FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Официальный дискорд сервер

Здесь должно быть время в ролевой, но что-то пошло не так!


Пояснения по игровому времени / Следующий игровой скачок времени: 20 Июля 2022 года

Погода на Драконьей высоте:

Погода

Сила ветра

Температура


Объявления администрации:
МИСТЕРИУМУ 14 ЛЕТ!

Внимание! Произведена выдача аренных билетов! Арена все еще разыскивает вольных (и не очень) мастеров, готовых попробовать себя в сотворении захватывающих баталий! Всему научим! Пишите Падальщику.

В честь дня рождения Мистериума проводится ЛЕГЕНДАРНЫЙ ежегодный лотерейный эвент - Остров мельхиров, следите за охотой на великое сокровище или вливайтесь в команды к действующим лидерам!

Традиционное ежегодное голосование Лучшие из Лучших открыто! Голосуйте за своих любимых игроков!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив законченных флешбеков » №5 Декабрь, 17087 год, Оплот "Непризнанных" - Дилана Берне, Альфарий


№5 Декабрь, 17087 год, Оплот "Непризнанных" - Дилана Берне, Альфарий

Сообщений 1 страница 24 из 24

1

Легкая дремота зимнего дня стремительно перетекает в темную, густую ночь глубокого сна - болота, лес, люди и даже сама древняя река Ристел спали беспробудным сном, скованные холодом-льдом и укутанные в пышное одеяло снежных сугробов. Световой день, здесь, на юге Мидленда, действительно быстро и рано перетекал в ночь, что сильно бросалось в глаза привыкшего к северным широтам Альфария и пожалуй только необычно суровая зима приятно согревала душу. Берсерк был в своей стихии, сама земля питала его силой, пропитанная талой водой и кровью, что лилась здесь тысячелетиями... Именно это ощущение Вечности, бесконечной неизменности и стабильности, так было мило и приятно неблагородному дворянину. На сонных, гиблых болотах хотелось жить и процветать, хотелось вобрать в себя их силу, впитать преподаваемые уроки и напитаться мудростью веков дикой, почти девственной природы.
Девственной, но все же не лишенной порока... Зимой навигация на Ристеле замерла - впрочем, даже если бы течение не сковали льды, кораблей на водной глади все же все равно стало бы меньше. Империю будоражило, сотрясало в агонии подготовки к войне. Где-то далеко, на загадочном Востоке собирались тучи, пока на Западе, казалось, защищенное, но потрепанное прошлыми войнами мягкое подбрюшье подгнивало. И та маленькая война, что начал Альфарий, было лишь одно из множества других, более или менее значимых событий: новорожденные культы темным богам, агонизирующий фанатизм церквей светлых, поднявшее голову Сопротивление. Множество язв и мигреней возникало на могучей туше Мистерийской Империи - Владыка размышлял обо всем этом. Размышлял о роли Ордена в сим сложном, нарастающем коме неминуемого кризиса и катастрофических, так желаемых перемен...
http://s9.uploads.ru/uwVyP.jpg

Альфарий сидел на своем троне, освещаемый слабым огнем чадящих свечей и факелов. Его взгляд задумчиво путешествовал по залу, по стульям, аккуратно приставленным к длинному столу, чье начало терялось у самого входа закрытых двустворчатых дверей. В своей руке он держал кубок, облокотившись на подлокотник и время от времени попивал местный самогон, пытаясь успокоить мысли, собрать их в кучи и найти ответы. Зал был пуст и никто, казалось, не могло потревожить покой Владыки - рыцари Ордена были на тренировке, вместе с полубезумными неофитами, в поисках достоин, куя из мягкой и податливой человеческой плоти совершенное, идеальное оружие. Берсерк хотел бы поприсутствовать там, на морозном воздухе, обдуваемый ветрами под стонущими кронами плакучих ив, но... Он устал. Усталасть все чаще и чаще подкрадывалась к старому Варлорду - молодому по годам, но уже такому древнему по духу. Лишенный руки, с разбитой, плененной душой, он пытался отдыхать, выискивать свободные минутки остаться наедине с самим собой.
Невольно, мысли Альфария споткнулись о стены, ещё пахнущие свежей смолой и влажной глиной. Он сам построил этот дом. Да, он ничерта не смыслил в строительстве, но среди "Непризнанных" были толковые "прорабы", говоря на имперский манер. Магнус не гнушался таскать бревна, волочь камни и класть кладку - даже с одной рукой, он все ещё оставался чудовищно опасным воином и невероятно сильным мужчиной. Физический, изнурительный труд успокаивал душу тогда, а теперь приятно ласкал душу осознанием проделанной работы.
Эрика Сьёберг: - Владыка... - чьи-то теплые пальцы вдруг впились в ладонь Берсерка, сжимающие кубок. Он и не заметил, как тот опустел и теперь оруженосец бережно забирал его прямо из руки. Альфарий задумчиво перевел взгляд карих глаз на рыжие копны воительница.
- Эрика. Я и забыл, что ты здесь.

Эрика "Лисбет" Сьёберг

http://s9.uploads.ru/dOZJv.jpg
Воителица, истинная дочь "Непризнанных" - дитя самих болот и дремучего Ристела. Она была потомком своих предков, и это лучшие слова, что могли описать Эрику. Впрочем, она все же была во многом особенная, как и многие из обитателей болот, вобравшись в свои ряды потомков разных племен и странников с самых далеких уголков. Эрика была рыжеволосой и белокожей, как обитатель Ледяных Пустошей, даже летом под палящим южным солнцем её кожа не загорала - она просто сгорала, краснея и мигом вскакивая волдырями, почему она предпочитала закрытую одежду, но зимой одеваясь необычайно легко, так, будто бы самые суровые морозы для неё были чем-то обыденным. Впрочем, сама девушка не могла знать о своем происхождении - она всю жизнь помнила себя в Оплоте и дремучих лесах и болотах Ристела.
Да и в целом не любила говорить о себе... Замкнутая, словно вечно погруженная в раздумья, она казалась отчужденной от общества. Но не эти её качества, а их контраст привлекли внимание самого Владыки, и та судьба, что настигла Эрику. Дело в том, что Сьёрберг не знала свою мать и весь сознательный возраст прожила с своим отцом. Когда девушке исполнилось двенадцать, старый охотник вдруг начал терять зрение, а вместе с тем и саму возможность выжить - "непризнанные" были суровым и бедным народом, они могли позволить себе кормить "лишний" рот, а потом слепого старика ждала смерть. Но девушка не позволила тому случиться - она с ранних лет стала ходить на охоту, на равных с взрослыми, часто сбегая из Оплота, а в особо суровые и трудные годы не гнушалась самой трудной и грязной работы, порой воруя ради пропитания. Не себя, но своего отца. Конечно, Эрику ловили и, конечно же, наказывали, от чего вся её спина была покрыта длинными бороздами шрамов от плетей - но никто не смел обрывать её огонь жизни, ведь, как говорили иные "непризнанные", словно сами духи коснулись её, отчего её иногда и называли "Лисбет", что значит "отмеченная богами". Так она и жила, безропотно вытягивая лямку за себя и своего немощного отца, пока однажды не появился Орден Обсидианового Сердца... Вернее все началось раньше, с смертью Хвоста, но кто теперь об этом задумывался? Многие стали связывать смерти и исчезновения людей с появлением демонолога, их вера крепла с каждой новой трагедией, и одна из таких однажды постигла и Эрику. Вернувшись в тот день и не застав в землянке отца Сьёрберг в первый раз в жизни плакала и, как говорили заставшие её у пустого ложа, говорила с духами, уперев взгляд в невидимую точку, словно там действительно кто-то был... Или же психика девушки просто дрогнула? Альфарий же, бессильный бороться с исчезновениями, ведь даже патрули и ужесточенные караулы не могли их предотвратить, решил, что если не удается решить корень проблемы, то следует хотя бы ослабить их последствия. Одинокую Эрику приняли в ряды неофитов, в знак того, что Орден не несет зла "непризнанным" и готов помогать каждому.
И быстрее, чем кто-либо мог подумать, девушка поднялась по иерархической лестнице, добравшись сначала до "Волчьей стаи", а после ставшей и рыцарем Ордена. Она проявляла невероятное рвение и упорство, ничем не объяснимое, словно бы сама боль утраты давала ей чудовищную силу двигаться вперед. Очень быстро Эрика освоила технику Непреклонного Часового, но вот по духу она все же была другая... Омегон, равно как и Альфарий, не могли не заметить этого. Девушка проявляла редкие лидерские качества, невероятно сочетая в себе отчужденность и способной парой фраз взбодрить взрослых и, казалось бы, павших духом мужчин. Сойдясь на мнении, что стезя рыцаря не подходит к столь редкому самородку, Эрика стала оруженосцем Владыки, личным подчайшим Альфария Магнуса де Кэсселя. Его Знаменосцем, помощником и правой рукой - той самой, что некогда отрубил Берсерку Виктор. 

- Благодарю, Эрика. Почему ты не спишь? Уже поздно... - Магнус, ощущая как заплетается язык от выпитого, слегка пошевелил плечом и потер обрубок руки - фантомные боли не прекращали мучить его.

А тем временем ночь становилась гуще... И необъяснимое, новое чувство закрадывалось в душу Альфария. Кажется... сегодня у него будет гость?

Отредактировано Альфарий (2018-10-21 22:12:59)

2

Ночью все кошки серы. Зимней ночью. И даже на белом снегу. Но она была существом более страшным, кровожадным и непредсказуемым, чем эти независимые животные. Пробиралась сквозь тяжёлые еловые лапы, между тонкими ивами, едва касаясь их ладонями в тонких чёрных перчатках. Конь остался где-то позади и, пока что был жив. Но кто знает, как надолго хватит этого бедолаги в диких лесах, да ещё и в такой холод. Мёртвая эльфийка улыбнулась, представляя, какая картина её может ждать, и не только по возвращению к исходной позиции. Прошедшие полгода были полны приключений, опасных схваток и многого интересного. Конечно, отчасти она удалились от своей Семьи, забросив те дела и полностью погрузившись в тёмные подвали воров и убийц Иридиума. Этот мир чем-то напоминал Бернэ, такой же опасный, невероятный, но по-своему притягательный и романтичный. А самое главное, крайне информативным. Последняя встреча с тем человеком была какой-то... незаконченной? Словно им пришлось расстаться по чужой воле, так и не дав времени для разговоров. Фигура в тёмном плаще вдруг остановилась, застыв среди деревьев. А ведь она уже как-то зимой выслеживала Магнуса! Лана тихо усмехнулась. Кажется, это уже становилось традицией, подкрадываться к нему зимней ночью. Но в этот раз отследить его перемещения было намного легче, имея связи в определённых преступных кругах. Конечно, не без дополнительной оплаты услуг, но эта была такая мелочь, по сравнению с тем, что ей предстоит. И снова эти чувства. Совсем как тогда, во вьюжном феврале. Люди, кровь, шрамы, ледяной холод, глубокий сон снегов вокруг. Как бы ей хотелось не оставлять за собой следов.... Разве что длинные полы плаща стирали за ней отпечатки сапог, делая их похожими на размытые следы замёрзшей воды. Удивительно, но Алая заря по-своему согревала мёртвое тело, прячась от посторонних глаз. Девушка невольно коснулась рукояти шпаги, чувствуя прилив сил,скорее, просто ею надуманный. В этот момент возникла мысль, что её духовная техника не очень-то подходит для Зари. Пожав плечами, двинулась дальше, решив, что займётся этим вопросом обязательно, но потом.
Втянув воздух, ей показалось, что она уже слышит его запах. Чувствует, как вздымается могучая грудь. Как громок стучит его сердце, живое, словно объятое огнём. Встрепенувшись, юная Бернэ тихо зашелестела чёрной тенью, устремляясь в обход лагеря и отмечая возможные бреши. Для неё не составило трудностей пробраться внутрь Оплота незамеченной. Словно дикая ищейка, сновала в ночи, отыскивая того, кто ей был нужен. Нашла. И Альфарий был не один. Ох, какие же противоречивые чувства раздирали её сознание. С одной стороны, так хотелось ворваться внутрь вместе с вихрем снежинок, с другой, прокрасться, совсем как раньше, напоминая о том, что между ними было. Ещё и эта девчонка. Дилана стояла по ту сторону стен, прислушиваясь к разговору. Что это вообще за девчонка? Тоже рыжая, хм, дочь? Да как он посмел! Может, жена? Нет, слишком молода. Любовница?! Да как он вообще мог так поступить! Ах ты.... Дальше пошли самые грязные ругательства, которые она только смогла узнать в Гильдии воров. Что ж, её бы учителя были довольны результатом. ученица явно превзошла своих учителей. Одёрнув себя, Ди решила, что приличные дамы Бернэ себя так не ведут. Потом махнула рукой, вспомнив, что ей далеко до этих самых приличий, хотя бы той самой Мальфоры. Вздохнула, глядя на свои, не слишком выдающиеся, физиологические способности, снова вспомнила эту блондинку, очень красивую и слишком способную. Снова махнула на всё это рукой и просто решила, что будет действовать как обычно.
-Альфарий, - раздался тихий шёпот в тот самый момент, когда берсерк закончил обращаться к оруженосцу. Голос слышался откуда-то со стороны входа.
- Альфарий.
Теперь казалось, что его имя разносится под самым сводом, теряясь где-то в слабо освещённом зале. Будто танцующие длинные тени звали демонолога в свои объятия.
- Альфарий. Я снова нашла тебя.
Дилана сидела на стуле, совсем неподалёку, где-то посередине. Обе её руки были спрятаны под плащом, а лицо укрыто тенью капюшона и лишь тёплые нотки в ледяном мёртвом голосе могли выдать её.
- Ты далеко спрятался. Но недостаточно, чтобы я не смогла тебя найти.

3

- Альфарий... - тихим шелестом занесенных в дом снежинок прошелестел чей-то голос, совсем слегка касаясь слуха - так, словно голос был ненастоящим, но иллюзией разума. И словно в опровержение этому слово, а вернее имя, прозвучало громче, теперь полностью заполнив просторный зал, - Альфарий.

Словно по команде, Эрика стремительно бросила бокал, резким звоном разрезая загустевшую от голоса неизвестной тишину, хватая сложенное за троном копье и щит. Быстро, умело и решительно, девушка приняла защитную стойку, оказываясь чуть впереди от Владыки и беспощадно глядя на гостью. Магнус же тем временем растерянно забегал глазами по залу, шаря по темным углам, освещенным столбам и стульям у длинного стола. Только мгновение назад здесь не было никого, и вот, словно из самой пустоты, показалась Она. Бледная кожа, не по сезону легкая, свободная одежда и такая... Гостья явилась в Длинный дом Владыки словно на светский раут - по крайней мере отвыкший от городской жизни и столичной роскоши Альфарий мог так подумать, глядя на наряд своей старой, доброй знакомой. О да, это была Дилана! Она ни чуть не менялась с годами - что двадцать лет назад, что теперь она была все так же хладнокровно красива и элегантно вызывающая, в миг растапливая любые льды в душе Берсерка и разгоняя талые воды загустевших мыслей. Белая рубашка, бледная кожа , легкий плащ и длинные каштановые волосы. С своего места Магнус не мог видеть, были ли они заплетены или нет, но он знал - это будет идеально вписываться в образ лунной хищнице.

В миг, когда Эрика встала между ним и гостьей, Владыка быстро вскочил с своего места, властно гладя ладонь на плечо воительнице.
- Оставь, Лисбет. Негоже кидаться с оружием на друзей Владыки, как оголтелая. В приличное обществе так не принято, - Альфарий сопровождал свои слова движением руки, мягко, но требовательно заставляя девушку опустить щит и наконец выходя из-за её спину, спускаясь на одну из трех ступеней подножья трона - он элегантно поклонился, сдерживая внезапно нахлынувшую улыбку, вместе с тем не осознавая какой контраст создавал в этом полном первобытной силы месте. Невероятно, как он был рад сейчас видеть лицо друга, старой знакомой и... возможно, несбывшейся любви? И вместе с тем в воздухе ощущалось напряжение, чьим эпицентром являлась напряженная Эрика. События последний месяцев придавало внезапному и явно незамеченному появлению Ланы зловещий и совершенно однозначный оттенок, так что следующей фразой Владыка постарался разрядить обстановку ,при этом выпрямляясь в полный рост.
- Прошу, перед тобой Дилана Бёрне. Будь уверена, Эрика, не она тот убийца, что не дает покоя Оплоту.

И более не произнося ни слова, Альфарий двинулся вперед - он желал поскорее оказаться рядом с Ди, оставляя рыжую воительницу позади. Вместе с тем, он наконец позволил себе улыбнуться неизменной белоснежной улыбкой. Как он выглядел сейчас? Окутанный в шкуры, гремя окованным сапогом по деревянному полу, дворянин слегка хромал, двигая всего одной, уцелевшей рукой - вторая, срубленная чуть ниже локтя, была будто бы скрыта под шкурами, но завязанный рукав то и дело мелькал на свету чадящих источников света. Что с ним приключилось за прошедшие с крайней встречи месяцы? Он изменился, но вместе с тем остался неизменным. Горящий огонь сердца, чей стук так манил Лану, был вечен в своем неукротимом ритме... Вечен, как бессмертие прекрасной вампирессы. Так хотелось думать Альфарию...
- Я рад видеть тебя, Ди! Оставь, ты ведь знаешь, никогда я не прятался от тебя и не смогу, даже если пожелаю.

4

Даже ресницы не дрогнули в тот момент, когда огненноволосая девушка встала между ними. Ди лишь удовлетворённо хмыкнула, понимая, что Альфарий нашёл себе девушку под стать. И не важно, кем она ему теперь приходится. Или же важно? Эльфийка едва заметно нахмурилась, пытаясь осознать сей факт, параллельно всматриваясь в лица живых. Конечно, он её узнал. Аккуратно сложив руки на столе, слегка развернула голову, чтобы лицезреть всю обстановку. Ей нравилась реакция этой Лисбет, она говорила о многом. Например о том, что Магнус играет в её жизни далеко не последнюю роль. Тонкий слух резанула непривычно исковерканная собственная фамилия, произнесённая словно на северный лад. Вампирша всё больше и больше удивлялась происходящему, но не подавала вида, стараясь понять, что же произошло с тем Альфом? Собственно, я до сих пор его сравниваю с тем юнцом, которому я откусила ухо? Увидев его лицо, услышав голос, те самые слова... поняла.... Поняла, что ждала всё это время именно их. Она держалась из последних сил, сдерживаясь и скрывая истинное лицо. С трудом дождалась, когда он сделает последний шаг, чтобы стать ближе к ней. Вскочила с места, откинув плащ назад и в одно мгновение, кровавой стрелой оказалась возле него, крепко обнимая и стискивая в своих объятиях настолько сильно, насколько была способна. Она знала, что он наверняка почувствует тот тонкий вишнёвый аромат, который теперь всегда сопровождает её. Алая заря наверняка светится алым, вторя бушующим забытым чувствам внутри мёртвого тела. Или же лишь их отголоскам. Обнимала, не смотря на то, что её буквально испепеляли гневным блеском девичьих глаз, что до сих пор держала в руках оружие, готовая броситься на защиту своего Владыки.
- Ты не поверишь... Но я ... я ужасно скучала.
Прошептала она, прижимаясь к его тёплой щеке, обжигая своим ледяным дыханием. Будь сердце живым, наверняка бы уже отбивало такие ритмы, что позавидует любой музыкант и танцор. Но не здесь и не сейчас. И не в этой жизни. Её длинные, слегка волнистые волосы так же источали едва уловимый аромат вишнёвых цветов. Прикрыв аметистовые глаза, Ди чувствовала, как растворяется в этом аромате, который ей заменял тепло живого огня. С трудом расцепила руки, крепко обнимающие мужчину за шею и так же быстро отстранилась от него, но назад отходить не стала, продолжая наблюдать за реакцией Лисбет. Рука невольно легла на шпагу, готовая в любой момент выхватить оружие. Бледных губ коснулась лёгкая улыбка, ладонь соскользнула вниз, скрывая изящное тело мёртвой эльфийки под плащом. Капюшон спал с головы, явив для рыжеволосой  не только необычный цвет глаз, но и длинные уши, клыки и хищный взгляд.
- Альф, - Дилана коснулась его лица, - это трудно объяснить. Я не знаю, зачем искала тебя, но чувствовала, что мне это просто необходимо. Найти и поговорить. Я воровала, убивала, ради информации о твоём местонахождении. Я пробиралась сквозь эти чёртовы леса.... И вот, я здесь, я снова перед тобой. Боюсь, что теперь эта моя традиция, вламываться зимой в твои покои. И не важно, на каком конце карты Мистерийской империи ты находишься.
Она улыбнулась, пряча руки под плащом и хитро поглядывая на Лисбет, после чего, внезапно помахала ей рукой, понимая, что больше не может сдерживать свою натуру.
- Альфарий, Альфарий, а что за девочка у тебя тут?

5

Мужчина, обуреваемый целой палитрой эмоций, чувствовал себя сейчас по настоящему живым, а мрачные краски жизни вдруг стали отчего-то ярче и яснее - не настолько, что ослепить своим лживым светом, но все же более обаятельнее и приятнее... Кажется, Альфарий был очарован? Не сильно, но все же его мужская душа была тронута и что-то неуловимое пробивало защиту сильнее обычного. Чужеродный, совсем не из этого времени года и даже не из этой жизни аромат вишни, нежный, неуловимый... Он исходил из самого образа Диланы, не имея какой-то конкретной точки, словно пахла сама её аура, само присутствие
Конечно, от Магнуса не укрылся оценивающий, слегка удивленный взгляд глаз Ланы, обращенный на него. Он так до сих пор и не знал, сколько же лет вампирессе? Для неё даже он, наверное, навсегда останется незрелым, молодым юношей, и это было по своему приятно. Так он сам чувствовал себя моложе и бодрее, словно не было всех этих мучений, смертей и войн за спиной! И более всего дворянин ощутил это, когда Ди крепко обняла его, буквально чуть не бросившись на бычью шею Берсерка... Повиснув на ней, она продолжала крепко сжимать, прижимаясь ледяной щекой, впитывая его тепло, жар струящейся под кожей крови и Альфарий охотно делился им, зажимая ивовую ветвь талии подруги одной рукой - слегка неумело и неуверенно, слишком было неудобно и не привычно. Девушка могла ощутить, как в правый бок вдруг уперлось что-то теплое и мягкое - это была культя, обрубок, что так же старательно тянул лямку, пытаясь обхватить Дилану полностью. Теперь так будет... всегда?

Но все когда-нибудь заканчивается. И лучшие, самые счастливые моменты неминуемо отступают, давая суровой реальности вновь вступить в свои права. Но Берне не была из тех, кого так просто сломить! Она умело оседлала волну радости, спокойно выпаливая слегка сумбурные, но совершенно понятные, очевидные для Магнуса слова. Скучала, путешествовала, убивала... Альф сейчас почувствовал легкий укол зависти такой свободе, такой безмятежности и верности - и ему вдруг стало грустно, что он сам не мог отдаться вольному ветру, как когда-то давно. Реальность брала свое, но и здесь у неё не оказалось шанса все испортить. Альфарий тоже скучал и все это время внутренне ждал повторения встречи с подругой.

А тем временем центр внимания плавно перетек с парочки на Эрику, оставшуюся в одиночестве у остывающего деревянного трона. Она опустила щит, но продолжала крепко сжимать копье, чье острие было направленно на незнакомку, а взгляд настороженной буйволицы нещадно топтал бледноликую красавицу. И тем забавнее и смешнее были пробежавшие складки на сморщившемся носу рыжей воительницы, что было реакцией на последнюю фразу Диланы. Именно тогда Альф приметил странное алое свечение из-под плаща вампирессы, тут же почуяв присутствие в доме чего-то необъяснимо и невероятно могущественного. Чего-то, что мог ощутить только поистине опытный воин - великое оружие... Но миг пролетел и вот Магнус уже смотрел на Эрику. Прочитав ли радость и умиление в глазах всегда мрачного и задумчивого Владыки, или же осознав курьезность своего поведения от пробежавшей по собственному лицу выражению, она вдруг смягчилась, неловко пряча взгляд, но быстро собравшись. Лисбет выпрямилась, подняв копье и ударив древком о пол, встряхнула рыжими волосами и уверенно спустилась вниз, подойдя к мужчине и остановившись так, что между ней, Диланой и Альфарием был ровно метр. Магнус ощущал исходящее от неё напряжение и он понимал его природу - совсем недавно девушка потеряла своего отца от рук неизвестного, неуловимого похитителя, а теперь в самом сердце был незваный гость, неизвестно каким образом вообще проникшись через часовых, стены и патрули...
- Я ей не доверяю, - скупо и зло произнесла Эрика, продолжая буравить взглядом вампирессу; кажется, её ни чуть не напугали клыки, но наоборот заставили лишь больше собраться и сконцентрироваться. Положение явно спаса улыбающийся и радостный Владыка...
- Я и не прошу, чтобы ты ей доверяла. Её прибытие должно остаться в тайне и останется, тебе ясно, Эрика? Я все объясню тебе позже, а сейчас, я хочу, чтобы ты убрала оружие и села с нами за стол. Мы будем говорить, как равные, - замолчав, Альфарий требовательно смотрел на своего оруженосца, ожидая её действий. И она не могла сопротивляться, покорно кладя копье и щит на стол, после чего Берсерк продолжил говорить, - Это Эрика, мой оруженосец. Прошу простить её поведение... Оплот... Наш народ сотрясает череда странных происшествий, исчезновений и убийств. Мы не можем поймать их! Но уверен... скоро нам подвернется такой шанс.
Магнус галантно предложил девушкам присесть, пододвигая стулья, после чего уселся сам, благоразумно размещаясь между воительницами во избежание эксцессов. Теперь они могли спокойно говорить...
- И все же невероятно, как ты нашла меня. Я не удивляюсь, как легко ты проникла сюда, но... Хм... - Альфарий вдруг задумался, - Я рад тебя видеть, Ди. Ещё раз. Многое меняется теперь, быстрее, чем можно только подумать. Близиться война, она всегда-то рядом, но сейчас особенно! Ты ощущаешь это? От того я сильнее рад, что ты пришла ко мне. Встретить подругу перед последним боем... Это всегда важно.

6

В ответ на слова Эрики, Лана лишь расхохоталась, с трудом контролируя громкость звонкого смеха. неспешно снимая перчатки с изящных рук, спрятала их во внутреннем кармане плаща и веско произнесла.
- Ничего удивительного, девочка. Я бы сама себе не доверяла!
Ди источала не только аромат, но и радость, на которую только была способна. Её переполняли многие эмоции, и не смотря на всю скупость их в обычном состоянии, сейчас она с трудом сдерживала себя, чтобы не запрыгнуть на стол и начать судорожно рассказывать Альфарию о своих приключениях, или злоключениях! Ей хотелось смеяться, громко спорить, кричать о несправедливости этой жизни к мёртвым, и об излишней самоуверенности живых. Хотелось выплеснуть все свои эмоции, все свои слова, что так долго копила их, надеясь на встречу со старым другом. Но слова все застряли в горле, так и не вырвавшись на свободу. Она ощутила странные сомнения в его движениях, бросила беглый взгляд на руку, точнее на то, что от неё осталось. Глаза сверкнули холодным блеском аметистов, пальцы невольно сжались в кулаки. Мёртвая прикрыла глаза, смиряя свой гнев и ненависть. Глаза распахнула вместе с улыбкой на лице.
- Очень приятно, Эрика. Диланиэль Бернэ, но можешь звать меня Ди. Друг Альфария, мой друг. И, в таком случае, у меня нет повода не доверять тебе или скрывать что-то.
Вампирша сняла плащ, небрежно бросив его на спинку стула. На белоснежной рубашке сверкала лунным светом морда хищника, брошь, доставшаяся, уже давно, что юная Бернэ даже не помнила откуда именно она у неё. Броня, кожаные брюки, высокие сапоги, всё так же осталось неизменным. Казалось, что время не властно над этой девушкой. С каждой встречей она оставалась в точности такой же, как и сотни лет назад. Да только Магнус не знал её настолько давно.
- Хм, - задумчиво начала она, усаживаясь вполоборота, чтобы видеть обоих живых, - скажем так, что в последние полгода меня носило по таким злачным местам, что тебе не снилось даже в юном возрасте, когда на уме были лишь девчонки, драки и вино. Но поверь, в этих местах было столь интересно, что я не могла не использовать те шансы во благо себе.
Ди слушала мужчину с каменной маской на лице, ни единой морщинки, ни взмаха ресниц, ни вздоха на высокой груди - всё это ей не нужно было, перед ними было ледяное изваяние. Но на последних словах, Лана внезапно приблизилась к берсерку, оказавшись так близко к его лицо, что едва не касалась его губ.
- Если это будет твой последний бой, то тогда у меня будет ещё больше желания найти тебя, чтобы полностью, наконец-то, овладеть твоими душой и телом.
Она говорила на полном серьёзе, ничуть не улыбаясь. Сказано это было тихо, но чётко, чтобы донести весь смысл произнесённых слов не только до де Кэсселя, но и до его оруженосца.
- У вампиров тоже не всё так сладко и тихо в последнее время. Активизировались не только крупные планы, но и малоизвестные. Грядет нечто большее, и я даже не могу представить, что именно. Но главное для меня, не прозевать шансы и возможности. Как давно начали происходить исчезновения? Кто именно исчез?
Дилана могла лишь предполагать о возможной причастности вампиров к исчезновению людей. Ведь неизвестно, в чьих жилах течёт Древняя кровь. В простом смертном, или богатом лорде? Она владела лишь малой частью этой информации, но этого было достаточно, чтобы начать подозревать и сопоставлять случайности.
- Ты знаешь моё отношение к этим войнам. Я предпочитаю оставаться в стороне, ища исключительную выгоду для себя. Но когда задействована Семья, я  не могу просто так находиться в безопасности. Меня заставят, даже против моей воли. Но в этот раз я хочу воспользоваться происходящим. Жаль только, что ты будешь занят своими делами. Знаешь, почему-то мне кажется, что мы ещё пересечёмся в этой войне.
Она улыбнулась, поудобнее усаживаясь на стуле, откинувшись назад и запрокидывая голову, устремив свой взгляд вверх. Казалось, прислушивалась к вою ветра и волков, гадая, останется ли жив конь к её приходу.
- Что с тобой произошло? - поинтересовалась она, намекая на всё, и в то же время не ставя ограничений в будущем рассказе, - я же знаю, что ты хочешь поделиться некоторыми вещами.

7

Ди создавала впечатление застывшей скульптуры, высеченной гениальной рукой мастера из сплошной мраморной плиты. Её движения, сопровождающие речь, были плавными, но скупыми, строгий минимум необходимого и небольшая доля привычки и артистизма... И все же, даже будучи мертвой, она все ещё была такой же красивой и устрашающей. Так, должно быть, ощущают себя мыши, гипнотизируемые коварной змеей, но обман все же не был присущ Лане, особенно с ним, Альфарием. И если хотела, она бы уже давным давно попыталась убить и его самого, и юного оруженосца, и только их умение и доблесть могла бы спасти их. Могла бы, но... Ди явно изменилась за прошедшее время - она обрастала могуществом, и кто знает, более или менее сильным, чем Владыка?..

Когда Дилана вдруг подалась вперед, замирая в сантиметре от губ Альфария, он слегка отшатнулся от неожиданности, а после сам, скорее инстинктивно, покачнулся вперед. Его лицо обдало могильным, мертвым холодом исторгаемого легкими вампирессы воздуха, ответом которому стал привалившись к лицо поток крови, вместе с жаром и дрожью. Но, конечно же, поцелуя крови не случилось, не настал ещё тот день, когда несравненная Ди снизойдет до животных желаний смертного... Однако, её слова четко обозначили условия. Смерть, где в посмертии демонолога будет ждать не ехидная тварь с косой, но прекрасные аметисты хищных глаз. Хорошая альтернатива...
- Значит, ты мой ангел смерти... Поэтому ты всегда и найдешь меня. Когда настанет тот день, что мне будет суждено умереть, я завещаю свою плоть и душу тебе, - если смогу сам её вырвать из лап демона...
Альфарий говорил откровенно и не таясь необычного свидетеля. Никогда прежде за ними столь явно и нагло не наблюдали, но Владыка не опасался проявить слабость или сболтнуть лишнего. Оруженосец был, можно сказать, его личным Рабом, Учеником и Воином. Находясь вне иерархии Ордена, Эрика подчинялась напрямую Магнусу и единственная её задача была во всем помогать, оберегать Владыку и впитывать все даруемые знания. Так он готовил себе замену, если она однажды понадобится...
- Война всем дарует шансы, перспективы. Нужно быть только достаточно дерзким и сильным суметь их выудить и воспользоваться! Твои слова только утверждают меня в уверенности, что грядет нечто более масштабное, чем даже Война с Марагором. Что до исчезновений... Около полугода назад. Сначала неизвестным был показательно убит и обезглавлен прошлый лидер, потом один за один стали исчезать люди. Бесследно. Никакой четкой системы, взаимосвязей не видно - они просто пропадают. Я и сам стал помышлять, что... Быть может, в окрестностях завелась некая семья полудиких вампиров? К чьим угодьям относится эта земля? Если в исчезновениях замешаны ночные хищники, я Клянусь Луной, что истреблю весь их клан, сколь бы силен и могущественен он не был! - сопровождая свои слова громким ударом о стол, Альфарий вдруг замолчал и задумался. А вдруг, это были вампиры Берне?.. Нет, если уж он и знал что-то о ночных хищниках, так это о семье Диланы! Их угодья были глубоко в сердце Империи.
- Что с тобой произошло? Я же знаю, что ты хочешь поделиться некоторыми вещами, - от неожиданных, вкрадчивых слов вампирши, Альф слегка оторопел, заново собираясь с мыслями. Что она хотела знать? Возможно, все. Все, что он хотел бы рассказать...

- Хм... Я говорю о грядущей войне, но скрываю, что моя война уже давно идет. По мою душу спустили псов Инквизиции, а я все больше и больше погружаюсь руками в плоть прогнившей Империи. Но даже мертвая, она все ещё может кусаться - так я потерял руку. И что-то ещё, но гораздо раньше - у меня была встреча с дальними родственниками, сильно ранившая меня и поставившая под удар сил, которые выше нашего с тобой понимания. Теперь я вынужден бороться с последствиями своих решений, но, чувствую... Что иду верной дорогой. И я надеюсь, однажды она сольется с твоей, и мы будет идти по окровавленному снегу, собирая жатву из наших падших врагов.

8

Ди усмехнулась, услышав об ангеле смерти. Что ж, эта была прекрасная перспектива на будущее, всё же завладеть этим превосходным воином. А потом, ещё одним прекрасным магом. И тогда, моя маленькая армия сможет перевернуть весь этот мир. Забавно. Особенно строить планы, мечтая, словно маленькая принцесса. Даже если они никогда не сбудутся, всё равно, приятно. В голове тут же начали возникать образы, мечты, желания. Девушка наблюдала за ними и за Альфарием с лёгкой улыбкой, отчасти, могло б показаться, что даже безумной.
- Война с Марагором..., - задумчиво произнесла эльфийка, - кажется, эту войну я тоже прогуляла. решив заняться чем-то более интересным.
Она говорила об этом так легко и непринуждённо, будто бы об уроке, на который не хотелось идти, вопреки всем обещаниям родителям. На громкую речь и удар кулаком об стол, Лана всего лишь пожала плечами, покачиваясь на стуле, рискуя свалиться вместе с ним на пол. Даже в таких мелочах ей нравилось балансировать на тонкой грани.
- Знаешь, в виду некоторых обстоятельств, из нор вылезают теперь  все вампиры, в том числе и малоизвестные, так и дикие племена, скажем так. Бернэ не ведут себя столь дико всё же, что не говори, а моей Семье принадлежит не только сила, опыт, но и осторожность. Мы не станем бросаться сломя голову, чтобы начать вырезать, прости Альф, каких-то людишек. Если бы среди них был тот, кто нам нужен, то забрали бы одного, а мешающих убили, и то, по возможности это произошло бы тихо, быстро и без жертв. Так что, я  не смогу тебе сказать, чья это территория. Но точно, к нам эти исчезновения и жертвы не относятся.
Юная Бернэ тихо покачивалась на стуле, изредка вдыхая едва уловимый вишнёвый аромат, который так безумно полюбила, в последнее время. Возможно, он даже несколько успокаивал её буйный характер, и погружал в различного рода, фантазии, которым предавалась, словно девчонка. Но тут вдруг она грациозно, скорее даже, показательно для Лисбет, поднялась и в одно движение свалилась Альфарию на колени, запрокидывая голову и смотря на оруженосца, хитро улыбаясь.
- Увидев тебя в первые, я сразу поняла, что ты будешь пользоваться успехом в этом мире. Помнишь, как всё начиналось? Ах, какая гроза! Унеси меня отсюда, мой сладкий десерт.... Я бы, конечно, ещё разделась, как тогда, но в тот раз на мне был один лишь плащ, а тут, замучаешься снимать броню и всё остальное.
Брюнетка расхохоталась, подмигивая другой девушке и вновь поднялась на ноги. Сделала незамысловатый пируэт вокруг Магнуса и вскочила на стол. Шага изредка сияла алым, а вот глаза мёртвой эльфийки источали невероятную силу и любовь к приключениям, свободе, невозможным поступкам.
- Альфарий. Магнус. де Кэссель. Пошли к чёрту всякого. Ты можешь кусаться ничуть не хуже всей Империи вместе взятой! Ни один чёртов родственник, живой или мёртвый не может ранить тебя. Ты не прав. Ты не вынужден бороться с последствиями.
Она села на столе перед ним и, приложив обе ладошки к его огромной груди, в области сердца, продолжила свою горячую, полную страсти, речь.
- Ты идёшь той дорогой, которую выбрал сам. Это не последствия. Это не вынужденная боль. Это твоя истинная сущность. Твоё настоящее. Твоё будущее. Да не будь у тебя хоть головы, ты будешь всё так же силён! А всё потому, что у тебя есть сердце. Горячее, искреннее, огромное. Ни один демон не сможет завладеть тобой, ни сейчас, ни потом. Отринь всё происходящее с тобой и просто вспомни, кто ты. Вспомни, каким ты видишь себя в собственном сердце. Только там истинное правосудие. Не бойся. Ничего не бойся, не жалей и не думай о последствиях. Всегда только иди вперёд.
Коснулась пальцев его руки, обжигая льдом прикосновения и пламенем речей. Соскользнула со стола, и прошествовала к трону, после чего, нагло уселась и там, поёрзав на месте. Кажется, что-то не понравилось, вскочив, вновь принялась расхаживать по тронному залу, изучая стены. Ей было крайне трудно усидеть на месте, её мёртвая душа всегда требовала движения.
- У нас, мёртвых, с этим всё проще, с одной стороны. Вижу цель, иду к успеху, не ведая преград. Это Старшие чего-то там наверняка придумывают, сидя длинными днями в своих вот, подобных, высоких креслах. Стратегия, тактика, интриги. Но с другой стороны, в нас нет той горячности поступков, нет того пыла сердца, что есть в вас, живых. Правда, тоже в некоторых. Я скорее действую по старой доброй привычке, всё так же неадекватно, и непредсказуемо. Но думаю, это вероятнее всего потому, что я женщина, и тут говорить о какой-либо логики вообще не следует.
Оказавшись на противоположной, от живых, стороне стола, Дилана остановилась, с любопытством оглядывая Лисбет и её Владыку.
- Я искренне надеюсь, что мы пройдём часть пути вместе, рука об руку. Ибо мои обещания в верности не подвластны векам.  Что ж, но думаю, я здесь не только для того, чтобы надеться на будущее. Надеюсь, мы сможем сейчас помочь другу другу и в настоящем. Что вы делаете здесь сейчас? Прячетесь? Собираетесь с силами? Просто зимуете? Ах, да. Твоих часовых выпороть надо, можно прилюдно. Пройти не составило труда. Ой, ты наверное, хочешь отдохнуть? Да и маленьким девочкам тоже пора спать.
Вновь хитрая улыбка и лёгкая попытка вывести Лисбет из состояния равновесия. Хотя, зная отчасти характер берсерка, вряд ли огненно рыжая воительница хоть взглядом поведёт на все выпадки мёртвой.

9

Дилана, презрев все нормы и любую этику, стала носиться по залу длинного дома, она была ровно такой, какой демонолог запомнил её навсегда - полубезумной, озорной, хищной, властной и постоянно недоступной. Беснующимся призраком, она летала по столу, трону и коленям Альфария, постоянно оказываясь то тут, то там... Берсерк был спокоен, вернее, удовлетворен, звонкие слова немертвой распаляли в нем жар, а такое веселое, непривычное для этих мест поведения, все больше и больше насыщали его чувством жизни. Однако только Эрика сидела рядом, постоянно меняясь в лице: то собираясь, как дикая волчица, то недоумевая, как медведь, оставшийся под своей малиновой грядки, и от этого становилось только забавнее! Оруженосец был стеснен правилам, стеснен отсутствием адекватной реакции у своего Владыки и контужен неадекватным поведением гостьи, а потому ей оставалось только молчать и внимать, ведь... Как бы она не относилась к происходящему, здесь и сейчас творилась история и разбалтывались тайны, не доступные болотному народу - близость к Владыке открывала невероятные перспективы к познанию. Нужно было лишь слушать, и так Лисбет и решила, дабы не натворить глупостей... И все же временами зло поглядывая на вампирессу, то в реакцию на близость к Магнусу, то на мысли об обнажении, то презирая и завидуя нечеловеческой грации и очарованию.
Аромат вишни вскружил голову всем...
- Ах, Ди... Столь энергии, столько жара! И кто из нас ещё живой?! - Магнус раздался громоподомным смехом, настолько неожиданным и непривычным, что начало резать горло; уже слишком давно берсерк не смеялся так открыто и искреннее... - Жаль, ты снова уйдешь... И снова мы вернемся в грязную рутину наших дней, славу ратных подвигов и интриги приключений. Спасибо тебе.
Альфарий улыбался и был, внезапно, краток - он получил столько ответов, столько слов поддержки и столько сладких образов, что просто не мог ничего сказать. Он чувствовал, что его поймут без слов, поймут его благодарность, произнесенную с той искренностью, на которую был способен только он. Сердце билось, яростно гоняя кровь по венам, распаляя тугие мышцы и вот уже довольно прохладное помещение, пропахшее смолой, свежей древесиной и вишневым ароматом, стало чудовищно душным и жарким, настолько, что хотелось раздеться, вот только, мучиться с всем этим снаряжением... Ещё и одной рукой. Магнус отмахнулся от юношеских, озорных мыслей, понимая, что Ди всегда будет играть с ним, как с мышью - до тех самых пор, пока он не станет, как она. Но готов ли он принять поцелуй крови? Мысля об этом иными ночами, Альфарий понимал, что не мог. Нежизнь, лишенная красок, чувств, холода и жара, нагоняла на него не просто тоску, но ужас и потусторонних страх - его разум и звериная душа не вынесет такой слепоты, ещё больше погружаясь в кровавое безумие.

- Мы собираемся с силами и готовимся к войне. Империя слаба и я собираюсь ударить, снова, пока инициатива в моих руках... С каждым днем мои позиции в Риверлэнде будут укрепляться, и однажды, со мной начнут считаться даже вампирские кланы. Я уничтожу любого, кто посмеет помешать мне... И тебе тоже. Твои враги - мои враги. Протруби в рог войны и я выступлю первым, кто встанет рядом с тобой, кто бы то ни был.
Замолчав, Альфарий вдруг погрузился в задумчивость... Он чувствовал, что желал помочь Дилане, но понимал, что не может. Или может, но сможет ли она попросить? И его посещала мысль... Мысль попросить о помощи самому.
- Что ты знаешь о происходящем в Империи? Я говорю про Сопротивление...

10

- Моя задача, создать иллюзии для мира живых.
Ди подняла указательный пальчик вверх, делая умное личико. Но этой маски хватило не надолго. Она расхохоталась, вместе с Альфарием, только смех её не был громоподобным, скорее, больше напоминал звон ручья, что весело журчал под той самой вишней, из которой была сделана рукоять Алой зари. Но смех стих, а по лицу Альфария, она прекрасно поняла, что ему будет холодно и одиноко рядом с ней. Он другой человек, он тот, кому всегда нужен жар битвы, настоящей, что греет тело и душу. Что мёртвая эльфийка сможет быть лишь верным другом в жизни и верным соратников в битве. Но не более. Они оба это прекрасно осознавали и потому, предложений вслух больше не было. Но в мыслях Лана всё равно жаждала завладеть Магнусом после смерти. И не важно, в каком тот будет состоянии. Она согласна, даже если он будет просто сидеть все свои столетия в её комнате и развлекать разговорами о былой славе. Волна горького одиночества пыталась пробиться о несокрушимую маску льда, но и в этот раз ничего не вышло.
Вампирша уселась вновь на стул, закинув ноги на стол и принялась качаться. Сидеть напротив своих оппонентов по диалогу было намного легче, так она могла контролировать любую ситуацию, в том числе и эмоции живых.
- О, Владыка! Мои враги, это почти все живые и мёртвые. Боюсь, даже у тебя не хватит сил. Но знаешь, я воспользуюсь слабостью, когда ты будешь добивать Империю, да и остальных вампиров тоже. Хм, есть у меня один секрет, который я храню где-то вот тут, в маленьком кармашке кожаных брючек.
Лана тихо хохотнула, похлопывая себя по поясу. Конечно, никакого там кармашка не было, это было образное заявление о том, где хранится тайна. После чего, она продолжила всё тем же деловым тоном.
- Я не буду против, если ты убьёшь и кого-нибудь из наших. Есть пара личностей, которых мне хотелось бы оставить в живых, а так, мне без разницы. Война, есть война, не так ли, Магнус? А что касается Сопротивления.... Я без понятия. Наверное так же, как и ты про Древнюю кровь. Увы, каждый из нас интересуется лишь той частью информации этого мира, которая важна ему для достижения поставленных целей. Так что там, за очередной бунт на корабле? Выступают против правления юного матриарха? Или что-то новое? А где берёт начало? Ты хочешь соединиться с ними? Или воспользоваться, пока они будут грызться с королевскими войсками? Ну, давай же, не томи!
Дилана убрала ноги и подалась вперёд, будто ей сейчас расскажут интересную сказку. Полностью обратив свои острые ушки в слух, даже начала ёрзать на месте от любопытства.

11

Мужчина неторопливо покачал головой, продолжая улыбаться в ответ на слова Ланы... Древняя кровь? Секреты немертвой жизни, тайны и сокровенные знания иной, загадочной и опасной расы? Похоже, не только Эрика могла извлечь для себя много нового из беседы старых друзей...
- Брось, моя жажда знаний куда больше, чем может показаться! - Владыка небрежно махнул рукой, подаваясь вперед и привставая с стула - он облокотился всей своей тушей на стол, от чего тот вдруг слабо заскрипел, - Что это за "Древняя кровь"? Я никогда об этом не слышал, а потому, не интересовался, но если это поможет мне в моем деле... Не в войне, но кое-что другом. Я хочу знать все. Демонология - мой профиль, в котором я чудовищно преуспел, но мне важно знать больше о природе мироздания, о самых его корнях. Быть может, неизвестные, если они вампиры, пытаются столь нехитрым образом добыть эту самую кровь? Но наверняка её обладатели незаурядные люди... Тогда все снова бессмысленно. Оставим теории. Расскажешь о древней крови и её значении для живых и вампиров?
Но Ди не ответила. Или не успела - у неё были свои собственные вопросы, бьющие в самую суть. Магнусу пришлось вновь призадуматься, откидываясь обратно на спинку стула и отпуская многозначительный взгляд на рядом сидящую Эрику. Что же он хотел?.. Стать в ряд с реакционерами, такими же глупыми и слепыми дворянами, что и лоялисты, фанатично преданные юной и безответственной, но такой горячей Императрице? Или же наблюдать, ожидая удобного момента для удара и оказаться на гребне волны? Нет... Замысел Альфария был куда глубже.
- Я хочу... - рука Берсерка вдруг легла на стол, а он выпрямился, блуждая взглядом по стенам длинного дома, пока наконец не отыскал аметисты Диланы, - Мне уже поступило предложение присоединиться к Сопротивлению. Помочь им в их нелегком деле, навести шума и получить преференции. И вместе с тем оказаться втянутым в чью-то игру, примкнуть невольным бойцом к одному из лагерей... Нет, этого я не хочу. Суть в том, что это восстание или, как они называют, "революция", не более чем фикция. Одни высокомерные ублюдки хотят поставить своего ставленника, а не угодного фаворита противоположного лагеря сместить. Всех убить, оставшееся поделить. Политика империи измениться, но суть останется прежней. Стагнация, разложение и отложенный крах... Необратимый. И неизбежный. В интересах человечества, я хочу облегчить учесть людей и приблизить Хаос, дабы начать истинное возрождение и освобождение. Смену всей формации, самих законов жизни и существования! Так что же я хочу?..
Долгий взгляд замер, а глаза ужесточились, показывая, каких мрачных и жестоких демонов приютила разбитая душа Берсерка. Карие озера были полны закованного в титан жара ненависти и чего-то безумного и такого... самодовольного. Хитрого и опасного.
- Я хочу чтобы ты убила Дэймонда де Морделана. Или теперь более известного как "Лионхарт", претендент на трон Императора. Убить его жестоко, как мученика, в своей детской кроватке - убить так, чтобы все пришли в смятение и ярость и винили в смерти ребенка друг-друга...

Неожиданный ход. Если Лана согласиться... Но что её заставит? Ничего. Альфарий и не надеялся - идея пришла ему в голову внезапно, из ниоткуда, словно нашептанная кем-то с стороны. Но это была его идея и его искренняя просьба. Что же ответит вампирша?.. Готова ли она сделать первый шаг к тому, что было зачато пол года назад - к союзу двух скрытых, амбициозных и перспективных сил? Или же химера будет спать дальше, ожидая своего часа пробуждения...

Отредактировано Альфарий (2018-10-29 20:36:07)

12

Судя по её внешнему виду, сказка оказалась так себе. Со скучающим видом, слушая про преференции, фикции  и революцию ублюдков, медленно вернулась в исходное положение, закинув длинные ноги обратно на стол. Для Лисбет, наверняка, это казалось сверх оскорбительным, так вести себя при её Владыке. Да только это Альфарий был её хозяином, скажем так. А запретить что-либо вампирше мог только Старший Бернэ. Потому, скука, найдя своё отражение в её глазах, не нашла столь жаркого отклика в мёртвой душе, как прежние слова. И эмоции свои она не скрывала. Она ненавидела всю эту политику, какие-то слишком хитрые ходы, всё это вранье, намеренный хаос лишь для того, чтобы поймать каплю выгоды в своём деле. Это выдуманная война, показная, что находится на поверхности, не интересовала её в той же степени, что де Кэсселя. Но обещания были даны вслух, и не в её правилах отступать, хотя, как существо мёртвое, и крайне подлое, она могла поступить так, как была вольна. Из сапога был выужен кинжал и девушка принялась рассматривать его, изучая каждую грань. Так она могла сосредоточиться и подумать над тем, что ответить старому другу. Снова ледяная маска смерти застыла на красивом лице. Не было томных взмахов ресниц, глубоких вздохов или иной деятельности, что выдавали в ней жизнь. И заинтересованность в данном деле. Казалось, будто огонь в зале похолодел, но то было лишь видение. Но тем не менее, от Диланы чувствовался могильный холод, медленно расползающийся от её волос, словно призрачные тени, что открыли охоту за берсерком.
- И где я его должна найти?
Она подняла взгляд, но смотрела на Альфария исподлобья. Во взгляде можно было прочитать немое согласие, но какое-то ... отрешённое. Он понял, что специально она не кинется прямо сейчас на поиски неизвестного. Но знал, что она предпримет возможные усилия и связи, чтобы найти этого самого претендента на трон Империи. И что если он подвернётся под её когти, то она без раздумий разорвёт его самолично. Будет пытать, изуродует до неузнаваемости, но .... Не сейчас, и даже не завтра. А лишь тогда, когда будет находиться поблизости. Пока ожидала ответа, продолжала пристально смотреть охладевшим в миг взглядом, а сама прикидывала, насколько ей будет выгодна его смерть. И вообще, стоит ли делать крюк в поисках этого сосунка и бросать свои дела? Хотя, чёрт знает, где я могу оказаться. Так что же будет после его смерти? Стоит ли спрашивать тебя, Альф? Или ты ждёшь, пока и это Сопротивление превратит само себя в Хаос, полностью разрушив, а ты перехватишь инициативу? Наверняка. Что , попытаться стоит. А вдруг, этот самый Дэймонд окажется носителем крови? А вот это будет уже интереснее.

13

Реакция девушки отличалась от ожидаемой Альфарием, но, с другой стороны, она не застала его врасплох... Радость, живость и заинтересованность слетела с лица Ди, но что она ожидала? Или же её не радовала перспектива сделать что-то полезное для другого? А как бы повел себя сам Альфарий, попроси Лана у него о похожем одолжении? Пожалуй, для Берсерка ответ был очевиден, как очевидна сила данного слова и заключенного между ними Союза - ведь это был Союз! И до последней капли крови Владыка был бороться за него, исключая лишь тот случай, когда... Когда Союз существовал не искреннее.
И все же, Альфарий не просил и, тем более, не требовал. Его спросили, чего он желает и он ответил, а значит, свобода действий и решений все ещё была в руках вампирессы...
- Тебе не составило труда найти меня, Ди. Если ты хочешь исполнить мое желания, я думаю, ты найдешь этого мальчишку... Ничего сложнее, чем поиск одного демонолога в заболоченном лесу. В целом, он может быть где угодно - но если я мог лично заняться поисками, то начал бы с самого пекла... - Альфарий замолчал, поглядывая через плечо на собравшуюся и настороженную Эрику, - Так ты не поделишься секретом? Что за древняя кровь, в чем её свойства? И как её найти? Исходя из названия, я могу предполагать, что это обычная кровь в жилах необычных людей... Отпрыск рода Лионхарт - если в нем нет древней крови, то её нет ни у кого. Впрочем, это только предположение.
Альфарий словно пытался заинтересовать Лану, но, это было не так. Он пытался теперь сменить тему и пустить их беседу в новом ключе. Извлечь из встречи старых друзей максимум тепла и пользы, ведь все когда-нибудь закончиться... И гость уйдет, как и иллюзия спокойствия в Риверлэнде.

14

- Ну, я просто подумала, что у тебя уже вполне могут быть зацепки о его местонахождении.
Она пожала плечами. Просто одно дело искать того, кто нужен тебе не просто для пустых разговоров, а для чего-то более важного. И совсем другое, выполнять задание, пусть и по просьбе союзника. Это было куда более скучно и совсем не было выгоды для неё. Она разрывалась между его желаниями и заданиями своей Семьи, понимая, что приоритеты придётся расставлять теперь в определённых порядках, чтобы не сбиться с истинного пути.
- Ох, Альфарий, не всё так просто. Если бы в нём или в тебе была та Древняя кровь, хоть самая малость, вы оба были бы уже во власти Бернэ. И ты не прав... это необычная кровь, наделяющая свойствами самых обычных людей. И единственное, что я могу сказать, Древняя - очень важна для нас, вампиров. По этой причине, множество вампиров вылезают сейчас из тени, подставляясь под удар. К тому же, охота ведётся не только на существ, но и на мою Семью. Убивают Хранителей, а я сижу здесь и должна буду найти какого-то ублюдка, желающего захватить трон, чтобы ничего потом не изменилось. Я и забыла, насколько мы с тобой всё же далеки....
Она встала с места, и направилась к огню, встав рядом и просто  вглядываясь в алые искры. Замолчала, не желая вообще что-либо больше обсуждать, утонув в каких-то своих невесёлых мыслях. Она пришла сюда за другим. И, похоже, в её мыслях Альфарий Магнус де Кэссель был несколько иным, нежели есть на самом деле. Кажется, я стала слишком многое упускать из вида и всё больше витаю в своих мечтах, надеясь на что-то. На что? На другую жизнь своего мёртвого существования? Ведь бесполезно же.
- Я пришла сюда не за этим. Но я услышала твои желания и постараюсь их исполнить. Может быть не сию минуту. Или ты желаешь, чтобы я ушла выполнять твой приказ сейчас, о, Владыка?
Она задала вопрос, не оборачиваясь, положив правую ладонь на шпагу и чувствуя на себе взгляд Лисбет, несколько растерянный, но всё же настороженный. Мёртвое сердце не стучало в такт словам, а лишь мерцало холодным блеском, скрывая истинные чувства, что почему-то терзали её душу воспоминаниями. Пусть и мёртвыми, но всё равно не забытыми. Всё же иногда она возвращалась мыслями к определённым моментам, когда ощущала себя, словно живой. Странно, но будучи светлой эльфийкой ощущала себя обделённой, а умерев однажды и воскреснув вновь, поняла, насколько сильно изменилась. Но... Она была готова уйти в любой момент, хоть прямо сейчас, не дожидаясь ответа. Лишь проговаривая про себя имя того человека, которого ей предстояло найти и убить.

15

Вампиресса отошла в сторону, повернувшись к живым спиной и погружаясь в собственные раздумья. Все же, между ними не было разницы... Такой особой или критичной, как могла бы быть между живым и немертвым; их терзали одинаковые сомнения, одинаковое чувство долга и одинаковое разочарование в действительности. Мир в общем и целом был не так радужен и прекрасен, как рисует его сознание... И Альфарий чувствовал это, принимая вселенную такой, какая она есть, во всех её грязных и подлых олицетворениях. И все же, он хотел было сказать, что многое изменилось, хотя не изменилось ничего - и Альф и Ди остались все теми же. Такими же разными и такими же родственными. Их тянуло и отталкивало друг от друга... И Альфарий помнил, как вампиресса отреклась от его преданности тогда, в Ноксе, но не было ни жажды мести, ни зла и зависти. Рыжий Берсерк просто смирился с течением времени...
Встав с своего места, он положил ладонь на плечо Эрике, шепотом прося её удалиться. После краткой паузы, она подчинились и скрылась где-то за троном, не забыв прихватить свое копье и щит... Теперь Берсерк и Убийца были один на один.
- Наши встречи цикличны. Мы как корабли, застрявшие в петле времени в тот миг, когда водоворот сталкивает наши корпуса и разбивает вдребезги... Каждый раз, одно и то же, - Альфарий непривычно тянул слова, обходя стол, дабы приблизиться к Дилане, осторожно, как волк, подкрадывающийся к разъяренной волчице, - Не такие уж мы и разные. Живые и мертвые. Мы учить одни духовные техники - существуем на одной планете. И одинаково разочаровываемся во всем, что нам не нравится. Я не хотел расстраивать тебя, если ты расстроилась - ты спросила мои желания. Я ответил. И все же, не стану оправдываться - ты, думаю, понимаешь все и сама. Все же, не смотря на наши схожести, хах... Нас интересуют совсем разные вещи. И это единственная, но такая роковая разница.

16

Она слышала, как Эрика тихо удалились, оставив их наедине. Лана хотела этого, но не просила вслух, она знала, что не в её праве было этого сделать. Она не может распоряжаться жизнями чужих, особенно если они всецело принадлежат Альфарию. Лишь молча желала этого, не произнося вслух. Может Магнус и доверял этой девчонке, своему юному оруженосцу, но Бернэ редко кому могла доверить из своего окружения, услышать подобные разговоры. Есть буквально несколько личностей, которым она может всё рассказать. Или же почти всё? И тут вдруг осознала, что ни Магнус, ни Сайрус ни знают всей правды о ней. И даже Регис, что был так близок, не располагал и половиной информации, тайн, которыми она могла бы поделиться. Она не могла довериться никому полностью, даже самой себе. Так может, в жизни вампира так и должно быть? Мы существа подлые, верить нам нельзя, так и мы поступаем? Но в таком случае, не образовывались кланы, Семьи. Дурацкие мысли. К чему всё это? Почему я не стала одиночкой, как некоторые? Просто потому что, обративший меня е бросил подыхать в той подворотне? К чёрту.
Она чувствовала каждый его шаг, буквально ощущала, как он приближается. Но не предпринимала ничего, продолжая играть в свою игру. Была ли зла на что-то? Несомненно, но на что именно, не могла понять. Но старалась держать свою злость и колкость слов при себе, не забывая о данных обещаниях, ни себе, ни ему.
- Мне иногда кажется, что я не из этого мира. И до сих пор живу в своих иллюзиях. Где иное представление обо всём. Наверное, я не тот вампир, которого бы хотела видеть Семья, - желания не было даже на улыбку, потому что осознание собственных мыслей стало внезапно проявляться на поверхности, порождая всё новые и новые догадки, - а ты мне так и не ответил на вопрос. Мне уйти сейчас исполнять приказ Владыки. Или у тебя есть ещё ко мне какие-то дела?
Ты прав, наверное. Роковая разница, именно так. Что же свело наши корабли вместе? Жажда приключений? Или какая-то отрешённая ненависть к жизни?
Жаркие языки пламени облизывали сухое дерево, уничтожая его полностью. Ещё немного и весь зал погрузиться во тьму, такую привычную для мёртвой эльфийки.

17

- Ты та, кто ты есть! Из этого ли мира или нет, одобряет ли твои действия Семья, все это не имеет значение перед твоей волей и сознанием - ты сама формируешь себя и свое окружение. Откуда бы ты ни была родом, что бы не было частью твоего естества, ты, это ты, и свою правоту ты доказываешь тем, что ты ещё существуешь! Мыслишь и творишь, меняя мир вокруг себя и взаимодействуя с другими... Кому-то это может не нравится - пусть осмелиться сказать это в лицо. И тогда я встану рядом с тобой, грызть глотки наглецам... - Альфарий оскалился, сжимая кулак и насупился, все больше и больше походя на старого, матерого волка, угрожающе рычащий на врагов. Впрочем, следующая фраза успокоила пыл Берсерка, остужая его душу - все-таки, ментальное взаимодействие между Альфарием и Диланой не поддавалось пониманию. Они филигранно ощущали перемены в настроении друг друга и, казалось, будто подстраивались друг под друга; по крайней мере, так ощущал Магнус...
- Ты моя гостья. Хватит себя так вести, будто я оскорбил тебя, только потому, что сказал не то, что ты ожидала - или ты считаешь пустым звуком все слова преданности и любви, и ложью все объятия и теплоту горячего сердца? Даже мертвые, вы, девушки, остаетесь все такими же возвеличено горделивыми, - замолкнув, демонолог развернулся и пошел к стене, тут же скрываясь в сгущающихся тенях, - Я рад тебя видеть, Ди. И как бы сильно ты не злилась и не мнила себя другой, иной или обиженной, я всегда буду на твоей стороне и никогда не предам. А теперь позволь мне пригласить тебя на танец! Совсем как тогда... В ту первую ночь, на балу. Ты ведь помнишь?..
Из непроглядной, дрожащей массы сгущающегося мрака выглянула раскрытая ладонь - грубые, мозолистые пальцы, покрытые царапинами и шрамами, эстетически совершенно лишенная какого-либо изыска рука, но сильная, крепкая, твердая, как тугой стальной канат.
- Я помню те далекие декадентные вечера... Как во сне, что уже стал забываться. Скоро от меня прежнего не останется ничего, кроме ярости. Только ты останешься на всегда столь же прекрасной... Только ты можешь мне сейчас напомнить меня прежнего.

18

Ди насупилась, когда ей вдруг предложили перестать себя так вести. Как хочу, так и веду себя. Злобно подумала она, обижаясь на всё, что только могла припомнить. Я просто пришла к тебе в гости, потратив нереально много времени и сил, чтобы найти, где ты от меня спрятался. А в итоге, вместо дружеского чаепития, тут же принимаю заказ на убийство. Будто я только для этого и была обращена. Словно маленькая девочка, обидевшаяся на соседского мальчугана, стояла и злилась возле догорающего пламени. Да, ей хотелось услышать что-то другое. Может и вновь признания в преданности и любви, как Альфарий уже сказал. А может просто не хотела, чтобы в ней видели хладнокровного палача. Хоть она и являлась мастером своего дела. Мысль о прошлых годах, хотя нет, даже столетиях для Ланы, вспышкой ослепила память. Мягка улыбка исчезла в наступившей тьме. Девушка взглянула на протянутую ей ладонь, прекрасно видя все её изъяны, грубую, жестокую, способную убить одним движением. Но не для неё. Бернэ видела и чувствовала её такой, как в тот самый первый вечер их встречи, положившей начало невероятной дружбе.
- Конечно я всё помню. Моё платье, твои манеры. Вкус твоей крови. Я всегда могу напомнить о былых временах, просто откусив тебе второе ухо. Помнишь этот прекрасный момент?
Она хитро улыбнулась, бесшумно подходя к Альфу. Протянув руку, едва-едва, самыми кончиками пальцев коснулась его раскрытой ладони. После чего вложила изящную руку и прижалась к мужчине, прикрывая глаза. В памяти тут же всплыла музыка, и Дилана, повинуясь напевам бурной молодости, начала танец. Стук сердца, ветер на улице - всё складывалось в свои неповторимые звуки, рождая замысловатую песню.
- Я верю, что ты не забудешь тот весенний сон. И вьюжную ночь февраля. И остальные встречи. Такие странные. То где-то на грани. То в тёплой обстановке. Как же нас штормит с тобой в этом море событий, Альфарий. Мне так хотелось, чтобы ты был рядом, особенно, когда было слишком тяжело. Знаю, чувства не подвластны больше мёртвым. Но привычки никуда не денешь. Но.... К чёрту всё. Мне нравится то, что есть сейчас. В прошлом тоже было неплохо, по-своему прекрасно. Но мы не можем вечно жить в своих мечтах, хоть мне и очень хочется.
Она положила голову на грудь, пытаясь прочувствовать те ощущения, которых уже может и не быть больше. Улыбаясь, просто слушала биение горячего сердца, вспоминая, каково это быть маленькой и хрупкой, знать, что тебя не дадут в обиду. О, это были столь далёкие воспоминания, ещё во времена, когда она была живой.
- Как бы ты не менялся. Чтобы с тобой не происходило. Ты навсегда останешься для меня таким, каким я увидела тебя впервые. Не смотря ни на что.

19

Ночь и день, огонь и лед, луна и солнце, боль и... наслаждение. В танце без пауз слились силы противоположностей, кровь горячая и застывшая, отрываясь от бездны тягучего бытия, от разочарований, пустых надежд и несбыточных мечтаний, в мир иной, мир... где играла музыка. Та самая или другая? Изменившаяся, словно тысячекратно отраженная от стенок разума, искаженная в зеркалах воспоминания и прошедшая сквозь призму нового, отличного от того далекого, прошлого восприятия. Альфарий тоже слышал музыку и он вдруг двигался ей в такт, именно в друг, именно неожиданно, так бойко и так сильно, сжимая вампирессу в титановых объятиях одной единственной руки. Он кружил, проявляя необычную для себя ловкость, компенсируя отсутствие опыта импровизацией и неуемной энергией. Он пытался унестись и унести Ди вместе с собой - туда, в далекое воспоминая, где ему снова нет и двадцати, он молод, горяч и похотлив, и так неумен, так идеалистичен и храбр!

И Лана, уже властная, уже мудрый и опасный хищник, вышедший на охоту. Забери мое второе ухо, забери мою плоть и кровь, хотел было вскричать Альфарий, но молчал, сжимая зубы - он крепко держал вампирессу за талию, а себя в здравом рассудке. И пускай он снова был молод, снова горяч и похотлив... Гнет прожитых лет никогда не скрывался навсегда.
Он всегда...
...Останется рядом...

Музыкальная тема

20

- Удивительно, правда?
Спросила она едва слышным шёпотом, словно боялась нарушить эту тишину их воспоминаний. Погружаясь в них вновь и вновь, и этот танец, навеянный прошлой жизнью. Сколько же времени прошло? Да вот только с какого именно момента....
- Разум может затуманиться, забыть что-то.... Но сущность,душа - никогда. Даже если всё умерло... Великая сила кроется в каждом из нас. Миллионы перерождений, множество разных жизней, прошлых, настоящих, будущих. Невероятное мастерство собственного тела. Наше сознание помнит всё, от первой встречи и прикосновения, до каждого вздоха родного человека. Пусть не по крови, но по родству души и рвения вперёд. Невероятная мощь. Мне кажется, именно поэтому меня настолько тянет к тебе. Нет смысла притворяться, можно просто быть, здесь и сейчас. И эта сила только растёт. Дух становится продолжением нас, оружием. Мы сами становимся полноценным оружием, стремящимся исключительно к победе. К себе подобным. Что это? Магия? Душа? Сила?Нет смысла спорить о происхождении, если владеешь такой мощью.
Шептала она с закрытыми глазами, рисуя на груди Альфария загадочные рисунки. Возможно, это была первая буква фамилии Бернэ, витиеватая, изящная, как и мёртвая эльфийка.
- Удивительно.
Повторила она тихим шёпотом, не нарушая тьмы вокруг них, что прятала от любопытных глаз. Ди казалось, что это сон, один из тех невероятных снов, что она могла бы видеть, если бы спала. Тогда, скорее это были мечты. Воспоминания о другой жизни. Мысли невольно вернулись к Алой заре, загадочному артефакту. Казалось, будто он из того же мира, что и когда пришла Лана. Она любила представлять, что это было именно так. Что она не светлая эльфийка, а существо из другого мира, где всё устроено иначе. Где всегда цветут вишни, и есть настоящая жизнь. И только эти мысли согревали мёртвое сознание в потоках ледяного ветра. Удивительно.
Но танец не может быть вечным, даже музыка имеет свойство заканчиваться, даже в самых страстных мечтах и желаниях. Но в её ли силах было прекратить это? Да, но не сегодня. Ей хотелось подарить ещё несколько прекрасных минут этому яростному и смелому воину, чтобы он как можно дольше помнил о ней. Вспоминал с теплом о прикосновениях ледяных рук. И потому, просто будет рядом, пока он сам не прервёт это состояние невесомости в танце, не смотря на всю тяжесть невзгод.

Отредактировано Dilana Berne (2018-11-04 20:20:11)

21

Слова лились, завиваясь, путаясь в случайных, залетных сквозняках, сопровождая громкий, неумелый танец воителя и убийцы. Не осознавая, что он делал, не прослеживая причинно-следственных связей, Альфарий всецело отдавался своим чувствам, доверяя мастерству Ди, её контролю и волнам жара, бьющим гейзерами из груди... В объятиях хищника, Берсерк ощущал себя живым, живым, самым живым на свете! И это хотелось повторять, кричать, поглощать, ощущать вновь и вновь - он любил жизнь, любил опасность, любил грех и женщин! И пускай Магнус мог подзабыть об этом, он все ещё оставался самим собой... А его душа все ещё была с ним.
- Это... Жизнь, - хриплый, басовитый шепот разнесся по залу длинного дома, в миг, когда погас последний из костров. Мрак, густой, как кисель, тут же пожрал силуэты парочки, хватая их немым холодом своим когтистых пальцев. В узких окнах забрезжил бледный рассвет... Неужели прошла уже целая ночь?! Когда? Как? Альфарий, вдруг не ощущая тонкий фарфор Диланы в своих объятиях, стоял в полном, грустном одиночестве, пытаясь осознать происходящее и унять мелкую дрожь. Его кожа покрылась испариной... Сколько они танцевали?
- Душа... Все таки, она есть у тебя, Дилана. Помни меня всегда! Помни, все что я сказал! Запомни меня в вечности! Когда же настанет день умирать, позови меня с собой и я приду... - одержимый сжал кулак и насупился, вглядываясь в особо густой, непроглядный мрак. Он не был одинок. Больше никогда он не будет одинок! Ведь с ним был его Орден, его народ и его цель. С ним была Дилана - единственная, что оставалась неизменной за всю бурную жизнь демонолога.

22

- Душа есть даже у оружия. Чем я хуже? Я не особо сильна в магии, она, скорее подспорье для меня в некоторых ситуациях. Всё же, как и ты, привыкла полагаться на оружие, и на духовную технику.
Девушка взяла Альфария за руку и потянула за собой. Медленно, помогая ему обходить препятствия, пока не довела до его трона. Осторожно толкнула, заставляя сесть, сама же, ходила где-то в темноте, не привыкшая долго стоять на месте без дела. К тому же, ей так легче думалось и говорилось, когда собеседник не в курсе, где именно она находится. Говорила тихо, неторопливо.
- В том-то и дело, Альф, я всё помню. И моя память, в отличие от человеческой, не так коротка. И я помню иногда слишком многое, слишком избирательно. Но не в этом суть. Думаю, у нас есть чем поделиться в этом плане, духовного совершенствования, как оружия. НИ ты, ни я, не склонны полагаться на заклинания, как маги, окружающие себя щитами, а врагов проклятьями. Мы полагаемся только на собственное рвение к жизни, к победе, к власти. Мы слышим своё тело, а оно платит нам нереальными рефлексами. Мы совершенствуем то, чего не могут другие. Это похоже на магию, но другого уровня. Мне трудно это понять, осознать, я не слишком сильна в этом, но чувствую. Ощущаю, как зарождается великая сила, внутри. И с помощью оружия могу уничтожить всё, к чему прикоснусь. Особенно сейчас, когда рядом Алая заря.
Мёртвая эльфийка замолчала и Магнус потерял её в этой темноте. Теперь она могла находиться где угодно, даже за его спиной. Стояла мёртвая тишина, даже угли перестали тлеть и согревать зал. Ветер за стенами стих, Оплот спал. Мёртвая тишина.

23

- Моя сила рождается из Боли. Она льется из груди, клокочет в огне ярости... - Альфарий обращался в пустоту, уже и не надеясь, что Ди была все ещё здесь. Она была вольна приходить и уходить когда заблагорассудиться, не оглядываясь ни на чье мнение, запреты и желания. В этом была её прелесть...
- И здесь нечего понимать. Сила есть, и она дается лишь достойным. Тренируя свой дух и тело, мы открываем в себе все новые и новые резервы, они доступны нам всегда, но особо сильны, когда используешь их... Своевременно.
Опустив руки, Альфарий глухо хмыкнул... Мир вокруг пробуждался, медленно, осторожно, но с утренним светом приходила странная серость бытия. Пожалуй, Диланы уже и не было рядом, но и сам берсерк уже не ощущал себя здесь. Его буйные мысли уносило в кровавый рассвет, а тело - к трону... Усевшись, он и не заметил, как быстро заснул.

24

Жаль, не получилось того разговора, за которым я шла. Я разочарована, Альфарий. Ты теряешь свою хватку, себя, всё больше и больше погружаясь в другой мир. Нет уверенности, что мы сможем с тобой увидеться вновь. Кажется, нашим кораблям пора найти своё море. Каждому своё./
Она уже не слышала его слов. Он не видел, как она ушла, продолжая говорить с пустотой. Они вновь ушли, та и не расставив точки в отношениях. Каждый поклялся в верности, но кто знает, по какую сторону этого мира они окажутся вскоре? Ди всё больше и больше сомневалась в том, что хочет здесь остаться. И этот воин был на той чаше весов, что склоняла к побегу. Она не хотела превращаться в него, машину для убийства, преследующего холодные и чужие для неё цели. С каждой встречей понимала, что общего у них всё меньше и меньше, хотя раньше, пыталась найти точки соприкосновения. Но оказывается, это были лишь жалкие попытки, потому что главную роль в их общении играла симпатия. Тяга к друг другу, как противоположностей, хрупкого и несгибаемого. Но что-то с ними произошло. На мгновение мёртвой эльфийке показалось, что они поменялись местами.
Покачав головой, она осторожно прикрыла за собой дверь и тихо выскользнула на улицу. Конечно, не могла не отомстить Магнусу. Утащила каких-то двух мужиков и с удовольствием их сожрала. Головы аккуратно положила на порог комнаты, где находилась рыжеволосая девушка. Ибо нечего.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Архив законченных флешбеков » №5 Декабрь, 17087 год, Оплот "Непризнанных" - Дилана Берне, Альфарий


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно