FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Официальный дискорд сервер

Здесь должно быть время в ролевой, но что-то пошло не так!


Пояснения по игровому времени / Следующий игровой скачок времени: 20 Февраля 2022 года

Погода на Драконьей высоте:

Погода

Сила ветра

Температура


Объявления администрации:

Открыты продажи Весеннего сезона магазинчика чудес!

Стартовал ФИНАЛ III ГЛАВЫ сюжета форума!

На форуме реорганизована система зарплат, ознакомьтесь с новыми расценками и порядком начислений в ваших рабочих разделах!
Обновлена тема посвященная должностным лицам форума, теперь вы можете разобраться с особенностями разделения труда в более удобном и подробном виде.
Открыта регистрация в новую лотерею Искаженное Зеркало Иллюзий милости просим всех отчаянный бойцов удачи!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив законченных флешбеков » Март 17080 года. Иридиум, нижнее кольцо. Джейн Грейс, Альфарий Магнус.


Март 17080 года. Иридиум, нижнее кольцо. Джейн Грейс, Альфарий Магнус.

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

Весна. Джейн относительно нравилась весна - все оттаивало от оков зимы, оживало и расцветало. Приятный прохладный ветер проносился вокруг, а в воздухе был аромат благоуханья цветов. Даже Буран, поцокивая по дороге и встряхивая черной гривой, вдохнул живительной силы - он словно не бежал рысью, а парил. Да и девушке было легко. И радостно, ввиду последней недели.
Она пронеслась по кварталам Нижнего кольца, по проулкам, еще даже не освещенным утренним солнцем. Еще чуть-чуть, и скоро она будет на месте - во дворе одного пустующего дома. Именно там ее ждет учитель.
Альфарий Магнус де Кэссель. Он появился в жизни Грейсов внезапно и по чистой случайности. Уже прошло больше года, как отец и дочь лишились Нати, любимой матери и жены. Душевные раны девочки стали немного затягиваться, и чтобы грустные мысли не брали над ней вверх, она часто работала заместо матери, в их торговой лавке. Но все еще оставалась той боевой девчонкой, которая может за себя постоять.
Рыжеволосая сощурила глаза, вспоминая тот день.

Воспоминание...

Тогда она была в торговых рядах, где всегда течет река людей - и не только их. И чего-нибудь лишиться там раз плюнуть. Но она была не так просто, как могло показаться в первый раз, и попытка обокрасть ее одним мальчишкой, чуть старше и сильнее, полетела в пух и прах. Будущая охотница не была расслаблена и сразу почувствовала пропажу. "Черт! Ну ты сейчас... получишь." Девчонка погналась следом за  похитителем. Через несколько метров она вырвалась из толпы и нагнала его, но маленький воришка сам остановился, наверняка подумав, что отбиться от нее будет проще простого. А что думала Джейн? Она понимала, что не победит его с одного удара, но и сдаваться она была не намеренно, по крайней мере, без "боя". Первый удар нанес парень, но она довольно легко увернулась. Снова взмах, снова уклонение, еще взмах, пригибание, и тут... Сама Грейс неожиданно нанесла удар, возможно не сильный, но парень на мгновение растерялся. Драка продлилась еще больше минуты, у девушки был синяк на плече и пару ссадин на руках, но в глазах сиял боевой огонек и радость от того, что этот воришка получил хотя бы на два синяка больше. Но на горизонте показалась стража, и мальчик, плюнув на все, и на Джейн, и на ее вещи, скрылся с глаз долой, потирая опухшею щеку...
Эти драки для нее были не в новинку. Даже в них что-то ей нравилось, и возможно, поэтому она никогда не жаловалась на них родителям. И сейчас она возвращалась домой, как ни в чем не бывало. Вот дом, вот она заходит, закрывает дверь и махает отцу. Но тут послышался стук, и на пороге был он. Мужчина. Большой и в латах. Вот каким предстал Альфарий Магнус, воин Мистерийской Империи, перед шестнадцатилетней девушкой впервые. Он на одно мгновение задержал взгляд на Джейн и...
Как бы вы повели себя, если бы знатный и богатый человек, с недюжинной силой и пронзающим взглядом, предложил - позвольте заметить, за вполне приличную цену для среднего класса - давать частные уроки боя дочери охотника? Наверное, растерялись бы и недоумевали.
Так повел себя ее отец, да и сама девушка. Но поговорив немного, охотник с Альфарием, как потом он позже представился ей, поняли друг друга, и отец согласился на предложение офицера. Гарри Грейс хоть и не был искусен в психологии, как его прекрасная жена, но разбирался в людях, видел их основы. Джейн всегда хотела также уметь, но ее часто сбивал с толку сложный внутренний мир человека. И раз он доверил мужчине свою дочь, значит, он был неплохим человеком. Значит, что-то в нем было...
Прошла неделя. Вначале она не очень симпотизировала этому гиганту, и даже немного боялась его. Весь этот грозный вид, шрамы, и прочее... Но она очень хотела научиться тому, чему наобещал он научить ее, и была готова у него обучиться. Но, как оказалось, в душе он был не таким... каким снаружи. Вскоре она это поняла.

"Вот я и приехала" - не смогла сдержать она улыбки. Если открыто признать, что-то нравилось ей в ее учителе. Нет, он не был для нее образцом идеального человека, но что-то так привлекало в нем, что часы уроков и слушания его военных рассказов и баек протекали, как песок сквозь пальцы.
Спешившись и войдя с Бураном во двор, она поспешила привязать коня к столбу. "Надеюсь, я не опоздала..."
Оглянувшись, на ходу поправляя свои непослушные локоны, охотница заметила, что вояки еще не было. Возможно, она слишком поспешила. Такое бывало. Девочка потянулась, разминая мышцы, и присела на лавку во дворе, чтобы достать камешек из сапога, неизвестно как туда попавшего. "Хм, интересно - он опять задержался в таверне?... Любит же он там частить." Девушка была не глупой, и примерно догадывалась, зачем он туда ходил. Но не корила его за это. Он был взрослым человеком, да и меру во всем этом знал. И она никогда бы не сравнила бы с одним из этих отбросов общества - пьянчуг, трактирных ловеласов и прочих личностей. Он был... другим.
Ох, она также прекрасно знала, кем Альфарий являлся по крови, и до сих пор не понимала, как так ей посветила удача. Аристократ, причем не безызвестный, учил ее урокам воинского искусства. Кто знает, возможно, однажды она станет прекрасной воительницей. И он будет ею годиться. "Да, так и будет."
Краем глаза Джейн увидела приближающуюся тень, и повернула голову, чтобы с улыбкой на лице и с азартом в глазах встретить своего учителя...

Пост №1

Отредактировано Джейн (2014-12-20 22:34:59)

2

Альфарий решил провести этот свой отпуск у себя дома. Кто знает, почему? Возможно, таким образом он хотел позлить своих родителей и их друзей-аристократов. Для всех них отпрыск аристократичного рода, ставший сначала простым солдатом, а потом обычным старшим лейтенантом был как бельмо на глазу. И Альфарию это конечно же нравилось. Так или иначе, он вовсе не пожалел о том, что вернулся на пару недель именно в свое родовое гнездо. В Иридиуме всегда были лучшие девушки, лучшие кабаки и лучшая выпивка, да и до дома всегда найдется кому дотащить и е приходится спать с полковыми собаками, как в молодости, или просто в мешке, да в офицерской палатке. Настоящие шелковые кровати... Чудесно.
Впрочем, уже около недели офицер как следует не напивался, да и девушек он больше не посещал и не искал себе. Ему нужно было держать марку, ведь он взялся обучать ратному делу чудесную рыжеволосую, бойкую девчушку! Хах, как она позабавила его тогда, в день их знакомства... Хорошую трепку Джейн задала тому воришке, а ведь он был не из хиляков. Такой талант драчуньи точно следовало развивать и вдруг в бессмысленном существовании Альфа появилась малая цель. Он практически за гроши (и что, что эти гроши были для среднего класса существенной суммой?) согласился обучать девушку, по-началу буквально навязав свои услуги. Отец рыжей оказался умным мужчиной и не мог отказаться от такого протектората своей дочери, все-таки целый дворянин!.. Да и не могло быть лучшего учителя у юной воительницы, чем опытный, матерый вояка.
Альф был сух как стеклышко, он был чисто и опрятно одет в белоснежную рубаху, хорошие льняные штаны, только на ногах виднелись неизменные кожаные сапоги, звенящие о тротуар окованными носками и подошвой. Мужчина был рад видеть ученицу в назначенном месте, впрочем никак объятий он не раскрыл, а просто подошел и крепко пожал девушке руку, так, как полагает воинам.
- Ну что, ты готова? Я уже целую неделю нянькаюсь с тобой, пора бы уже узнать, на что ты способна... Держи, - с этими словами Альф протянул юной девушке один из двух мечей, которые принес с собой. Это были настоящие, боевые мечи, идеально заточенные, полновесные...

3

Джейн поправила края блузки, надетой под кожаный жилет, стряхнула невидимую пыль с брюк, желая выглядеть лучше перед учителем, и пожала протянутую руку мужчины, в которой, по ее мнению, могли уместится две, а то и три ее ладони. Но это ее не оскорбляло, наоборот, она чувствовала, что как будто он выказывает ей уважение.
- Да, сир, - энергично кивнула ученица, удерживаясь от желание начать все и сразу. Силы молодого тела так и хотели вырваться наружу. - То есть, сэр... Я готова.
Не сказать, что она так чтила эти военные правила - если ей что-то не нравилось, очень трудно было заставить это принять. И если бы ей не хотелось называть его "сэр", она бы не называла. Но пару раз услышав, как рядовые бойцы называют своих командиров, и вспомнив об этом при первом уроке, ей пришлось по душе применять иногда эти солдатские словечки, когда она с Альфарием вместе.
Итак, они переходили к практике. И юная девушка была от этого в восторге. "Наконец-то повоюем. Ох, столько накопилось. Черт, Иннос, не дай мне оплошать." Ели сдерживаясь, чтобы не подпрыгнуть от нетерпения, рыжая взялась за рукоять протянутого меча. Держала ли она когда-нибудь до этого настоящий меч? Пользовалась ли? Лук, нож - да с самого детства. Но меч...
Он был тяжелый, непривычно тяжелый, но Грейс старалась сделать вид, что все нормально. Она верила, что станет сильнее, и вскоре это будут пустяки - и тяжесть, и немного неудобная рукоять в руке. Постаравшись аккуратно поднять меч острием вверх, перед собой, она увидела свое отображение в лезвии меча, поддернутое солнечными бликами.
- Ах, Силуна - не в силах сдержаться от восхищения от первого меча, которого она видела вблизи, который она держала и которым она впервые будет сражаться. Или скорее учиться, от чего, правда, хорошее настроение нисколько не убавилось.
- Не будем ждать. Давайте приступим, - рука немного задрожала от непривычки, и Джейн опустила клинок. Но хитрая улыбка стала еще шире. - Возможно, даже, я смогу вас удивить, - она посмотрела в глаза Альфарию, очень надеясь про себя, что так она и будет. Он, до сих пор непонятным образом для охотницы, выбрал ее. Да, уверенная в своих силах и целеустремленная, она тем не менее не считала себя особенной. Но ради этого человека она будет стараться.

Пост №2

4

- Хорошо! - утвердительно кивнул Альфарий, довольный реакцией девушки на врученный меч. Конечно, прямо сразу он устраивать ей спарринг не собирался, пускай для начала покажет базовые стойки и приемы, которые до этого воин успел её показать, рассказать в теории и дать попробовать совершить деревянными, почти игрушечными мечами. Мужчина не ожидал чуда, ведь они занимаются всего неделю, однако он был уверен в бойкой девочке и в том, что та покажет ещё неплохие результаты...
- Итак! Покажи мне базовую, "щитовую" стойку с мечом. Можешь скомбинировать со своим ножом, если тебе удобно. Приступай, - скомандовал офицер, присаживаясь на лавку, где недавно сидела Джейн и внимательно следя за действиями своей ученицы. Ему нравилось, как девушка вела себя рядом с ним. Кажется, Джейн гордилась, что её обучает не абы кто, а сам Альфарий, пускай он и не был так уж популярен в военной среде. Все знали его простым, надежным солдатом, каким-то непонятным стечением обстоятельств все ещё остающимся на своем невысоком звании. Обычно дворяне просто "взлетали" по карьерной лестнице, но с Альфом все было иначе. Он сидел на лавке, облокотившись о её спинку, подперев голову кулаком и размышляя, что может выйти из этой задумки.

5

- Итак! Покажи мне базовую, "щитовую" стойку с мечом. Можешь скомбинировать со своим ножом, если тебе удобно. Приступай.
- Будет сделано, сэр, - девушка покрепче ухватилась за меч, краем глаза видя, как Магнус присаживается на лавку. "Хорошо. Щитовая стойка. Да, это я знаю." Грейс не очень любила учиться на теории, будь то наставления ее отца как расставлять ловушки для кроликов или же советы матери, как лучше ухаживать за товаром, но юная ученица была достаточно сообразительна, чтобы понимать, что теория всегда необходима, особенно перед практикой. Поэтому она старалась запоминать все сказанное Альфарием: положение рук и ног при таком введении боя и при таком, как лучше держать меч, как вести себя на той или иной местности... И так далее. И даже старалась понять всю эту мешанину информации, которая на самом деле была лишь кусочком тех знаний, того опыта, что уже имел при себе мужчина.
Эта базовая сойка была проста, и Джейн достаточно быстро вспомнила ее. Но информация про другие стойки и немного волнения из-за того, что она не хотела ошибиться перед учителем, сделали свое дело. Она поставила ноги широко, но забыла, что ширина должна быть уже ширины плеч. Левая нога была правильно отведена назад, но вот с правой, что должна была выведена вперед, она слегка намудрила, забыв согнуть, отчего ей самой было чуть неудобно. Мужчина заметил, что сам меч она держала неплохо, не забыв правильно расположить ладонь, но слишком сосредоточилась, чтобы  удержать меч перед собой, от чего острие было задрано слишком высоко. В левой руке она, по совету офицера, держала свой охотничий кинжал.
Встав в стойку, охотница мимолетом посмотрела на учителя, надеясь, что все сделала правильно. Но сердцем видимо почувствовала, что не все так идеально, отчего она постаралась быстро сообразить, что сделала не так. Но мысли перемешались, и девочка отчаялась, ожидая слов латника.''Ох, надеюсь я не сильно облажалась."

Пост №3

6

Альфарий с умным видом следил за манипуляциями девушки, а внутри тем временем назревал настоящий взрыв. Во-первых, кажется, девчушка потратила целую вечность на то, чтобы встать в требуемую стойку, а когда она все-таки сделала это, то... это было нечто. Кажется, Джейн просто наугад расставила руки, ноги, кажется, ещё чуть-чуть и она вообще изобретет совершенно новую стойку пьяного страуса. В общем, когда девушка закончила офицер раздался смехом, не в силах сдержать щекочущую горло волну. Смеялся он недолго, но громко, при этом он встал со скамьи и подошел к Джейн, намереваясь поправить ошибки юной воительницы.
- Ты нечто, рыжая бестия, ахах... Зачем так широко ноги расставила? Рожать собралась? Давай, поправить! - Альфарий, не дожидаясь действий Джейн, сам положил руку на бедро девушки и самостоятельно чуть сдвинул ноги, а после положил свои широченные ладони поверх её, - Острие ниже, коленку согни... Вот так... А теперь выпад!
Альфарий, манипулируя девушкой как куклой, сам совершил её руками необходимые прием, рассчитывая, что бойкая девчушка не растеряется и совершит нужные движения ногами.

Отредактировано Альфарий (2014-12-21 14:10:28)

7

Смех, вырвавшийся из мощный легкий мужчины, резанул по ушам, заставив ее пристыженно опустить плечи. Но чтобы упасть духом, для нее потребуется гораздо большее, тем более что за недельное знакомство она понимала, что делал он это не со зла. Нет, она скорее разозлилась на себя, слушая с опушенными глазами слова солдата, что совершила такие нелепые ошибки. "Эх, дуреха. Надо же такие ошибки совершить!... Ладно, Джейн, ты справишься. Главное дальше не оплошать..."
Учитель подошел сзади и неожиданно схватил за бедра. Он такого действия девушка не мгновение оплошала - не каждому она позволяла так к себе прикасаться. Но... но он хотел ее научить, а значит ничего такого. Она еле тихо вздохнула и молча повиновалась вояке, предоставляя ему правильно ее расположить и надеясь, что сурового воителя она не сильно разочаровала. Когда он поставил ее в правильную стойку, Джейн наконец-то смогла полностью собраться и приготовится сделать все от нее возможное. "Я справлюсь. Я справлюсь!" В ней все еще бурлили энтузиазм и сила, хоть теперь нетерпение было слегка подавлено, и ученица уже была более готова к размеренным действиям.
- А теперь выпад!
Руки охотницы, контролируемые учителем, внезапно поддались вперед, прокалывая невидимого противника. В голове резко пропали все мысли, и нахлынула паника - что делать? Но ноги интуитивно поддались вперед, сделав неполный шаг. Заминка была лишь на пару миллисекунд, и кто знает, чем бы это обернулась на поле боя, но сейчас шла тренировка, да учитель крепко держал руки девчонки, оставив на волю только ноги и тело. Но радует, что она хоть что-то сделала - а вот идеальность исполнения девочка оставила на суд учителя, посмотрев на него снизу и готовая выслушать любую критику. Блики солнечных лучей в глазах придавали ей нахальности, словно кошке, только что съевшую его похлебку, но за неделю знакомства Альфа уже было трудно запутать этим, и он знал, что Грейс чутко относилась к свои ошибкам, что старалась всегда сделать все лучше, лучше, чем раньше... Что, правда, не мешало ему прямо и в лоб указывать ей на ее любые недочеты, хвалив только за настоящие достижения. За это она и любила Альфария.

Пост №4

8

Девушка, на удивление, не оплошала и все сделала правильно. Альфарий даже не ожидал этого, он уже приготовился ловить Джейн, в случае если она запнется, вновь непропорционально распределив свои силы  внутреннюю энергию. Однако все прошло очень даже успешно и рыжая теперь смотрела своим необычным выражением лица на мужчину, ожидая вердикта. Мужчина широко и лучезарно улыбнулся, правой рукой трепля рыжие копны волос.
- А ты молодец, Джейн! Только тебе нужно ещё поработать со стойками... Какой толк уметь махать мечом, если не умеешь защищаться и просто правильно держать клинок в руках? - Альфарий сделал шаг назад, отходя от Джейн и предоставляя ей пространство для дальнейшей практики, - Давай ещё раз в щитовую стойку, потом попробуй провести комбинацию и разных даров, простейших. Я хочу посмотреть, как ты справляешься с тяжестью меча...
Альфарий скрестил руки на груди и стал внимательно наблюдать за дальнейшими действиями девушки, при этом размышляя о том, как его неприятно укалывают эти взгляды. В такие моменты мужчина корил себя за то, что решился взять обучать юную воительницу, ведь порой ему казалось, что та его просто охмуряет. Но она ещё совсем ребенок! Едва ли она вообще понимала творящееся внутри Альфа, а тот, кажется, был близок к тому, чтобы досрочно прекратить тренировки и не связываться с опасным огнем. Но он все же оставался и продолжал обучать Джейн...

9

У юной бестии словно камень с души упал, когда она услышала похвальные слова от учителя и увидела, как тепло посмотрел на нее мужчина. Первый день тренировки из теории в практику - она не должна была сильно оплошать. И она не оплошала.
- Ну чтож вы... У меня хороший учитель, - девушка сама не смогла сдержать улыбки, карие глаза засияли от радости, но напоминание Альфария о том, что ей еще многому придется научиться, заставило снова настроиться на тренировку. Показ того, что она могла, еще не закончился.
Она кивнула и сделала серьезное лицо, сосредоточив внимание на мече. Девушка уже быстрее встала в позицию, и это уже походило на нужную щитовую стойку. Руки, ноги, положение тела к противнику, задачу которого сейчас выполнял невинный воздух - все это она усвоила уже лучше, и теперь на нее можно было взглянуть без слез, к радости Альфария. "Так, удары. Хорошо, сделаем," - слегка вздохнула охотница, чтобы нервы опять не расшалились, и попыталась сделать Рубящий удар. Взмахнув мечом, девочка быстро рассекла воздух, и этот удар ей понравился своей простотой и быстротой - хрясь! и все - но до момента, когда меч при взмахе своим весом потянул ее в сторону, чуть не заставив бедную подумать, что улетит она с ним куда подальше. Но на самом деле все было вполне терпимо, и девчонка, снова встав в стойку, поспешила приступить к другим ударам, чтобы воитель не зацикливал внимание на этом "конфузе".
Далее следовал знакомый Выпад, менее быстрый и режущий, но зато более точный. Для энергичной Грейс этот удар был не самым "по душе", но плюсы она его увидела, как только представила, что протыкает какого-то монстра из старушечьих присказок.
Следом еще один Рубящий удар, и она постаралась уже контролировать эту "неимоверную массу металла", чтобы при очередном взмахе не поцеловать землю потом из-за нее. Опять удар, еще удар, и вот она уже была готова прикончить придуманного зверя, как услышала, что Альфарий попросил ее остановиться.
Она прекратила действия и с нетерпением посмотрела на покрытое шрамами лицо, чтобы узнать, что хочет сказать ей мужчина, какой вынести вердикт. Некоторые рыжие локоны уже повылезали из косы, придавая ее виду немного неряшливости, но, как ни странно, это нисколько ее не портило. А солнце все вставало, стремясь выйти в зенит...

Пост №5

10

Альфарий мог бы и сам додуматься до тех выводов, к которым пришел после того, как осмотрел не совсем умелые, местами неуверенные и откровенно неправильные действия Джейн. Ей банально не хватало физической подготовки... А это не заработать за неделю теории. Нужны были постоянные, ежедневные тренеровки. Будет ли рыжая готова к ним? Юная, бойкая девица прямо пылала своими рыжими копнами огромной энергией, но это ещё не означало, что сама девушка сможет справится с тем, что задумал для неё офицер.
- Теорию ты усвоила хорошо. Девочки всегда лучше запоминают и в целом учатся, чем мальчики... Однако тебе не хватает одной, очень важной детали - ты слабая. По этой причине ты не вырубила того тощего воришку... Ты хорошо и энергично бьешь, твое тело обладает просто... просто поразительной гибкостью и грацией... - Альфарий чуть понизил тон, приближаясь к девушке и ложа одну руку на ее плечо, - Ты можешь дать фору многим эльфийским девушкам... Но ты прежде всего человек. Оставим эти эльфийские танцульки эльфам - я буду делать тебя сильной и ловкость твою буду обращать в силу. И тогда меч в руках станет легче перышка. Но... это большое испытание. И оно займет не одну неделю твоей жизни. Возможно, тебе придется тратить много времени и сил на тренировки... Я... буду обучать тебя ещё три недели. Потом ты будешь обучаться сама. Ты готова довериться и делать все, что я попрошу? Будет тяжело...
Альфарий смотрел в карие глаза, видя там, за пылающей копной волос чарующий берег и очарованную даль. Его колкие, холодные глаза в этот момент размягчились и, кажется, подобрели. Джейн могла поклясться, что впервые увидела его глаза такими открытыми и... нежными?

Отредактировано Альфарий (2014-12-23 15:40:54)

11

Юная воительница, вперившись взглядом в лицо мужчины, внимательно слушала его. Сердце ее слегка нервно постукивало, словно предчувствую, что сейчас воитель скажет что-то важное. Светло-карие глаза не отрывались от говорящего Альфария. И тут ее рука резко сжала рукоять меча от резанувшего слух слова. И произнес его Альфарий. И говорил он про нее. "Слабая..."
Девушка сдержалась, чтобы не показать какую-либо реакцию на эти слова на лице, если только не считать слегка приподнявшиеся и нахмурившиеся брови. Учитель говорил про ее ловкость и грациозность, говорил так, что даже легчайший румянец появился на загорелых щеках девчонки, сравнивая ни с кем другими, как с эльфами. Но его речь заглушало вертевшееся и повторяющееся снова и снова предложение: "Ты слабая."
Когда Магнус де Кэссель положил руку на ее плечо, находясь с ней тет-а-тет, охотница попыталась посмотреть ему прямо в глаза. Тоже карие, но более темные, словно омут. И не знаешь, что можешь найти там. Она хотела заглянуть ему в самую душу, чтобы понять, сомневается ли он в ней, верит ли сам, что она пройдет все то, что он сулит в будущем. Но единственное что она увидела - как его взгляд, обычно всегда жесткий, колкий, твердый и суровый, начинает медленно таять, словно лед, открывая душу Альфа юной девушке...
- Будет тяжело...
Грейс опустила голову. Из ее уст вырвался еле-еле слышный выдох. "Нет, нет, нет. Почему он это говорит? Почему именно он?... Он думает, что я слабая... Нет, он боится, что я могу оказаться такой. Я... Я должна доказать, что я не такая! Что я справлюсь... Я справлюсь."
Секунды текли неприятно долго для Альфария, когда он ждал ответа Джейн, и, может, уже его охватила мысль, что он ошибся в ученице, как внезапно она подняла голову - не резко, но и не медленно. Он столкнулся с ее горящими глазами, и девушка молвила:
- Я знаю, что вы видели много учеников в вашей жизни, Альфарий. Ваших и не ваших. И, вполне возможно, что многие из них были в стократ лучше меня, но... Я не слабая. - Она говорила, и в ее голосе перемешались уверенность и твердость с тихой мольбой дать ей шанс, дать показать себя. Перемешались детская и взрослая сторона, что соседствовали в ней. - Я готова сделать все что, что понадобиться. Готова учиться, учиться, учиться. И готова действовать. С рассвета до заката. Я понимаю, что будет трудно, но я готова. Только дайте мне шанс, учитель... Я не слабая. - Она говорила, все также не отрываясь от его глаз. - Я сделаю все, чтобы это доказать. Уж поверьте... - На мгновение замолчав, глубоко дыша грудью, что мужчина услышал ее тихое дыхание, она аккуратно положила свою руки поверх его и произнесла, спокойно, словно последнее слово перед казнью.
- Я пройду это испытание.
"Потому что я не слабая..." Джейн готова была это доказать, как и воителю, так и самой себе. Она высказалась, и теперь черед был за Альфарием. Ему предстояло решить. Она смотрела ему в его открытые ей глаза, не в силах оторваться, и ждала, про себя веря, что она сможет стать сильнее. Вместе с Альфарием.

Пост №6

12

Непонятно, что творилось в душе Альфария, наблюдающего за странной реакцией Джейн на его слова. Та менялась в лице, как капризный морской бриз, тревога сменялась злостью, злость отчаяньем, а отчаянье обращалось в решимость. Кажется, девочка, со свойственным её возрастну максимализмом, слишком близко восприняла слова своего учителя, которого знала всего неделю. Кажется, что не только она обрела особый смысл в глазах бойца, но и он в её карих зрачках теперь был далеко не чужим человеком. Кажется, для Джейн он стал неким маяком, вершиной, горой, которую нужно покорить, если можно так выразиться. Попросту говоря дворянин стал для девочки-торговки большим авторитетом, если не вторым отцом. Отчего-то от этих мыслей становилось неуютно, в спине пробежал странный холодок, а пальчик чуть сжали крохотное, в сравнении с Альфом, плечико. В этом неловком движении мужчина вдруг ощутил нечто. Джейн подняла глаза и посмотрела в его, пылая необычным огнем бурлящей магмы, которой не дают выход. Эта раскаленная субстанция вдруг влилась в потеплевшие глаза дворянина и начала расплываться по его телу, обжигая каждый миллиметр его тела. Тела, которое как от слабого разряда вдруг отчего-то совсем мелко задрожало, кончики пальцев похолодели, а поджилки затряслись, словно Альф чего-то испугался. Но это было волнение, не страх. Странное, противоестественное ситуации волнение. Мужчина хотел было отпрянуть, фыркнуть, забыть, но девочка сопровождала свой взгляд словами и он не шевелился. Взгляд бойца пронзил Джейн насквозь, он внимательно слушал, понимая, что из этого маленького семени вырастит могучее древо, судьба которого - полностью в руках Альфария. И он не может бросить это семя сейчас, не может уйти, обрекая его на увядание и смерть. Он должен остаться и взрастить в Джейн силу. Не просто мышцы, а силу духа, которая и без того в ней уже была, но совсем ещё незрелая. Он закалит в этом порыве невиданной прочности стали...
Теперь Альфарий не был учителем. Он был мастером-оружейником, готовым сотворить свое лучшее творение, чтобы больше никогда не брать в руки молот, ибо смысла нет - ничего лучше уже не получится. Альфарий не был отцом и он в целом был далек от семейной жизни, но в этот момент он вдруг ощутил Джейн так, будто та его родная дочь. В них действительно было много схожестей... Так Альф оправдывал свои чувства, которые в действительности были совсем другой природы.
- Испытание? Нееет.. Испытание для тех, в ком неуверенны. Я в тебе уверен. Тебе предстоит тренироваться, закалиться, стать лучше, выше, сильнее, - наконец-то Альф выпустил девочку из рук и приблизился к лавочке, где оставил свой небольшой вещмешок с каким-то барахлом. Он вытряхнул из него все, что там было и быстро наполнил камнями, да покрупнее, а после вернулся, протягивая огромную ношу вместе со своей толстой перчаткой, - Одевай. И перчатку тоже... Одень её на ту рук, которой не будешь держать меч. Потом поднимешь клинок над головой - держи руки ровно и обеими за клинок. Первые дни побегаешь в перчатке, а потом... Ты станешь сильной. Если будет тяжело - говори. А теперь за мной, бегом, марш!
И Альф медленно сорвался с места, давая девочке хорошую фору. Он не собирался убить её в первый же день. Сегодня он просто хотел узнать на что её хватит, а от этого уже отталкиваться. Пока они просто побегут по улицам Нижнего кольца, удивляя прохожих...

Отредактировано Альфарий (2014-12-29 22:50:42)

13

Девушка двинулась с места вслед за мужчиной, подняв меч над головой. Тяжесть это заплечного мешка не хило давала знать о себе, замедляя ее движение и оттягивая рыжеволосую назад. На пару секунд Грейс замедлилась сразу же в начале пути, но огня, бушующего в ней, уже было не остановить. Огня, что разбудит в ней Альфарий, своими словами, своими действиями, своим взглядом, своей верой. Девчонка попыталась сконцентрироваться на том, чтобы держать меч, а ощущение сзади мешка с камнями заглушить - она надеялась, что правильно делает; так ей подсказывала интуиция. Было довольно тяжело, но она верила, что она справиться. И Альфарий верит...
Вот уже ученица почти сравнилась с медленными шагами вояки, приравниваясь к его специально подобранному для нее темпу. Вдох. Выдох. Они бегут дальше. Удивленные горожане, видевшие много всего странного, - в основном из-за магии -  наверняка такое не часто встречали. Их лица и непонимающий взгляд могли бы посмешить девушку, но ее внимание отвлекало лишь то, чтобы не отстать от Альфария; лямки мешка неплохо давили на плечи, рука в перчатке медленно покрывалась потом, а дальше держать так меч уже становилось неудобно. Но Джейн не жаловалась. Не только из-за гордости, сколько из-за мыслей, что кружились в голове, как вороны над добычей. Вспоминался недавний диалог между ней и учителем. Перед глазами до сих стоял его взгляд его темно-карих глаз, хотя сейчас она видела лишь его спину и вид сбоку иногда.
"Ты станешь сильной - сказал он." Шаг, вдох, шаг, проклинание камня, об который она чуть не споткнулась, выдох. "Да... Джейн Грейс, ты станешь сильной." Хитрая и довольная, хоть и еле видная на сосредоточенном лице, ухмылка появилась на ее лице. Она уже просто не могла сомневаться, раз сам Магнус дэ Кессель, он же Мясник, пришедший к ним из такой далекой аристократии, был в ней уверен. Они свернули за один проулок, потом за другой. Здания сменялись зданиями, люди - людьми. Было слышно его мощное дыхание, медленное, неторопливое. Джейн уже не знала, сколько они бегут, она просто сосредоточилась на себе, словно пытаясь распределить каждую частичку ее силы. Вдох, выдох.

Юная охотница прижалась затылком к стене, укрываясь в тени под навесом дома. Прическа уже растрепалась, но ей было наплевать. Она убрала рыжие локоны со лба наверх и принялась снимать вещмешок Магнуса, при этом сняв его толстенную перчатку. Они только недавно вернулись обратно во двор, пробежав неизвестное ей количество улиц и проулков, и буквально минуту назад Альфарий сказал, что пробежка окончена. Пока девушка "приходила в себя", он молчал, словно давая ей передохнуть или сам задумался.
Джейн потянулась, пытаясь понять, как там дела со спиной. В целом, бегать ей никогда не претило, так что какую-то долю удовольствия она почувствовала. Но было и тяжело, как и говорил воитель. Но она пыталась плюнуть на все эти трудности. Она справиться - девочка оттерла пот со лба и посмотрела на учителя, все еще немного дыша с отдыжкой. Взяв его перчатку в руки, она маленькими шагами подошла к нему и протянула ее ему, при этом сказав:
- Как вы и сказали, было сложно... Но... хех, жить можно, - Альфарий увидел на ее лице легкую, но искреннюю улыбку, такую детскую, и такую взрослую. Лучи заходящего солнца тонко ложились на ее лицо, ярко освещая ее волосы, а в душе у девушки снова что-то затрепетало, когда она опять стояла с Альфарием лицом к лицу...

Пост №7

14

Альфарий помог девочке скинуть ненавистный вещмешок с тонких плеч. О, как сам мужчина ненавидел его, набитый камнями, больно натирающий спину и плечи... Инструкторы по физподготовке, кажется, просто пытались убить своих подопечных с их помощью, ибо все остальные, более простые способы, были запрещены. И вот так они часами, как сейчас Джейн, бегали вокруг монументального здания Академии, иногда вырываясь на тесные улочки крепкости Нокс. Да, это были самые ужасные годы в жизни Альфа... И самые радостные. Жаль, что Джейн не сможет познать и десятой доли того счастья, что даруют стены военного училища. "А может... Хм... я мог бы отправить её в Академию. Она стала бы прекрасным офицером..." Вдруг подумал Альфарий, вытряхивая камни из мешка и положив тот на скамейку, ещё утром бывшую для них местом встречи. Но вскоре он тряхнул головой, прогоняя эти мысли, оказавшиеся весьма вредными. Нет, он не отправит девочку в Академию, но сделает её силньой, но определять за неё судьбу не станет. Пф, он ведь даже не её отец... Почему тогда он так озаботился её судьбой?
- Как вы и сказали, было сложно... Но... хех, жить можно, - произнесла Джейн, излучая свет от улыбки, какую могли сотворить только девочки. Вдруг дворянин подумал, что перед ним действительно очень сильное существо, ведь вместо того, чтобы играться с куклами... она бегает с мужланом по городу, напрягая мышцы и испытывая себя на прочность.
- О, действительно! Стой и не дергайся, - тепло произнес Альфарий, обходя девушку вокруг и зачесывая её волосы, чтобы оголить кожу на шее и плечах, после чего положил на неё свои сильные руки и вдруг начал уверенно, пропорционально прикладывая силу, массировать ноющие мышцы и косточки Джейн, - Только не говори, что тебе совсем не больно после этой пытки. В детстве я мечтал о нежных женских ручках, которые бы вправили мне все косточки после очередной пробежки...
Произнося последнюю фразу мужчина весело усмехнулся, легонько надавил и шея Джейн звучно прохрустела, загоняя позвонки на свое место и отдаваясь в мышцы и мозг невероятным облегчением, чувством легкости. А тем временем руки Альфа потекли по туловищу рыжеволосой вниз, проверяя целостность позвоночника, а по пути вправляя косточки.
- Пошли теперь... Ты заслужила отдых. И мы обсудим теорию... - под теорией Альф подразумевал истории о своих славных сражениях, через которые офицер делился опытом со своей юной подопечной, которую сейчас обнимал одной рукой и вел прочь из двора...

15

"Интересно, о чем он думает?..." - краем глаза Джейн увидела задумчивое лицо офицера, но падение камней из мешка с соответствующим звуком заставило ее отвлечься от разглядывания его лица. Усталость медленно, как от погружения в теплую, расслабляющую воду, окутывала девчонку, но упертость не давала ей этого показать. Хотя она догадывалась, что мужчину с его многолетним опытом уже не проведешь. Это ей было немного не привычно, но в тоже время как-то и приятно. Что кто-то может почувствовать, что ты сейчас испытываешь. Словно родственная душа.
Улыбавшись Альфарию, она одновременно попыталась справиться с ощущением ломоты в плечах. Ей казалось, что постепенно, как она сняла этот чертов вещевой мешок, ее кости и суставы начали понимать, что после сегодняшней пробежки они должны чертовски ныть.
- Стой и не дергайся...
Девушка выпрямила спину от неожиданной - хоть и нежной - команды Альфария; все позвонки в позвоночнике разом дали о себе знать, от чего девушка прищурилась на один глаз. Рефлекс, наверное. Мужчина начал огибать охотницу, и она поняла, что слегка затаила дыхание. Но тут она почувствовала, как огромные, но довольно осторожные и теплые, руки латника начали убирать ее волосы с шеи и плеч. Теперь она действительно замерла, не было похоже, что от неожиданности, скорее ей не хотелось спугнуть этот момент. Словно Магнус был всего лишь маленькой пташкой, что соизволила поклевать крошки с руки девочки и любое движение может ее спугнуть. Такую необычную и особенную...
Грейс быстро заморгала, не понимая, что творится в ее голове. Эти мысли... словно были не ее. Как будто кто-то взял их, совершенно чужие, и через аккуратные разрезы, пока она спала, запихнули ей в голову. Они даже были не совсем четкими. Словно поддернутые туманом, состоящие в основном из набора разных слов. И эмоций.
Тут руки Альфария легли на ее плечи, и она через секунду поняла, что сильно напрягла их. Словно ее тело, еще непривычно к таким прикасаниям, пыталось сопротивляться. Но бережные движения пальцами понемногу расслабляли тело: кожу, суставы, мышцы, кости. Девочка попыталась вспомнить, позволяла ли она кому-нибудь так делать - но в памяти ничего не всплыло. Неужели только Альфарий этого добился? И почему, зная его всего неделю, она чувствует, что знает его как будто год?...
И Джейн с наслаждением поняла, что на время прекратились возрастающая ноющая боль и ломота во всем теле. Осталось только усталость под приближающийся конец этого дня. Кто бы мог подумать, что такой человек, как Мангус, при первой же встрече внушающим всем своим видом, что он представляет собой сурового офицера-бугая, лишенного напрочь всех теплых эмоций,  может быть таким чувственным и осторожным. Но, как ни странно, для рыжеволосой торговки он с самого начала представлял из себя неразгаданный клад, тайну которого так и хочется раскрыть. И постепенно, к удивлению Джейн, он раскрывался ей, с каждым разом понемногу открывая ей душу.
- Только не говори, что тебе совсем не больно после этой пытки.
Девушка промолчала; она просто стояла все также неподвижно, пытаясь уловить каждое прикосновение мужчины. Хотя внутренне спрашивая себя - зачем? Почти минута истекла, как наконец она, слегка повернув голову в сторону Альфария, чтобы увидеть его лицо, произнесла:
- Ну... если только чуть-чуть. - Улыбнулась девушка, слегка с задором прищурив глаза, но Альфарий, уже знавший ее неделю, смог уловить - по интонации и взгляду - что все-таки больно было. Но как всегда она старалась этого не показать. Вот же упрямая девица.
Когда мужчина закончил, она аккуратно развернулась, опять столкнувшись с ним взглядами. В ее взгляде можно было увидеть благодарность, искрившеюся из светло-карих глаз.
- Спасибо, сэр.
- Пошли теперь... Ты заслужила отдых. И мы обсудим теорию...
На лице Грейс появилась обрадованная улыбка – для нее отдых был более чем заслуженным, после всего этого. Но она вроде справилась - а значит, можно немножко погордиться. Но, правда, не показывая этого, так как это победа со всем, чего добился Альфарий, была поистине мала, и девушка понимала, что должна добиться больше, чем на данный момент.
Но когда мужчина ее обнял, рукой держа очень аккуратно и легко, словно она была маленькой хрупкой вазой, которую можно сломать одним движением, она почувствовала себя лучше. Как... в безопасности. Все ее достижения впереди, а сейчас ей нужно лишь было уютное место, что-нибудь согреть желудок, да послушать, как рассказывает Магнус о своих похождениях и сражениях, что захватывали девушку целиком и полностью, заставляя представлять ее там, вместе с Альфарием...
Девушка сама не поняла, как слегка взяла его руку в свою, грубую от грубой жизни, но которая может быть такой живой, и почувствовала пустое пространство там, где должна быть фаланга его мизинца. Они направились прочь из города, в место, где они обычно сидели по вечерам, грея руки перед костром и видя, как ночь постепенно захватывает небо.

Пост №8

Отредактировано Джейн (2015-01-07 22:24:56)

16

О чем думал Альфарий? О тех историях, старых сражениях и безмолвных, тайных подвигах, которые собирался вскоре поведать рыжеволосой? Нет, его мысли были заняты не прошлым, а будущим. Будущем, которое ждет его подопечную... И о таком странном, опасном настоящем. Мужчина поистине наслаждался тем, как похрустывали косточки и расслаблялись мышцы Джейн, он касался её нежно и бережно, так, как он думал, что никогда не сможет. Он действительно боялся сделать ошибку, но не связанную со здоровьем девочки, по крайней мере физическим. Он волновался за её душу, такую молодую, неокрепшую, но уже невероятно сильную, пылающую огнем юности. Альфарий боялся, что нарушит столь тонкую архитектуру, но видел, что только с ней её огонь пылает ярче. Черт, да, он знал что это было. И ему это не нравилось... Часто его мысли приходили к этому, но каждый раз светло-карие глаза девушки отбивали разум ветерана.
Она влюбилась в него. Своей первой, самой чистой и невинной любовью, той самой, что загорается лишь однажды и даже после того, как проходит, продолжает тлеть всю жизнь. Так было и у Альфария, но он тряхнул головой, отгоняя эти мысли. Учитель и ученица шли по каменной кладке дороги прочь из города в дружеском молчании. Просто не хотелось говорить, тяжелый день ещё давил и каждый был занят своими мыслями. Джейн думала о своем, легко сжимая ладонь Альфа, а он думал о ней. Теперь уже только о ней, не зная, как ему нужно поступить. Он тоже любил, но он понимал, что не может дать девочке счастья. Да и та ещё сама не знает, что ощущает. Так может к черту? Пусть будет, что будет. В наполненной развратом и пороками жизни Альфа так мало доброты и настоящей любви, так почему бы не понежиться в этом чувстве?
И он знал. Его пылкий ум говорил, что это идет на пользу Джейн. Чувство теплоты не давало огню гаснуть, а он должен пылать всегда. В этом настоящая, истинная сила рыжей. В её душевном, негасимом пламени... Альфарий крепче обнял юную Грейс. "Я безумец... Демоны будут пировать моей душой," - подумал мужчина, но вовсе не огорчился. Это будет потом. А сейчас будет тепло костра, прохлада вечера и жар беседы.

Спустя двадцать минут, когда на небе уже сверкала луна и начали загораться первые звезды, офицер уже разжег огонь на их старом месте подле опушки леса. Отсюда был прекрасный вид на стены города, а поваленный ствол дерева образовывал неплохую лавку, на которой сейчас и сидели Альфарий и Джейн. Он не обнимал её, но сидел рядом, пылко рассказывая о своих подвигах.
- ...ужасные твари. Бивни как твои руки, пасть больше моей груди! А какая шкура у вепря... Даже не представляю, как орки их подчиняют. И вот это зверюга ворвалась в дом, а он каменный, выбегать некуда, тесно. Она начала рвать и метать все подряд, я пытался уворачиваться, но тварь осыпала меня обломками мебели. В руках у меня один лишь меч! Так вот знай, бесполезно простым мечом бить вепря по шкуре. Его нужно колоть, причем колоть не своими руками... Я тогда по хитром сделал. Тварь на меня прыгнула, а я присел и её пасть над головой сомкнулась! А меч рукояткой прижал к стене позади и там получилось, что вепрь сам себя на меч насадил. Визга было... и крови. Я тогда полностью в крови звериной искупался.

Отредактировано Альфарий (2015-01-08 22:09:18)

17

Так же как и Альфарий, девушка была погружена в думы. Но ее терзали сомнения и непонимания. Зачем судьба связала ее с ним? Для чего? Кем он является сам? Ни демоном, ни ангелом... Так кем же?

Девушка сидела, поджав ноги под себя, и наблюдала за Альфарием, с неприкрытым интересом слушая его рассказ. Тело согревало тепло от поглощенной еды и близости разогретого огня. Ночь была спокойной, и все вокруг внушало безопасность и уют. Расслабленное сознание порождала разные фантазии от жаркой речи бывалого вояки, представляя, как тот, стоя перед невообразимым чудищем, в конце сражает его. Словно герой из сказок для детей. Правда, в рассказах Альфария было много крови и прочей правдоподобности сего не сказочного мира, но охотницу это уже не смущало.
- ... Я тогда полностью в крови звериной искупался. - Закончил рассказывать мужчина, переводя дух, а девушка, с еле приоткрытым ртом и восторженным взглядом, нервно сглотнула. Не хотела бы она оказаться на его месте. Таких зверей даже в лесах не встретишь.
- Не будь я собой, ни за что бы вам не поверила... Это так... невероятно!
Девушка выдохнула и посмотрела на костер. Огненные язычки выделывали невероятные па, отчего от наблюдения за ними в душе появлялось какое-то умиротворение. Заставляя забывать про все смятения и сомнения. Словно сейчас самым главным были именно рассказы Альфария, такие невероятные и пугающе-привлекательные, только и всего.
Но что-то не давало ей отдохнуть. И не только сейчас. Непонятные терзания, смутные мысли, словно зуд не давали ей покоя в последнее время, и она так и не могла понять причины. Или, если быть точнее, не хотела, чтобы догадки оказались реальностью.
Но те мысли и рассуждения, что овладели ею, когда они шли сюда, снова вернулись, и руки девушки покрепче сжали бокал. "Просто отдыхай, просто отдыхай..." Джейн посмотрела вниз, на дно бокала в надежде, что там еще осталось что-то, чем смочить горло. Но там была пустота.
Грейс поняла, что настала тишина, но тишина не неловкая и пугающая, а вполне спокойная  и расслабляющая. Она хотела посмотреть на учителя, но секунду не могла себя заставить сделать этого. Но, все же, убрав непослушную прядь за ухо, - а волосы она распустила, отчего они играли яркими красками от света костра, - она слегка повернула голову и посмотрела на него.
Отсветы огня словно чуть изменили лицо вояки: одни черты стали ярче видны, другие же, которые были прекрасно заметны в дневное время, были приглушены. Но он был все тем же Альфарием, жесткие, коротко пострижены волосы стояли ежиком, придавая лицу еще более суровый вид, с чем и без этого прекрасно справлялись многочисленные шрамы и рубцы. Но лицо было расслабленно и темные глаза словно заиграли красками при свете огня; в эти минуты девочка почувствовала, что он является самым добрым существом в мире, несмотря на его вид. Хотелось прижаться к нему и просто быть рядом, ощущать его теплоту, улавливать его дыхание. "Черт, что это со мной?!..." Девушке стало не по себе, смущение прокралось ей в душу, заставляя ее сжаться в тиски.
Но тянуло также неимоверно, и Грейс захотелось просто хорошенько вдарить себе. Джейн снова перевела взгляд в сторону костра, надеясь, что не видно, что творится в ее душе. "Надо что-то сказать, чтоб не молчать."
- Альфарий, а вы... вы когда-нибудь любили? Ну, в смысле кого-нибудь? Любовью... - охотница запнулась, не понимая, зачем она это сказала. Она могла произнести все, что угодно, но произнесла лишь это. Почему? Неужели даже собственный язык был против нее? Или же она сама того не замечая интересовалась этим?... Девушка поняла, что в конец разрушает нормальную обстановку учителя и ученицы, если не для Магнуса, то уж точно для себя. Сердце заколотилось прежде обычного, кровь начала приливать к лицу. "Агх, проклятье на мою голову!"
- Прощу извинить, если не стоило этого касаться... Я...- быстро протараторила девушка, не давая слова мужчине. - Если не хотите, отвечать, я не возражаю. Извините. - Сидеть стало не выносимо, и резко сказав, девушка также резко вскочила с места и подошла к костру, лишь бы он не видел ее лица, лишь бы заняться делом. Адреналин бушевал в крови, а пальцы словно заледенели, и Джейн почувствовала, как кружка падает вниз. Не контролируя свои действия, девушка резко присела и как ветер потянула руку, словно не замечая, что вокруг нее блистали искры.
- А! - резкий, но короткий вскрик сорвался с ее губ, и девушка вскочила. Джейн стояла, словно онемев от шока, и смотрела на покрасневшие пальцы, а по ним пульсировала обжигающая боль, как будто их ужалили тысячи ос...

Пост №9

18

Настала интригующая, а от того чрезвычайно опасная тишина, в которой каждый из людей погружался в свои мысли и анализировал свои впечатления. Альфарий смотрел на огонь и тоже думал, но думал не о том, что чувствует, тут ему все было очевидно, а о том, что творит. "Беги, мужик, беги, эта рыжая бестия тебя погубит!.." - кричало внутреннее я, постоянно пытаясь взять контроль над телом, но боец всегда славился самоконтролем. И максимум, чего незримый Альфарий добивался, это легкое подрагивая кончиков пальцев... Мужчина ухмыльнулся, погружаясь в свои мысли. Если его греют теплые чувства, почему он должен от них бежать? Он уже однажды убежал от одной девочки, которую мог забрать, приютить, сделать благородной, но что с ней теперь? А с ним? Он страдает, а Юна быть может уже мертва.
От этой мысли внутри вдруг все сжалось, сгруппировалось, словно готовясь к бою, а глаза в миг из тепло-мягкий обратились в бритвено-холодные, острые. Благо, Джейн этого не заметила, видимо, тоже погруженные в свои мысли, заставлявшие проступать румянец на её милый щеках. "Смущается?.. Не мудрено."
И вдруг рыжая заговорила. Неловко, но достаточно уверено.
- Альфарий, а вы... вы когда-нибудь любили? Ну, в смысле кого-нибудь? Любовью...
"Вот те на и вопросики! Приехали..." - тут же обреченно подумал мужчина, тепло глядя на девушку, но в этом взгляде была ещё и странная загадка. Да, этот грубый, открытый, эмоциональный мужчина был способен на загадку... Джейн не дала ему ответить. Она панически затараторила всякую несусветицу, выскальзывая от назревающих объятий и опасно приближаясь к огню. Альфарий не стал её останавливать, намеренно желая, чтобы та обожглась. Если она пройдет через эти ожоги... Справится ли она с пламенем сильнее этого? В тысячи и тысячи раз сильнее...
"Альфаааааааарий, стоооооой!.." - панически кричало внутреннее я, но мужчина небрежным взмахом руки отогнал наваждения и встал со своего места, не спеша приближаясь к вскрикнувшей девушке. Приобняв её, он прижал к своей груди, огромный медведь и маленькая лисичка.
- Не знаю... Я люблю своих родителей. Я люблю брата. Люблю выпить, хах... Но любил ли я когда-нибудь девушку? По настоящему? Наверное, нет... - Альф взял в свои ладони обожженные пальчики Джейн, подвел их к губам и обдал их своим горячим дыханием.
- Наверное, нет... до этого момента. Ты обожглась... Но будь осторожна. Я горю сильнее любого костра. Ну что же, может ещё хочешь услышать какую-нибудь мою историю?
Альфарий говорил легко и непринужденно о таких вещах, которые заставляли Джейн проваливаться сквозь землю, разрываться на тысячи кусочков, а он об этом говорил так просто!.. А впрочем, как иначе? Похоже, он для себя уже все решил. Но что для себя решит Джейн, он оставил на её выбор. В любом случае он дал ей знать, что не она одна что-то ощущает. И при этом предостерег. Впрочем, зная Джейн... её и пламя Вечного Инферно не остановит. Куда уж там старый вояка?..

19

... Но тут большие ручища приобняли ее, прижав к мощной груди, и полностью обескуражив. По сравнению с ней, еще юной, маленькой, не познавший даже малую часть это мира, охотницей-березкой, Альфарий был гигантской скалой, огромной мощью нависая над всеми, являясь самим воплощением твердости и силы. Но, с бешено колотящимся сердцем, Джейн чувствовала от этой скалы лишь... тепло и уют.
Его сердце. Оно стучало так близко. Чье еще биение она могла так близко услышать - только родителей. И его. "Как... как так получилось?..." - Грейс, обрамленная тенями, яркими отсветами от горящего огня и массивным телом учителя, словно погрузилась в транс и не шевелилась.
- Не знаю... Я люблю своих родителей. Я люблю брата. Люблю выпить, хах... Но любил ли я когда-нибудь девушку? По настоящему? Наверное, нет... - размышлял мужчина, тихим грубым голосом вливаясь в вечер и нежно остужая руки девушки.
Боль постепенно уходила, грозясь стать чем-то призрачным и не существовавшим, но все еще уперто напоминая о себе, как о вечном спутнике самой жизни. На пальцах все еще оставалась ощущение прикосновения огня, но, как ни странно, было также и ощущение, словно самого ее сердца коснулось жаркое пламя, обжегши своими языками. Выбившиеся передние пряди скрывали лицо Джейн. Сердце ее нервно билось от такого действия с его стороны, но внешне она была спокойна. Лишь туманным взором смотрела, как много повидавшие пальцы учителя, обманчиво грубые на вид, мягко обрамляли ее персты.
- Наверное, нет... - ее веки дрогнули, - до этого момента. Ты обожглась... Но будь осторожна. Я горю сильнее любого костра. Ну что же, может ещё хочешь услышать какую-нибудь мою историю?
"Он... чувствует тоже самое?" - в смятении подумала она. "Неужели это и есть... оно. Это чувство?..." - сердце все также нервно билось, разгоняя юную кровь. Перед глазами всплыли смутные образы ее любящих друг друга родителей. Но их любовь для нее была так естественна, она наблюдала ее с самого рождения и по-другому для нее и быть не могло. Но как должно быть для нее? Какая судьба уготовлена ей? И кто... ей уготовлен? Сомнения острыми когтями глодали ей душу, заставляя юное дитя молча мучатся, никак внешним видом этого не показывая. Удар сердца. И вдруг... словно в голове что-то щелкнуло. Будущее. И судьба. А должна ли она... над этим задумываться?
Обожженные руки внезапно, но нежно ухватились за его руки, кожей ощущая его грубую кожу и отсутствующий палец. "А может, я просто должна довериться чувствам?..." - чувствуя, как пылает ее кожа, возможно от близости огня или от теплого вечернего воздуха, девушка приподняла голову, открывая Альфарию ее лицо, освободившееся от прядей. Ее глаза... пылали? Это было невозможно, но мужчина мог заметить, как сквозь эти миндалевые глаза, как через окно, можно было увидеть, ощутить, ее юный огонь, пылающий в эту ночь так сильно, как никогда. Она могла справиться с самым великим пламенем на свете, если сама станет огнем...
- Да, расскажите. - Тихо, но горячо опаляя словами, охотница смотрела в карие глаза вояки, понимая, что не может оторваться.
- Но не боитесь... - с огнем в глазах,
- ... обжечься сами? - произнесла она, прислушавшись к своему стучащему сердцу.
... Зачем все так происходило? Она не знала, это было известно только богам, но девушка вдруг осознала, что же она ощущала все это время рядом с Альфарием... Все было просто и сложно одновременно для той, кто открыл для себя это чувство.

Пост №10

20

"Ах, черт возьми!.." Альфарий вдруг ощутил, как земля ушла из-под ног и он сорвался вниз, теряя рассудок. В глазах все вдруг стало таким резким, четким, сосредоточенным на лице девушки в его руках, а все вокруг - смазанное пылающее пятно из прекрасных рыжих прядей и огня костра, пылающего совсем рядом. Этот огонь горел сильнее, чем прежде, питаемый сильнейшими приливали энергии, идущей из тел двух людей, которые уже вышли за грань подвластности холодному ночному воздуху.
Он еле-еле коснулся её пальцев поцелуем, а после выпустил и приобнял её так сильно, что та ощутила легкий укол боли от сжимавших её канатов мышц, намотанных на скелет, да по чьей-то смешной прихоти названные руками. Она тоже больше не ощущала под ногами земли, но это не было наваждением, как у Альфа - он действительно оторвал её от земли, подняв на уровень своего лица, чтобы припасть к её губам своими, безумия от нахлынувших эмоций, от гула бьющего в мозг фонтана возбужденной крови. Любовь. Черт побери, любовь!
Альфарий продолжал держать девушку в столь неловком, неудобном положении всего-то около секунды, растянувшейся в проклятую вечность, наполненную смешанными чувствами страха, очарования, огня и далекого холода осознания неминуемой ошибочности творимого им. Все тело начало мелко покалывать; сухие, твердые от засохших трещинок, губы вояки отлипли от нежных, девственно чистых уст Джейн, которая теперь медленно, как нисходящий ангел, опускалась на землю.
"И что же я сотворил? Демона, который будет есть меня изнутри всю мою проклятую жизнь? Ах... гори оно все в Вечном Инферно."
Альфарий облизался, опустив глаза и продолжая держать рыжеволосую за её тонкие плечи, словно он ощущал стыд и смущение. Лицо, освещаемое костром, кажется действительно покраснело, но что было причиной сказать сложно - каменное, хладнокровное, оно редко выражало хоть какие-то эмоции и сейчас, кажется, на него вылилась целая палитра различных чувств.
- Извини. Я украл твой первый поцелуй. Это низкий... недостойный поступок. Я... - Альф виновато покачал головой, - Мне следовало быть более нежным и обходительным с тобой. И следовало смочить свои губы...
Кажется, мужчина попытался пошутить, но его лицо все так же изменчиво не менялось, продолжая вводить в ступор. Как она отреагирует? Визг? Понимание? Пощечина? Нет, рыжая воительница не будет столь мелочной. Она сможет причинить боль, но офицер думал сейчас о другом - о боли, которой мог причинить ей. В любом случае девушка добилась того, чего явно добивалась с самого начала - теперь он воспринимает её на равных, абсолютно, не замечая разницы в возрасте и какой либо вообще разницы, не делая никаких снисхождений и не применяя уловок. Он был честен и абсолютно обнажен душой перед Джейн.

21

... Джейн не понимала, что только что произошло. Понимала только что вместе с тем, как ее губы заполыхали как жар, ее душа словно вылетела из тела фонтаном мелких брызг и тело стало лишь легкой оболочкой.
Мгновение обернулось вечностью.

Джейн почувствовала, как снова стоит на земле, а ее губы полыхали, но сознание лишь старалось воспроизвести, понять, прочувствовать тот момент. Он был словно сном, когда ты лишь проснулся и, закрыв глаза от нещадных лучей солнца и от этого сурового мира, пытаешься воспроизвести все еще раз в голове, боясь забыть и сделать сон уже не сном, а чем-то забытым и может даже не существовавшим. Он был магическим и... невероятным сном.
Сонм чувств заполонили ее тело, сознание и душу, распирая от гнева, смущения, делая легкой от радости и восторга. Испуг, непонимание, сомнения, взволнованность. Миллиарды чувств раздирали каждую клетку ее тела. Лишь огонь, пламя, которое затушить не может даже смерть, горел, сиял, согревая сердце и затуманивая разум своим дымом. Страстный огонь самого великого чувства, воспеваемого бардами всех времен...
Она протянула свою руку к его лицу, каменному, неопределенному, ничего не выражающему. Но она знала, что он что-то чувствует. Она слышала его чувства в словах, в биение сердца, видела их в действиях, малозаметных движениях... и в его прикосновении губ. А его душа была в его глазах, и, чувствуя, что хочет увидеть ее, первозданную и не скрытую, чистую во своей плоти, и хочет открыть ему свою, она дотронулась до его подбородка. Пальцы нежно, но твердо и даже с болью от неожиданно появившейся силы взялись за подбородок, а горящие глаза смотрели лишь на его опущенные глаза. Она готова была ждать вечно, лишь бы он поднял свой взор.
На нее, на ее твердую, но расслабленную позу. На ее рыже-огненные волосы, пламенными струйками, стекающими с головы на плечи. На сверкающую от бликов костра и капелек пота загорелую кожу. На легкую краску ее щек. На тонкие губы, на держащую его подбородок руку, тонкую, но сильную. На ее огонь, ее душу, на ее чувства, которые она сама не может понять, но хочет поделиться... лишь с ним.
"Мой первый поцелуй...." И он, словно клеймо, впечатался в саму ее сущность, все еще опаляя ее жаром и дымом. Сердце мощными толчками гоняло по венам кровь, и, под биение своего сердца, она произнесла, наверное, пронзая воителя словами:
- Альфарий. Ваши губы слишком горячи, - ее слова были тихи и плавны, словно течение реки, переливаясь особой мелодией и контрастно сочетаясь с ее горящими очами. - ... сухи, и, кажется, я почувствовала каждую шершавую трещинку. - Легким движением она коснулась своих губ, будто пытаясь удержать на них его прикосновение. - Я словно столкнулась с пустыней.
- Но... - ту-дум, бешеный удар. Сердце безумно... желает огня.
- Уже холодает, и я хочу... уйти в пустыню еще раз.

Пост №11

22

Тонкие пальцы в гневе схватили его за подбородок, вмиг заставляя поднять глаза и сжать скулы. Их карие глаза столкнусь, сплелись в огне эмоций, чьи оттенки уже невозможно разобрать - все превратилось в чистый огонь. Стыд вспыхнул сильнее, но вместе с тем проснулась злость, азартная, возникающая каждый раз, когда кто-то бросает вызов. Вызов, который бросила Джейн. Её тонкие, но невероятно сильные, сильные благодаря ему, пальцы ощущали, как напрягся панцирь мышц под кожей. Любая бы испугалась, любая бы убрала руку, отшатнулась, но не рыжеволосая. Её огонь поглощал всю его злость, всё напряжение, подпитываясь самостоятельно и разгораясь сильнее. Она смотрела на него так, будто хотела сожрать в великом пожаре, отчего на спине вдруг проступили капельки пота и покатились вниз, вдоль позвоночного столба, щекоча кожу. На миг по ней проступили мурашки, она похолодела... "Какая сила... сила духа... Сколько воли!" Упоенно, сладко, гордо думал Альфарий, смело вгрызаясь глазами в очи Джейн, не ища там ничего, но неся с собой свой огонь, пронося его сквозь границы плоти и сознания, донося до самой души.
- Альфарий. Ваши губы слишком горячи, - девочка говорила сухо и тихо, как движется смерть в ночи, готовая сорваться в диком угаре безумного налета и разорения, ... сухи, и, кажется, я почувствовала каждую шершавую трещинку. - Невольно Альфарий облизнулся и прищурил глаза, словно пытаясь удержаться их отвести, - Я словно столкнулась с пустыней. Но... - топор палача занесет над головой. Дыхание его ровное, спокойное, горячее, но мертвецки холодное, как у самой смерти... - Уже холодает, и я хочу... уйти в пустыню еще раз.
Секира обернулась ножом. Жертвенным, извивающимся, черным, как обсидиан, он вонзается в грудь с невероятной яростью, разрезая плоть, ломая кости, вскрывая грудную клетку и кровь хлынула наружу буйными, раскаленными фонтанами. Руки ведьмы мягко проникают в органы, они так же горячи, но внутренности ещё горячее, отчего она обижается этим жаром, а он - этим холодом. Тонкие, но невероятно сильные пальцы схватили его за сердце, сжали до ужасной боли; Альфарий задержал дыхание; сильный толчок и ещё бьющееся оно оказывается в её руках.
Сильный толчок и мягкое приземление на землю - вот что ощутила Джейн, оказавшаяся в заботливых и сильных руках своего наставника. Вдали завыл волк, приветствуя луну; над самым ухом взревел медведь, приветствуя возлюбленную, когтями разрывая одежду и жадно впиваясь в плоть, обжигая её чем-то невиданным, невероятным, чем-то чрезвычайно жестоким, но запредельно нежным, не оставляя права даже на капитуляцию - это было разорение.
Джейн заполучила свою пустыню, во всем её жаре, все поцелуи в эту ночь были её и весь огонь страсти облизывал лишь её тело, открывая дверь в неведомое взрослой жизни.
В эту холодную ночь замерзнуть было невозможно.

Отредактировано Альфарий (2015-06-22 09:20:14)

23

Пламенный огонь пылал без остатка всю эту полную чудес ночь, и только под утро начал потрескивать мерным горением. Но он не потух, не слабея ни на минуту...

... Солнце мерно вступало в свои права, прогоняя ночь. Вдали послышалось щебетание птиц и жужжание жуков. Темнота отступала, и все вокруг постепенно заливалось легким рассветным теплом. Костер уже давно потух, оставив от себя только обугленные дровишки, и утренний ветерок игриво пошевелил спутанные рыжие пряди. Сонно открыв глаза от этого дуновения, девушка почувствовала приятное шершавое прикосновение земли под щекой, еще не согревшейся, правда. Но охотнице не было холодно. Она провела всю ночь только с ним, и от этого ее сердце трепетало и от того ей было тепло.
Моргая слипающимися глазами, Джейн потерла их своей рукой, и мягко потянувшись на земле, поняла, что на ее талии покоилась огромная рука, в застывшем движении нежно ее приобняв. Легкая улыбка появилась на ее лице, словно еще один утренний луч солнца, озаряя все вокруг мягким светом. Она была счастлива, ее молодое сердце с любовью билось от того, что она нашла его. Ее невинная, еще юная душа лишь хотело любви - и Грейс была готова на все, лишь хоть бы просто видеть его глаза и знать, что с ним все в порядке. Ее опыт... еще был слишком мал, и она была искренне, по-детски счастлива.
Осторожно взяв руку воителя, девушка опустила ее на землю. Сев на колени, Джейн склонилась над спящим мужчиной, с лаской рассматривая каждую черту его сонного лица, каждый видимый шрам. Покачивающаяся трава щекотала ее тело, а лучи освещали взлохмаченные волосы. Теперь она была словно маленьким, милым огоньком, ангелом - такой она казалось маленькой и беззащитной, только очнувшись ото сна. Но ее теплые карие глаза, подтверждая, что она все та же Джейн, сами выражали готовность защитить с рвением волчицы это чудное мгновение, которое, казалось, будет длится вечно; эти чувства, наполняющие ее всем телом; его.
"Альфарий..." - словно музыка для души звучало это имя; тонкие пальцы любовно коснулись его лица. "Просто... будь рядом. Всегда..."
Мужчина чуть пошевелил головой, словно даже сквозь сон почувствовал ее мысли, но еще не совсем проснулся. Девушка, не убирая теплой легкой улыбки, отняла руки от его лица и встала. Весенний ветер все также возился с ее волосами, переплетая их словно веревки. И отрезвляя голову от дремоты.
Охотница уставилась вдаль, ей не хотелось ни о чем думать, но мысли, если их долго отрицать, все-таки возьмут свое и, прорвя блокаду чувств, заполонят собой все, переливаясь и мельтеша, словно листья на ветру...
Что будет дальше? Правильно все ли это? Как отреагируют ее родители? Понимает ли она на самой деле Магнуса и... любит ли его?...
Но все мысли словно звучали как сквозь воду, и девушка, счастливая и беззаботная, не обращая внимания на еле сжавшееся чувство чего-то тревожного, лишь наслаждалась теплыми ласками великого светила, сидя спиной к рядом лежащему Альфарию, а веселый и невинный азарт в глазах почти ощутимо сверкал на свету, когда она дожидалась его пробуждения, чтобы просто сказать, что она любит его...

Пост №12

24

Очень часто приходится слышать от женщин слова, что все мужчины одинаковы, что все они похотливые животные, свиньи, ненавистные уроды, пьяницы и бабники. И все они, безусловно, правы, до единой. Ведь бытие мужчины наполнено поиском женской ласки, любви, их объятий, их страсти, каждое деяние наполнено лишь одним стремлением найти ту самую, кто родит прекрасных детей. У некоторых мужчин это чувство слишком гипертрофировано и именно таких часто называют бабниками и свиньями, именно таким является Альфарий.
...Первые лучи солнца пробились сквозь кроны близ растущих деревьев, приятно щекоча своим нежными теплом обнаженную кожу воина. Во сне, когда Джейн высвободилась из его объятий и он оказался лежащим на спине, Альф ощущал припекающие солнечные лучи как горячие и при этом легкие поцелуи чьих-то заботливых губ по всему телу; чьи-то заботливые языки изучали складки кубиков пресса, очертания шрамов на животе, груди, шее и лице; лучик заботливо припекал на его лбу прямо по середине, от чего мужчина наконец улыбнулся, выходя из состояния полудрема. Ещё свежи были воспоминания о душистых, страстных губах Джейн и становилось сложно определить, что является утренней фантазией, а что - ночной, сказочной реальностью. И это было приятное пробуждение, постепенное, неторопливое - Альфарий открыл глаза, замечая смуглую спину и рыжие волосы; теперь сухая, она была чистая, но местами виднелись прилипшие листья, крошки земли на покате плеч, бегущий по талии муравей. Полуобнаженная, при свете утреннего, яркого солнца, рыжеволосая воительница предстала перед воякой совершенно иначе. Теперь он видел идеальные черты её юного тела, девственные, но при этом сильные плечи, прикрытые локонами слегка вьющихся волос, длинная колея ямок вдоль позвоночника, кокетливо прерывающаяся почти у самой земли, где из-за ткани штанов виднелась лишь одна озорная полоска. Джейн совсем по юношески ссутулилась, размышляя о чем-то; Альфарий знал, что она счастлива. Просто потому что, что именно об этом она мечтала и он, как настоящий мужчина, исполнил её мечты.
Красота, непорочность, нарушенная наставником, сила и энергия, лучащаяся из этой обнаженной спины внушала Альфарию лишь боль. Как он посмел, почему он не сдержался, почему не остановился, зачем, зачем, зачем... Беззвучный крик в голове, на самом краю сознания, полностью заполненное холодным цементом понимания. Понимания совершенной ошибки и неминуемых последствий.
Альфарий поднялся с земли, накрывая обнаженную Джейн своим жилетом и обнимая её за талию, прижимая к своей груди, которая бугрилась мышцами. Мужчина был напряжен и девочка могла ощутить это в каждом его движении, в каждом дыхании и ощущаемом спиной биении сердца. Носом он уткнулся в её затылок, давая себе в последний раз ощутить пьянящий аромат рыжеволосой воительницы, в последний раз запоминая обжигающее тепло её энергии.
- Я не из тех, кто сбегает с поля боя, Джейн. И я не сбегу сегодня, ведь до сих пор я твой наставник и каждое мое деяние для тебя - урок. И то, что будет дальше... это тоже урок, милая, - в руках Альфария вдруг оказался внушительных размеров боевой нож; Джейн сразу узнала его. Он оказался прямо перед неё, в ладонях наставника, короткие лежали на её бедрах. Одна рука мягко взялась за её ладонь и положила лезвие ножа, давая кончикам пальцев ощутить холодную сталь, - Этот нож был заботливо выкован умелым кузнецом. Он был крещен кровью и огнем и взращен убийцей. Я говорю о нем, как об одушевленном существе, потому что всякий нож и всякий меч имеет душу. Джейн - я меч. Холодный. Выкованный умелым кузнецом, крещеный кровью и огнем. Взращенный убийцей. Во мне есть душа... ты прикоснулась к ней... но...
Альфарий вдруг замолчал, нарушая элегантную композицию своей речи. В воздухе висело сильнейшее напряжение, готовое вот-вот лопнуть, как натянутая струна, хлестко ударяя по глазам каждого наблюдателя.
- У этого нет будущего, - железный звук вонзаемой в ножны стали. Мужчина встал на ноги, оставляя Джейн на земле. "Она не будет плакать. Она сильная." С горечью и гордостью подумал Альфарий, ощущая, как внутри скапливается вязкое болото. "Скот. Паскуда. Нелюдь. Тварь. Ещё один урок Джейн?.. Нет. Урок мне."
Больше он ничего не говорил, молча одеваясь и собираясь уходить. Он не убегает. Он поставил все точки, он довел бой до конца. Он проиграл. Но не убегает.

25

Она почувствовала его прикосновение, и потертый жилет накрыл ее; кожа столкнулась с тканью, пропитанной ароматом ее воителя. Его смуглые руки нежно приобняли ее за ее стройную талию и прислонили к груди, пока девочка, слегка сжав край жилетки в руках, вдыхала будоражащий запах, исходимый от его тела, и воздух рассветного утра. Сердце Альфария утробно стучало в ее голове, когда она снова прикоснулась к его телу; даже бугристое тело, накачанные, испытанные суровыми испытаниями мышцы не могли заглушить для нее биение его сердца. Тук-тук-тук! Бешеный темп, но для нее он был словно лаской ушам, ведь главное, что она могла слышать его. С наслаждаемым упоением Джейн прикрыла глаза и по-детски втянула голову, все еще не отпуская из рук его жилетку. “Так хочется… никогда не расставаться с ним. Но мы, если и расстанемся, то ненадолго. Я в это верю."
- Я не из тех, кто сбегает с поля боя, Джейн.
Под напряженные удары своего сердца, начал Альфарий, и охотница почувствовала, как холодными когтями подуло по ее лицу. Она сильнее прижалась к Магнусу, согреваясь не только теплом его тела, но и мыслями, что он рядом. Она… еще не знала, чем обернется этот монолог, и молчаливо внимала каждому его слову. Настороженность и осторожность начали когтями прорываться в душу юной Грейс, но детская наивность и слепая влюбленность стальной оградой преграждали путь. Они стучали, царапали, пытались кричать, но Джейн была глуха – для нее были слышимы только его слова. И хоть сначала она и не понимала смысла, она ждала, когда Альфарий подойдет к развязке, молчаливо наблюдая, как он достает свой нож. Прохлада от металла среди тепла восходящего солнца была приятной и освежающей – она всегда любила мягко проводить пальцем по гладкой поверхности лезвия. Мурашки молнией пролетели по костяшкам пальцев.
- но...
Сердце нервно ёкнуло, когда девушка осознала, что наставшая пауза, словно тяжелым туманом напряженно повисла в воздухе, сковывая тело девушки, будто льдом. Биение усилилось – ее или его, было сложно разобрать,  - и смешалось с ударами разума по стенам помутненного прекрасными чувствами сознания. Прищуренные на солнце глаза уставились вдаль, словно что-то высматривая, но воительница вся обратилась в слух, ожидая, что же все же последует из его уст… Но… нутром она ощущала, что не хочет этого знать,  ведь разве после этого злополучного “но” сможет вылететь то, что разгонит этот почти ощутимый накал?!.
- У этого нет будущего.
Зрачки Джейн расширились, а глаза словно заволокло туманом. Ветерок покачивал ее взъерошенные, с листочками в прядях волосы, а девочка ошарашено пыталась понять смысл его слов. Она хотела хоть что-то сказать, спросить, но голос не подчинялся ей. А может, ее подсознание понимало, что он поставил свою точку. Альфарий встал, оставив ее наедине со своим бушующим океаном в душе и по-прежнему сжимающую в руках его жилет. Но… голова словно огородила ее от всех чувств и эмоций, и видимо ее окутал тот самый так называемый шок. Но прорвалось в ее сознание и вопиюще закричало то, что не возможно было удержать. Осознание… и боль. “Он. Оставляет. Меня?” Непонимание. Невозможность поставить себя на его место… И именно непонимание часто наносит хлесткие удары живым сердцам.
"Почему тогда… он говорит это только сейчас?! Если он меня любит, то зачем он вообще это говорит?... Или же... он не ощущал это чувства?! Нет... нет, нет... я чувствовала, что-то было... Но тогда почему? Я... я не понимаю... Боги... не понимаю!...
Туман перед глазами. Мощнейший порыв ветра в душе, покрывший горящее внутри неистовое пламя, и только маленькие искорки, не желая погибать, продолжали посверкивать своим огоньком.
Или же... это была не любовь?... Он... использовал меня?
Если они переживут удар и не потухнут, отдавшись тьме и пустоте, то огонь возгорится вновь, сильнее и жарче, выше небес и луны, охватывая все ее естество. Но… будет ли это уже тот же огонь, что и время назад?...
А...  есть ли любовь … на самом деле?... Ее... нет?  Она... обман?.. Это... сплошная" – горечь захлестнула ее, - "... ложь?!!!" Удар. Вонзившийся в бьющиеся от любви сердце, пронзая плоть и ткани, окрашивая все алой кровью; разбивая ее сознание и душу на миллиарды осколков, калечащих тело изнутри. Подлый, мерзкий удар. Так... она ощутила этот момент, пришедшее озарение и, как будто до этого скрытые в глухом ящике, произнесенные слова, которыми...  он разрушил мост... соединяющий... их. Навсегда.

Беззвучный крик. Руки с отчаянием сжали края жилета, впивая ногти в ткань. “Я… я… была… обманута… Предана… Че… черт возьми!..    Я доверилась… любви.”- Ее силы поникли, тело словно ослабело… но в этой надломленной оболочке загорелся огонь. Огонь… Что теперь будет с этим огнем, до этого только горящего до небес? Он рвал и метал, царапая языками пламени стенки ее души и оставляя жгучие раны.
Она молчала, словно высеченная статуя с горящими глазами из драгоценных камней. Она молчала, не крича, не плача, не говоря что-либо. Ее лицо не выражало ничего и было скрыто развевающимися кудрями волос. Может быть, она и была готова просидеть здесь неподвижно все оставшееся время, но прежде… она сделает свой последний выпад, уже не боясь ничего, - оружием, пылающим ярым гневом, отчаянием и болью.
- Если мы когда-нибудь встретимся еще раз, учитель, -  она не поворачивалась в его сторону, говоря без каких-либо эмоций, но руки, сжимавшие жилет в руках, ощутимо для нее дрогнули, и огонь в ее груди пытался найти выход в ее словах, прорваться, наполняя их обжигающим жаром. Каждое слово приносило ей боль, но… она говорила твердо, - вы обожжетесь. Я обещаю. И это... будет не тот огонь, который вы переживете... - скрипя сердце, еще слишком юная девушка не знала, сможет ли выполнить... это. Но ей хотелось, чтобы он почувствовал ее рану, ее боль. Она не хотела скрывать своих чувств… но не открывать ему свою душу. “Больше. Никогда.”
Клокочущий рев в ушах резко бил по вискам и заглушал все вокруг. Поднявшись с земли, охотница ушла, так и не посмотрев ему в глаза. Скрылась, за лесной чащей, за многочисленными кустами и деревьями. Она шла, пока Альфарий не остался позади,  через время, показавшееся вечностью, протянув руку, дотронулась до теплого бока Бурана. Мокрый нос озадаченно принюхивался к лицу девочки, пытаясь понять, что происходит с его хозяйкой.
“Я… не могу… это больше терпеть!.. Но… я ведь сильная?!” Сжав кулаки и прикусив губу от переполненных эмоций, девушка с вскриком, в порыве отчаяния вскочила на скакуна. Ей сейчас было нужно одно, и Буран знал, что именно. Клочья земли полетели, когда конь с всадницей сорвался с места и, словно обезумевший, ринулся вперед, в другую сторону от того места, где она испытала и глубокое счастье и глубокую боль…

Ветки хлестали по ее коже, лицу, оставляя там синяки, ссадины и порезы. Но она безумно мчалась вперед, припав в бешеной скачке к Бурановой спине. Боль раздирала ее изнутри и снаружи, но Джейн было все равно - она хотела лишь вырвать этот кинжал из груди, забыться, пропасть! Шум заложил ее уши, и сквозь смутное сознание девушка осознала, что это был ее крик. Прерывистый, приглушенный кожей коня, к которой она припала, словно сама боль пыталась выбраться из нее. Слезы горячими струйками стекали по ее щекам, размазываясь листьями веток по ее лицу; она не сдержалась, но не перед ним. Свидетелями были лишь нещадные ветви деревьев.
Верный конь все скакал и скакал, мчась в никуда, с пеной изо рта, не обращая внимания на царапины и все вокруг. Все вокруг поредело в их глазах, пока… еле переступая с ноги на ногу, они были оба на грани бессилия. Солнце почти было в зените, и они ускакали очень далеко. Глубоко дыша, словно пытаясь вдохнуть как можно больше воздуха, Буран пошатывался, но с упорством стоял на ногах. Помятая лучница у него на спине запыханно взглотнула; от криков и захлебываний слез горели легкие и болело горло. “Почему я плачу?... Мы с ним так мало знакомы?.. Он… не должен этого стоить.  Учитель…  Может я слишком довер… чивая? Просто.. так больно… Я не хочу такое еще раз испытать… Не хочу… уже… ничего…” – с пустотой в глазах, ослабевшими руками держась за Бурана, девочка шатко покачивалась на скакуне. Но руки порывисто вцепились в опору, когда конь резко остановился.
- Агх… - чуть не упав, рывком наклонившись вперед и в бок, девушка вымученно подняла опушенную голову. Ветер потоком убрал передние пряди с лица, очищая ее взор. У нее перехватило дух. Они забрели в неизвестную чащу, на холм, и впереди прекрасным миром им открывалась скрытая лощина. Все было девственно, не тронуто не чьими грязными руками; это место купалось в золотых лучах солнца. Грейс подняла свой взгляд, выше, что лицезреть вдали великие просторы природы и манящий недосягаемый горизонт.
- Все… так красиво… - Опрокинув голову, Джейн взглянула на небеса и подставила лицо нежным лучам.
Озарение. Она видела живой и залитый светом мир вокруг нее. Она понимала, что хочет идти дальше, вперед. И достойно... оправдать свою жизнь.
- Я переживу это и все будущие страдания. Я… стану сильнее, как и хотела. И больше не пойду на поводу у этих чувств… - сжав кулаки и сквозь горькие слезы, она пообещала себе. В глазах вновь вспыхнуло пламя... Огонь не потух и будет гореть дальше также неистово, но уже вряд ли сможет принять чье-либо пламя… Джейн туманно понимала, смотря вдаль, что, наверное, уже не сможет доверить кому-либо свое сердце и открыть душу... И не сможет полюбить.

Одиноко полыхающее пламя.

Пост №13


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив законченных флешбеков » Март 17080 года. Иридиум, нижнее кольцо. Джейн Грейс, Альфарий Магнус.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно