли, тут люди, которым не надо знать лишнего -- Рокслей огляделся. Выдохнул, приняхался -- кровью пахло даже сильнее, чем везде, и понимание об этом давал даже самый обычный нюх. Переступишь через тёплую кровь -- сам помаленьку сгниёшь. Вроде всего лишь суеверие, а страшновато. Стараясь не наступать на кровь, адепт медленно пошёл вперёд, не оглядываясь и не вертя головой. Успеет ещё насмотреться, сейчас было важно найти выход.
Камеры. В камерах -- скелеты, кровь, цепи. Вдруг... голос. Не ожидал Айт услышать в этом месте пусть хриплый и измученный, но живой человеческий голос, думал, здесь пусто.
-Крейсон! -- взвизгнул Айт, вернее, попытался взвизгнуть: внезапно обнаружилось, что он охрип, и голос получает не девичий, не мужской, а какой-то непонятно-скрипучий. -Честное слово, это была самозащита!
Схватив ключ, адепт метнулся к двери темницы. Ему было всё равно, кто таков тот, кто там сидит, Рокслей слишком устал от всех этих иллюзий и странностей, и от шизофренического бреда, который вокруг творится. Почему-то доминировали чувства голода и равнодушия. Айт даже не стал уточнять, а не является ли товарищ стражник очередной галлюцинацией или следующим мороком. Ему было всё равно.
-Вот я тебя как выпущу, а ты меня как под суд отдашь... -- ворчал полуэльф, ковыряя ключом в замке.

22

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Какой к чертям суд, - тут он сплюнул на пол камеры кровью, да и было видно в темноте, что его изрядно поколотили, как например шла кровь из носа. - Я бы этого ублюдка сам убил, если бы только добрался первым.
Когда цепи спали с его окованных рук, он их размял, а также размял мышцы шеи. Видимо, он здесь просидел весьма долго в неудобном положении. Рядом послышались какие-то стоны и мольбы о помощи из других камер, а также совсем рядом сидел в цепях какой-то эльф в темно-сине-золотистом одеянии, покрытом грязью. Похоже, ему досталось примерно также, как и Крейсону.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Скорее! Надо освободить остальных. Ты понимаешь, что здесь практически все, кого он сумел захватить своими дешевыми фокусами, - отцепив от связки ключей около пяти ключей, он начал помогать отстегивать от стены эльфа, который невнятно что-то бормотал. - Прости меня, что я не сумел спасти тебя вовремя. Когда он дунул на тебя какой-то пылью, я подумал, что это он и сразу рванул к тебе, но было такое ощущение, что время вокруг двигалось настолько медленно, а ты шла с ним настолько быстро... Ладно, давай иди к следующей камере, я помогу этому бедняге встать, - сказал тот, взяв эльфа за плечо и подняв его на ноги, повел из камеры.
В других камерах также были пленники и всего здесь было человек десять или около того, которые еще были в живых. Многие просто лежали, прислонившись к каменной стене и не двигались. На них все еще была одежда, но она была окровавленной, и кажется, это была работа Архитектора и его пыточных инструментов. В предпоследней камере послышался подозрительно знакомый голос, который полуэльф уже где-то слышал до этого.

23

Дверь за дверью, дверь за дверью, и везде стоны человеческие, и люди, сидящие там... вот так. Понятно, почему мама не рассказывала о тюремном быте. А ведь там их даже не пытали, насколько я знаю, там просто была отсидка в ожидании свободы или казни. А может, среди стражников были и какие-то сволочные люди. Хотя, скорее, там сами заключённые. Да... тогда тюрьма должна быть действительно похожа на это место. Мама... как же она провела там десять лет и не сошла с ума? Наверное, ей тоже хотелось уничтожить своих тюремщиков до состояния пепла и праха.
-Крейсон... -- прежде чем отправиться туда, Айт, наконец, прокашлялся и выдал нечто похожее на голос своей маленькой героини Эмили -- нужно было спросить жизненно важную вещь. -Ты ведь знаешь, что становилось с теми, кого он не пытал? Мне, фактически, предложили выбор -- "поучаствовать в представлении", или... это.
Оставив союзника размышлять и помогать, Рокслей звякнул ключами, и пошёл открывать двери и снимать цепи. Освободить предстояло многих.
Чем-то это ему даже понравилось. Освобождать живых людей... было в этом нечто от героизма, и словно новые силы наполняли мозг, руки и сердце, когда очередной оборот ключа открывал дверь. Адепт думал, что не выдержит того безумия, что творилось ранее. Этот бред вряд ли выдержал бы кто-нибудь в здравом уме, принуждённый бродить коридорами подсознания, да потом ещё и убить кого-то, неважно, друга или врага -- убийство всегда ломает человека надвое, это черта, за которую можно переступить лишь один раз. Эта черта -- закон совести, и когда его нарушаешь, на тебя обрушивается самое страшное наказание: стыд, от которого не скроешься. Айту было тяжело, но теперь, когда он торопливо проходил по камерам, высматривая, кто жив, кого надо освобождать, и освобождая их, он чувствовал, что совесть немного разжимает свои холодные тяжёлые лапы. Становилось действительно легче. Словно каждая сброшенная цепь хоть немного искупала этот грех.
Конечно, потом будет ещё хуже, чем было поначалу, но Рокслей чувствовал себя свободным и абсолютно безошибочно поступившим человеком.
Из состояния лихорадочной одухотворённой работы вывел чей-то голос. В первый момент Айт не сообразил, почему он показался таким знакомым, но потом сделал логичный вывод: обычно голоса знакомы, если их уже раньше слышал.
-Подожди секунду, я сейчас вернусь, -- камера была предпоследней, и Рокслей решил сначала проверить следующую. К счастью, это не заняло много времени, и хитрый, но озадаченный полуэльф вернулся к оставленной камере и открыл её, вспоминая, да где ж он мог слышать этот голос. Разумеется, следовало, не мешкая, освободить человека! Но всё-таки, кто этот тип?

24

Постепенно освободив всех заложников, он обнаружил, что среди них затесался и мальчуган - Нат, которого он видел еще рано утром. Каким-то образом оказалось так, что он в этом был замешан, но еще предстояло выяснить каким образом. Его стоны в основном ничем не выделялись от остальных и в основном заключали в себе мольбы о помощи, как и остальные. Надо сказать, что все заключенные здесь были изрядно потрепаны, если не сказать измучены. Никто не остался в стороне - каждый получил от безумного маньяка. Тем не менее, мальчуган, когда увидел Айта, никак особым образом не отреагировал, а просто как и остальные начал просить освободить его. То ли не приметил полуэльфа в маскировке, то ли еще что.

http://s005.radikal.ru/i212/1103/56/4c323b20afc6.gif

Нат: Пожалуйста, освободите меня! Архитекра, или как его там, похитил меня из семьи! - чуть ли не захныкал он, - Было страшно, когда он так-так темно со мной говорил, а потом еще слепил глаза этой своей слепящей штукой! Отпустите домой, пожалуйста!
Тем временем, практически все остальные уже покинули темницу, тяжело повернув заржавевший ключ, как будто замок был сделан вместе с ключом, который никогда не вытаскивали. Сзади уже подошел Крейсон с раненным на плече и кинул быстрый взгляд на маленького заложника.

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: Ах ведь он ублюдок! Знал я, что хреновый человек, но чтобы ребенка пытать - таким уродом надо еще родиться.. - эльф начал стонать у него на плече, наверное, из-за того, что находится в высшем обществе и не привык к физическим переутомлениям. Бастард вновь обхватил его покрепче и потащил к открытой двери, которая вела в какой-то очередной коридор, но уже относительно чистый и гораздо лучше освещенный.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2012-07-03 04:20:35)

25

-Тихо, тихо, сейчас... всё закончилось, никаких архитекторов больше нет, -- в общей какофонии голос знакомого мальчишки узнать удалось действительно не сразу, но после того, как Айт понял, что это Нат, у адепта затряслись руки. Хитрый полуэльф кое-как освободил пацана из оков, и помог подняться, прижимая к себе, не давая упасть на пол. Было видно, что если отпустить Ната, он упадёт на пол. Мальчишку действительно пытали. Вот бывают же экземпляры... -- обо всяких чокнутых маньяках даже думать не хотелось. Айт знал, что ещё чуть-чуть -- и пойдёт избивать мёртвое тело маньяка. Нужно было подумать о другом, а именно о том, что делать с мальчишкой. Не бросать же второй раз на произвол судьбы?
Н-да... Рокслей, ты балбес. Сам, что ли, таким не был? Любой ведь пацан полезет туда, куда нельзя, особенно, если ему запретить. Попробовать усыновить? Нет... жаль, что я этого не смогу. Действительно, впереди было время, в которое будет просто не до детей. Придётся работать вдвое или даже втрое больше -- на работе, да ещё заниматься учёбой... может, попробовать спихнуть его Пирсону? Вроде как у того супружница бездетная... так, Рокслей, не о том думаешь. Ты его вытащи сначала отсюда, а потом в порядок приведи. Потом пристраивать будешь. Отрезвляя себя мыслью, что отсюда вся эта полуорганизованная толпа вряд ли выйдет, если хоть кто-нибудь не займётся, Рокслей повёл мальчишку к выходу, убирая ключ в карман куртки.
-Потом расскажешь, что случилось. Выберемся вот... -- из камеры уже вышли, осталось найти выход из всех этих коридоров. Наверняка здесь получится нечто иное, чем -Крейсон, если всех отвести в казармы... в вашем лазарете пострадавшим окажут помощь?
Не стремясь переложить поиск выхода на плечи и без того загруженного эльфийскими телесами Крейсона, Айт огляделся и принялся усиленно вспоминать, каким маршрутом шёл, попав под действие серебристой пыли.

26

http://s017.radikal.ru/i427/1204/41/412afb156b14.jpg

Крейсон: В казармах? Не думаю, что они на это пойдут. Для таких случаев есть госпиталь, - он вышел из комнаты и пошел по ближайшей лестнице наверх.
Поднявшись на этаж выше оказалось, что все они находились в Оперном театре. Служащие были явно удивлены таким поворотом событий, когда из подвала вывались с десяток израненных людей. Они сообщили страже, а та выделила нескольких людей на обследование и сопровождение в городской госпиталь. Крейсон сказал, что если у полуэльфа нет ранений, то лучше ей не появляться в отделении второй раз, сказав, что если он хочет встретится с ним, то пусть спросит у стражников, а сам помог раненным идти. На улице все еще падал снег крупными хлопьями и мороз только стал больше. Отойдя в сторону, он обнаружил человека в капюшоне, раскуривающего трубку. Видимо, он был один из заложников маньяка, хотя под темного цвета робой ничего не было видно. Человек развернулся на скамье полубоком, а также жестом подозвал к себе Айта Рокслея, чтобы он сел. От человека не исходило опасности, но полуэльф знал, что он несет в себе ответы на то, что сегодня произошло.

http://s016.radikal.ru/i336/1207/93/9886dc92a8ab.jpg

Неизвестный: Прошу тебя, присаживайся, Айт Рокслей. Я знаю, что тебя тревожит и отвечу на твои вопросы, - сообщил тот, выдохнув дым изо рта.

27

А я думал, будет допрос. Ну и ладно, слава всем богам. Замолчат ли это дело, как и все остальные? Или... в общем, без меня разберутся. Сознательность сдохла от усталости. Или, может быть, просто замолчала ненадолго. От говорения устаёт не только слух собеседника, но и собственная дыхалка и язык.
Как до подвала добрались достаточно быстро и для самих себя незаметно, так и обратный путь прошёл в каком-то безвременье. Айт вёл мальчишку механически, только поддерживая и не давая упасть. Сил думать о чём-то, в том числе, об убийстве, не было. Безумно хотелось пить, а запах крови в логове маньяка преследовал, казалось, он вырвался наружу, когда была открыта дверь, и пропитал весь мир вокруг.
Раненых, в итоге, увели, Ната тоже отобрали, осталось мысленно пожелать мальчику удачи, быть может, получится найти и пристроить его куда-нибудь позже. Крейсон что-то говорил адепту, то есть, не адепту, а ушедшей в прострацию Эмили, и понятно из этого было то, что в отделение соваться не следует. Считанные мгновения прошли, и уже удалось вывернуться из этой всей суматохи, отойти подальше, и больше не участвовать в происходящем. У Крейсона, фактически, развязаны руки. Есть показания свидетелей, толпы израненных людей, переживших далеко не рядовое нервное потрясение. Преступник устранён. Возможно, кто-то отправится в подвалы, найдёт труп и установит личность, и что останется?.. бумажные формальности? Ну вот и пусть составляют свои бумажки. Может, кто-нибудь даже найдёт способ спихнуть О'Нейла. Интересно, спихнут или не спихнут? Хотя, неважно... меня это касается только в будущем, но уж никак не сегодня...
В общем, удалось задуматься на довольно успокивающую тему, как чей-то голос вытянул из размышлений. А Айт уже так надеялся отправиться домой!
-Ровной дороги, для начала, -- Рокслей осторожно подошёл, и, уже совершенно не задумываясь, занял место на скамье рядом со странным товарищем в капюшоне. Как-то уже не верилось, что что-то увлечёт в очередной круг ада, в какой-нибудь ещё событие.
Несколько минут молчали оба. Незнакомец, видимо, ждал вопросов Айта, а хитрый, но совершенно сбитый к толку, полуэльф думал, что очень хорошо, что этот человек знает ответы на ещё не заданные вопросы. Это было очень хорошо тем более, что адепт совершенно не представлял, что его тревожит. Ну... кроме убийства, кроме чужой крови на руках. Остальное казалось несущественным, путалось в мыслях. Айт был растерян, и, понимая, что может упустить шанс выяснить всё раз и навсегда, не спешил ловить удачу за хвост.
-Если Вы можете ответить на мои вопросы, -- тихо, безэмоционально, медленно начал Рокслей. -Значит, Вы знали, что там творилось. Почему же Вы не помешали этому, а? И кто Вы вообще такой?

28

http://s016.radikal.ru/i336/1207/93/9886dc92a8ab.jpg

Неизвестный: Как раз именно я этому и помешал. Я знал, что прямая схватка ничего не решит, тем более, что я даже не знал где находится мой старый друг, - сказал тот и вновь выдохнул дым. - Тем не менее, я сумел сделать так, чтобы выбор пал на тебя, а именно - билет, который должен был оказаться у случайного горожанина появился у тебя в хлебе, - выдохнув очередную порцию дыма, неизвестный откинулся в скамье назад. - Видишь ли, Архитектор - человек, с которым я создавал множество вещей, связанных с магией иллюзии и разума. Зеркальце у тебя - один из них. - указал он трубкой на Айта. - Мы однажды во время наших странствий нашли кристаллизованную слезу, как потом выяснилось она - слеза Архангела. Сквозь нее можно было захватывать чужие образы и направлять их на любого человека, дабы потом изменять внешность. - придвинувшись поближе, неизвестный продолжил. - Самое главное, что присутствие магии практически невозможно засечь. Даже маги разума первого порядка должны потратить много сил, дабы определить является ли образ фальшивкой или нет, так как Слеза в буквальном смысле пропускала образ сквозь призму эфира, а потому образ становится на девяносто процентов реальным, а в остальных десяти процентах находится изначальный образ, который возможно восстановить по желанию. - выдохнув дым, человек помолчал где-то минуту, а потом продолжил. - Мы усилили ее действие и преобразовали в Зеркало Образов, коим до недавнего времени обладал Архитектор, а теперь владеешь ты. Чтобы захватить чей-то образ, ты должен обратить верхнее зеркальце под крышкой на кого-то на несколько секунд. Не важно - спина, лицо, но знай, что отличительным эффектом является вспышка света, которую трудно не заметить. Затем, чтобы перенять образ надо обратить нижнее зеркальце на того, кого хочешь превратить, однако вновь будет вспышка света. Вернуть образ в изначальный возможно, если вновь посмотреться в нижнее зеркальце, а еще можно попробовать снять образ, но даже у меня на это уходит много сил. Пока ты не научился управлять артефактом - доступен только один образ, но со временем ментальная связь усилится между тобой и Зеркалом Образов, появится своеобразная база данных образов, которой ты сможешь управлять, перезаписывая предыдущие образы. Я уверен, что это - более, чем достойное возмещение за участь избранной жертвы. Используй Зеркало во благо или во зло, но знай, что тебя может постигнуть такая же учесть, что и Архитектора сегодня, потому как он нарушил определенные Правила, знать которые тебе еще пока не положено, однако в будущем, я думаю, ты их познаешь.
Мимо проходили стражники - обычные и королевские, а также горожане, но похоже никто не замечал беседующую пару. Скорее всего, неизвестный обладал достаточной мощью, чтобы скрыть присутствие их обоих и уж если он творил множество вещей, связанных с магией разума, то обладал великой силой, в том числе общаться мысленно, хотя сейчас почему-то говорил вслух.

http://s016.radikal.ru/i336/1207/93/9886dc92a8ab.jpg

Неизвестный: Должен добавить, что на сегодня, где-то через час-два, - человек взглянул на луну, а потом снова на полуэльфа. - Намечены страдания: страх, ярость, печаль. Я знаю, что в Соборе Инноса, неподалеку отсюда, будет безопасно, но времени осталось немного - в остальной части города будет царить хаос. Советую направиться прямо сейчас в Собор, если никого спасать не надо. Не пытайся кому-то сообщить, кроме своих родных, так как тебе все равно никто не поверит. А теперь я вынужден покинуть тебя, Рокслей, так как сегодня предстоит еще многое сделать, - затянувшись из трубки, он выдохнул неестественно большое количество дыма, в котором и растворился, оставив после себя лишь одну мысль - "Тень".
Видимо, этого человека так называют, как Архитектор называл себя Архитектором, а не конкретным именем. Почему-то ему также показалось, что это не последний раз, когда он встречался с Тенью, но точно сказать нельзя было, хотя предупреждение о том, что в скором времени на город опустится хаос Рокслея несколько настораживало. Еще, как он сказал, предстоит поторопиться, если необходимо что-то спасти и взять с собой.

Квест выполнен: Начинайте представление!
Получено: Зеркало Образов
Айт Рокслей: +5 уровней

Зеркало Образов

Зеркало Образов
http://s019.radikal.ru/i636/1206/ec/d467c585c3d9.jpg
Местонахождение: Айт Рокслей
Ценность: Мистический
Описание: Небольшое зеркальце размером где-то с ладонь среднего человека. На крышке выгравированы золотые цветы с инкрустацией рубинов. Полностью вылит из позолоченного материала. Внутри находится два зеркальца - под крышкой и на днище, при взгляде в которые происходит неяркая вспышка света, которая хорошо заметна вблизи.
История: Был создан с использованием Слезы Архангела, постигшего великое горе. Два великих мага-иллюзиониста - Архитектор и Тень - преобразовали Слезу в пару зеркал, которые вставили в золоченный каркас. Впоследствии, Зеркало достался Архитектору, которое он использовал для того, чтобы проводить свои безумные сценки. Айт Рокслей сумел побороть его и теперь Зеркало Образов принадлежит ему.
Свойства:
1) При направлении зеркальца под крышкой на выбранный объект в пределах двух метров происходит захват образа вместе с вспышкой света. Необходимо мысленное желание владельца Зеркала. Возможно захватывать образы лишь гуманоидных существ, рост которых не превышает трех метров (в том числе расы наг). Невозможно захватить большее число образов, чем возможно, в противном случае самый первый захваченный образ будет стерт.
2) При направлении нижнего зеркальца на выбранный объект в пределах двух метров происходит смена образа, если образ уже был захвачен через зеркальце под крышкой вместе с вспышкой света. Необходимо мысленное желание владельца Зеркала, а также средней затраты энергии и секунды концентрации. Образ возможно перенимать таким, какой он обычно (включая шрамы) или с учетом свежих ран. Параметры силы/ловкости/выносливости/одаренности при превращении остаются теми же, что и у настоящего владельца. Изначально возможно менять образы у пяти существ (включая владельца).
3) Чтобы снять образ (вместе со вспышкой света) необходимо, чтобы в нижнем зеркальце в пределах двух метров отобразилось существо с уже действующим образом.
4) Изменение образа считается Высшей Магией, распознать которую возможно лишь с первого (и гораздо труднее - второго) порядка магии разума (а также любой другой школы магии, способной распознавать магию) и только при условии, что маг концентрируется на объекте, который хочет проверить, в зависимости от силы мага, но не менее тридцати секунд. Развеять образ крайне трудно и требует больших затрат магических сил и времени (5-10 минут концентрации с высшей затратой при 1 порядке магии разума). В момент концентрации необходимо находится на расстоянии не менее пяти метров, а также визуальный контакт.
5) Каждые 15 уровней становится доступен дополнительный образ для захвата, а также становится возможно менять образ дополнительно у пяти существ. Для использования выбранного образа необходимо мысленно его представлять при смене образа Зеркалом. Возможно также стирать выбранные образы, позволяя захватывать новые.
6) Раны, полученные с фальшивым образом сохраняются и переносятся на настоящий образ.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2012-07-09 22:02:20)

29

Несмотря на то, что, по сути дела, Рокслею цинично разъяснили, что он стал в чужих руках орудием производства, адепт не мог злиться на таинственного экспериментатора. Каждое слово товарища Тени словно несло исцеление разбитому разуму, причём Айт был точно уверен, что это не магическое действие соответствующей стихии. Просто его рассказ вносил в произошедшее если не полную ясность, то... хоть какую-то. Частичную. Сами собой исчезли несформулированные расплывчатые вопросы, вместо этого появились конкретные мысли, чуть более частные и чуть более уместные, деятельные. Надо было сделать хоть что-нибудь, что могло обезопасить сестрёнку, он итак слишком долго сегодня надеялся на её ум.
Что-то мне подсказывает, что с этим политиком мы ещё увидимся. Ладно... у меня есть не больше часа. Сюда мы с Риммой уже не попадём, магически одарённых уже не пустят в верхнее кольцо. Римма... формально у неё дара нет. Одна-единственная искра -- это ещё не дар. Её пустят точно. Или же проще с собой её..? Нет. В храме не только прихожане, в храме ещё и архоны.
Айт не бывал в храме уже несколько лет, но помнил, что видел там однажды архонку, похожую на светоносного ангела. Да. Пожалуй, Римме там стоит переждать эти самые страдания. Или, может, отправить её в сторожку к штрафникам? Нет... кто знает, что из этого выйдет. Мало ли в довесок ещё какой-нибудь некромант объявится, и совсем весело будет.
Всё это обдумывалось уже тогда, когда Айт двигался по направлению к дому. Как всегда, всё приходилось делать на бегу, потому что ничего не успевалось
Надо было утилизировать письмо и не встревать в драку. Хотя... возможно, иначе мы бы оказались в эпицентре этого самого намеченного хаоса. Ладно, что ни делается -- всё к лучшему.
Старательно отгоняя из памяти разбитую голову оного самого Архитектора, которого "сделали" во имя светлого будущего руками адепта, Рокслей мчался подальше.
Толкучка у ворот сыграла только на руку... Айт, замаскированный париком, умудрился проскочить незамеченным снова.
Бегом, бегом, бегом, до самого дома не останавливаться, чем скорее -- тем лучше, тем более, что холод нехило давал о себе знать, щёки кололо, а всё остальное, от ушей до пяток, знобило.

--------------------------) через ворота в Верхнее кольцо в дом №21, ул.Водовозная/Швейный переулок.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Иридиум » Оперный театр Иридиума. Верхнее кольцо.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC