Live Your Life ВЕДЬМАК: Тень Предназначения Code Geass Средневековое фэнтези ждет своих героев! VEROS Средневековое фэнтези ждет своих героев!

FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Официальный дискорд сервер

17087 год - Эра Раскаяния
11 Января, Четверг 12:00.
Время в ролевой

Погода в Иридиуме: Пасмурный туманный день. Холодно. Слабый ветер. Сыплет снежок.

Магазинчик чудес празднует открытие нового осеннего сезона! Добро пожаловать и приятных покупок!
Система вольных мастеров, находящаяся в процессе тестирования последний год - Полноценно внедрена на форум! Спасибо всем кто принимал участие в тестах
Напоминаем что Актуализация Древних Героев будет действовать до эпохального обновления!
Мистериум 3.0 грядет! Приглашаем вас в очередной опрос!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив завершенных боев » Ахрост. Северная искажающая башня.


Ахрост. Северная искажающая башня.

Сообщений 1 страница 30 из 166

1

Старик оказался в преклонном возрасте. Он гордым жестом выпроводил обеспокоенных учеников, уже достигших зрелого возраста магов. С их стороны казалось, что учитель поддался старческому слабоумию, но ослушаться его указаний никто бы не посмел все равно, и не потому что боялись, а потому что уважали. Этот человек уже однажды спас мир, но теперь он слишком стар, настолько стар что магические силы стали медленно покидать его, и тем не менее он все ещё оставался великим магом этого мира, фактически, первым человеком, после короля. Его выцветший единственный глаз смотрел на собравшихся в его апартаментах личностей, будто сквозь туманную дымку. Поднявшись с кресла, старик сделал пару шагов навстречу своим наемникам, после чего, беззвучно упал на колени... 
- Вы - последняя надежда Ахроста... - с такими словами он начал свой рассказ.

Официально, этот поход считался именно экспедицией. Мистерийская Империя, наладившая партнерский контакт с Волией, отправила небольшую группу исследователей, с целью подтвердить переданную дипломатом информацию о мире. Формально это был лишь дружеский визит Мистерийцев в другой мир, Экскурсия, но молчаливо верхи подразумевали кое-что ещё. Команда была собрана не из исследователей а из боевых магов, наемников, добровольцев и даже нежити, чьи нити контроля были захвачены во время войны с темным Магистром, теперь эти мертвецы вынуждены были безоговорочно подчиняться интересам Мистериума и не могли даже думать иначе. Каждый, где знал достаточно, понимал, что в случае успеха операции Волия останется в явном долгу перед Мистерией, в случае провала Мистерийская империя не теряет практически нечего. У каждого была своя причина подписаться на этот поход, но все знали, что им предстоит сражаться и сражение будет смертельным.

Пробыв около недели в этом мире, многие успели налюбоваться его несравненными красотами и простотой нравов местного населения. Это были мирные дружелюбные люди, всегда готовые протянуть руку помощи нуждающим, а уникальная природа этого мира пела и цвела. Оба государства, существующих на этой земле сосуществовали мирно, Волия так и вовсе переживала свой золотой Век, о чем следовало благодарить в первую очередь человека, в данный момент стоящего перед ними на коленях - верховного мага Крикоса. После 200-летней войны Крикосу, видимо, осточертел вид крови, и потому он полностью отдалился от битв, осел в своем поместье и стал выращивать различные культуры. Он создал несколько инновационных открытий, касающихся севооборота, что позволило с небольших территорий собирать просто огромный урожай, без всякого вреда для земли, он открыл множество школ и университетов, он приютил множество сирот, оставшихся после войны, он был тем лекарем, в котором так нуждался этот мир. Он пережил короля Богарта, которому верно служил, и сейчас так-же верно служил его наследнику, который относился к Крикосу практически как к отцу. Разумеется, он жил и не думал что этот день настанет, он боялся его, и вот он настал. Написанное кровью письмо содержало только три слова "Время вернуть долг..." и эти три слова говорили Крикосу обо всем.

Путешественники между мирами. Двое, некогда ушедших детей из проклятого рода... Они побывали во многих мирах, они познали много Тайн. Они без труда перебили 100 человек, отправленных к ним, чтобы договориться и не оставили магу иного выбора. Он не мог приказать Волианцам убить Эмира, не мог приказать убить Аркадию. Прошло много времени, но среди Эйринцев все ещё остались приверженцы старого правления. Узнав, что "герой закончивший войну" и "отец мира" грязно избавился от законного принца и принцессы, да ещё и ценой таких жертв, народ возмутится, единственно, что он мог сделать, это добиться всего тихо и без сплетен, руками иномирян, избежав слухов и получив возможность списать случай на конфликт мироходцев и иномирян. Крикос знал что сам он уже не сможет одолеть Мироходцев и понимал, что они неприменно явятся за ним, чтобы свершить свою месть, прежде чем захватывать власть и ввергать мир в хаос новой войны. Только в этот момент можно остановить их...

***

Башня в горах выглядела достаточно высокой, но не настолько, что её вершина терялась где-то в облаках. Как объяснил их провожатый, высота башни - тоже важная часть магической конструкции, составляющей общий проект. Крикос, пусть он и стар, но все ещё являлся великим магом, и потому он защитил свой замок невероятно сильным искажающим барьером. Демонстрация его работы показала, что любой объект, который входит в область искажения извне, перемещается на несколько километров назад. Барьер поддерживается двумя внешними башнями, которые содержат на своей вершине по магической сфере. Эти сферы взаимосвязаны, каждой из них по отдельности хватает для поддержания искажающего барьера, кроме того, если уничтожить одну сферу, то магия второй достаточно быстро восстановит её. Сами башни находятся друг от друга на огромном расстоянии, исключая возможность быстро посетить обе. Таким образом, сферы должны быть разрушены практически одновременно двумя разными людьми, иначе в замок Крикоса проникнуть не выйдет. Именно у этих башен наши герои и должны были встречать Мироходцев, не дать им уничтожить сферы...
Бородатый маг прочистил горло, кинув взгляд на присутствующих, словно желая убедиться, что те внимают.
http://s3.uploads.ru/YmD6t.png
Ученик Крикоса: - Так как эта башня одно из ключевых мест защиты замка, то она в свою очередь располагает серьезными защитными барьерами, помимо очень крепких стен. - он поднял палец в характерном жесте, акцентируя внимание. - Но вас барьер защищающий вход в башню, пропустит. Иначе дело обстоит с внутренним. Он не пропускает никого, в целях исключения возможности к обману заклинания. - он кивком указал на поверхность зала внутри башни. - Пентаграмма замедления. Но учтите, что башня, это ваш последний рубеж обороны, постарайтесь не допустить проникновения внутрь. Так... - ученик перевел дыхание, собираясь с мыслями и продолжил инструктаж,  - И вот еще, что. Здесь не работает телепортация и иже с ней, на дальние расстояния. Переместиться в другие изменения так же не выйдет. - тут он выразительно глянул на Орнеллу и затем продолжил, - Единственная достаточно быстрая связь со второй башней - специальный портал, а здесь, - говорил человек извлекая откуда то из под мантии небольшой мешочек, - содержится жмень волшебной пыли, что надо кинуть в него для активации которая к слову происходит довольно долго. Но вы сможете помочь второй половине вашего отряда, когда закончите здесь. И не подведите, помните, судьба этого мира вверена вам, - завершил он торжественно, слегка дрожащим от волнения голосом. Ученик помолчал, глядя на лидера этой части отряда, на Мордреда.

КБ

Масштаб: 1 Кл = 3 М
http://s6.uploads.ru/t/bOlBe.jpg

Внутри башни

Масштаб: 1 Кл = 1.5 М
http://s6.uploads.ru/t/QkXw5.jpg

Список участников


Мордред(60) - Знаменосец-защитник. Гном.
Эйзекиль(68) - Гвардеец морей. Наг
Грау(62) - Маг воды и ветра. Человек
Орнелла Мортикус(28) - Павшая некромантка. Назгул.
Лестерос(47) - Маг тьмы. Реведант.
Artemis Moriel(31) - Маг тьмы и огня. Полукровка
Гвендолин(24) - Адепт жизни. Целительница. Человек.

Организационные моменты

1) Скорость ответов босса - раз в 2-3 дня. Тех кто пропускает ходы из-за медлительности ждет наказание. Если мастер по какой-то причине опаздывает с постами, то сам получит штрафы, но это не повод игрокам нарушать правило быстрой отписи.
2) Временные промежутки на боевые посты лучше держать в пределах десятка секунд во избежание длинных последовательностей и путаницы, а так же "обрезания" результата действиями противника
3) Персонажи в этом бою друг друга знают в режиме "познакомились в походе", за исключением случаев если они были знакомы в основной ролевой.
4) Так как противник силен - вам придется сражаться в полную силу, но о способностях других игроков в этой битве нельзя узнать(в основной ролевой способности союзников-игроков останутся вам неизвестными), воспоминания частично стираются, таковы условия боя. Но тем не менее, не забывайте про гордость и страхи ваших персонажей, не каждый может так просто выдать свой секрет... Персонажи не должны знать, что их воспоминания будут стерты.
5) Не забываем, что максимум что вы можете описать при атаке - это намерение, результаты описывает арена.
6) Между двумя постами НПС вы можете отписаться лишь 1 раз. Данное правило действует от начала боевых действий. Организация очереди не требуется.
7) Персонажи обладают стандартными наборами вещей + Артефакты. Дополнительные зелья, свитки, руны и прочие предметы, подготовленные задним числом в данном бою брать НЕЛЬЗЯ.

2

Война с нежитью была тяжелой и кровавой.  Юный маг достаточно хлебнул ее за время своей службы. Но именно это яростное противостояние мертвых с живыми позволила ему обрасти друзьями. Да их было немного, но за каждого из них волшебник не задумываясь отдал бы жизнь. В первую очередь ими были члены первой команды Грау: Феликс и Мелисандра. Вместе они пережили не одну схватку с нежитью, не сразу но уверенно становясь командой, достойной лучших команд Империи. Каждый из членов был не обделен своими тараканами в голове, что многие высказывали сомнение из этого получится толк. Да сам Грау не верил в положительный итог дела. Но схватки и трудности скрепили коллектив, а потери породили чувства дружбы через общие потери. Третьим другом, а точнее подругой была Джессика. Их дружба слабой тонкой нитью тянулась в далекое детство и должна была бы прерваться, оставшись приятными полузабытыми воспоминаниями. Однако все кардинально поменяла встреча в Иридиуме в мае 17084-ого. При самых глупейших обстоятельствах в погоне за вором столкнулись маг и девушка детектив. Яркие события и впечатления не только возродили полузабытую дружбу, но и вывели ее на новый уровень. После той пьянки в столице Империи, Грау призвали на войну. Джессика не была военнообязанной и их ждала долгая разлука, но каково было его удивление когда в конце лета пред ним предстала, улыбаясь в тридцать два зуба, Джессика. Не говоря долгих слов она просто сграбастала Грау в охапку. Такого сюрприза волшебник не ожидал. Девушка пришла на фронт добровольцем. С тех пор их ждали приключения, боевые задания и много чего еще. Наконец война закончилась, но появилась это задание. Как ни странно на него первым вызвался наш ленивый герой. Он почему то решил, что в другом мире ему будет проще раздобыть невесту, а может друзья наградили его авантюрским азартом. Его выбор поддержали Феликс и Мелисандра, каждый по своей причине. О чем не подумав, Грау сообщил Джессике. На следующий день не известно каким способом, но девушка выбила себе место в экспедиции.  Остальное проходило по плану. Грау понравился новый мир. Магов здесь любили и почитали в отличие от родного мира, когда попасть на плаху инквизиции было не так уж и сложно. А потом следовало это жуткое разделение. Грау много раз помянул про начальство и известную болезнь на одно место. Все его друзья охраняли южную башню в то время как он северную. Чувство, того что он был нужен своим товарищам не покидали его, приводя обычно спокойного мага во взбудораженное состояние.
Командир был гном Мордред. Во время войны он уже командовал Грау и ко. Но это длилось всего лишь сутки, до того как стало известно, что гномам участвовать на стороне людей запрещено. Так что маг не мог сказать точно насколько хорош их командир. Пока гном общался с инструктором, Грау предпочел оценить выданное им помещение. Нужно было узнать высоту потолков,  открыта ли винтовая лестница, что бы, например, перехватить противника поднимающегося по ней прыжком, оценить крепость дверей и наличие засовов.
- Командир, разрешите обратиться к инструктору? - военщина и в Грау слегка проникла. К тому же он хотел подчеркнуть роль командира для отряда и представителя другого мира. Волшебник дождался формального жеста и задал вопрос, - Каковы данные разведки? Какова численность врагов их кадровый состав и моральное состояние?

3

Триджы мулева пришпа....За что это мне...
Гном весьма спокойно относился к магии и самим магам, но их было вокруг ну слишком много. Тем более, что в его "отряд" вошли по большему счету личности темные, лишь бедная Гвен затесалась не к месту.
И с этим предстоит работать.
Из всех присутствующих Крум знал только Грау, а так же несколько личностей из группы номер два: им довелось некоторое время путешествовать по Западному краю, около суток кажется. Ребята неплохие, признать стоит. Однако, пора было переходить к делу. И тут заговорил Грау...
- Нет не разрешаю. Отставить. - гном весьма грубо оборвал речь мага, однако свои слова сопроводил взглядом мол "Помолчи пока, не лезь вперед батьки в пекло. Спросишь уже после меня.Не в обиду". Хотя обращение по "званию" радовало.  Гном откровенно говоря не хотел никем командовать, но коли пришлось...
Вот гадство.
- Так. Вопросов куча, однако некоторые из них глупы, а на некоторые вы не в силах дать ответы, потому мы их опустим. Сколько портал  "держится" по времени и за сколько он "включается"? Также меня интересует, что вы знаете о территории окружающей нашу башню. И последнее - может все есть какая-либо информация о противнике, которая может нам помочь?
Затем гном,услышав ответы мага, повернулся к спутникам.
-Так ребята, теперь к делу. Общая стратегия следующая: мы максимально поддерживаем друг друга и стараемся атаковать дружно. Первое: мне и нагу нужны чары на оружие - молот и мечи усиленные магией это всегда хорошо. Орнелла могла бы зачаровать мое оружие, а мечами Эйзекиля занялся бы Артемис. Второе: щиты - все должны быть прикрыты магическими щитами, включая нага. На меня щит тратить конечно можно, но в последнюю очередь. Третье: старайтесь действовать дружно и атаковать одновременно. Наг, мы с тобой прикрываем друг другу спину и двигаемся вместе. Четвертое: максимум благословений. Грау, я знаю, у магов воздуха есть довольно таки полезные заклинания - не жадничай. Пятое: сейчас необходима разведка - элементали, духи, призванные существа - это нам поможет. Сейчас когда дружно выйдем на улицу занимайте позиции и рассылайте своих разведчиков. Потом используем их в бою - вряд ли мироходцы придут одни. Шестое: Прикрывайте друг друга и кричите если у вас проблемы. Мы будем помогать друг другу. Седьмое: маги, не скупитесь на атакующие заклинания. Поджарим этих гадов. Восьмое: если я говорю отступать значит отступаем. И наконец девятое: не умрите. Прости за каламбур, Лестерос. Но я серьезно - я хочу чтобы из экспедиции вернулось ровно то число участников, что и подписалось.

Гном перевел дыхание.
-А теперь мы идем на улицу и занимаем позиции. Гвен, твоя задача сбегать в погреб и посмотреть нет ли там чего интересного. И вернуться мигом к нам. Остальные за мной. И дверь за собой закройте.

Отредактировано Мордред (2013-10-26 10:05:55)

4

Пути. Пути физические – дороги, коридоры. Не то. Пути магические – порталы и врата между мирами, а также те странные пути, по которым, судя по названию, ходят Мироходцы. Лестерос никогда не слышал о таких существах, но это было интересно. И напрямую связано с его текущей деятельностью. Все еще не то.
Пути… метафизические. Пути судьбы. Возможности, шансы, случаи, причины и следствия. Вот это оно. Не ожидал волшебник оказаться здесь, но боги, Вселенная и кто там еще имеют свои мнения на грядущее и редко считаются с мнениями своих пешек. Здесь и сейчас, реведант ощущал себя лишь одной фигурой, частью барьера перед неведомой силой, вот-вот собиравшейся обрушиться на мир, к которому волшебник даже не имел никакого отношения. Но все же каждая фигура важна. За последнее время он от нечего делать научился очень даже неплохо играть в шахматы и теперь смотрел на все через призму своего нового увлечения. Весело чувствовать себя солдатом и думать всякие нехорошие мысли о командующем, вот что он воображал, сравнивая армии живых, орду нежити и деревянные фигуры. Сам он, впрочем, был лишен всего этого по десятку причин, воспринимая по отдельности свой теперь уже тактически мыслящий разум и свое тело, все так же бывшее всего лишь магом-одиночкой. Его мало интересовала собственная судьба. Но как тактика, он считал себя сторонним наблюдателем, в мыслях комментируя все вокруг. Ему и самому не особо нравилось такое странное восприятие реальности, вызванное как минимум его склонностью к магии тьмы и теперешним положением.
Предстояло тяжкое сражение на два фронта. Насколько реведант понял, победить одного из противников достаточно, чтобы обезопасить этот мир, но вот второго добивать, судя по всему, также придется. Что, впрочем, объединенными силами должно быть легче. Немногочисленные и.о. героев осваивались с положением, местностью, строили планы. Сам волшебник просто принял к сведению все то, что было сказано. Много времени на размышление ему не требовалось, что оставляло простор для творческого представления о том, чего он не понимал. Конструкция барьера, например, была крайне интересна и непонятна.
Компания, видимо, все-таки перешла к обсуждению тактики боя. Точнее, один гном раздавал ценные указания. Опыт командования в нем чувствовался, но вот про магию он знал не так уж много. Но у него хватало ума не лезть в хитросплетения книг, а использовать базовую классификацию. Так как Лестерос не имел ничего сказать после более опытных, как он надеялся, стратегов, то можно было и выполнить приказы.
Для начала, зачаровать клинки одного из самых странных членов экспедиции, нага, Прикосновением тьмы. Едва ли упомянутый Мордредом полукровка или кто он там мог сделать это лучше. Уже потом – Теневой щит на самого себя. Щитов у него было крайне мало, так что на других не оставалось, ну да пусть всякие там Ари и Грау их страхуют. Ну а на этом полезные заклинания как-то внезапно закончились. Да, волшебник мог призвать Тень, только смысла в этом уж точно не было. Ну а яд, пусть даже магический, вряд ли вообще был страшен этим непонятным существам. Зато в его распоряжении была еще Пентаграмма теней, которая будет поставлена на предполагаемом поле боя, перед башней. Кстати, учитывая наличие времени на подготовку, сейчас вся местность будет усеяна этими пентаграммами.
И оставался главный вопрос, повисший в воздухе. Ответ на него, видимо, мог знать только противник. Во всяком случае, им не сказали, значит, спрашивать бесполезно. И вопрос тот был: кого же из двоих придется встречать и поздравлять именно им?

5

Мучительная и тяжелая война с Империей не принесла служителям Смерти ничего, за исключением бессильной, тщетной ненависти, пустой жажды отмщения и последующего рабства, заточения среди живых.
У Орнеллы был выбор. Тогда, когда некромантка одержала свою первую победу над светлым войском, тогда, когда многим битвам ещё лишь предстояло случиться, тогда, когда Мортен только начинала свой истинный путь, этот самый выбор виделся ей очевидным... но потом всё изменилось. «Победа или гибель – третьего не дано», - говаривал наставник Орнеллы, будучи ещё живым, однако, к величайшей скорби, его ученица вопреки всем словам и назиданиям отыскала рубеж меж двух этих понятий. Дарк бесконечно жалела о своём выборе и возненавидела саму себя ещё сильнее, чем ненавидела прежде, возненавидела себя сильнее, чем ненавидит Жизнь и Свет. Некромант – тот, кто стоит на границе между миром живых и миром мёртвых. Орнелла – жалкий сгусток тёмного эфира, лишенный смысла собственного существования. Мортен не понимала, по какой причине согласилась служить Империи. Всё, чего она желала – кануть в бездну вместе с теми, кто ушёл достойно, но отныне жизнь её находилась во власти смертных. Немёртвая не верила в то, что однажды вновь станет свободной, не верила в вечность, не верила ни во что. Орнелла более не имела права называть себя Некромантом, и это причиняло ей самую страшную боль; настоящий Некромант никогда бы не поступил так, как поступила она. Мортен предала свою Стихию, и с каждым прожитым днём всё ярче и ярче ощущала, как Стихия покидает её. 
«Вы – последняя надежда Ахроста» - слова, с которых Крикос начал свой рассказ. «А Ахрост – моя последняя надежда» - мысленно отвечала архимагу Орнелла. Перед тем, как отправиться сюда, Дарк дала себе клятву: либо окончательно погибнуть в бою с мироходцами, либо одержать победу и... попросить у одного из магов Жизни упокоения.
Когда Мордред повел речь о зачаровании его оружия магией Смерти, Мортен оборвала гнома на полуслове, отметив, что не владеет заклятием, о котором он говорит, и что остается полагаться лишь на магию Тени, в частности – на заклинание, именуемое Прикосновением Тьмы. Выйдя вслед за лидером группы из башни и, оказавшись снаружи, Орнелла совершила Малый призыв из Астрала и отправила призванных духов вперёд – на разведку территории; далее последовало сотворение Пентаграммы Порчи на потенциальном поле боя. Смерть по-прежнему подчинялась своей жрице, но некромантке казалось, что она не достойна собственной Стихии.
И это, увы, действительно было так.

6

Каноны воинской касты умалчивали об искусстве осады и обороне укреплений - исключительно из-за бесполезности оных  - и поэтому Эйзекилю нечего было сказать. Он лишь почтительно кивнул-гному-лидеру в знак согласия с его указаниями и извлёк из ножен тальвары и достал из-за пояса крисы дабы магам было на что накладывать заклинания, после чего последовал за Мордредом наружу, на тёплый свет и свежий, влажный воздух этого мира.
Экспедиция... Эйзекиль не помнил, как он прошёл в этот мир - из-за пребывания на суше у него всё чаще случались провалы в памяти, приступы кашля и другие расстройства здоровья. Если верить учителям, то от постоянного нахождения вне родных вод срок жизни уменьшается на тысячу лет. Наг надеялся, что он не проверит это утверждение, умрёт гораздо раньше, ибо это безумие сухопутных, их импульсивность, изменчивость, лживость вместе с позором изгнания долго терпеть невозможно. Всё это рано или поздно сами по себе сведут нага в могилу и это будет ужасная смерть, бесчестная и бесполезная.
Воин океана помнил сражения Догмы с мертвецами Марагора на севере - от Нордторга до побережья холодного океана. Он помнил последующие сражения с Империей и внезапное перемирие. Личный приказ Старца для Эйзекиля - завербоваться туда-то и так-то, принять помощь от того-то и согласиться на предложение. Процесс перехода и первые несколько часов в нём затерялись в дымке утерянной памяти, но то что наг помнил было достойно воспоминаний. После белоснежным пустошей Севера, грязных и вонючих городов двуногих и их мрачных лесов джунгли Ахоста показались воистину райским местом. Обилие дождей, множество рек, тёплая погода - всё это приятно удивило нага. Если бы не миссия с приказом возвращаться назад он бы остался тут - ведь наверняка здесь есть и океаны. Но это повеление омрачало приподнятое настроение Эйзекиля, сводя всё ощущение от пребывания здесь к усиленному стремлению по-быстрее выполнить миссию.
И ещё двуногие. Та гудящая толпа слабых обезьян-переростков, к которым был вынужден присоединится наг. Три женщины, которые просто сами по себе были отвратительны; четверо хилых, слабых сухопутных-магов, один из которых - эльф; двое неживых; одно непонятно что, напоминающее скорее наземное животное, чем разумное существо; и три бойца, которые хоть какими то положительными чертами блистали.  Некоторые из них не замолкали ни на секунду, другие очень любили издавать странные, резкие гортанные звуки, которые выражали высшую степень их удовольствия. Они постоянно высказывали желание общения, в чём даже мёртвые, к которым наг относился со злобой после Нордторга, были лучше их - их спокойствие, отстранённость и невозмутимость вызывали искреннее уважение. Лишь у некоторых их воинское искусство оправдывало их отвратительное поведение и общую ущербность, но таких было меньшинство.
Эйзекилю никогда не приходило в голову, что он смотрит через призму мировоззрения общества наг на сухопутных и он искренне не находил причины, кроме действительной неполноценности этих существ. Если раньше он в этом сомневался, видя героизм отдельных личностей во время войны, то столкнувшись же с двуногими в мирной жизни он их начал от всей души презирать. И это, разумеется, только усиливало горечь изгнания.
Выйдя из башни, наг ненадолго уполз вправо, что бы ещё раз осмотреть эту территорию - она вызывала какое-то особенное подозрение. Конечно, он с большим сомнением относился к решению сражаться вне башни - ведь если там невозможна телепортация, то и противники уйти не смогут - но не смел оспаривать решения гнома, ибо предполагал, что он знает о тактике защиты этих нелепых каменных строений больше, чем житель морей.

Отредактировано Эйзекиль (2013-10-27 03:47:10)

7

Неприятное обстоятельство - Орнелла не могла помочь, потому гном не особе мешкая, обратился к Лестеросу
- Тогда я вынужден просить тебя товарищ наложить чары и на мой молот. Уж прости за лишнюю работенку.
Нет, девушка ни в чем не виновата, просто было немного обидно.
Пока все вроде бы не плохо. Посмотрим как оно пойдет дальше
Крум задумался о том, как же дела у товарищей из второй башни. Что у них там происходит - один в один то же, что и здесь, или же они уже вынуждены отражать нападение.
Бред сивой кобылы. Они нападут одновременно

8

http://s3.uploads.ru/YmD6t.png
Ученик Крикоса: - Для полной стабилизации портала нужна минута. В случае если попробовать пройти раньше, может расщипить. - последнее он видимо пояснил для не сведущих в магии, - Портал держится открытым в зависимости от того сколько жменя было кинуто. В этом мешочке максимум на 5 минут. - После чего пояснил про окружающую местность, слегка вздохнув, с таким видом будто объясняет очевидные вещи, - Выйдите и оглянитесь вокруг. Это горы. В них нет ничего необычного помимо искажающего поля блокирующего телепортацию, разумеется. - и наконец немного пояснил по последнему вопросу, - Я почти о них не знаю, мастер мог бы больше поведать. Но даже и так, мало что о них известно - не было возможности узнать о их боевых способностях. Но кое-что я все же смогу сказать. Их нельзя недооценивать. За это говорит тот факт, что брат и сестра вдвоем смогли перебить отряд опытных бойцов численностью в сотню. Для этих жестоких убийц нет понятия чести, они не пощадили даже наших дипломатов.
http://s3.uploads.ru/YmD6t.png
Ученик Крикоса: - Вся их жизнь лишь для того чтобы свершить месть. Двадцать с лишним лет они набирались сил, знаний со множества миров. Они Мироходцы. Эмир и Аркадия прятались и выжидали. И вот день настал.

Сам зал башни был сделан достаточно искусно. От входа до статуи Крикоса вела серая ковровая дорожка, именно серая, с золотыми узорами. Колоны были сделаны из гранита как и стены, зал был хорошо освещен магическими светильниками, несколько дверей выходило в побочные помещения, боковые комнаты и склады. Окон в башне не было, разумеется. Лестница, она похоже вела на самый верх, к сфере, и вряд-ли кто-то стал делать в этой башни другие этажи, кроме первого, предназначенного для охраны.

Ученик волновался и нервничал, но старался скрыть сей факт. Он ожидал внутри башни, может еще какие вопросы будут. А члены отряда занялись приготовлениями. Души с завываниями от которых по коже живых пробежался неприятный холодок, отправились на разведку.

Эйзекиль выполз из башни и свернул направо для того чтобы оглядеться получше. Редкие кустики, деревья, крутые склоны, скалы и обрывы. Вообщем горы, которые подводному жителю увы мало, что говорили. Но наметанный глаз следопыта все же приметил кое-что любопытное. Огромное птичье гнездо на скалах, в направлении северо-запада от башни.

9

Они стояли внутри некой магической башни. Семеро мистирийцев стояли рядом с магом Ахроста. Группа, в которую волей судьбы было уготовано попасть юному полуэльфу темной крови, была весьма необычная: немертвый волшебник, назгул-некромантка, гном, наг и еще двое магов из рода людей, одна из которых была целительницей, а второй волшебником Воздуха и Воды. Артемис стоял и слушал мага Ахроста с совершенно равнодушным видом. Ему было плевать на жителей этого мира. Единственное, что его сейчас интересовало - этого его собственная жизнь, которую юный полуэльф вполне мог потерять в битве с могущественными Михородцами Эмиром и Аркадией. В прочем, был тут и кое-какой плюс - была возможность лицезреть в действии магию многих различных миров, коей скорее всего владел один из Михородцев, или одна. Сразу после мага выступил гном, который был назначен главным в их небольшой группке. Так как клинками нага решил заняться Лестерос, немертвый волшебник, Артемис решил это дело на него и направился к выходу из башни. Выбравшись из башни, юный тёмный адепт прошел чуть вперед и принялся сотворять пентаграмму Теней. Завершив создание пентаграммы, темноволосый юноша тут же принялся за создание теневого щита и призыв Тени. Как только последнее темное заклинание было завершено и тень ожила, молодой маг Тьмы и Тени приказал созданию из Мира Теней отправиться разведать окрестности и, в случае обнаружение врага или чего-нибудь интересного - быстро вернуться и доложить о находке. Как только приказ был отдан, молодой полуэльф принялся покрывать будущее поле боя пентаграммами Слабости.

Отредактировано Artemis Moriel (2013-10-27 16:32:35)

10

Кенбрет явился как раз тогда, когда набирали добровольцев для экспедиции ни много ни мало в другой мир. Братишка хотел сорваться туда, но лекарка настоятельно попросила его не мешаться. У неё у самой руки чесались причинять добро и насаждать справедливость - иными словами, впервые за долгое время как-то действовать.
Всю войну Гвендолин просидела в Иридиуме, заливая жажду действий усыпляющим отваром и настоем валерианы, прячась в чужих мелких повседневных болезнях и молясь, молясь, молясь о здравии и за упокой... к началу первой военной осени скончалась матушка, далеко не во сне, далеко не мирно, не помогла даже целительная магия - жизнь потеряла ещё один оттенок серости, самый близкий к цвету неба на рассвете. После этого из относительно ярких событий Гвен помнила только редкие письма брата, в которых почти всегда так или иначе была зашифрована просьба "не иди добровольцем, сиди дома и жди, береги себя и мою матушку". Ну, и дни Поминовения Усопших. В общем-то, письма и удерживали дома. Плевать на то, что впору на стенку лезть, она брату обещала дождаться, и с рук на руки передать ему родительницу, кажется, понемножку очумевающую от такой заботы.
А теперь, раз уж лекарка ничего не смогла сделать для своего мира, своей страны и своей семьи, имело смысл воспользоваться шансом и поучаствовать в судьбе чужого государства из далёкого мира. В общем-то все знали, что будут делать: сражаться, предотвращать развал мира. Ну и в самом деле, не отправлять же всяческих добровольцев на простую экскурсию по чужим странам. Уж это - ясно; на экскурсию отправят других, тех, кто в верхах, например, или тех, чья жизнь положена на исследования.
***
Ахрост оказался прекрасным, но и пугающим миром. В первые два или три дня Гвендолин во всех без исключения местных видела жуликов, обманщиков и ещё чёрт знает кого: ну не могут люди быть так просты. Потом поняла (не совсем, конечно, поверила, но и кто в такое поверит сразу?): тут так принято. Улыбаться друг другу. Приходить на помощь в случае беды. Так принято... как в Иридиуме было невозможно представить осень без дождей и человека без заначки под матрасом и скелета в шкафу, так и здесь не было пословиц наподобие "сделай другу гадость - будет сердцу радость". Самым близким к местным жителям мистерийским явлением была раса вифрэев, только здешние были куда ответственней, куда честнее и куда серьёзней, чем хвостато-ушастые весёлые жулики с Каталии. И это всё, как выражался в своё время учитель Гвен, "по совокупности преступлений", однозначно предрасполагало к робкой симпатии.
А природа? Девушка никогда не видела такого цветущего великолепия даже в конце весны и начале лета в лесу или в садах. Более того, с детства занимавшаяся травничеством и знавшая множество ярких и нежных, вычурных и простых, но однознано красивых цветов, Гвендолин и представить себе не могла, что бывает такое. Что бывают цветы, похожие на крылья бабочек и на дорогущие десертвы в витринах кондитерских, что бывают такие сладкие и, наоборот, такие жгучие и резкие запахи, что бывает такая шёлковая трава.
Неведомое до этой поры чувство - теплота в сердце при одной только мысли и улыбка, иной раз против воли рвущаяся с губ - захватило целительницу с головой. Это было удивительно похоже на первую любовь - по крайней мере, на первую любовь в том виде, в котором её пишут в романах. И если раньше Гвендолин стремилась в этот бой, просто-напросто спасаясь от мерзкого чувства безысходности и собственной бесполезности, то теперь ей от всего сердца хотелось сделать для Ахроста что-нибудь хорошее, что-нибудь, в чём этот мир нуждается; защитить, то есть сделать всё возможное для успеха миссии, возложенной на плечи посланцев Мистериума - это было проще, очевиднее и малозначительнее всего.
***
В таком романтическом настроении (правда, изрядно подпорченном присутствием нежити и отрезвлённом боеготовностью) Гвендолин в составе своей группы прибыла в Северную искажающую башню. До поры она старалась помалкивать, тем более, что большинство участников этой авантюры вызывали у целительницы так мало симпатии, что напрашиваться на разговор с кем бы то ни было она считала не только бессмысленной, но и неприятной затеей.
- Гвен, твоя задача сбегать в погреб и посмотреть нет ли там чего интересного. И вернуться мигом к нам.
- Кхм... - Гвендолин поперхнулась мыслью о том, что в погреб стоило бы отправить Орнеллу с её призраками, раз уж их действительно будут призывать. Неосвещённые, труднодоступные холодные складские помещения - самое место для тёмных спектральных сущностей. - Сейчас.
Конечно, лекарке не пришлось по душе уменьшительное имя, особенно при том, что до сей поры девушка поправляла тех, кто обращался к ней коротко, но ещё больше ей не понравилась мысль о том, чтобы отделяться от группы. Даже от такой, какая наличествует: с нежитью, змееподобным воином и сомнительными полукровками. Из всей подобравшейся компании целительница более-менее спокойно реагировала лишь на Грау и Мордреда, и, тем не менее, боялась сейчас оставаться в башне, пусть и в целях разведки.
Мордред - командир. Ему виднее, что делать, а я получаю отличную возможность побыть подальше от нежити и, как следствие, дышать посвободнее. Отличное утешение, только, вот незадача, фальшивое насквозь, как и все подобного рода попытки самовнушения. Целительница скользнула рукой в карман набедренной сумки, которая, хоть и лишилась половины былого содержимого, но привычно висела у левого бедра; там, в сумке она нащупала флакончик, в котором хранилась очень резкая по запаху нюхательная соль - она отлично прочищала мозги. Эту соль она переложила повыше, поверх свёртка с корпией и тканевного бинта, а рядом с флаконом расположила обеззараживающую мазь. А нож из сумки вообще перекочевал за пояс, потому что - мало ли, окажется нужен.
Все эти нехитрые приготовления Гвендолин совершала, быстрым шагом направляясь к помещению, где был вход в разнесчастный погреб. План башни был знаком целительнице, поэтому тратить время на осмотр всех комнат от дальних до ближних она не стала. Чувство жизни должно было подсказать, есть ли в погребе кто живой, а Гвендолин тем временем вспоминала всё, что касалось обнаружения колдовства в академическом курсе теории магии. Эти знания малость подзабылись за давностью лет и отсутствием ежедневной необходимости в них, но ещё не осели камнем на дно памяти.
Люк оставлю открытым, свет будет падать сверху... мало, но хотя бы что-то. Потом, если... успею, попытаюсь осмотреть другие комнаты.

11

Грау очень хотелось сделать жест напоминающий общеизвестное рука-лицо. Командир оказался на поверку гораздо более глуп, чем предполагалось. И к тому же сумасброден. Вопросы Грау были отметены со всей яростью, возможно, некая попытка поставить выскочку на место. Более того вопросы мага были названы глупыми, что автоматически относилось к магу. Но это вряд ли бы так задело Грау как следующие за тем команды. Их можно было разделить на две категории: общеизвестные истины и абсолютную чепуху. Ко второй относились во-первых требования благословений незамедлительно. Их противники копили силы для атаки 30 лет. Кто сказал что они нападут на группу в течение часа? Что им мешает совершить атаку в течении дня, недели, месяца? Такие заклинания накладываются либо непосредственно перед боем либо во время боя. Использовать их раньше глупая трата магических сил. Или гном считал, что обессиленные маги станут вдруг опаснее для врага?Во-вторых предположение Мордреда, что враг придет в одиночку. Ведь им говорили, что у Мироходцев есть сообщники, так почему бы не использовать дополнительные силы, раз ставки в этой игре столь высоки? И наконец третье самое интересное - отправить целительницы обшаривать подвалы. Если бы это была Мелисандра, Грау с уверенностью мог сказать,что она там сама себе устроит приключения в том числе с угрозой для своей жизни. Более того гном подразумевал, что там есть шанс столкнутся с врагом. Тогда на кой черт стоит посылать туда единственную целительницу в отряде? Если командир так опасался атаки из-под земли, то есть подвала, то простейшим вариантом было блокировать выходы. Чем? Тяжелой мебелью что в обилии стояла во всех помещениях башни. Люк придавленный дубовым шкафом и тем паче сундуком просто не откроется, а если использовать силу будет грохот, что в свою очередь отменяет фактор неожиданности у противника. Эти мысли маг и поспешил лично высказать командиру. Тихо дабы никто не услышал. Но если и на это гном не прислушается, то команду ожидает геморрой...

Отредактировано Грау (2013-10-28 11:15:21)

12

День за днём стирающиеся из памяти, но невероятно близкие и знакомые символы таинственно переплетались между собой, описывая на земле пентаграмму Порчи. Орнелла была лишена возможности колдовать с довольно давних пор, однако сейчас, как ни странно, новое сплетение чар после долгого расставания со Стихией не доставило некромантке никакого удовольствия. Это было... непривычно и вместе с тем нестерпимо больно. Мортен не испытывала ни ярости, ни вдохновения, ни единства с родной Смертью: Орнелла чувствовала лишь разрушительную пустоту.
Говорят, мёртвым не ведомо, что значит изумление или страх: в тот момент Дарк была готова поспорить с этим утверждением. Некромантка непонимающе смотрела на собственную пентаграмму, будто бы ожидая чего-то, но ничего не произошло – ничего не изменилось. Прежде, стоило лишь Мортен произнести одно-единственное магическое слово, стоило лишь позвать свою Стихию, как душа её начинала согреваться, стремление идти вперёд – напрямик к своей цели, становилось ещё более острым и ярким, а сейчас... всё это исчезло. Всё, ради чего Орнелла существовала, исчезло.
Мортен испугалась. Как бы комично, глупо и безумно это ни звучало, но она испугалась, и отчётливо слышала свой страх. В панике некромантка попыталась сотворить ещё одну Пентаграмму Порчи, уже на другом месте, однако, ничего по-прежнему не желало меняться. Слова, жесты, концентрация – действия, за долгие годы отточенные до автоматизма... действия, ныне ставшие пусть не бессмысленными, но убийственно пустыми.
Ахрост ли, Мистериум ли, божественный ли обитель – Орнелла забыла о том, где находится. Безусловно, она осознавала тот факт, что после войны существование её никогда не станет прежним, осознавала, что рано или поздно Смерть ускользнет от неё, но сейчас обстоятельства лишний раз подтвердили всё это; заставили абсолютно убедиться в этом. 
Скоро, совсем скоро.

13

Серые, несокрушимые скалы, твёрдо стоящие здесь наверное, с сотворения этого мира. Редкие, но всё же пышные деревья, неплохо дополняющие унылые горы. И всё это на фоне глубоко-синего неба... Этот пейзаж был красив. Наверное, для кого то, кроме Эйзекиля, который просто отказывался принимать красоту наземного мира. В первое время да, она нравилась ему своей необычностью, экзотикой и светлостью. Но потом ностальгия взяла верх и наг всей душой желал вернуться на родной риф.
А ещё это огромное сооружение из веток и прутьев деревьев, "гнездо", жилище для птиц. Создано, несомненно, с умением, но настолько безобразно и нелепо... И всё же неприятно удивляли его размеры. Навевали подозрения и сомнения. Эйзекиль прополз несколько дальше вдоль башенной стены, осматривая местность, но взгляд неизменно стремился к гнезду. Это было просто домом для парящих животных наземного мира, да, но обычно все птицы, которых видел наг до этого были гораздо меньшего размера. Размах крыльев существа, которые выбрало себе такое жилище, можно было только вообразить. Или... В память всплыли слова мага, сказанные минутой ранее. Мироходцы очень жестоки и хитры. Почему бы это не могло бы быть частью их замысла? Хорошая позиция для внезапной атаки...
Такая мысль казалась бредовой - ведь гнездо находилось на порядочной высоте, но взгляд Эйзекиля уже автоматически остановился на гнезде, стараясь уловить хоть какое то движение.

14

Напряжение прямо таки витало в воздухе, и это чувствовалось. От ощущения тревоги никто не мог отделаться. И они готовились, готовились подсознательно чувствуя, что это будет их последний бой. В этом мире...
Ученик Крикоса не спроста занервничал после того как услышал речь гнома. По нему было видно, что он уже готов оставить всякую надежду на коротышку и принять на себя командование, вопреки конспирации. Гном застыл на некоторое время в нерешительности, а ученик что-то прикинув в уме, подошел и положив ладонь на наплечник тому, негромко дал совет. Взгляд жителя Ахроста устремлен в даль.
http://s3.uploads.ru/YmD6t.png
Ученик Крикоса: - Не учи магов колдовать и они не станут учить тебя как блокировать щитом. И целительница у вас всего одна. На ваше счастье, в подвале ничего нет. Ни ловушек, ни возможностей сделать подкоп. Но и полезного тоже, - сказав это, развернулся и не оглядываясь ушел в помещение с порталом. "Судьба моего мира вверена этому сборищу темных личностей и гному не годному на роль лидера... Надеюсь Мастер не ошибся, как не ошибается никогда, ведь если они потерпят фиаско, дни мира сочтены..."  Вскоре оттуда донеслось короткое и четкое "Централ!" и характерный звук схлопнувшегося портала чуть погодя.

Целительница своими глазами убедилась в сим утверждении. В подвале было пусто. Живых так же не ощущалосгь, помимо биоритмов уже известных союзников.

Артемис к своему огорчению ощутил, что не может покрыть предстоящее поле боя пентаграммами слабости, так как не может начертать более одной. К этому огорчению добавилось и то что утекла изрядная доля энергии. Пентаграмму теней пришлось располагать отойдя дальше от башни, так как у выхода расположилась более мощная, созданная Лестеросом.

У Орнеллаы разумеется ничего не вышло, повидимому захват ее нитей контроля сказался опустошительно на способности мыслить.

Внимание нага оказалось приковано к огромному гнезду. И приглядываясь он понял, что гнездо подобных размеров может принадлежать только одному виду птиц - Рух. Величественные создания, с огромным размахом крыльев, способные без особого труда поднять двуногого. Какого-либо движения там не наблюдалось. Возможно гнездо покинуто или хозяин улетел на охоту. А может и в самом деле Мироходцы там затаились.

Остальные не делали ничего, просто молча ожидали появлния противников. Время шло, и минуло минут двадцать.

15

Взгляд гнома переменился.  Если 30 лет назад он попал бы в эту ситуацию - он бы начал дико извиняться, не нашел бы себе места, и в общем начал бы вести себя как тряпка, стараясь угодить всем и сразу. Если бы он попал в эту ситуацию лет 5 назад, гном бы начал дико орать, бить морды, стучать молотом в щит и рвать глотки всем, кто усомнился бы в его действиях. Сейчас же, взгляд гнома был холоден. Холоден как сталь, что пролежала на самых высоких пиках гор над Мал'Феросом, там где ледники и снег никогда не тают. Голос же был на удивление чист и спокоен, хотя в нем не осталось и намека на былое расположение к собеседникам "друзья давайте жить дружно". Крум заговорил так, будто бы читал друзьям отрывок из книги, сидя около камина. И это резко контрастировало с тем, что говорил гном.
- Мне глубоко наплевать на твое мнение, маг. Я знаю, что в подвале нет ничего опасного - это в принципе нелогично, с учетом того, что ваш мир пребывал столь долгое время в состоянии мира и спокойствия. А так же потому что это крайне важное сооружение в стратегическом отношении. Не делай из меня глупца. Ты абсолютно не понял истинной подоплеки моего поступка.
Мор повернулся к Грау.
- Друг мой, я уважаю тебя. Но ты ошибся во всем, кроме одного. Да, возможно я поспешил прося дать благословения. Но поверь, было бы в разы хуже встречать их неожиданное нападение, а оно будет таким, совершенно без поддержки магии. Лучше потратить чуть энергии, и наложить их повторно, чем умереть сразу. В остальном же ты опять таки заблуждаешься. Было ясно сказано, что башня защищена от проникновения с помощью магии. А я, как гном, могу тебя уверить что незаметный подкоп совершить крайне трудно, если и почти невозможно в этих условиях скалистой местности. Так к чему лишние и глупые вопросы? И ты видимо так и не усвоил, что не стоит брать на себя роль командира, если она уже отведена другому. Это как минимум невежливо. 
Гном отвернулся от них, и пошел к выходу. Однако задержался в дверях, и не поворачиваясь к присутствующим молвил все тем же спокойным голосом.
-Впрочем, если тебе так хочется... Отныне я снимаю с себя обязанности командира. Я не вызывался на эту роль, мне она не нужна. Я пришел сюда биться, и не более того. Посему делайте, что хотите - буду я биться в одиночку, или вы окажите содействие, не важно. Я лишь попрошу снова - зачаруйте кто-нибудь мое оружие, я буду ждать вас на улице.
И Мор вышел. Пожалуй сейчас его мысли и сердце напоминали айсберг. Нет, он абсолютно не был зол на кого-либо. Просто он давно принял для себя решение больше не вести людей за собой. И если все же приходилось, делал он это ровно до первых претензий. Не хотят - их дело. Крум преследовал лишь одну цель - биться. Больше его ничего не интересовало.
Как сильно я изменился... Где же то былое чувство долга?
Голос в голове ответил ему:
Оно мертво.
Выйдя на улицу гном принялся внимательнейшим образом изучать окружающее пространство. Он, как житель гор, и все же стратег, собирался получить максимум информации о поле боя.

Отредактировано Мордред (2013-10-30 11:09:24)

16

Грау пожал плечами на слова Мордреда. Гном проявил твердолобый характер своих собратьев и снова назвал слова Грау глупыми. Волшебник к счастью был не из кичливых дворян или просто злопамятных, так что решил больше надеяться на себя. Ну а уж после слове гнома о снятии с себя полномочий, у мага вообще оказались развязаны руки. Но был Мордред и кое в чем прав. Требовалось организовать оборону. И маг начал создавать пентаграмму заморозки прямо под лестницей. Ему предстояло сделать путь наверх неимоверно сложным. После создания пентаграммы, волшебник начал подниматься наверх. Уже через двадцать пролетов он понял, что ему надоело, еще через пять Грау решил начинать действовать. Заклинание каток, подстроенное под лестницу легло ровным слоем льда от двадцать пятого пролета до самой двери. Волшебник был более чем уверен, что это подпортит противнику жизнь, если он отважится подняться по крутой гладкой ледяной горке. Волшебник с удовольствием прокатился вниз, ведь теперь не надо было работать ногами. К сожалению для него гордо стоять на ногах он не смог и почти сразу плюхнулся на пятую точку, на которой доехал до конца. Скорость набралась приличная, так что пришлось тормозить дуновением. Иначе бы маг пробил бы своим телом и стену и дверь. Только после этих незначительных приготовлений маг пошел наружу.

17

Немертвый безразлично взирал на все то, что происходило вокруг. Пустые споры и препирательства, выяснение отношений и выражение мнений. Волшебника ничуть не интересовала вся эта суета, тем более в ожидании противника. Еще более того, сильного противника, возможно, даже способного разгромить этот неорганизованный сброд в считанные секунды… и опять Лестерос поймал себя на том, что мысли его были сконцентрированы только на тактико-боевом аспекте существования. А по сути, чем еще он занимался в последнее время? Уже давно он отошел от пути познания, неспособного дать ему большее. Разум, закаленный в сражениях, сейчас отошел от тела, даже не считая его частью себя. Вот так легко и просто думать о грядущей смерти может далеко не каждый смертный.
Время шло. По результатам дискуссий гном, изначально полагаемый главным стратегом группы, просто взял и оставил этот пост, вызывая в душе реведанта отклик, который можно было бы назвать сожалением, если бы в нем была хоть капля чувства. Это то ощущение, с которым шахматист жертвует все, чтобы выиграть. С которым примерно то же самое делают многие полководцы, торговцы, политики. Но в другом смысле: вместо необходимости жертвы - лишь холодное безразличие.
Но все-таки Мордред был кое в чем прав: лучше наложить заклинания заранее. И поскольку больше было явно некому, то Лестерос заколдовал и его молот Прикосновением тьмы. Теневой щит он был готов обновлять ровно столько раз, сколько потребуется: тени возвращались достаточно быстро, ну а энергию он мог восстановить быстрее, чем приходилось тратить. Минута за минутой, он был готов ждать всю вечность.

18

В подвале было пусто, как в некоторых головах, однако девушка всё же обошла его, придерживаясь за стенку - полумрак не был союзником её слабых глаз - а потом, привыкнув всё же к рассеянному слабому свету и тёмному помещению, хорошенько осмотрелась. Нет, ничего особенного не появилось - пришлось вылезать обратно на вольный свет. Не сказать, чтобы это огорчало.
-Где?.. - не озвучив вопроса полностью, целительница глянула на открытую дверь на лестницу и ответила сама себе, тихонько, под нос. - А, спустился.
Гвендолин пренебрегла осмотром остальных помещений (походя рассудив, что в таком бою из снадобий и инструментов может понадобиться разве только нюхательная соль и нож, и то очень вряд ли, а значит, о воде можно не беспокоиться), но всё равно догнала гнома уже на улице. Она не слышала короткого и резкого диалога между ним и Грау, и потому пребывала в полной уверенности, что волей-неволей обязана отчитаться перед командиром. Отчитываться ей не нравилось: она не умела этого делать даже тогда, когда училась лекарскому ремеслу, и вовсе не горела желанием учиться. Стоило волшебнице представить, будто она стоит перед кем-то навытяжку и браво тараторит что-то наподобие "здравияжелаюразрешитедоложить", как ей становилось удивительно противно, как от самой себя, так и от всевозможных гипотетических командиров. Поэтому управление своими действиями лекарка постаралась взять в свои же руки... однако, всё же, рассказать о наличии отсутствия "чего-нибудь интересного", было необходимо. В конце концов, именно об этом её и попросили, отправляя в подвал.
- Мордред! В подвале пусто, никого и ничего особенного нет, но, скорее всего, и не должно быть.
Гвен помолчала несколько секунд, настороженным, почти что испуганным взглядом оглядывая горы вокруг Северной башни. Она никогда не была в такой местности, и горы не то, чтобы пугали её, но совершенно точно внушали некий полусознательный трепет пополам с уважением к этому обширному каменному массиву. Девушка внимательно присмотрелась к обстановке, прикидывая, что бы такого сделать, что могло бы помочь или подстраховать.
Из того, что она знала хорошо и отлично, на вооружении девушки было несколько заклинаний... но все они обретали смысл и точку практического приложения лишь после того, как станет ясно, кто именно противник защитников Северной башни. Им - защитникам, то бишь - сказали, что придёт кто-то из двоих. Брат или сестра. Воин или магиана. Кто именно - не сказали...
Значит, оставались пентаграммы. С ними не прогадаешь точно.
Если нам придётся отступать, моя пентаграмма должна сохранить силу и внутри башни. Значит, центр нужно расположить у входа, тогда я встану у стены и смогу колдовать и там, и там. Ну-ка!..
Волшебница, держась на всякий случай за широкой, но невысокой командирской спиной, прикрыла глаза, вскинула руки и принялась сплетать отточенные годами упорных тренировок жесты. Голос, которым она произносила заклинание, рисующее и напитывающее силой Пентаграмму Исцеления, вышел из её обычных пониженных интонаций, и звучал неожиданно звонко и гортанно. Она прикрыла глаза и сосредоточилась на магическом рисунке, давным-давно осевшем в её памяти.
- Это пентаграмма Исцеления, в помощь моей целительной магии. На... немёртвых она не окажет влияния, - пояснила целительница, опуская руки и оглядываясь вокруг. Линии пентаграммы были скорее салатового, чем зелёного цвета, и со стороны почти не просматривались на фоне травы и земли, но теперь всё, что окружало девушку, казалось каким-то другим, наполненным эфемерной прелестью и силой. Как будто появился помощник, опора, незримая, но от этого не менее действенная - а впрочем, так дела и обстояли. Чем пентаграмма не опора волшебнику? - Я встану у стены башни, и буду внимательно следить за ходом боя. Если что случится - моя магия не заставит ждать.
Девушка сказала это Мордреду, но имела в виду всех живых, что окружали её. Она поглядела на гнома, ожидая его формального разрешения, и снова обвела взглядом окружающее башню пространство, внимательней прежнего прислушиваясь к Чувству жизни. Ей казалось (пау раз даже явственно мерещилось на фоне очередного камня), что вот-вот появится откуда-нибудь издали ещё одна фигура - и тогда уже придётся принимать более серьёзные меры. Одну из таких мер - заклятие Стойкости волшебница решила подготовить заранее и держать при себе до последнего; кому-нибудь да пригодится, точно так же, как и Чудотворная аура, сопровождающая целительницу (а значит, и её ближайших спутников) повсюду и всегда.

19

Закончив творить последнюю пентаграмму, молодой полуэльф отошел ко входу в башню, встав в тени здания и облокотившись спиной о стены башни. Больше делать ему было нечего - все необходимые заклинания о применил. Что касается щитов - то их было бессмысленно накладывать сейчас, ведь они были не особо-то долговечны, а им не было точно известно время прибытия Мироходцев. Устремив свой взор на далекие пейзажи, темный адепт принялся ждать. Просто ждать, когда же появиться их противник или же когда Тень вернется с докладом о разведке. Кстати, где же она? Может все еще рыскает в окрестностях, так и не найдя ничего интересного или подозрительного? В прочем, не важно. Прошептав магическое слово и сделав пасс правой рукой, Артемис, концентрируя темную энергию в ладони, создал сгусток Тьмы. Держа руку с магическим снарядом на безопасном расстоянии от лица, юный полуэльф любовался темной энергией, из которой состояло творенье его магической силы.
- "Поскорее бы они уже пришли." - подумал юный маг Тьмы и Теней, оторвав глаза от своего магического снаряда. Он хотел поскорее вступить в сражение, а не томиться в ожидании. - "Интересно, насколько эти мироходцы будут сильны? Есть ли у нас хоть какой-то малейший шанс на победу?" - задался вопросами темноволосый юноша, снова вернув свой взор на сгусток Тьмы. Он был просто прекрасен. Артемис не представлял своей жизни без магии. Магия была для него всем. Не будь ее, он бы уже давно погиб. Конечно, он мог неплохо орудовать клинком, но это ничто, в сравнении с совершенством магии.

20

Грау опять витал в облаках когда их инструктировали и пропустил тот факт, что барьер закрывающий проход на лестницу не пропускает никого. Видимо судьба распорядилась иначе и ледяных горок сегодня не будет.

Артемис ощущал, что запасы маны вытекают из него на поддержание Тени, что к слову еще не вернулась с разведки, а удержанное готовое заклинание сказывается ментально. К текущему моменту чувствовал, что подистощился как ментально, так и энергетически. Голова побаливала.

Когда целительница наложила свою пентаграмму поверх пентаграммы Смерти, она осознала, что что-то пошло не так. Разумеется пентаграмма не распространилась за барьер, внутрь башни. Но это лишь малая часть беды. Земля временами подрагивала, символы составляющие пентаграммы стали расплываться, гаснуть. В конце концов ее пентаграмма рассеялась, ослабив за эти около десяти минут пентаграмму Орнеллы. Две самые враждующие стихии соединить в одном месте, это же еще надо догадаться...

Гном сложил с себя лидерские обязанности и пал духом. Конечно это не могло не отразиться на общей боеготовности и боевом духе группы защитников. Оставшись без лидера каждый стал сам по себе. Они практически подписали себе приговор.
Тем ни менее Мордред с пользой провел время и осмотрел местность неподалёку от башни. Три выступающие из небольшого плато скалы, что способны дать укрытие от дистанционного огня. Область перед башней, за небольшим плато, представляла собой довольно крутые склоны, впереди, а так же слева. Правее же располагался обрыв, а перед и дальше за ним, группы деревьев. Это все затруднит штурм башни. Если смотреть левее, внизу склона, то можно было увидеть нагромождение валунов и растущие меж ними кусты. Вполне хорошее место для вражеской засады. А чуть дальше располагалось несколько деревьев. Если обогнуть башню слева, можно заметить глубокий овраг и две группки деревьев неподалеку. Справа же от башни находился отвесный склон и возвышались горы. Наг стоял там в прострации и не обратил внимание гнома на гнездо, что находилось выше потенциального поля боя и осталось не замеченным тем. С права же вплотную у башни росли кусты. Только какое все это имеет тактическое значение, если Мордред больше не командует.
Мордред как раз занимался более детальным изучением оврага, внимательнейшим образом присматриваясь к тому, что внизу, как тут ощутил легкое дуневение ветерка. И звук распарываемого словно бритвой, плаща. Совсем рядом. Его плаща. Гном рефлекторно резко обернулся, выхватывая щит из-за спины и увидел прямо перед собой, но вне досягаемости молота, жуткую маску.
http://s5.uploads.ru/BiukI.jpg
Эмир: - Бу! - от неожиданности гном неуклюже попятился и свалился на каменистую поверхность спиной. Еще бы чуть-чуть и загремел с обрыва. Гном быстро смекнул, что на месте плаща могла быть его шея. Враг намеренно пощадил его, играя как хищник с жертвой.  Срезанный Плащ валялся тут же.
Эмир: - Ах-ха-ха! Это и есть защитники башни?! - зло рассмеявшись произнесла фигура в незнакомой модели броне, поигрывая кинжалом. Слова громко сказанные мужским голосом из под маски, с явной издевкой и чувством собственного превосходства донеслись и до остальных, что находились у входа в башню(кроме нага) за ее углом, на тот момент и не могли видеть эту сцену. Чувство жизни было в этой гористой местности весьма слабо, и не замечало живых помимо окружающих ее, и парочки подальше - наг и гном соответственно.
Пока гном поднимался на ноги, атаковавший пропал из виду.

КБ
Примеч.

При недостаточно точном и/или понятном описании того где размещены пентаграммы, куда встал персонаж - мастер размещает на свое усмотрение.

Внутр. пр-во.

http://s7.uploads.ru/t/3ZeXR.jpg

Внешн. пр-во.

http://s6.uploads.ru/t/U1rza.jpg

21

Не все было гладко у группы слабо связанных друг с другом существ, не сподобившихся даже создать хотя бы примерную тактику. Много ли они могли противопоставить неведомым силам неведомых Мироходцев в одиночку? Едва ли, но точно реведант не знал. Все же необходимо было держаться единой силой, а не рассредоточиваться по окрестностям, как сделали некоторые. То ли чересчур самонадеянные, то ли просто не осознающие, во что ввязались. Сам Лестерос обычно не особо осторожничал, но сейчас-то был тот случай, когда стоит ожидать всего. Да и вообще, куда его привело такое ведение дел? Хорошо еще, что цел. И то не факт, что надолго.
Поэтому когда раздался этот голос, незнакомый волшебнику, и, видимо, остальным, он ожидал, что все начнут искать его источник, не оглядываясь друг на друга. Но никто не отреагировал раньше самого Лестероса, который получил возможность сделать то, на что не особо надеялся и вообще не был склонен к, - сказать что-нибудь соратникам.
- Вот и кто это был? – Не громко, как и всегда, но быстрее обычного. Все-таки, возможно, время разговоров прошло.  – Надо бы выяснить, я так считаю. – Звучало скорее как совет или размышление вслух или от того самого непривязанного сознания. Командир из него, конечно, был никакой.
Зато как боевой маг он кое-чего стоил. Бросив слова мирские, реведант принялся за создание Сгустка тьмы, намереваясь проследовать на поиски неизвестного за большинством с подготовленным снарядом в руках.

22

- "Может, создание Тени было все же не лучшей идеей?" - подумалось темноволосому парню, после того, как он почувствовал легкую головную боль. На поддержание Тени он тратил весьма приличное количество энергии. В прочем, не важно. Быть может, она все же окажется полезной юному адепту. Ожидание начинало утомлять, как вдруг послышался чей-то незнакомый голос и злобный хохот.
- "Похоже один из Мироходцев таки пожаловал на бал." - предположил Артемис, тут же решив отдать ментальный приказ Тени, чтоб скорее возвращалась. - "Быстрее обратно. Ты нужна мне здесь. Позволять ей продолжать шастать не пойми где, когда вот-вот начнется сражение, было бы весьма глупо по мнению Мориэла. Отдав приказ своему темному созданию, красноглазый юноша осмотрелся. Врага видно негде не было. Так же не было видно и некоторых членов их группы, что не очень радовало. Особенно учитывая тот немало важный факт, что оба отсутствующих - воины ближнего боя, являющиеся единственными таковыми во всем их отряде. Так что, если противник решит нанести удар по магам, вполне возможно, что это кончиться для кого-то из них весьма трагично. Первым выдвинул идею немертвый тёмный маг. Лестерос предложил товарищам пойти поискать обладателя голоса и выяснить, кто он.
- "А стоит ли? Здесь мы защищены сзади стеной башни и нашими пентаграммами. Если же мы уйдем отсюда, то у врага будет возможность нанести удар в спину. Хотя, в прочем, посмотрим. Все же в тактическом плане я полный ноль, так что, может я чего-то и не понимаю. Посмотрим, что скажут или сделают другие. В любом случае, будет лучше держаться месте." - для себя темный адепт решил, что пойдет на поиски неизвестного противника только в том случае, если и остальные решат сделать тоже самое. В противном случае парень просто останется где стоит и будет ожидать нападение врага, чтобы метнуть в него уже готовый магический снаряд, удержание которого, кстати говоря, сказывалось на полуэльфе ментально.
- Не растратить бы так всех сил к середине боя. Я конечно могу восстановить магическую энергию за счет «Ритуала теней», но учитывая длительность его проведения, я вряд ли смогу завершить это заклинание во время сражения." - факт головной боли, пусть и не сильной, начинал немного раздражать вкупе с тем, как опрометчиво тратил сейчас адепт свои силы. Идея призвать Тень все казалась все более и более плохой. А мысль о допущенной ошибке Артемиса и вовсе не радовала, ведь она вполне может сыграть с ним злую шутку.

23

Какое-то время Орнелла не слышала и не видела совершенно ничего, за исключением своей пентаграммы: некромантка тщетно силилась переубедить себя в том, что чувствует; пыталась стряхнуть с себя это мерзкое наваждение, словно пыль. Все ощущения Мортен сейчас были абсолютно аналогичны тем ощущениям, что она испытывала в ночь гибели матери и отца: нежелание верить в происходящее, паника, дикий страх...
Однако, несколькими секундами позже случилось то, что заставило немёртвую вновь прийти в сознание. Поверх символов пентаграммы Смерти начали проявляться светлые символы противоположной Стихии; в чём дело, Орнелла догадалась не сразу. Угнетенный разум некромантки отказывался воспринимать всё, что являлось более или менее реалистичным и возможным, но зато совершенно беспрепятственно рисовал в воображении Мортен самые сумасшедшие и сумбурные картины: в какую-то секунду Дарк даже подумалось, что её Стихия попросту искажается каким-то страшным и невозможным образом, желая отомстить немёртвой за её слабость и ничтожность.
Ни на мгновенье Орнелла не отрывала взгляда от пентаграмм, начертанных на земле; Дарк понадобилась примерно минута для того, чтобы осмыслить происходящее и избавиться от безумного хаоса, что творился в голове. Мортен подняла взгляд от земли и бегло осмотрела округу, будто бы вспоминая, где находится, однако, буквально в следующий же миг её внимание вновь было приковано к магическим символам пентаграмм.
Жизнь гасла и растворялась. Гасла и растворялась под напором Смерти.
Когда пентаграмма, сотворенная целительницей, полностью пропала из вида, Орнелле уже не требовалось ни воодушевления, ни успокоения, ни чего-либо иного. Мортен было достаточно того, что она лицезрела секунду назад. Страха более не было.
Некромантка вновь осмотрелась вокруг, но в этот раз окружающий мир виделся ей совершенно иным. Услышав незнакомый, насмешливый голос и грубый смех, Орнелла, не медля, велела призванным духам возвращаться назад, к башне. Мортен сорвалась с места и двинулась в сторону оврага – туда, куда недавно направился Мордред; Дарк не могла знать, что Крум находится именно там, однако, что-то всё же заставило немёртвую устремиться к этому месту и разведать обстановку.
Да, разумеется, её шаг был совершенно бестолков и глуп. Орнелла действовала рискованно и не обдуманно, практически не полагаясь на здравый смысл и элементарную логику. В случае внезапного появления противника Мортен была готова использовать заклятие Лик Смерти: серьезного урона сопернику это не нанесёт, но, возможно, с некоторой вероятностью выбьет его из колеи.

24

Голос не обрадовал Грау как и остальных. Волшебник хотел не спеша подготовиться к приходу врага. Пентаграмма здесь, каток там, плюс еще пара интересных идей что громоздились в голове волшебника. Но видно сама судьба решила повернуться к магу не той стороной. После провала замысла с ледяной горкой Грау решил сделать хоть самое необходимое. Пентаграмма "Песнь ветра" отличное решение. Воинам хотелось ускорения? Грау их этим обеспечит, но сначала пентаграмма. Сей предмет он разместил центром на входе в башню. Таким образом она могла работать и снаруж башни перед входом, а так же внутри.
Маг следующим этапом после создания пентаграммы решился призвать Хвосс. Элементаль была безумно общительной и столь же безумно активной. Для мага было истинным мучением беседовать с ней. Прежде чем он отвечал ей на один вопрос, она успевала задать еще три, два раза предложить поиграть в догонялки и четырежды прокомментировать что либо. Но эта элементаль была сильной, а так же довольно славной, что Грау не мог на нее злиться, особенно после того как она спасла ему не раз жизнь.

25

Что не так?!
Разрушение, словно дыхание гончей над самым ухом загнанной добычи, звучало. Оно имело свой голос, его приближение отдавалось в ушах гулкими шагами такой тяжести, что даже земля не могла их выдержать - она дрожала и тихо, едва слышно стонала - если так можно выразиться по отношению к земле.
Гвен тихо всхлипнула, глубоко вдохнула и потрясла головой - наваждение сгинуло. Вместе с пентаграммой магии жизни.
Всё из-за мертвецов! Если бы их здесь не было, моя пентаграмма осталась бы цела... даже если они помогают в чём-то, они отлично уравновешивают свою пользу вредом! Люммин милосердный, дай мне терпения, великая Этерия, направь мою руку и силу... куда ушёл Мордред? Стойкость пригодилась бы ему более, чем всем остальным. Он же воин всё-таки!
В продолжение её мыслей прогремел смех и жуткий, пробирающий до костей грубый голос - как будто ниоткуда раздавшийся! - и лекарка, сразу поняв, кто смеётся и над чем, похолодела. Эмир. Явился собственной персоной.

Главное - не потерять контроль над собой. Главное - не пугаться. Стойкость... - девушка обвела взглядом всех, кто был вокруг неё. Мертвецы как цели для благотворного заклинания отпадали сразу, а остальные... - Нет, до нага заклинание тоже, боюсь, не дотянется, он уполз куда-то вправо, и далеко к тому же... Нельзя рисковать расстоянием. Тогда либо Грау, либо тёмный полукровка. Тёмный. У него шпага - скорее всего, именно Артемису придётся драться вблизи, если вообще придётся. Ему и стойкость.
Каким-то своим внутренним чутьём Гвендолин понимала, что даже вполне приличные на вид личности в её отряде обладают такими пороками, которые сама девушка на дух не переносила. Поэтому ей было странно и, чего греха таить, страшно и не очень приятно координировать с ними боевые действия. Единственным, кто пока что не вызвал никаких нареканий со стороны подсознательных предчувствий волшебницы, был Мордред, но теперь он куда-то ушёл, просто кивнув в ответ на её слова о пустом подвале - и лекарка, искренне переживая за него, одновременно с тем теряла уверенность в командире. А командир ли он вообще? - невольно подумала Гвен. О, Люммин... да жив ли он, раз уж Мироходец здесь, а гнома не видно?!
Конечно, жив! - ответило чувство жизни, отыскивая пульсацию гномьей крови в гномьих жилах где-то там, в области за скалой. Оставался один вопрос: командир ли, если ушёл куда-то к демонам на рога?! Да уж... Эмир не мог выбрать лучшего момента, чтобы явиться! Тут же не отряд, а рай отдыхающего головореза, бери нас голыми руками!
Когда стойкость досталась выбранному методом логического рассуждения Артемису, девушка сделала несколько шагов вперёд - почти что вслед сорвавшейся с места Орнелле. Впрочем, лететь на выручку, по примеру некромантки, она не стала - судя по сердцебиению, гном жив; значит, чтобы проверить, что с ним, хватит и Орнеллы, а Гвендолин было, что сказать невидимому хохотуну. А заодно и... всем остальным, окружавшим её. Так, если вдруг кто забыл - отряд остаётся отрядом, даже если не совсем понятно, куда делся тот, кому поручено этот отряд вести.
-Да! - громко крикнула девушка, чувствуя, как сердце колотится, отчаянно отыскивая чувством жизни ещё одну живую точку, ещё одно бьющееся сердце, ещё одного... человека. Хотя можно ли назвать человеком убийцу и разрушителя? - Да, мы защитники Северной башни! А вот ты что такое, безликий и безымянный?

26

Меня...Ронять! Плащ! Убью, гада!
Гном рывком поднялся на ноги, и тут же побежал в сторону башни, на ходу выхватив молот и одев петлю на руку, да приготовив руку с щитом, дабы резко отразить атаку.
С одной стороны стоило бы закричать предупреждая товарищей об опасности. Но Эмир и так наделал немало шума - слышали наверняка. Потому гном побежал максимально навострив уши и сосредоточив внимание  - любой посторонний звук мог означать атаку с фланга или со спины, и гном был к ней готов.
Блок и стена для обороны, и пара железных кулаков - нападение, лучшая защита. Да и быстрыми ударами куда проще откинуть противника подальше от себя.
Мор бежал так быстро как мог, внимательно следя за дыханием, что бы не запыхаться.
Началось...

27

Наг ещё около десяти минут простоял неподвижно. Он вспоминал, в который раз вспоминал его последний день в океане. Думал над мотивами Локена, которые заставили его выйти на арену в его пять тысяч лет, в сковывающей движения кирасе и с плохим оружием. Размышлял о придирчивости княгини, которая, пойдя на поводу у своих эмоций, разрушила тот образ справедливого правосудия, который она должна была воплощать. Статуя Танах Лота. Величественная пещера арены... А ведь во всём были виноваты двуногие, наглые пираты. Именно их глупые, по-наземному самонадеянные нападки послужили причиной конфликта. Именно конфликт стал причиной преступления. Именно преступление стало причиной изгнания. Стремятся открыть что-то новое, что "улучшило" бы их жизнь, лезут туда, куда их не звали и портят всё... Как обычно.
Эйзекиль вздрогнул от злобы при последнем воспоминании и решил, про пробыл в плену у пустых мыслей уже достаточно долго. Он вознёс короткую молитву Безымянному - одна из тех вредных привычек, которую он подцепил у сухопутных Кровавой Догмы - и вернулся к входу башни. Подойдя ближе к наземным, ему открылось завораживающее зрелище. Гном-воин в железных доспехах, с ловкостью краба бегущий от чего-то... Или скорее от кого-то. Пожаловали мироходцы? Наконец таки. Я не собираюсь в компании этих... двуногих охранять башню сотню-другую лет.
Несмотря на забавность картины, это было всё же плохим знаком и воин океана стал внимательнее оглядываться по сторонам. Если такой серьёзный боец, как гном, отступил, то опасность действительно высока. Наг поднял мечи на уровень груди, что бы заблокировать потенциальный удар и контратаковать крисами.

28

Почувствовав тревогу, отряд стал более-менее стягиваться в одну точку. Отличилась Лишь Орнелла, бросившаяся навстречу Мордреду. Она заметил образанный плащ гнома и самого гнома в полной боевой готовности, бегущего навстречу. Со стороны Мордреда был довольно неестественно видеть встречающую его некромантку, но это было не страшнее, чем появляющийся непойми-откуда и непойми-как ВРАГ. На некоторое время все затихло. Гвен не чувствовала никакой заметной жизни, кроме живых товарищей, их ритм сердцебиения успокаивал. Пока, все ещё живы, никто не умер, ну...  не считая тех, кто уже давно был мертв...

Такое ощущение, что противник сам дал им всем собраться в одном месте, чтобы торжественно появиться пред их ликом. Ощущения не обманули. Первым откликнулось чувство жизни, а потом и внимательность всех остальных. Эмир стоял немного впереди все, на скале-возвышенности, плащ подхваченный ветром, маска в виде черепа, капюшон. Из оружия была заметна висящая на поясе боевая кирка с пробойником, остальное было спрятано. Руки были сложены на груди.
http://s5.uploads.ru/BiukI.jpg
Эмир: Хе-хе, да я погляжу не все тут безнадежно. - Похоже, Эмир отвечал Гвен. Голос его был сильным, молодым, но с хитринкой, что немного не соответствовало его зловещей маске. - Что то вы все какие-то напряженные. Расслабьтесь, я пока ещё не убивать вас пришел, а словцом перекинуться. Ну так что, раз ваш бравый лидер решил бросить вас на произвол судьбы, что без сомнения, выглядело со стороны очень жалко, может быть найдутся добровольцы, например ты, красавищна, не хочешь поболтать? - Ловкач в маске показал пальцем, на Гвендолин, хотя сомнений нет, он уже всех осмотрел.

http://s2.uploads.ru/E0qvH.jpg
Хвосс: Хозяин, а можно мне с ним поговорить? Можно? Можно? Можно? Можно? - Хвосс говорила шепотом, инстинктивно понимая важность ситуации, но находясь рядом с Грау, потому он, да и остальные, её хорошо слышали. - Обещаю, что не буду рассказывать про тебя гадости. Честно-причестно! Ах да, хозяин, а тебе не кажется, что маска была бы забавнее, если её разукрасить? Например, нарисовать красные и синие полосы, можно и зеленые... Точно! Я придумала, хозяин! Купи себе такую-же маску и сделай её разноцветной! Здорово же! Так как приказа не было, элементаль крутилась на месте, говорила не громко, но много, как обычно, радовалась, что её призвали, иногда возвращалась к Грау, пролетала вокруг него и снова становилась рядом.

Отредактировано Нейтральный персонаж (2013-11-09 07:28:12)

29

Гвендолин начала говорить в том состоянии, которое называется "бес попутал", или, по-научному, "аффект" - и, само собой, вовсе не ждала, что ей ответят. То есть, ждала - но не всерёз. И, естественно, ни единому слову из всех, сказанных Эмиром, девушка не поверила. Разговаривать он пришёл, как же!.. Однако, если есть шанс совершить глупость и безрассудство - глупо и безрассудно этим шансом не воспользоваться.
Как бы сказать остальным, что он как... как призрак, уходящий в межмирье, когда его не видно? И стоит ли говорить, если я не знаю этого точно? Или же это было для моего чутья было слишком далеко?
Неприятное, колкое, насмешливое слово "красавищна", этот издевательский комплимент Гвен пропустила мимо ушей - лишь отметила вскользь, что есть и в слове, и в самом имени братца-Мироходца, есть что-то отвратительно шедимское. Уже одно это, если не брать в счёт сказанное Крикосом и его учеником, не давало обманываться на его счёт... Эмир не мог быть шедимцем, но вполне мог быть подлецом, то есть, напасть со спины или совершить любую подлость в бою и вне боя, потому что даже своему прекрасному миру он - неверный сын! Ждать от него того, что называется честным боем? Лицом к лицу? Без хитрых трюков? Наверняка даже его оружие заранее смазано ядом.
Конечно, Гвен не могла увидеть страшной маски - её глазам было дано лишь разглядеть смутное пятно. Однако этого пятна, и, несколькими секундами позже, шёпота призванной магом воздуха элементали, хватило, чтобы понять, что на лице Эмира - маска. Не исключено, и даже вероятнее всего - жуткая, в виде мерзкой рожи языческого божка или голого зубастого черепа. С рогами.
- Лидера не трогай - он знает, что делает. Нам не про что с тобой говорить, но... - Гвендолин сделала ещё шаг вперёд, повела рукой, как бы приглашая к разговору, и даже заткнула нож за пояс. - ...я всё равно охотно с тобой поболтаю.
В самом деле, в этот раз волшебнице не нужен нож, который на самом деле - даже не оружие, а лишь инструмент. Ей ли защищаться от ловкого бойца неуклюжим ножом в неопытной руке? Лекарка понимала ясно и отчётливо, что, если и успеет заметить что-то, от чего надо защищаться, то, скорее всего, этим чем-то будет лезвием кинжала, стремящимся или меж ключиц, или - скорее всего - прямо в горло, или в сердце - в общем, последним, что девушка увидит в жизни. От этого понимания Гвендолин передёрнуло, она почти почувствовала, как холодный металл вспарывает ей кожу.
Если вернусь живой - закажу себе куртку из крепкой кожи. Из крепчайшей. До колена. С воротником. С металлическими вставками.
Оставалось лишь рассчитывать на других воинов и магов её отряда - их здесь, помимо самой целительницы, стояло ещё трое, и хоть кто-то из них, умудрённых и опытных, должен, просто обязан был отреагировать на нападение, если оно случится, а случится оно обязательно! Краем глаза Гвен заметила в руке Лестероса, на которого она старалась лишний раз вообще не смотреть, какой-то снаряд, кажется, сгусток тьмы. Нет. На него полагаться нельзя, но - хоть на кого-нибудь...
И никогда, никуда без неё из дома не выйду.
Да кому она врёт? Самой себе, что ли? Полагаться нельзя ни на кого, остаётся лишь хранить призрачную, как отрядная некромантка, надежду на то, что соратники окажутся способны защититься хотя бы тогда, когда мироходец нападёт непосредственно на них. Впрочем, у самой Гвен тоже был кое-какой козырь в рукаве. Девушка, неподвижно стоя и глядя на Эмира настолько в упор, насколько это возможно с расстояния, тайком подготавливала парализацию тела. Она знала, что это - её единственная защита, и не собиралась применять её сразу, поэтому последний жест не делала.

30

Завязавшийся диалог, стал удивительным для волшебника. Во-первых ситуацию ему описывали по другому, а во-вторых вся война с нежитью всегда шла без переговоров. Вот она какая оказывается специфика битв с живыми. Надо признаться очень приятная специфика. Если есть возможность избежать боя, то почему бы не использовать ее? Таким образом мог реализовываться главный принцип мага - минимум усилий. Легкая улыбка даже заиграла на лице волшебника. Грау слегка прикоснулся к руке Гвендолин, предупреждая возможные поспешные действия, но подталкивая к дальнейшему диалогу. Но был еще один момент, о котором не стоило забывать - Хвосс. Элементалю конечно же не терпелось без дела, и волшебник с удовольствием выдал ей заданий.
- Обследовать с обратной стороны возвышенность, на которой гордо стоял убийца. Грау не нравилось что тот неожиданно появился перед ними. Маг подозревал наличие какого нить лаза и приспособления.
- Обследовать окружающее пространство вокруг башни в поисках чего нить интересного. Круг интересного был сведен к живым, мертвым и снадобьям и оружию. В противном случай элементаль которой интересно все могла принести гору камней, веток и кустарник.
- Основное не беспокоить убийцу, главным образом не подлетать ближе чем на 20 метров.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив завершенных боев » Ахрост. Северная искажающая башня.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно