FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Официальный дискорд сервер

Здесь должно быть время в ролевой, но что-то пошло не так!


Пояснения по игровому времени / Следующий игровой скачок времени: 20 Июля 2022 года

Погода на Драконьей высоте:

Погода

Сила ветра

Температура


Объявления администрации:
МИСТЕРИУМУ 14 ЛЕТ!

Внимание! Произведена выдача аренных билетов! Арена все еще разыскивает вольных (и не очень) мастеров, готовых попробовать себя в сотворении захватывающих баталий! Всему научим! Пишите Падальщику.

В честь дня рождения Мистериума проводится ЛЕГЕНДАРНЫЙ ежегодный лотерейный эвент - Остров мельхиров, следите за охотой на великое сокровище или вливайтесь в команды к действующим лидерам!

Традиционное ежегодное голосование Лучшие из Лучших открыто! Голосуйте за своих любимых игроков!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив законченных флешбеков » № 4. 9 июня 17087 года - Альфарий, Дилана. Болота к югу от Югоса.


№ 4. 9 июня 17087 года - Альфарий, Дилана. Болота к югу от Югоса.

Сообщений 1 страница 27 из 27

1

- Чёрт возьми, где я? -Дилана остановила коня и подняла голову.
Конь переминался на месте, недовольно фыркая и, судя по нему, он уже успел устать. Берне совершенно не помнила, как сюда добралась, а самое главное, зачем? Это уже начинало надоедать. Прошло несколько дней, как она вернулась в родной дом и теперь пыталась наладить свою жизнь. Последние два года она не помнила, но как оказалось позже, всё, что было до её ухода из особняка она тоже не особо могла вспомнить. Лица казались едва знакомыми, имена вообще ни о чём не говорили, а иногда, было наоборот. Девушка увлекалась чем-либо и не могла остановиться. Так, недавно, она засела в своей лаборатории и оказывается, провела там пару дней. Очнулась лишь после того, когда соклановцы вновь начали её искать. Вот и сейчас, вампирша не помнила, как оседала коня и теперь бродила в сумерках. Спрыгнув, Лана услышала чавканье под ногами. Болото? Ох, да где же я? Ди сосредоточилась и начала восстанавливать день по кусочкам с самого начала. После лаборатории я поднялась в комнату, переоделась, потом... потом зачем-то залезла в тайник и .... Стоп. Лана повернулась к коню и начала швыряться в сумках, через пару секунд поиска она вытащила фолиант, за который могли убить даже Берне, ибо это было запрещено.
- Что за чёрт? - уже в который раз пробормотала она, - да что со мной такое творится?
Достала уже из другой сумки карту и начала исследовать, вспоминая свой путь. Водя пальцем по карте остановилась на Югосе, точнее, болот около него. Получается, что я проделала такой путь к болоту? Зачем? Когда я выехала-то? Получается, что даже не сегодня утром? Вчера? Девушка вздохнула и начала оглядываться, куда бы спрятать коня. Выбора особого не было, пришлось оставить на месте, и тут неплохо было. Лана хотела исследовать местность, ведь зачем-то она сюда пришла. Предварительно спрятав книгу обратно в сумку, пошла вперёд, принюхиваясь и смотря в сумеречное болото. За фолиант не беспокоилась, если его украдут вместе с конём - так тому и быть.
Через некоторое время она увидела слабое сияние, ещё через пару метров чуткий слух уловил треск сухих веток. Костёр? Здесь? Кто здесь? И зачем здесь я? Я договаривалась с кем-то о встрече? Дилана продолжила свой путь, теперь уже держа курс к конкретной цели. Она старалась передвигаться бесшумно, насколько это возможно. Она стала слишком мнительной и осторожной. Сияние огня становилось всё ближе, ночь всё темнее. Костёр. У костра сидел мужчина, но Лана его не знала. Она нахмурилась, вглядываясь в его силуэт. Я зря приехала сюда, лишь потратила кучу времени. Зачем я здесь? Вновь этот вопрос возник в мыслях. Но что-то притягивало к этому месту, она всё ещё не ушла, продолжая смотреть на живого человека, находившегося подле тепла. В аметистовых глазах отражался этот огонь, но холод разливался по телу.

2

Треск отсыревших дров в огне костра вторил царящему вокруг одиночеству, поддерживая или же создавая саму атмосферу увядания и разложения. Болота с его ядовитыми испарениями, темными заводями и тихими омутами, полные хищников, во все времена являлись олицетворением некоего промежуточного состояния между процветанием и смертью, но именно сейчас, в этот момент времени и места, одинокий человек у костра задавал настроение. Ссутулившись, он что-то натужно выцарапывал на страницах толстого, могучего фолианта; настолько же могучего, как и руки, что умело держали перо и книжный переплет. Укрепленный мельхиором переплет так же давал удобства для творчества или же изысканий, пока было слишком трудно судить об основной деятельности мужчины...
Это был мужчина. Его лицо покрыто шрамами; многие были знакомые вампиру, как покусанное ею самолично ухо или следы страшных ожогов. Но был и новый, длинный росчерк чьего-то отравленного клинка, наискось рассекающее лицо человека, чудом не задев глаза и не нанеся непоправимых повреждений переносице. За грудой ран, больше похожих на мутации, все ещё угадывалась природная симпатичность аскетичного лицевых изгибов и черт, а под старой солдатской шинелью явственно ощущалась заточенная в плоть мощь звериного начала. Аромат пота и крови тонко исходил от демонолога и, кажется, воздух вокруг уже был пропитан им... как и запахом металла и других людей.
- Чертоги демонов... сигилы отторжения... ...сигил власти... Печать плодородия Вайпер - великой матери... - странные, обрывчатые слова срывались с губ воителя, покуда он продолжал что-то писать, строго нахмурив брови; света костра было очень мало для комфортного письма, но все же человек продолжал писать с вдохновением юного поэта и упоением влюбленного, так же ласково и бережно сжимая книгу в своих руках. Впрочем, прежде, чем вампиресса успела предпринять хоть что-то, на свет костра вышло ещё одно действующее лицо - юноша с перевязанным предплечьем и глазами, полными усталости и трепета. Он что-то тихо произнес и скрылся, отреагировав на сухой кивок мужчины с книгой... Вскоре послышался удаляющийся шум людей. Похоже что где-то совсем рядом была большая стоянка, но слабый свет костра и их предельная осторожность не давала понять, сколько именно живых обитало здесь. И как только немертвая волчица смогла проскочить часовых? Вероятно, опять спят на посту... Но это же болота. Что здесь может пойти не так?

3

Шрамы, кровь, огонь, запах - всё смешивалось, кружилось петлями возле Берне. Кажется, что мужчина был знаком. А может нет? Лане нравилось вот так стоять и наблюдать, будто выслеживая жертву. Внимательно наблюдала за его торопливыми движениями, как живой человек что-то судорожно вписывает в книгу, стараясь ничего не упустить, он даже бормотал вслух. Девушка усмехнулась, она тоже так иногда делала, когда была сосредоточена на работе в лаборатории. Но стоять здесь вечно и пялиться на живое существо было очень глупо, необходимо что-то предпринять или уйти прочь. В свете костра появился ещё один представитель человечества, но какой-то уж потасканный войной. Брюнетка не слышала, что именно юноша сказал сидящему у костра, но проследила за ним, насколько могла. Оказалось, что почти рядом была обширная стоянка каких-то военных. Что они здесь делают? Прячутся? Как любопытно. Ди вновь вернулась на свой пост, хотя, те люди казались доступной добычей, ничего не подозревающей и отчасти, расслабленной. Но на них она быстро махнула рукой, они не представляли особого интереса, куда любопытней было то, что пишет тот, что находится прямо перед её взором.
Дилана очень тихо вышла из-за своего укрытия, будто призрак ночи, появившись ниоткуда, быстрым, лёгким шагом приблизилась к костру и села на землю, поправив шпагу, чтобы она была в лёгкой доступности. От незнакомого знакомого исходила явная опасность даже сейчас, поэтому нужно быть начеку. Но эта близкая опасность привлекала и будоражила. Девушка вспомнила почти забытые чувства. Это было интересно. Она сидела напротив человека с фолиантом, между ними был костёр. При возникновении опасности с его стороны, он тут же получит горсть горячих углей в лицо, которые оставят ещё несколько ожогов на смертной плоти. Отблески огня играли на фарфоровой коже, выявляли слегка выцветшие местами волосы, что теперь отдавали лёгкой рыжиной, глаза переливались, словно драгоценные камни, сияли, манили. Брошь хищника, которой был закреплён плащ вторила своей хозяйке, маня очарованием и смертью. Дилана смотрела во все глаза на человека, и ждала, как же поступит он в ответ на её лёгкое хамство, придя к теплу без разрешения, пройдя часовых.

4

Увлеченный записями, поглощенный внезапным всплеском прозрения, Альфарий не замечал ничего вокруг; но даже если бы он был предельно бдителен, смог бы он заметить бледную, почти прозрачную тень, вынырнувшую из кольца мрака вокруг костра?.. Едва ли. Прошло несколько мгновений прежде чем демонолог ощутил чей-то внимательный, грозный взгляд, однако, он продолжал что-то писать, боясь потерять мысль. Демоны, ритуалы, пентаграммы, знаки, символы, прошлое... Теперь письмо стало бутафорским, Магнус пытался создать видимость деятельности. Кто бы не был сейчас перед ним, он подавал явный сигнал скрытой, бесшумной угрозы. И первая мысль мужчины была, что это белый волк забрел из своей части к стоянке людей, питаемый любопытством и жаждой тепла вышедший к костру погреться и изучить обстановку. Грозный, матерый зверь, но разве волки водятся в болотах?.. Конечно же нет. Слабый морок, внушивший Альфарию ложные ощущения, дал ему глоток ледяного воздуха Захрэма, никто в жизни не доходившего так далеко на юг.
Наконец, подняв глаза, он увидел её. Бледная кожа, аметистовый блеск камней, заменявший неживому созданию взгляд, каштановые волосы, отчего-то небрежно заколотые. Резкий всплеск эмоций накрыл Альфария, возрождая из памяти образы, чувства, мысли... Он тут же вспомнил их последнюю встречу, вспомнил, каким был слабым, влюбленным мужчиной. Совершенно другим... время не щадило никого, но демонолог страстно желал вновь ощутить ту истому, те бурные чувства и сбежать от окружавшего его гнетущего мрака. Хотел, но разве мог? Хищник внутри него - демонический и духовный, - тут же насупились, не давая вредным мыслям ходу и впрыскивая в кровь дозу адреналина, сердце страшно заколотило, дыхание стало шумным, а лицо ещё более злым и уродливым. О да, он злился... Злился от воспоминаний, злился, что даже на краю мира не смог сбежать от прошлого, превратившегося теперь в спутанный клубок симпатий и ненависти.
- Ты нашла меня. Даже здесь... рад тебя видеть, Дилана, - глухой бас разнесся из груди воителя, а фолиант с его рук переместился на землю рядом. Почва здесь была непривычно для болот суха и тверда, ибо только такие островки подходили его ордену для стоянок.

5

- Ты нашла меня. Даже здесь... рад тебя видеть, Дилана/
Девушка слегка сморщила носик, слишком громко прозвучал голос мужчины. Пожалуй, даже конь мог сейчас отпрянуть, услышав густой бас воителя. Лана склонила голову вправо, отчего пряди соскользнули с плеча и лёгкой волной обрамляли руку до предплечья. Медленно осмотрела человека с верху до низа. Наклонила головку на левую сторону, и снова рыжеватые пряди соскользнули вниз, открывая взору брошь в виде головы хищного животного, взгляд теперь пошёл наоборот, с самого низа, до самой макушки живого. Берне поставила локоть на правое колено и пристроила фарфоровое личико на хрупкой ладошке, прижавшись к ней щекой. Теперь она смотрела на незнакомца совершенно в другом ракурсе - пыталась хоть так найти знакомые черты лица. Всё это проделала в полнейшей тишине, был слышен только треск горящих сучьев, да шумное дыхание сидящего напротив неё. Это было всё крайне любопытно, всматриваться в карие глаза, изучать каждый его вздох. Ди ощущала себя вновь маленькой светлой эльфийкой, которая увидела нечто интересное. Чуть ли не впервые перед Ланой сидел живой человек и не кидался на неё с кулаками, оружием, не проклинал последними словами. Он просто сказал, что был рад её видеть, хотя вампирша и заметила некое внутренне метание. Раз у него такая реакция, значит, мы в хороших отношениях и он не стремится мне отомстить. Уже хорошо. Просто замечательно!
- Кто ты? Кто я? Откуда ты меня знаешь?
Она поинтересовалась тихим-тихим шёпотом, словно едва ощутимый свежий ветерок на этом болоте. Хрупкая девушка, сидевшая у костра, наблюдала за человеком. Глаза сияли, переливались мягким светом, Лана не излучала опасность, не пыталась внушить страх. Она просто хотела вспомнить, кто этот могучий воин. Он ей уже нравился. В нём было что-то от зверя, от сильного, но загнанного, уставшего от охоты. Но в то же время было что-то ещё, такое, едва уловимое, хрупкое, спрятанное глубоко внутри. Ей хотелось найти это нечто и вытащить на свет огня, чтобы лицезреть. Дилана мягко улыбнулась, бросив взгляд на фолиант и... неожиданно выпрямилась, вскочила на ноги, отчего полы плаща всколыхнулись, обнажая острое сияние сапфира на шпаге. Она кое что вспомнила и поняла, что нашла ключ к загадке этой личности.
- Пойдём, мне нужно тебе что-то показать. Скорее, - Дилана бесшумно подскочила к человеку, схватила ледяными руками за его огрубевшие пальцы и настойчиво потянула за собой, - да скорее же, не съем я тебя, шевелись.
Грозным шёпотом негодовала она, пытаясь поднять с насиженного места бойца. Она топнула ножкой от нетерпения, ведь сейчас даже вампирской силы не хватало, чтобы поднять такого зверя. Хотя, если Берне хорошенько разозлиться, то смогла бы и не такое вытворить. Но у неё была сейчас совершенно другая цель. Она торопилась, боялась, что ничего не получится.

Отредактировано Dilana Berne (2017-10-24 20:56:44)

6

Готовый ко всему, настороженный и грозный, Альфарий оказался абсолютно обескуражен ответом давней знакомой. Он ожидал все, что угодно, он ожидал ледяного молчания, звонкого смеха и даже кровавой ярости голодного хищника, но вопросы, произнесенные Ланой, полностью обезоружили его... И все же он не мог отрицать, что не узнавал в девушке свою знакомую. Нет, конечно, она была все так же прекрасна и внешне едва ли изменилась - способны ли на это вампиры? - но во взгляде, в мимике, в мелких движениях и самой атмосфере, излучаемой фарфоровым телом что-то незримо переменилось и быть может даже... сломалось? Владыке было вдвойне странно и удивительно даже подумать об этом, настолько сильно слабость контрастировала в сознании Альфария с образом сильной и волевой девушки! "Что же с ней произошло, черт возьми?!"
Стоит признаться, обезоружен Магнус оказался во всех планах, даже внутренняя агрессия и неприятие зова прошлого куда-то исчезли, сменившись удивлением и обескураженностью и во многом именно из-за этой резкой подмены он не мог сдвинуться с места, когда ледяные ладони вдруг обхватили его собственную руку. Мертвые пальцы держали крепко и тянули требовательно, но демонолог как раз начал приходить в себя, и даже попытался одернуть руку... А впрочем, разве он мог? Внутреннее потаенное желание слабости так легко потянулось на откровенное касание далеко не чужого существа и это серьезно нарушило душевное равновесие. Притопнув ножкой, Ди продолжала тянуть его, прикладывая все больше нечеловеческих усилий и не желая проверять его пределов, мужчина поддался, стремительно поднимая на ноги. Девушка же все продолжала тянуть его во мрак, к чему-то определенно материальному, здесь, рядом... Какого же было удивление Магнуса, когда он разглядел коня! Конь, посреди болот! Ох, и задаст же он взбучку своим нерадивым подчиненным... Как же так можно было проглядеть целую всадницу?!
А впрочем, сам не лучше, подпустил её на расстояние колотого удара шпагой, так дерзко и игриво сверкнувшей отблесками костра... Когда же Лана окончательно добилась своего, с каким-то почти детским восторгом радуясь собственным, непонятным и пугающим,  мыслям, Альфарий высвободил руку и слегка отстранился. Он настороженно смотрел на давнюю знакомую, пытаясь угадать её следующий шаг и понимая, что это просто невозможно!
- Что... что происходит, какого черта?

7

Ну, наконец-то, как можно так долго думать! Дилана от нетерпения была готова прыгать вокруг мужчины, подталкивать, да всё, что угодно, лишь бы ускорить его шаг. Сама бы она в мгновение ока домчалась до своего коня, но тут приходилось тащить за собой целую гору. Когда они почти приблизились к месту отдыха животного, человек высвободил руку из цепких объятий. На Берне это подействовало как толчок к действиям. Словно выпущенная стрела, она метнулась к коню и принялась копаться в седельных сумках, что-то бормоча себе под нос. На слова воина она даже не обратила внимания просто потому, что не услышала их. Она слишком была поглощена поиском.
- Да где же ты, чёртовая книга!- и, прибавив ещё кое что крайне непотребного для приличной девушки, наконец-то нашла то, что так судорожно искала. - Ха-ха! Вот она!!!
Конь попятился назад от громкого возгласа, но под грозным взглядом своей хозяйки быстро опустил голову вниз. Девушка повозила по фолианту ладошкой, пытаясь убрать остатки пыли с него, ведь эты вещичка столько лет хранилась в самом дальнем тайнике. На свет появилось то, что мужчина отдал по собственной воле девушке три года назад. Древняя книга по демонологии. Она манила к себе так же, как и аметистовые глаза Берне.
- Мне почему-то кажется, что это твоё. И я думаю, что мне надо её тебе сейчас вернуть.
Лана протянула книгу человеку и улыбнулась. Она не знала, что будет дальше, о чём ещё говорить. Возможно, только стоит подождать ответов на свои предыдущие вопросы, на которые он пока что не ответил. А мёртвой девушке уж очень хотелось узнать всю правду. Этот человек не может врать, он не будет врать мне. Откуда было это убеждение? Дилана не знала, она была просто в этом уверенна. Её будоражил тот факт, что она, вытащив демоническую книгу, вдруг ни с того, ни с сего двинулась в путь и каким-то неведомым образом нашла это место, нашла этого человека и поняла, что фолиант принадлежит именно этому воину и больше никому. Возможно по запаху, возможно чутьё вампира, может Лана чего-то не помнила о себе? Но так или иначе, она пришла сюда и ждёт, ждёт ответов, ждёт реакции. Любопытство зашкаливало, Дилана переминалась с ноги на ногу от нетерпения.

8

Бурный фонтан энергии ярко выделялся на фоне событий последних лет... Тягучее существование в бегах, средь топей и тихих омутов, отбило у Альфария чувство ритма, он чувствовал себя неловко, неуютно при столь агрессивных всплесках энергии, казалось бы, веселой девушки. Веселой! И в прошлые времена видел ли он хоть раз чистую, откровенную радость вампирессы?! О нет... никогда, никогда не звучал с этих мягких, хищных уст звонкий смех и не сверкали мертвые аметисты глаз жизнью. Вдруг показавшаяся на свет книга в очередной раз перевернула внутренний мир демонолога с головы на ноги... впрочем, лунный свет был слаб, а костер остался далеко позади - был только он, его жар и она, её детское любопытство и бьющее темными лучами очарование. Смущенный, обескураженный, Альфарий принял фолиант любимого дядюшки, мгновенно узнавая каждую царапину, каждую складу и его мягкий, уютный вес... Сколь много чернил, крови и душ было затрачено на его создание и вот, он вновь вернулся к нему. Туда, где, казалось бы, ничто не могло настичь де Кэсселя, кроме злого рока.
Приняв книгу, Магнус прижал её к груди, вдыхая запах и чуя аромат миндаля сквозь плотную затхлость пыли.
- Не знаю, что с тобой случилось, Дилана... Когда я отдал тебе эту книгу в знак доверия. В знак... моей любви к тебе. Ты вернула её... спустя столько лет. Спасибо, Ди, - и более не говоря ни слова Альфарий сделал один, широкий шаг, заключая девушку в крепкие медвежьи объятия; правда, всего одной, левой рукой, ибо правая продолжая прижимать книгу к телу. Выпустив же вампирессу, Магнус вновь помрачнел, словно отступая в тень, на его лице снова начало читаться недоверие и даже страх; а вместе с тем радость и надежда. Он так долго жил во мраке и боли, что ощутить тепло счастливых воспоминаний было для него подобно живительной влаги заблудившемуся в пустыне страннику. Но вместе с тем он помнил коварство женщин, их двуличие, их... предательство. Образ Кристиан был силен, как и то, что произошло в их с Диланой последнюю встречу - она отвергла его. Или же он отверг её предложение в мир полуночи?.. Едва ли теперь это важно - они стоят лицом к лицу друг к другу и их эмоции были обнажены, готовые вступить в тесный, духовный контакт. Не хватало только толчка, импульса, что позволил бы дамбе прорваться; демонолог преднамеренно сдерживал его, ожидая следующего шага давней знакомой.
- Ты задавала вопросы... Ты... Дилана Бернэ. Вампиресса какого-то из кланов. Я - Альфарий Магнус де Кэссель. Ты откусила мне ухо... так мы познакомились, - на этих словах Альфарий повернул голову, позволяя девушке разглядеть обрубок хреща, обтянутого кожей вместо полноценной ушной раковины.

9

Альфарий, поддавшись на миг простому человеческому порыв, обнял девушку. Лана конечно такого не ожидала, но почувствовала в этом движении искренность отношения этого человека к ней и... обняла в ответ, слегка улыбаясь кончиками губ, хотя этой улыбки Альфарий Магнус де Кэссель не мог видеть. Было видно, как дорога ему эта книга и девушка была довольна собой, что смогла хоть как-то пролить свет на своё прошлое.
- Да знаю я, что Дилана Берне. И принадлежу я не к какому-нибудь клану, а только к Берне и спешу напомнить, что это именно мы держим Центральные земли под своей властью, а не Ануид. Помни это, если вдруг попадёшься к нашим. А ежели ко врагам, даже лучше не упоминай не только фамилию нашу, но и моё имя. - мёртвая эльфийка рассмеялась. - Значит, говоришь, я откусила тебе ухо при знакомстве? Занятно? Хм, кажется, я припоминаю, это было на балу, да? И гроза. Знаешь, во все мои знаменательные встречи, похоже, идут грозовые дожди. Забавно, не правда ли?
Лана отошла от коня и теперь просто ходила из стороны в сторону, рассуждая вслух, искоса посматривая на нового старого знакомого. Мысли в голове крутились да вертелись хаотичным роем, пытаясь восполнить пробелы в памяти.
- Если хочешь, мы можем вернуться к костру, если тебе неуютно здесь... со мной, - она вопросительно уставилась на Магнуса, правда, возможно он и не видел выражения её, зато Ди прекрасно видела его лицо, и в ожидании ответа на данный вопрос, продолжила говорить, - что ж, я принесла её тебе в знак своего доверия, пронесла сквозь года и болота Югоса, мимо твоих горе-охранников.
Возможно, я принесла этот фолиант не только, чтобы вспомнить свои прошлые моменты, но и напомнить о чём-то тебе. Подумай хорошенько, вспомни своё прошлое, вспомни то, что возможно так же забыл, потерял в закоулках памяти.

Дилана прильнула к Альфарию, вцепившись ледяными руками в его ладони и тихо говорила, впечатывая каждое слово холодным клеймом. Ей казалось, что он забыл что-то важное, как и она и теперь, они должны помочь друг другу вспомнить если не всё, то самое ценное.
- Расскажи, что было в последнюю нашу встречу и когда она была? - Берне так же быстро отступила на пару шагов, держа Альфария на расстоянии.

10

Слова Диланы лились ледяным ручьем, вдруг вышедшим из берегов и бьющим сплошным потоком от расстаявших ледников памяти - они стачивали камни отчаянья, стирали города мыслей и сносили преграды рассудка, возведенные за все эти долгие годы. И все это - внутри самого Альфария. Он слушал и внимал каждому слову вампирши, но не каждый вопрос удостоил ответа, его собственное естесство металось, разгневанное недавним душевным порывом. И он до сих пор его не отпускал...
Он тоже вспоминал. Лица. Чувства. Боль. Обещания... Обещания? Сколь многим и сколь много он обещал! Исполнил ли хоть одно? Трудно сказать. Но он стремился - стремился, покуда мог, загнанный не легкой судьбой на самый край мира, в богами забытые болота. При словах о костре, демонолог повернул голову: туда, где трепетали языки пламени.
- Не нужно... Тьма хороший друг, она никогда не раскрывает тайны, - вернув свой взгляд на силуэт Диланы, он вдруг нахмурился, пытаясь уцепиться за что-нибудь в собственной голове... Образы. Да, образы... что он помнил? - Я помню резню. И окровавленный клинок в моих руках. Помню угрозы и... что-то ещё. Я признавался тебе в любви. Об этом ли обещании ты говоришь?
Последняя фраза была произнесена ровным, холодным тоном. Казалось, мясистая туша воителя не была способна на него - или он никогда в своей жизни прежде не говорил именно так. Равнодушно. Но было ли это равнодушно? Он пытался что-то скрыть - стыдливо спрятать глаза, укрыться вуалью тьмы и раствориться, завыть волком и скрыться в дремучем лесу. Но не мог и единственное, что позволяло его душа - это напускное, но такое натуральное равнодушие.
Оно быстро развеялось.
- Сегодня нет грозы. И вряд ли вскоре будет... Но я чувствую, что близиться что-то ужасное. Большие испытания и страшные ошибки. Ты появилась воврема... мы никогда здесь больше не окажемся, - под "здесь" демонолог, конечно же, не имел ввиду место, но время, время неумолимо бежит, даже в этом гнилом и застылом месте, - Да, я признавался тебе в любви, но многим раньше. Наша последняя встреча была отмечена обилием крови. Мы сровали с наших лиц маски и предстали теми, теми хотели бы быть или кем себя мнили. Потому что нас настоящих... не существует. Ты очаровала меня танцем крови и легкостью, с которой отнимала жизни. А я грубо прибег к угрозам и фальшиво напустил злобы... Куда ты двинешься дальше, Ди?

11

Тьма, пожалуй, самый близкий мой друг, только она знает, какие тайны я скрываю на самом деле. Девушка то хмурилась, то улыбалась, пытаясь вспомнить то далёкое прошлое, которое они делили с Альфарием вместе, те редкие моменты встреч, и, оказывается, кровавый танец мёртвой эльфийки.
- Что? Угрозы и злоба? Ха-ха-ха-ха! - девушка искренне рассмеялась, вспугивая редких птиц в этих местах, - Альфарий Магнус де Кэссель, твоё счастье, что я этого не помню. Но я помню твоё имя и вкус твоей крови. В тот раз, в самый первый, горячий мальчишка, горячая кровь....
Лана непроизвольно облизнулась, растягивая бледные губы в довольной улыбке и даже прикрыла глаза от удовольствия, кажется, она вспоминала. Медленно, неторопливо, подошла к мужчине и втянула воздух рядом с ним, тот самый запах. только вот, горячности теперь было меньше, этого ража, какой-то магнетической силы - всё пропало. Перед собой она видела глаза взрослого, умудрённого жизнью, закалённого неудачами, мужчины. Все эти шрамы, вся эта злость, она хотела лишь понять.
- Я никому не отвечаю взаимностью в любви, но я верно чту истинную дружбу. Ты клялся мне в любви, я же клянусь тебе в поддержке. Ты можешь не доверять женщинам, вампирам, но я та, кто держит свои обещания. Я всегда буду на твоей стороне, даже если кроме нас двоих никого больше не будет.
Сквозь призму сказанных столь серьёзных слов, юная Бернэ улыбалась той мягкой и нежной улыбкой, что когда-то украшало её живое личико. Она верила в него, она верила ему - эти чувства она пронесла сквозь года. Вампирша сделала шаг назад, скрывшись в густой тьме. Альфарий слышал только мягкий шорох её шагов, едва видел очертания её размытого силуэта. Голос, спокойный, мягкий, манящий своим мёртвым очарованием вкрадывался сквозь ночь. Дилана передвигалась по небольшому кругу, огибая берсерка.
- Мы никогда здесь и не были, мы с тобой всегда находились где-то, с самого начала. Неугодные людям, неугодные Богам, такие неудобные для этого мира. Но именно в этом и наш свобода. Как видишь, я сейчас в своём прошлом и пока гуляю там по просторам своей памяти. У меня есть будущее, к которому я неумолимо иду, пытаясь преодолеть множество препятствий. Как и ты. У меня есть одна цель, только одна. Но она потребует от меня всё то, что уже имею. Я знаю это. И я хочу дать ей ещё больше, чем уже есть. Но мне нужна помощь. Не сейчас, и даже не завтра. И я хотела бы знать, прикроешь ли ты своей спиной мою? Могу я рассчитывать на твою помощь? Не торопись, подумай. Я не хочу заставлять. И я пойму если ты откажешься, когда узнаешь. Потому что это будет слишком трудно, но мне больше нечего терять.
Голос замер. Исчезли все звуки. И только одна фраза, сумасшедшая, какой иногда была и сама Ди, прозвучала в тишине.
- Я хочу стать главой Берне.

12

Альфарию было тяжело признавать, но вампирша, вопреки всем его мыслям, всем представлениям, игнорируя все барьеры разума, что были воздвигнуты за эти годы после столь многих и болезненных уроков преподанных женщинами... Она продолжала распалять в нем жар. И хотя он старательно прятал его, пытаясь подменить злобой, яростью, но в первооснове своей это продолжало быть желание, темная похоть, жажда овладеть мертвым, холодным, но таким дерзким и обаятельным телом. Он забывал, постоянно забывал, как падок был на женщин и каким оставался до сих пор... Но не позволял себе слабости - ни перед Ди. Непозволительно.
- Мы всегда обменивались взаимным угрозами. Как два хищника, мы доказывали друг другу кто чего стоит и какую взаимную угрозу излучает... Но никто это толком не доходило до дела. Так тигры забавляются в тени пальм... Вот только ты не стареешь. А мои годы неумолимо идут, монометром смерти отсекая отпущенное мне время. Я старею, моя душа черствеет, а тело обращается камнем. Но внутри... внутри, на удивление, всегда остается место для огня.
Он не сдержался. Все-таки не сдержался! Или же это робкая, хитро сконструированная фраза могла значит все что угодно? Неизвестно, но демонолог продолжать держаться холодно, внимательно наблюдая за движениями вампирессы и мелко дрожа при её опасном, дерзком приближении. По спине побежали мельчайшие крапинки пота, а мускулы хищно зашевелились под кожей...
А тем временем мертвая эльфийка продолжала говорить, отступая обратно во мрак. Её бледная кожа плавно сливалась с тьмой и казалось, что вампирша была лишь её частью, рваной и мятежной тенью, что бродит там, где ей вздумается... Но слова продолжали доносить, тихим, но сильным ручьем. Он слышал все и с каждым словом хмурился все больше, а когда повисла напряженная тишина, он глубоко ушел внутрь себя... О чем думал старый воитель? О союзниках? О перспективах, о предстоящих ужасах, но ответ его был предопределен заранее...
- Мы отправимся на войну вместе. Ничто теперь в этом мире не внушает мне радость, как битва, и я откликнусь на твой зов, зная, что ты явишься по моему... - и с этими словами вдруг раздался звук стали, трущейся о дубленную кожу ножен. Боевой нож безумно сверкнул в воздухе и тонкий, незначительный порез возник на запястье демонолога. Уже завтра он заживет, но сейчас розовоя кровь тонкой пеленой побежала по изувеченной коже, бойкими каплями опадая наземь.
- Скрепим наш союз кровью. Этот товар куда ценнее золота и слов в моем... и без сомнения твоем мире.

13

- Ох, Альфарий, твоя душа уже тогда отдавала черствым, не смотря на жар тела. Но, знаешь....
Девушка проявлялась из тьмы медленно, сияющие полудрагоценными камнями глаза, локон за локоном, бледные губы, тонкие черты лица, гибким силуэт, протянутая к мужчине рука с изящным запястьем. Ледяные пальцы, словно тонкая струйка растаявшего льда, коснулись тёплой руки живого человека. Пробежались по горячей крови, проведя по алому вину, оставляя яркую черту на руке берсерка. И тихий шёпотом, почти возле самого уха.
- Я могу помочь остаться и тебе молодым.
Она вновь отступила назад, словно и опасалась его, ведь знала, каким противником был Магнус несколько лет назад, не говоря уже о том, каким он стал теперь. Но как будто и держала в поле зрения своего хищного взора. Внешне, светлая эльфийка, красивая, благородная, но истинная бестия внутри, отчасти, напоминающая демониц, что были в книге. Лана, поначалу, несколько удивилась, что Альфарий даже не поинтересовался, не слишком ли высоко замахнулась она. Но потом поняла, что благодарна ему за это. Значит, он верит в неё, а она не должна оправдываться перед ним, рассказывать, почему она это хочет сделать, почему просит его помощи, в чём конкретно она заключается. Сейчас она поняла, за что ценит этого человека, живого, искреннего, такого отважного и скорого на поступки. Не смотря на то, что для вампира, все живые существа, корм и больше ничего, Дилана считала несколько иначе. Да, они враги, противники навсегда. Но зачем враждовать с сильными, если можно обратить их мощь в свою пользу, тем более, что эти люди, эльфы, сами не решились убивать вампира из клана Бернэ, по каким-то им одним неведомым причинам. Кажется, я подготавливаю свою маленькую армию, жаль только, что она не понравится остальным вампирам. Что ж, но об этом я подумаю позже. Сейчас главное не это.
Ди не стала ничего говорить, хотя, скрепить союз кровью с живым человеком - это было как минимум, странно. Мёртвая эльфийка просто взяла у Альфария его же нож и провела тонкую черту в их отношениях. На её белом запястье появился яркий след. Капли медленно стекали по тонким пальцам, оставляя следы на чёрной, в темноте, траве под ногами.

14

Металлический аромат крови тонкими лепестками вмешался в болотный затхлый воздух, заставляя ноздри надуваться, а зрачки расширяться... Альфарий видел перед собой тонкую руку вампирши, струйку вязкой крови - чужой, вероятно, крови. Ведь у вампиров не бывает своей? Так или иначе, но демонолог не мог придумать ничего лучше, чем скрепить контракт кровью, совершенно не ожидая собственной реакции на влагу жизни. К его горлу подступил ком, а желудок скрутил тугой червь демонического голода; единожды вкусив человеческой плоти, Мясник раз за разом возращался мыслью о разумном мясе. И эти мысли были тем сильнее, чем сильнее он был голоден, а не ел Владыка уже, похоже, с вечера...
Все же, мужчина не позволял потустороннему блеску в глазах возобладать - он пересилил себя, крепко сжимая ладошку эльфийки своей широкой, мускулистой лапой. Но девушка, конечно, едва ли позволила воителю слишком долго удерживать себя в плену рукопожатия, а Магнус не стремился с ним затягивать... В воздухе все ещё висел животрепещущий, опасный вопрос.
- Поцелуй крови... Вечная жизнь в расцвете своих сил, вечный животный голод... Ещё один я просто не выдержу. Пока же я остаюсь человеком, Демонологом, наши амбиции не смогут вступить в конфликт и мы останемся союзниками из двух разных миров. Нет, благодарю за твое предложение... Надеюсь, однажды я смогу представить тебе что-то не менее ценное, - хитрый прищур и блеск ума в звериных карьих глазницах на мгновение мелькнул, словно подчеркивая все сказанное, а уже потом, более тихим тоном Магнус продолжил, - Меня, все же, ещё слишком рано списывать со счетов в дряхлые старики. Уже слишком много глупцов на моем пути гниют в канавах... и ещё больше накормят мой клинок кровью.

- И все же, я понимаю к чему ты ведешь. Уверен, ты, как и я, ещё только на самой заре своей мощи... И союз, заключенный сегодня, сыграет лишь спустя очень долгое время. Обещаю, к часу Войны я буду готов как никто другой... Как и ты, надеюсь.

15

- О, Альфарий, ты себя недооцениваешь. Я вижу, ты способен на большее, чем уже сделано. Это не предел, слышишь? Далеко не предел,- она вновь была очень близко, обдавая ледяным запахом зимы, крови и каких-то цветов. Она чувствовала ту силу, с которой мужчина сжимал её тонкую, но мёртвую ладонь. В аметистовых глазах плескались капли разочарования, она уже видела в своих мечтах, как Альфарий будет целиком и полностью принадлежать ей, ведь она обратит его. Но, этот мир решил иначе. Что ж, она подождёт, она всегда дожидается.
- Я только начинаю свой подъём. Я всё ещё ищу свой путь, как бы громко это не звучало. И я найду. Не без твоей помощи. И, как ты выражаешься, к часу моей Войны я буду готова.
Два хищника продолжали смотреть друг на друга, не спуская взглядов, тяжёлых, грозных, но таких близких. Лана чувствовала с берсерком некое родство, возможно, из-за любви к крови, из-за каких-то схожих мыслей, привычек. Нет, они не были схожи во многом, но было что-то общее, и юная Бернэ очень радовалась этому моменту. Она знала, что в любой ситуации, в любой момент она может найти Магнуса и попросить помощи. Ей не будет стыдно. Так же, она может обратиться к ещё одному другу. Ещё один живой. Как-то в моей компании уже слишком много живых, целых два. Но зато каких. Они мне заменят добрую сотню вампиров, а то и две.
- Я надеюсь, что ты предоставишь мне нечто равноценное или то, что посчитаешь нужным. - Девушка мягко улыбнулась, гладя Альфария по щеке, а потом прячась под темноту плаща.
- Скажи, что ты здесь делаешь, с этими ... людьми, которые не следят за границами? И, если тебе здесь неуютно, мы можем вернуться к костру, обратно. Где ты что-то писал, верно?

16

Вампирша продолжала вести свою тонкую, изящную игру - язык ее тела манил, запах крови приятно щекотал нервы, а холодное дыхание мягким шелком ласкало сознание... Постоянно пребывая на грани разных состояний своей души, Альфарий все никак не мог найти выход. В прошлом он без раздумий бросился бы в омут обуревавших его чувств, но сейчас...
А тем временем кровь уже пепестала идти, легкий порез, подстегнутый демонической регенерацией, затянуло чуть ли не на глазах. Теперь это была просто полоска спекшейся крови, а к утру он раны не останется и следа.
- Я веду грандиозную работу, Ди... - склонив голову набок, Альфарий жестом пригласил эльфийку к костру, тем самым принимая ее собственное предлодение и вместе с тем сделав внутренний выбор, - Я создаю Орден. Рыцари, что черпают силу одновременно из своих умений, воли и Инферно. Мы приведем человечество к величию... Или попытаемся сделать это.
Альфарий говорил тихо, не желая тревожить лагерь и его обитателей, но, впрочем, едва ли это имело смысл. Виновники, проглядевшие вампиршу, будут наказаны, а она теперь стала его гостьей... К тому же, похоже, все в лагере безбожно спали.
- Я сотворил свой собственный фолиант. Много новых знаний и то, что я мог восстановить от записей Альберта... Теперь, когда ты вернула книгу, мне станет намного легче.

Только сейчас демонолог заметил, что все это время крепко прижимал к себе возвращенную книгу. Он посмотрел на нее невидящим взглядом и положил на землю у костра, после чего грузно сел сам. Берсерк сделал и предложение вампирессе присоединиться к огню, предлагая льняной плед, растеленный рядом с ним.

17

Он согласился и они направились к костру, медленно, неспешно преодолевая темноту. В лагере была тишина, что было крайне на руку, пожалуй, обоим. Лана следовала за Альфом и внимательно слушала всё, что он говорит. Они снова были у костра, к которому её радушно пригласил хозяин. С удовольствием отметила, что Альфарий так и остался галантным кавалером и она надеялась, что он никогда её не предаст и не будет угрожать, поднимая руку, чтобы только продемонстрировать свои силы. Она поморщилась от одного неприятного воспоминания, скрипнув зубами.
- Значит, ты создаёшь свою демоническую армию? Именно поэтому тебя ищут и за голову назначена награда, если память мне не изменяет, в семьдесят лионов? - Лана тяжело вздохнула, разглядывая новые шрамы, что испещряли лицо сильного мужчины.
Она бросила взгляд на тёмный фолиант и улыбнулась.
- Знаешь, тебя вот слушаю, и даже хочется примкнуть, чтобы привести человечество к величию. Но, потом вспоминаешь, что ты уже не человечество, а простой скот. Так странно. Странно осознавать, что тот, кого ты считаешь своим другом, вдруг начинает демонстрировать свою силу, применяя более мощную, чем моя, магия и пытаться ставить свои условия, хотя перед этим, клялся в вечной дружбе. Это ужасно. Конечно, я думала об этом, ожидала, но, знаешь... всё равно этот удар пришёлся слишком внезапно.
Огонь плясал в безжизненных глазах, отражая ледяное пламя смерти. Она молчала, вновь погрузившись в воспоминания.
- Альфарий, расскажи мне, что сейчас с тобой происходит?

18

Равнодушный ко всему огонь ласково принял гостей в свой ареал тепла и света, обдавая иной раз волнами удушливого дыма - то испарялась болотная влага из веток и хвороста.
- Я дезертировал из армии. Меня предали, - ...бежать было не куда и выбора тоже нет. Инферно само нашло меня и судьба воздвигла все на свои места... Альфарий удержал слова в собственной голове, погружаясь в мысли. И от того он сильнее оказался сконфужен монологом Диланы. Что это значило? Невинное откровение? Упрек? Он ли тот самый предатель и что следует ответить? Демонолог продолдал стараьельно держать марку невозмутимости, борясь с собственными, разрывающими душу чувствами, так что крайний вопрос вампирессы пришелся как нельзя кстати - мужчина смог отвлечься от того, что чувствовал, к тому, что думал.
- Я на пороге великих свершений. Ты нашла меня... Очень вовремя. Когда мы увижимся вновь, ничто не останется прежним. Что же со мной происходит? Хах... Жизнь. Точнее и не скажешь.

19

- Альфарий Магнус де Кэссель, ты же знаешь, мне наплевать, тебя предали или ты сам предатель. Я всегда буду на твоей стороне.
Это прозвучало несколько пафосно, слишком громко для молчаливой ночи, но Лана именно так и думала. Она хотела так думать. Как и с Сайрусом.Забавно. Но её тоже предали.Оказывается, с тобой, демонолог, у нас ещё больше общего, чем мне казалось тогда, несколько лет назад. Неужели, мы оба, где-то за гранью реальности живых людей? Или это лишь моё желание? Я уже не знаю, Альф, не знаю.
- Уже сейчас всё не так, как прежде, - она горько усмехнулась, разглядывая свои руки в отблесках красного костра, - всё слишком быстро меняется. Но успеваем ли мы за этими переменами, Альф? Знаешь, даже вампиры сомневаются в решительности своих действий, в своих суждениях и их верности.
Бернэ замолчала. Всё так странно. Она сбежала от одного, послав его к чертям, чтобы найти того, кто этими чертями, собственно, и повелевает. И теперь ищет у него понимания и защиты. Что-то в этом было ... человеческое? Пожалуй, частое общение с живыми плохо на меня влияет. Теряю сноровку. Ди, такая Ди.
- Я просто хочу предупредить, что тебя недавно видели неподалёку от этих мест и хотели отправиться на поиски. Но, теперь они страдают за свои попытки найти тебя. Снова какое-то неловкое молчание. Ведь Лана сама искала Альфария, специально нашла книгу, забрала с собой это фолиант и отправилась в путешествие в надежде, что встретит его.
- Я вернула тебе то, что ты отдал на хранение, теперь у меня даже ничего и не осталось от тебя, только незабываемый привкус твоей крови после нашего первого свидания,- мёртвая эльфийка улыбнулась, вспоминая тот бал, окровавленные трупы, вкус крови молодого человека. Воспоминания были так сладки, что Дилана прикрыла глаза, вспоминая. Прекрасный вечер.
- Нет ли у тебя чего-нибудь, напоминающего о тебе? Считай это, просто женским капризом.- Она мягкими движениями новь приблизилась к нему и прошептала в ухо, касаясь ледяными губами, - я не хочу забыть твой запах.

20

Последнее, что мог ожидать Альфарий от текущей встречи с Диланой, это произнесенного с её уст предупреждения... Неужели она действительно помешала охотникам за головами выйти на него? Насколько же сильна была между ними связь, если вампиресса была готова пойти даже на такой, весьма однозначный шаг: подвергнуть риску собственную нежизнь, ради спасения мешка с кровью, каким виделся, вероятно, весь человеческий род в глазах Диланы... Но с другой стороны, какова была цена всем сказанным словам, если бы она не была готова? И как поступил бы сам Альфарий в схожей ситуации? Безусловно, точно так же, совершенно не задаваясь вопросом зачем и как - он просто должен, обязан, ведь чувства долга человек действительно оставался лишь скотом в каменных лесах и на мощенных пастбищах...

Зато теперь отпадало в надобности думать, каким же именно образом Ди нашла его, Альфария. Принесла драгоценный фолиант... Демонолог неглядя провел по его кожанному, обугленному переплету ладонью, невольно задумавшись не изучала ли она запретные знания, не вкушала ли семена Скверны? Соблазн слишком велик, мало какой человек смог бы удержаться от подобного греха... Именно поэтому все такие артефакты нещадно уничтожаются, но ведь логика вампиров работает иначе, не так ли?

- Хах... Ты забрала мое ухо, и хочешь на память что-то ещё? Я думал, что аромат моей крови навсегда останется с тобой... Впрочем, это все глупый вздор, - Магнус-старший, издав краткий смешок, убрал руку с фолианта и слабо махнул её в воздухе, будто бы отмахиваясь от назойливой мошкары. Всматриваясь в лицо Диланы, он подумал всего мгновение, прежде чем сунуть руку к самому огню и, быстрее чем его обоженная рука запомнит на себе ещё один ожог, извлек от туда раскаленный кусок глины, что был тут же брошен к ногам вампирессы, - Мне нечего тебе предложить, кроме своих знаний, Дилана, ты это знаешь прекрасно... Ты вернула мне фолиант, а я отдам тебе часть сокрытых в нем знаний.
Если бы Ди подняла брошенный кусок глины, то могла бы обнаружить его ровную, цилендрическую форму, изпещеренную тонкими бороздами... Смотря на него неподготовленным взглядом, невозможно было понять какую-либо систему или связь - просто застывший кусок глины, покрытый какими-то бессмысленными и даже некрасивыми, небрежными узорами. Однако, стоит их перенести на бумагу любым из доступных человеческой фантазии способов, можно было бы увидеть целостную картину демонической пентрогаммы, взывающий к Диибу, планы Бездны...
- Спасибо, Ди... За все, что ты сделала и сделаешь ещё.

21

Он усмехнулся, припомнив ей своё ухо. Нет, ну а чего он ожидал, что я вот так просто сдамся на его милость? Пф, кто угодно, но только не я. Не дождёшься. В глазах читалось некое разочарование от слов, что ему нечего больше предложить, только как свои знания. Лана теперь опасалась, когда ей предлагал именно это в обмен. Она отпрянула назад, задумавшись на некоторое мгновение. Но видимо, что-то обдумав. расслабилась и улыбнулась мужчине. Всё-таки между ним и тем эльфом была огромная разница, целая пропасть и она надеялась, что он не сможет её предать. Магнус, человек отъявленной чести и просто не сможет поступить с ней столь отвратительно. Хотя, он намного сильнее меня и может обернуть эту мощь против меня. Тоже. Что ж, попробую в последний раз. Но тут её внимание привлёк тот самый странный кусок глины, что он беззаботно, на её взгляд и так легко выудил из раскалённого костра. Мёртвая эльфийка удивлённо подняла брови, этого она явно не ожидала. Покусав губы в нерешительности, всё же нагнулась и быстро схватила непонятную вещь, вцепившись в неё будто хищная птица. Поднеся к самым глазам, пристально начала вглядываться в непонятную вязь. Высунув язык от усердия, словно маленькая девчонка, крутила и вертела предмет по-всякому, пытаясь понять, что ей подсунули. Хмурилась, нюхала глину, скоблила ногтём, даже, для приличия, поковыряла её кинжалом, но ничего не добилась. Прежде она этих символов нигде не видела и понятия не имела, обладательницей чего именно стала теперь. Фолиант, полученный кода-то Альфом на хранение, она лишь мельком пролистала, потом надёжно спрятала и ... исчезла сама на два года. Так что, как предполагала Бернэ, ответ мог крыться только там.
- Что это?

22

Реакция вампирессы на предложенный Альфарием дар несколько удивила его, вновь... Девушка проявила ранее редко видимую осторожность и даже опасливость. Неужели он сам внушал такой страх? Нет, конечно нет... Инферно. Вечное Инферно. Как долго и как самозабвенно он забавляется с этой чуждой, враждебной энергией, словно забывая об угрозе, исходящей от неё; так ребенок заигрывает с боевым снадобьем, не подозревая, что малейшая оплошность приведет к смерти. Другие... кто не был затронут Инферно, все так же боялись и опасались этой силы, и были правы.
И все же, Дилана вскоре расслабилась и принялась тщательно изучать ничем, казалось бы, не примечательный цилиндр из глины. Довольно увесистый, он легко помещался в ладони демонолога, но в руках девушки казался гораздо больше. Увидев же, с каким неосторожным любопытством вампиресса взялась изучать камень, Магнус поспешил её остановить...
- Не стоит ковырять узоры, ты можешь нарушить важную их часть. Я только учусь, экспериментирую... с носителями информации и тем, как можно было бы применять мои знания на практике, непосредственно. Никогда раньше не занимался резьбой и гончарным делом, но, благо, в моем Ордене есть умельцы... Едва ли эта штука как-то пригодиться тебе самой, но, тебе ведь нужна память обо мне? И это все, что я могу предложить... Эти узоры обозначают связь с Диибом, планом Бездны. Этакая головоломка, зашифрованная на поверхности цилиндра; достаточно смочить его любимым красителем и раскатать по бумаге, чтобы получить полноценную картину пентаграммы. Она незакончена, но сведущие в моем темном ремесле будут готовы руки оторвать за такую работу... В хорошем и плохом смысле. Ключевой элемент, для сложнейших ритуалов не ниже четвертых Врат Греха, если взывать именно к Диибу.

23

Дилана щурилась, морщилась, с опаской посматривая на загадочный цилиндр. Всё ей было незнакомо и непонятно, единственное, что она услышав, улыбнулась, так это про Врата Греха. Звучало забавно и соблазнительно.
- Да, я просила то, что будет напоминать о тебе, но не думала, что это будет штука, способная оторвать мне руки во всех  смыслах. Я так понимаю, что её мне тоже нужно скрывать ото всех и хранить как можно дальше от посторонних глаз? Страшные эксперименты ты творишь, Альфарий. Раньше ты был ... более невинным?
Она улыбнулась, пряча цилиндр куда-то под плащ, мысленно содрогаясь, что будет, если она посмеет потерять этот ключик ко Вратам Греха или как их там. Опасно, однако, Магнус. Не боишься ты мне давать такие вещи?
- Опасно, но смотрю жизнь твоя кипит кровавым потоком? Или же... тоже не-жизнь уже? - произнесла она вслух нечто иное, чем думала. - К сожалению, у меня не всё так интересно, как у тебя. За мной никто не охотится, разве что только свои желают оторвать мне голову за своевольный уход из дома. Представляешь, я так же умудрилась в один день нажить себе врагов среди своих же. Забавно, не так ли?
Казалось бы, встреча свершилась, она отдала, что обещала и получила... хм, получила почти то, что хотела. По крайней мере, она точно будет напоминать мёртвой эльфийке об Альфе. Ещё много и много лет. Наверное, можно было бы и уйти восвояси, оставив берсерка наедине со своими идеями, дальше что-то судорожно чертить в своей книжке, но Ди не хотела уходить. Здесь она чувствовала то спокойствие, которое искала уже несколько месяцев. Но и отвлекать живого человека от дел насущных не хотелось. Бернэ мялась и мысленно и физчески, всё же склоняясь к тому, чтобы уйти.

24

- Не обязательно его прятать. Этот цилиндр представляет определенную научную ценность, но для очень узкого круга мудрецов... И все, с кем бы тебе не посчастливилось бы из них встретиться, наверняка решили бы убить тебя и просто так, потому что ты "темная"... - Альфарий слабо усмехнулся, наблюдая, как девушка опасливо прячет кусок изрезанной глины куда-то за пазуху. Он сам уже давно так не опасался быть обнаруженным... Наверное, поэтому на него и охотятся, - Знаешь, меня удивляет, что ты за эти годы даже не раскрывала фолианта... Я вижу это в твоих мертвых глазах - в них нет семян Скверны. Опасаюсь ли я делиться знаниями? Нет. Ты просила меня дать тебе что-то на память, а эта штука сотворена своими руками.
Альфарий тоже почувствовал, что встреча старых знакомых стала слишком затягиваться; им становился все тяжелее что-то почувствовать, а мысли перестали цепляться друг за друга, хотя и был в этом какой-то странный, домашний уют. Гнать, конечно, демонолог никого не собирался, рассчитывая, что они ещё смогут недолго посидеть вот так вместе у костра, прежде чем первые лучи рассвета разбудят часовых и смену, и прогонят ночного демона...
- Меня захватил водоворот странных событий. И все они словно движутся в странном киселе, еле-еле, как в болотной жиже, сменяя друг друга... Но грядут большие перемены. Больший взрыв. Заключенный сегодня союз может очень скоро нам пригодиться...

25

- Прятать, может, и не обязательно, но я всё же это сделаю. Не смотря на мою взбалмошность и, порой, неадекватность поведения, сегодня я всё же решу спрятать эту вещь. - она улыбнулась, подмигивая Альфарию. Действительно, порой Лана не понимала себя и сама, иногда она была непредсказуема даже для самой себя. Наверное, сказывалась гендерная принадлежность, то хотелось обниматься с живыми, то сдирать шкуры с первых попавшихся. Она отвлеклась от собственных странных мыслей. Встрепенулась и заметила, что тело напряжено и уже готова вот-вот уйти, покинуть это место, как Альфарий заговорил. Она усмехнулась, согласно кивая его словам.
- Похоже, что мы все увязли в этом болоте. Вот скажи мне. Вокруг тебя столько всего происходит в последнее время, ответь, только честно. Боишься ли ты? Того, что будет дальше? Того, что ты сможешь натворить? Боишься ли ты себя? Во что ты веришь? К чему идёшь, стремишься? Я понимаю, звучит глупо, особенно из уст мёртвого существа, которое, вряд ли чего-то боится, кроме серебра и светлой магии. Но мне любопытно, чего ты хочешь достичь.
Пожалуй, я останусь ещё ненадолго, раз уж не гонят и есть о чём ещё поговорить. Подумать только....
- ... мне казалось, что совсем недавно ты был таким юным, несколько даже наивным мальчишкой, но таким горячим, страстным, а сейчас передо мной сидит грозный мужик, умудрённый страшным опытом и нелёгкой жизнью. Чёрт, я что, это вслух сказала? - Ди закатила глаза, она думала, что сказала это лишь самой себе, но как оказалось, не совсем.

26

Страх... испытывает ли Альфарий страх? Слова Диланы заставили демонолога в очередной раз крепко задуматься, погрузиться в воспоминание, в самоанализ... Мир вокруг представал ему чрезвычайно простым, а происходящее вокруг - закономерным. С того самого момента, как зеленое пламя поглотило плоть Магнуса, все вокруг приобрело необычные краски, предстало в новом, уникальном свете. Да, Альфарий боялся... когда-то. Его пугали перемены. Пугала боль. Пугало инферно. Но он привык и больше не боялся, как мясник, продолжая разделывать тушу живого существа без единого зазрения совести. Так надо, таков закон жизни и воля судьбы...
- Страх умер во мне раньше надежды. Теперь не осталось и её, Дилана. Только ненависть, только боль и великий, неуемный голод... Инферно снаружи - Инферно внутри. К чему же я стремлюсь? - Альфарий отвел глаза от бледного лица вампирессы, устремляя свой взор на танцующие языки пламени, - К войне. Война все расставит на свои места. Излечит. Научит. Справедливость восторжествует.
Ответ Ди не заставил себя долго ждать и на последние слова Альфарий уже не нашел что ответить... Он изменился. Все вокруг изменилось и продолжало меняться. Лишь Дилана Берне оставалась прежней - но, быть может, это лишь временно? Ведь ничто не вечно под луной... И однажды даже Вечное канет в Бездну. От дальнейших же размышлений Магнуса отвлек слабый шорох и тихий шепот... Кажется, пробуждалась новая смена, а значит, скоро будут сменяться часовые.
- Наше время стремительно уходит.

27

- Ну, что ж, уходит, так уходит.
Лана тоже услышала шёпот и стремительно поднялась, поправляя плащ и быстро накинула капюшон. Вот так, она встретила старого знакомого, которому когда-то откусила ухо и в мёртвой эльфийке ярко пульсировало желание и надежда, откусить второе. Лелея эту надежду, Ди усмехнулась и, развернувшись на каблуках, неспешно направилась прочь от костра. Но потом, что-то дерзкое взыграло в вампире, захотелось сказать что-то ... неприличное? Характерное именно для Ди?
-Чао, котик! - послышался звук воздушного поцелуя и Альфарий увидел поднятую вверх руку в знаке прощания с ним вновь на неопределённый период. - Не теряй меня из виду!
Она захохотала так громко, что её наверняка слышали в лагере и кто знает, может даже чьи-то поджилки начали трястись. По крайней мере, ей так хотелось думать. Бернэ быстро добралась до своего коня, потрепала того по гриве. Спустя пару минут она уже мчалась в сторону родного гнезда, чтобы опять спрятать в тайнике подаренную Магнусом вещь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив законченных флешбеков » № 4. 9 июня 17087 года - Альфарий, Дилана. Болота к югу от Югоса.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно