FRPG Мистериум - Схватка с судьбой

Объявление



*Тыкаем по первым 2 кнопочкам ежедневно*
Рейтинг форумов Forum-top.ru

Официальный дискорд сервер

Здесь должно быть время в ролевой, но что-то пошло не так!


Пояснения по игровому времени / Следующий игровой скачок времени: Будет установлено позже

Погода на Драконьей высоте:

Погода

Сила ветра

Температура


Объявления администрации:

Приветствуем Вас, Путник! Мы рады каждому желающему присоединиться к миру Мистериума. Однако, просим учесть, что форум находится на Перезагрузке - ведутся работы по обновлению игровой системы и LORа. Конечный срок завершения пока не установлен. У нас все еще можно играть, но внесенные изменения касаются боевой механики и истории мира, что, в свою очередь, может затронуть вашего персонажа. Пожалуйста, примите это во внимание при регистрации.
Подробнее об обновлении можно прочесть здесь!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Торговая Лига » Сектор Суаб. Дом Ровены де Мортикус.


Сектор Суаб. Дом Ровены де Мортикус.

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/655681.jpg
Достаточно стандартный по меркам Торговой Лиги жилой дом, расположенный не в самом богатом, но и не в нищем районе. Имеет два этажа: на первом этаже расположена гостиная и все прочие необходимые для повседневной жизни помещения, на втором этаже находится спальня и комната, специально оборудованная как алхимическая лаборатория. В доме также имеется подвал, который используется Ровеной как помещение для различных исследований и в первую очередь экспериментов в области некромантии: именно здесь она занимается созданием своих некроконструктов, и для посторонних вход в подвал запрещён. В общем и целом же внутреннее убранство дома не имеет каких-то заметных особенностей, кроме разве что достаточно большого количества книг и книжных шкафов.

Внутренние локации:
1. Подвал.
2. Первый этаж.
3. Второй этаж.

2

Ровена.
17089 год. 19 Августа. Утро.
Торговая Лига. Дом Ровены де Мортикус.

Последние дни в Торговой Лиге тянулись слишком долго, разогревая и без того возросшие ожидания и тревоги. Новое возвращение в Безымянные земли - это всегда испытание, притом испытание на пределе возможных сил и способностей. Мёртвые земли были негостеприимны к чужакам, а Ровена пока ещё не могла назвать себя там "своей" в полной мере. Безымянные земли испытывали, ужасали и переваривали любую недостаточно уверенную и целеустремлённую душу, которая туда попадала. Благо, целеустремлённости Ровене было не занимать. И неоконченные дела, которые она там оставила, требовали своего логического завершения. Историю семьи необходимо было закончить. Наследие, что тяготило её сны, должно было исчезнуть вместе с филактерией, сгинуть в адском пламени Рубиуса. Но чтобы до него добраться, необходимо было пройти новые испытания и через нового Владыку. К счастью, кое-какой информацией о предстоящем путешествии Ровена уже располагала. Также как и знала координаты для перемещения на Плато Рубиуса. Дальнейшее зависело только от неё...

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/734328.jpg

От размышлений Ровену отвлёк оглушительный грохот на кухне. Кажется, что-то разбилось. С истошным кудахтаньем из кухни выбежала Бетси, а за ней сломя голову нёсся Харон, успешно её догоняя и жамкая за хвост и бока раз за разом, отчего та кудахтала ещё громче, и продолжала своё паническое бегство. Игрища продолжались ещё с самой ночи, и от неугомонной нежити не было спасения даже во сне. Конечно, лучшей идеей было бы развести их на время сна по разным комнатам и где-нибудь запереть, да только как же так обойдёшься с такими милыми существами?

Ровена начинает приключение: Перерождение в пламени

Отредактировано Нейтральный персонаж (2021-04-18 12:32:55)

3

Приключение "Секреты мертвецов" <<< Скачок времени <<<
Полтора года прошло с тех пор, как Ровена возвратилась домой после своей последней экспедиции из Безымянных Земель. Эта экспедиция изменила слишком многое и, если бы тогда, в прошлом, кто-то рассказал некромантке о том, каким образом повернётся её жизнь, она бы никогда не поверила этому человеку. Расставание с Хвади воскресительница переживала несколько тяжелее, чем ожидалось: она твёрдо знала, что более не желает рисковать своей жизнью ради чужих амбиций и желаний, однако шаманка никогда не знала иной жизни, без Хвади. Они были её семьей, и Ровене с большим трудом удалось принять ту мысль, что Арон добровольно отказался от своих хранителей и никак не интересовался их судьбой. Отдаление от человека, которого она считала едва ли не родным отцом, доставляло Ровене неподдельную боль, и в самые первые месяцы она попросту не могла смириться с этим, часами размышляя о том, почему Хвади так легко изгнал тех, без кого буквально некоторое время назад не мог представить собственной жизни. Прошлое не имело значения: значение имело лишь то, что строится собственными руками, достигнутое и ценное. Арон Хвади разрушил всё то, что построил сам, возведя во главу угла давно минувшие события, давние настолько, что одним лишь чудом удалось добраться до их тайн. Этот человек выбрал прошлое, однако Ровена выбрала настоящее, и о прошедшей жизни ей напоминала лишь лёгкая печаль, когда она читала письма Сиона Хвади, когда отвечала на них, когда поддавалась воспоминаниям, когда случайно встречала на улице кого-либо из других обитателей поместья. Посетив Безымянные Земли, воскресительница лишилась сразу двух семей: Рэймела де Мортикус и Арона Хвади. Тем не менее, экспедиция завершилась не одними только потерями, но и приобретением невероятно ценным, ценным настолько, что оно в силах было заменить потерянное. А возможно, дать даже больше, чем всё то, что когда-либо имела Ровена.
Первое время им приходилось нелёгко, однако, к счастью, для магов всегда находилась определённая работа, и через некоторое время им удалось приобрести собственную недвижимость, более не будучи вынужденными ночевать в гостиницах и съёмных комнатах. Постепенно некромантка перестала воспринимать расставание с Хвади столь болезненно и на сегодняшний день, полтора года спустя, о ней возможно было сказать, что она была счастлива как никто другой. Единственным, что всё ещё мешало шаманке обрести абсолютное спокойствие, являлся Рэймел де Мортикус и его филактерия, которую Ровена взяла с собой, оказавшись в Безымянных Землях для создания Ростков порчи. Кольцо хранилось в надёжном футляре для того, чтобы ни в коем случае не потерять его, но сама воскресительница более не испытывала к этому предмету никакой тяги - как в первый раз - желая лишь уничтожить его. Во время своего второго визита в Безымянные Земли некромантка вновь встретилась со Странником - тем самым человеком, который предоставил ей свиток с координатами Безымянных Земель для проведения первой экспедиции. Оказался, он, впрочем, совсем не человеком, однако поведал воскресительнице о настоящей ситуации в землях некромантов, которая теперь разворачивалась там. Благодаря ему Ровена была несколько осведомлена о положении в Безымянных Землях, и теперь путь её лежал к вулкану Рубиус - для того, чтобы уничтожить Рэймела де Мортикус навсегда. Шаманка тщательно готовилась к этому путешествию, и в этот раз следовало позаботиться обо всём необходимом снаряжении без спешки, действуя продуманно и осторожно.
Кошмары мучили её едва ли не каждую ночь, и теперь они были более интенсивными, чем раньше. Ровена более не видела сюжетов о погибели Рэймела, однако она ясно видела его лицо, слышала его голос, оскорбления, обвинения; ощущала, как он душит её, высасывая из неё жизнь. Когда ей казалось, что она начинает задыхаться, она просыпалась с жутким криком и порой была более не в состоянии уснуть до утра. В некоторые ночи Ровена предпочитала не спать вовсе, чтобы не видеть этих снов. Тем не менее, ночные ужасы её не заканчивались одними лишь визитами Рэймела: часто воскресительница возвращалась в своих снах к тому моменту, когда едва не погиб Филипп, когда на самых последних секундах ей удалось спасти его жизнь. В этих снах всё выглядело одинаково, всё повторялось в точности так же, как и в ту ночь: клинок, торчащий из груди, кровь, стихия, не откликающаяся на зов, отчаяние, холод. Эти кошмары были куда более болезненны, чем видения предка: снились они некромантке реже, однако оправиться от них было сложнее. Именно по причине этого Ровена стала чрезмерно осторожной и порой проявляла о жизни Филиппа большую заботу, чем о своей собственной: страх потери не отпускал её после таких снов и воспоминаний, а принимать бессмертие оба некроманта не спешили. Бессмертие хорошо лишь тогда, когда приходит его время. Сны же об Орнелле имели несколько иной характер и случались очень редко. Они всегда проходили спокойно, и их невозможно было назвать кошмарами.
От размышлений и тревог о будущем Ровену отвлёл грохот, раздавшийся откуда-то из кухни, и причины этого грохота не заставили себя долго ждать. В последнее время воскресительница более подробно увлеклась некрологией и некроконструкцией, и результатом её экспериментов стали два достаточно странных - для обычных людей - домашних животных. Тем не менее, шаманка с трепетом относилась к собственноручно созданным питомцам: в особенности к Харону, который даже обладал определённым разумом и душой. Только, к сожалению, он не умел разговоривать. Услышав грохот и пропустив несущихся куда-то животных, Ровена отложила книгу, которую держала в руках, и поднялась, направляясь к кухне, чтобы посмотреть, что именно там произошло. Войдя в кухню, впрочем, она едва не наступила наступила на осколки, несколько секунд назад бывшие вазой, и, устало вздохнув, принялась осторожно собирать их с пола. Бетси разбивала предметы достаточно часто, и Ровена уже успела привыкнуть к тому, что ей регулярно приходилось наводить порядок в доме после очередных игр своих немёртвых подопечных.

4

Устранив беспорядок, наведённый её питомцами, Ровена услышала, как открывается входная дверь. Кто-то разувался, и этот кто-то, вероятнее всего, был никем иным, как Филиппом. Ещё засветло он отправился на рынок, чтобы закончить приготовления к походу, закупить необходимые расходные мелочи и припасы. Жизнь в Торговой Лиге всегда начиналась рано, а под жизнью, разумеется, подразумевалась торговля. Пока ещё солнце не встало слишком высоко и народу было не слишком много, было самое лучшее время для походов на местные базары, чем чародей и воспользовался.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Закончил последние приготовления. Припасов хватит на полторы недели, и всё компактно и удобно хранится. Верёвки, спальные мешки, посуда. Из самых лёгких материалов, какие нашёл. Думаю, в этот раз будет попроще, чем в первый. Всё-таки опыт у нас уже имеется, - улыбнулся ей тепло и невзначай постучал по нагруднику. Он исполнил своё обещание и, действительно, обзавёлся добротной бронёй. На нём были надеты нагрудник из мифрила, ботфорты, перчатки и штаны из крокодильей кожи, притом перчатки и сапоги усилены вставками из металла. Однозначно с такой защитой уже можно было не переживать о шальном ранении в живот, хотя, конечно, защитить вообще от всех превратностей судьбы она не могла. Всё-таки Филипп не был рыцарем, чтобы заковать себя в латы с головы до ног, в такой сбруе он бы попросту не управился ни с чем.
К этому моменту все приготовления были завершены. Переместиться при помощи портала Ровена могла прямо на плато Рубиуса, а оттуда и до Цитадели Огня было недалеко. Конечно, можно было вовсе избежать визита в эту крепость, но тогда проход в жерло вулкана придётся вовсе искать вслепую, а это могло бы занять куда больше времени, чем полторы недели. Насколько знала Ровена, Цитаделью Огня правил сейчас Владыка Тиамат, он был самовлюблённым, жестоким и властным тираном. Но складывалось ощущение, что такими были вообще подавляющее большинство всех Владык Безымянных земель. При общении с этим нужно было проявить достаточную осторожность и почтение. Впрочем, он часто принимал у себя просителей, это явно чесало его самолюбие. Поэтому едва ли один визит мог сильно Ровене навредить. В политической жизни мёртвых земель Тиамат занимал заметное место, он не был отшельником, как Терний, а потому уважал общие правила и чужой суверенитет. По крайней мере, на словах.

5

Чем ближе приближался момент отбытия, тем более нервничала Ровена, и даже собранные осколки она едва не выронила из рук и не порезалась об них, на секунду отвлёкшись и позволив мыслям захватить контроль над собой. Тем не менее, вскоре она услышала, как кто-то входит в дом: Филипп возвратился, а это означало лишь, что отбывать можно было хоть прямо сейчас. Ровене не хотелось: визиты в Безымянные Земли всегда были полны различных - не самых приятных - приключений, однако ей следовало сделать то, что должно. Следовало исправить ошибки своего предка. Уничтожить его. Только тогда некромантка сможет вести жизнь, не омрачённую навязчивым присутствием Рэймела: только тогда она прекратит слышать его бесконечные обвинения, слышать голос, ставший ненавистным и омерзительным.
Воскресительница улыбнулась чародею в ответ, когда тот заговорил с ней и сообщил о том, что завершил все необходимые приготовления. Схожим защитным снаряжением сама Ровена похвастаться не могла, однако благодаря углублённому изучению магии Света в последние месяцы в её распоряжение теперь было гораздо больше магических щитов, как и различной уникальной магии. Торопиться им было некуда: следовало быть осторожными, и тогда крупных неприятностей непременно удастся избежать.
- У меня тоже всё готово, - сообщила она Филиппу. - Мы можем использовать палатку, которая осталась со времён первой экспедиции. Я собрала все необходимые вещи и, думаю, отправляться можно прямо сейчас... мертвецы тоже готовы. Нам не придётся нести всё снаряжение на себе, как в прошлый раз.
Она задумалась, будто желая убедиться в том, что ничего не забыла. Несколько часов назад некромантка позаботилась о том, чтобы поднять себе в помощь нескольких мертвецов, и в данный момент они находились в подвале: там, где большую часть своего времени проводила воскресительница, занимаясь своей работой. Магические свитки, предназначенное для духов оружие и алхимия также были при ней, а на небольшом столике в гостиной лежал тот самый футляр, в котором хранилась филактерия Рэймела де Мортикус.
- Надеюсь, что это не займёт слишком много времени. - сказала она отвлечённо, приблизившись к столу и осторожно взяв в руки предмет, ради которого и затевалось всё это путешествие в Цитадель Огня. Помедлив некоторое время, Ровена положила футляр в свою поясную сумку, и теперь сборы возможно было назвать завершёнными. - Очередной владыка, но, возможно, он более сговорчив, чем Терний. Хотя, наверное, надеяться на это глупо.
Воскресительница рассмеялась, оценивающе взглянув на Филиппа и рассматривая его снаряжение. К счастью, теперь о его жизни можно было беспокоиться немного меньше, однако тревог Ровены это всё равно не преуменьшало.
- Будем осторожны. Торопиться нам некуда, а порталов у меня с собой достаточно. Если что-то пойдёт не так - сможем вернуться домой в любое время. Итан говорил, что существуют и другие источники, так что если Тиамат откажет нам, стоит попытать счастье в другом месте.
Ровена обошла комнаты в поисках Харона: он не являлся боевым питомцем, однако определённую пользу принести он мог, и некромантка решила взять его с собой. После же этого Ровене и Филиппу следовало спуститься в подвал, где были подготовлены все остальные вещи, палатка и мертвецы, о которых упоминала шаманка.
- Если у тебя больше нет никаких других планов, можем спускаться. - обратилась она к некроманту всё с той же улыбкой. Дверь, ведущая в подвал, со скрипом отворилась.

6

С протестующим ворчанием Харон был пойман и отлучён от погони, и Бетси, наконец-то, почувствовала себя в покое и безопасности. Насколько вообще в них нуждалась безмозглая куриная тушка, воскрешённая некромантами. Приготовления были завершены, в подвале уже дожидались трое зомби-воинов с каким-никаким, относительно добротным вооружением и снаряжением. Они безропотно позволили взвалить на себя немногочисленные рюкзаки и тюки с поклажей, Ровена и Филипп могли почувствовать облегчение. Всё же отправляться в путь при поддержке собственного отряда нежити - идея крайне удачная. А помимо отряда можно было взять ещё бдительного питомца, который уж точно надёжно сумеет защитить сон своих хозяев и вовремя среагирует на любую опасность. Конечно, если не увлечётся и не заиграется на свежем воздухе. Благо, Харон был достаточно умным существом, чтобы понимать простые и даже средней сложности приказы, не требующие глубокой, аналитической мыслительной деятельности. И хозяйку он свою если не любил, то по меньшей мере был ей предан.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Хорошо. Тогда... Тогда я готов. Да, давай сделаем это, - проверив ещё раз, всё ли необходимое при нём, чародей почесал Ровену за ухом и улыбнулся. Немного грустно было покидать обжитый и уютный дом, но и дела не требовали отлагательств. Тем более, что к этому путешествию они готовились уже давно.
- Я слышал, ты говорила, что Аррука может быть там. Что будем делать с ней, если её встретим? Кажется, за ней остался должок, не так ли? - действительно хороший вопрос, который неплохо было бы прояснить ещё до непосредственной встречи с могущественной личёвкой.

7

Когда Филипп заговорил об Арруке, Ровена задумалась. В действительности, она уже думала о том, как может пройти их следующая встреча - если, разумеется, она вообще произойдёт. В первый раз, когда некромантка оказалась в убежище Рэймела и поняла, что Аррука украла оттуда что-то, она была разгневана на немёртвую, однако со временем этот гнев поутих. Аррука могла оказаться Ровене полезной: в особенности после всего того, что произошло и что удалось узнать воскресительнице. Она знала гораздо больше о прошлом де Мортикус, и личу также могло быть извеcтно имя того, кто раскрыл Рэймелу правду о тайнах его рода. Обрывок какого-то имени неразборчиво стоял в его записях, и полное имя этой личности, возможно, могло быть известно Арруке.
- В дневнике Рэймела упоминалось имя: точнее, обрывок имени, заканчивающийся на -азор. Возможно, Аррука владеет какой-то информацией по этому поводу: ей известно значительно больше, чем мне, и даже изучив всю возможную литературу я не смогла найти информацию о более ранних представителях моей семьи, которые существовали до Рэймела. Кроме того... - Ровена несколько замялась и помедлила. - Для неё наверняка будет неожиданностью увидеть меня живой. Я ещё не записала её в свои личные враги, и любая информация, которой она владеет, может оказаться нам полезной. В том числе и о Тиамате.
Шаманка не питала особенных надежд в отношении этой встречи: даже если им и удастся встретить Арруку, та наверняка откажется оказывать какую-либо помощь. Или же нет? Проблема заключалась именно в том, что Ровена не могла предположить, каким образом отреагирует на её появление немёртвая.
- А ты что обо всём этом думаешь? - задала она встречный вопрос Филиппу, вытаскивая из своего снаряжения один из свитков портала и концентрируясь на заклинании. Зомби-воинам, как обычно, следовало идти первыми: чтобы возможная опасность в первую очередь настигла немёртвых. К Харону у Ровены было совершенно иное отношение, и потому он должен был оставаться рядом с ней.

>>> Плато Рубиус

8

Ровена.
17089 год. 21 Августа. Утро.

Что может быть чудеснее тихого утра дома с семьёй? Когда не нужно никуда бежать, ничего решать, ни от кого спасаться и никого догонять. Когда можно проснуться после долгого, глубокого, спокойного сна рядом с любимым мужчиной. Принять освежающий душ. Приготовить лёгкий завтрак и сидеть на кухне в лучах утреннего солнца с чашкой горячего, ароматного чая, бросать взгляды на, можно сказать, мужа, поглощённого чтением, да поглаживать лежащего на коленях кота. Ну а то, что вы оба - адепты стихии Смерти, повелевающие мёртвыми, котик перебирает платье на коленях не коготочками, а крохотными детскими ручками и вообще он сшит из кусков плоти, существуя лишь благодаря магии - ой, да кого волнуют такие мелочи? Ведь это совершенно не важно в отличие от того, что Ровена спала спокойно уже целых две ночи подряд и всё говорило о том, что теперь так будет всегда. Что кошмары, мучившие воскресительницу столь долго и столь сильно ушли и больше не вернутся. Рэймел сгинул в пламени Кальдеры, оставляя внучку свободной от гнёта крови, прошлого и ненависти. Наедине с Филиппом, своими изысканиями, домом в Торговой Лиге... и мечтами. О да. Их у шаманки было много.

Одна из них - доказать миру, что некроманты не такие злобные, ужасные создания, как все думают - по крайней мере, не все из них. Что они крайне несправедливо подвергаются гонениям, что их необоснованно ненавидят лишь за дар, которого многие из адептов Смерти даже не просили. Невозможно "выбрать себе магию". Невозможно пробудить у себя конкретную стихию за пределами предрасположенностей - к сожалению, складывалось впечатление, что многие маги этого не понимали, что уж говорить о людях, далёких от мистики. Изменить отношение к некромантам в мире - задача однозначно невыполнимая. Но, может быть, в одном конкретном городе, где Ровена проживала сейчас, и где достаточно терпимо относились к огромному количеству вещей, в том числе к некромантии - может быть было бы возможно бы хотя бы смягчить бы мнение бы хотя бы части людей? Бы? Но и эта задача была настолько глобальна, что пока совершенно не было ясно, с какой стороны к ней хотя бы как-то подойти.

В качестве самого первого шага можно было попытаться прощупать почву среди, скажем так, коллег - подумать, кто из знакомых некромантов достаточно адекватен, чтобы хотя бы поговорить с ними на всю эту тему. Кто не сгорает от ненависти, кто готов вести диалог, готов работать над положительными тенденциями, смотреть в светлое будущее и строить планы во имя общего благого будущего... Ну или просто не сгорает от ненависти ко всем вокруг. Да. Хотя бы так. Перебрав всех, кого узнала за свою жизнь, Ровена решила пока остановиться на двух некромантах, которые не отличались категоричной ненавистью ко всему, что живёт и дышит, а были вполне себе дискутивными личностями, и, главное, должны были жить в Торговой Лиге. Она плохо их знала, имея лишь общую информацию, что у обоих довольно специфические направления в магии Смерти, далёкие от "стандартных". Как же их звали... об одном, если Ровене не изменяла память, ей рассказал ещё кто-то их хранителей Хвади. Фарух Яндис. Старый некромант, выходец из Песчаных Призраков, кажется, замкнутый и строгий. Второй - Улис Мунг. Имя в голове всплыло, но вот откуда шаманка о нём узнала? Пока вспомнить не удавалось. С обоими она, кажется, не встречалась, хотя общество адептов Смерти достаточно тесное, они вполне могли о ней слышать - тем более, Ровена и Филипп совсем не были последними людьми в Торговой Лиге.

Чародей перевернул страницу, погружённый в лежащую на столе книгу, одной рукой придерживая чашку, над которой, не утихая, курился пар уже слишком долго - кажется, даже пузырьки иногда лопались на поверхности. Харон зевнул.

Ровена, получен вызов: Некромантское чаепитие

9

Перемещение из: Рубиус. Пещеры

Это было прекрасное утро. Ровене хотелось, чтобы каждое утро было таким: не надо ни о чём и ни о ком беспокоиться, голова не раскалывается от боли, вызванной ночными кошмарами, торопиться никуда не нужно... бояться не нужно. Филипп сидел прямо перед ней, живой и невредимый, она сама была жива. Разве это не замечательно, иметь возможность проснуться и осознать, что всё то, что дорого тебе, находится прямо рядом с тобой и этому ничто не угрожает? Ценность, многим казавшаяся естественной, настолько повседневной, что некоторые уже даже и не считали её ценностью: знать, что с тобой всё в порядке. Что с твоей семьёй всё в порядке. Что ничего не случится... воскресительница слишком часто оказывалась на грани того, чтобы потерять всё. Слишком часто Смерть едва не забирала у неё то, чего некромантка ни в коем случае не намеревалась отдавать; слишком часто вся её жизнь находилась в секунде от того, чтобы навсегда перевернуться с ног на голову, чтобы погасить в Ровене последний свет, чтобы обратить её в чудовище, ненавидящее весь мир, и по этой причине шаманка попросту была не в состоянии, не могла обесценивать то, что имела. Она не могла считать это тихое солнечное утро обыденностью, и понимание того, что оно принадлежало ей, делало Ровену счастливой. Вдвойне счастливой, когда она смотрела на погруженного в чтение чародея: и потому она не сводила с него глаз.
Сидели они так уже около получаса, ни о чём не разговаривая. Позавтракать и просто продолжить сидеть на месте за чашкой чая, ни о чём не думая, безусловно, тоже было роскошью, однако Ровена не могла ни о чём не думать. Вчерашний день маги полностью посвятили отдыху, который, определённо, заслужили. Тем не менее мысли о будущем, о своей дальнейшей жизни не могли не беспокоить воскресительницу, и теперь, когда ничто и никто более не мог помешать ей двигаться в направлении своих целей, Ровене казалось, что она может горы свернуть, что она может справиться с чем угодно. Безусловно, необходимости в этом не было: шаманка могла продолжить спокойную и ничем не примечательную жизнь дома, зарабатывая на жизнь наёмничеством, собственной магией, навыками, познаниями в различных науках. Филипп так и вовсе прекрасно владел алхимией, и найти способ обеспечить себя для них не составляло труда. Можно было даже пожениться и завести настоящего кота, с которым Харон наверняка бы нашёл общий язык. Всё-таки кот - это не курица, как Бетси, и Харону с ним наверняка бы было интереснее...
Нет. Ровена думала о другом. Она думала о том, как начать менять свою жизнь к лучшему, как позволить другим, таким, как она, жить лучше. Шаманка прекрасно понимала, что её утопическая мечта изменить отношение к адептам Смерти во всём мире едва ли была осуществима, она была практически недостижима. Стоит ли вообще думать о целом мире, ступая на путь какого-либо начинания? Ровена мыслила рационально и осознавала, что, чтобы прийти к какой-то цели необходимо, прежде всего, ставить себе достижимые задачи. Именно о такой задаче некромантка думала, держа в руках чашку с чаем и наблюдая за Филиппом. В голове уже появились кое-какие идеи, имена... имена людей, которые могли бы оказать Ровене поддержку в её начинании, которые, быть может, и сами стремились к чему-то подобному. Ведь добиваться столь благородной цели как лучшее отношение к некромантам в Торговой Лиге воскресительница не могла в одиночку: ей нужны были маги, мыслившие в схожем ключе, соратники, поддержка. Проблемы перед Ровеной стояло две: она не была знакома с этими магами лично и не знала, где именно их искать.
Об одном из некромантов Ровене рассказывал её бывший наставник, Альдо. Именно Альдо все те годы, проведённые в поместье Хвади, оставался её "основным" наставником: он сам был шаманом, владел магией Смерти и Природы. Сейчас ему уже было слегка за пятьдесят, одевался он всегда однотипно, а чёрные волосы неизменно собирал в хвост. Однако, невзирая на достаточно непримечательную внешность, обладал определённым обаянием и умел расположить к себе: Альдо был знаком со многими магами, как в Торговой Лиге, так и за её пределами. Это именно он был знаком - пусть и лишь отдалённо - с Рэймелом де Мортикус. Это именно он сообщил Ровене о его смерти тогда, несколько лет назад. Именно он научил её большей части всего того, что некромантка умела. С тех пор как Ровена и Филипп более не работали на Арона Хвади поддерживать контакт с другими хранителями стало сложнее, тем не менее изредка они посылали друг другу письма. Альдо прекрасно мог знать о том, где и как найти Фаруха Яндиса и Улиса Мунга, двух некромантов, диалог с которыми вполне мог стать началом важного сотрудничества. Ровена даже могла отправить Альдо мысль-вестник, чтобы договориться о встрече и задать ему несколько вопросов. Если он не был чрезвычайно занят, от короткой встречи он определённо не откажется.
Ровена сделала очередной глоток, задумчиво уставившись в собственную чашку. Для начала было бы неплохо поговорить обо всей этой задумке и встречах с Филиппом: некромантка не могла строить планы в одиночестве, и возлюбленный, безусловно, должен был знать о том, что она думает. Быть может, и у него найдутся какие-то идеи касательно всей этой сложной задумки? Для начала необходимо было как-то отвлечь чародея от чтения, так как тот, без сомнения, слишком сильно был увлечён книгой, чтобы отложить ей в сторону добровольно. Ровена отставила свою чашку в сторону, подпёрла щёки ладонями и снова уставилась на Филиппа - горящими от любопытства глазами. Харон зевнул, и отчего-то решил повторить всё в точности за хозяйкой, приподняв голову из-под стола и также уставившись на чародея. 
- Чего это ты там читаешь? - спросила воскресительница с интересом, но не слишком громко, чтобы не нарушать порядком затянувшуюся тишину чрезвычайно резко.

10

Мысли, мысли, мысли, планы, планы... Когда занят тем, чтобы выжить самому и помочь выжить тем, кто тебе небезразличен, как-то не особо хватает времени на планы, отличные от "как не умереть в следующие пять секунд". Когда же подобные вопросы перестают стоять на повестке дня, получается поставить иные. Обдумать. Перебрать знакомства - прошлые, оборванные, или, наоборот, сохранённые до сих пор. Те ниточки, что тянутся из прошлого, либо касаясь собственной судьбы лишь краем, либо, как в случае с Филиппом, сплетаясь так, что вряд ли возможно вообще отделить одну от другой. Все эти ниточки сделали Ровену той, кем она была сейчас и ещё могли повлиять на то, какой она станет в будущем. Шанс, что Альдо не откажется встретиться или, хотя бы, помочь наводкой, был, и был весьма неплох - вероятно, действительно стоило начать с этого. Если, разумеется, Филипп не будет против, но с чего бы он был? А чародей не замечал ничего вокруг, погружённый в книгу с головой, и лишь когда шаманка окликнула его - вскинул голову и чуть смущённо улыбнулся. Так обычно реагируют люди увлечённые, способные забыть обо всём на свете, когда спохватятся, что "выпали из жизни", застигнутые врасплох за любимым занятием.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Поэтические наброски одного торговца - он умер, и наследники распродавали ненужное, видать, в попытках наскрести хоть немного больше денег. А я просто проходил мимо и меня что-то дёрнуло её купить. Ну ты понимаешь, - Чародей ласково поладил страницы. Ровена действительно, наверняка, понимала, помня давнее увлечение Филиппа литературой и поэзией. - Что он творит! Это не классическая поэзия, я даже не знаю, как это назвать! Слушай, - мужчина пробежался глазами, выбирая фрагмент, и неспешно начал декларировать с лёгкой полуулыбкой и огоньком восхищения в льдистых глазах. - Прикупить занавески и скатерть, наладить быт, променять воду рек на полезный зелёный чай, отвыкать от рычания, ласковее звуча, и охотиться только на ягоды и грибы, подружиться и с зайцем, и с ворохом мелких птах. Погляди, как беспечны, уже не боятся рук! Ты тяни за шнурочек настойчивее, мой друг: этот дом очень стар, не забудь о его летах. Заходи, дорогая, клади у огня свой плащ: его цвет, как обычно, алее садовых роз. Угощайся печеньем, как раз для тебя пеклось, лист жасмина в заварнике, правда, весьма бодрящ? Мать тебя заждалась, так беги, навестишь потом - берегись сквозняков, не сиди на сырой траве! Встретишь бабушку в чаще - успей передать привет, но не надо показывать старой дорогу в дом. - Филипп замолчал, почти любовно глядя на страницы, губы были чуть приоткрыты, будто он только что закончил смаковать что-то невероятное. - Это же настоящий прорыв - любой дурак, постаравшись, может написать рифмованное стихотворение, но играть со словами так... Жаль, что он умер. Я бы хотел понаблюдать за его творчеством.

11

Поэзия. Казалось, ни к чему на свете чародей не относился со столь живым интересом и восхищением, как к поэзии. В своё время его увлечение доставило ему некоторые хлопоты: в период обучения он слишком много времени проводил за тем, что к магическому образованию никакого отношения не имело, и не раз наставники высказывали своё недовольство столь чрезмерной тягой к этому занятию. Тем не менее Филиппу это всегда было безразлично: безусловно, годы шли, и свободного времени оставалось всё меньше, однако для чародея это вовсе не означало, что можно забросить любимое увлечение. Эта отвлечённость, нечто, что нисколько не было связано с некромантией и боями, впрочем, не сделало из него худшего мага, чем Ровена, которая и шаг в сторону боялась сделать от работы, от науки, от магии. Во многих аспектах он был даже лучшим магом, чем она, и воскресительница, оглядываясь назад, сожалела о том, что всю жизнь сама держала себя в клетке, не относясь ни к чему со столь сильной страстью, как к собственной магии. В более раннем возрасте она редко покидала поместье, бесконечно сидя над учебниками и не видя рядом с собой ничего, кроме долга, работы, успеха, который просто так ни к кому в руки не приходит. Филипп был другим. Он позволял себе быть кем-то кроме хранителя, кем-то кроме мага. И этот факт, пожалуй, являлся решающей точкой в том, почему эти отношения сложились именно так, а не иначе. Ровена часто и ясно вспоминала один из тех вечеров, которые они проводили вместе, находясь ещё в самом начале своего пути, в самом начале обучения. Десять лет назад... такие вечера обычно проводились за поздними прогулками или разговорами - о том, о сём, однако очень часто именно о поэзии, которой чародей тогда только начинал увлекаться. В тот вечер, прямо как и сейчас Филипп читал вслух какой-то текст, недавно обнаруженный в сборнике стихов, и Ровена слушала. Даже этого было  достаточно для того, чтобы в очередной раз ощутить восхищение тем, кто был совсем не как она, кто позволял себе быть кем-то, чем-то за исключением того, чем он должен был быть. Вот только... кажется, в том стихотворении речь шла о красоте, и слово "красота" повторялось в нём три раза подряд. И каждый раз, каждый повтор, читая, он на мгновение, на долю секунды невольно отвлекался, бросая мимолётный взгляд на Ровену. Три этих повтора, три взгляда подействовали на некромантку как магия, навсегда подчинившая себе рассудок, как приворотное зелье. Закончив, он принялся что-то объяснять, рассказывать о схожем тексте, который уже читал когда-то, но Ровена не поняла ни слова невзирая на то, что говорить Филипп продолжал на ним обоим известном языке. Слова пролетали мимо её ушей. С этого момента она была потеряна. И кто же мог знать, что, прежде чем что-то в действительности изменится, пройдёт порядком около девяти лет? Быть может, не будь Ровена столь слепой и зацикленной на собственном успехе все те годы, это произошло бы гораздо раньше. Быть может, они бы были несколько счастливее. Однако прошлого, как и потерянного времени, не вернуть...
В её взгляде вновь промелькнуло восхищение, как и каждый раз. Познания шаманки в литературе были не столь обширными как у чародея, однако всё же позволяли ей вести разговоры на данную тему, и в этот момент ей вспомнилось стихотворение, которое воскресительница обнаружила несколько недель назад среди своих книг. Она занималась сортировкой своей старой литературы - о магии, безусловно - и обнаружила среди страниц одной из книг замученный, потрёпанный листочек. Как и откуда он туда попал, было не ясно; не указывалась ни дата, ни авторство. Это были слова неизвестного, которые, однако, все эти недели не выходили у Ровены из головы. Раз за разом она перечитывала их, различая параллели к тому, о чём она думала вот уже всё утро, всю свою жизнь... о чём намеревалась завести разговор. Кто написал их? Определённо, изгой. Определённо, тот, кто не заслужил им быть. Другой некромант? Сердце подсказывало шаманке, что это было так. Слишком близко, слишком больно и так, как написать это мог лишь обладатель запретной стихии. В ответ на восхищение Филиппа прочитанным им вслух текстом, некромантка тепло улыбнулась, кивая.
- Это напоминает мне кое-что, - начала она, словно что-то вспоминая. И Ровена в действительности вспоминала: эти строки она знала уже наизусть, и именно они пришлись бы как нельзя кстати сейчас, когда шаманка желала поделиться своими идеями, мучившими её всё утро. - Недавно я нашла кое-что среди своей старой литературы. Ты знаешь, насколько скучна я и мои книги, среди них едва ли найдётся что-то занимательное для увлечённого поэзией, - она коротко рассмеялась, тут же продолжив. - Необычные строки. Понятия не имею, как они вообще могли оказаться среди страниц одного из учебников, но ни автора, ни даты я не обнаружила, - Ровена вздохнула, глубоко, собираясь с мыслями; вновь взялась за свою чашку, тут же обнаружив, что она уже была пуста, и поднялась из-за стола, намереваясь налить себе ещё чаю.
- Светел лик твой, спокойный и мудрый, и бездонные пропасти глаз. Ты - звезда, озарившая утро, что горит в предначертанный час. Ты - огонь, что рождает виденья, ты - надежда, что нам не дана. Перед смертью, за миг до рожденья, вспомню имя твое... - воскресительница сделала паузу, отвлекаясь на чай. Строка, однако, в действительности обрывалась на этом моменте: имя адресата в стихотворении не указывалось. - Как темна и безлунна дорога, ветви хлесткие бьют по щекам. И никто никогда не поможет и не даст отпущение нам. Прокляни, раз боишься увидеть, отомсти, раз боишься понять. Крикни громче "Сгинь", да "Изыди", может, будет спокойнее спать? Эта вечность - последняя битва, эта ночь - корка льда на воде. И сегодня мы будем убиты, кем-то, где-то, зачем-то, везде...
Тишина. Молчание. Ровена обернулась к Филиппу, поднося чашку с чаем к губам.
- Красиво. Но мне хотелось бы, чтобы это никогда не было написано, когда я представляю, кто и почему пришёл к таким мыслям. Это больно. Незаслуженно.

12

Харон недовольно мяукнул, когда его согнали с колен, и стал упорно виться у шаманки в ногах - так, что она чуть не споткнулась, пока шла за чаем. Филипп же с готовностью отвлёкся от сиюминутного предмета обожания и уделил всё своё внимание Ровене, когда та заговорила. Выслушал её сосредоточенно, не отрывая глаз, безмолвно следуя льдистым взглядом за фигурой шаманки, пристально вслушиваясь в её слова. Действительно, вот уж кого сложно было заподозрить в увлечении хоть чем-то, не связанным с магией, так это воскресительницу, и тем удивительнее было слышать, как она по памяти читала стихотворение. Не то, чтобы чародей не знал, что она так может... скорее, просто совершенно не задумывался о подобном, и потому сейчас был явно удивлён и заинтересован.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Ты не скучная, не правда. Ты просто узконаправленная, - эти слова не были явным убеждением с целью изменить мнение Ровены, скорее - просто напоминанием очевидного, например, того, что трава зелёная, а песок жёлтый. Мог ли возлюбленный согласиться со словами девушки? Ну разумеется, нет, даже если в них была доля - лишь доля! - правды. Да, у неё не было увлечений помимо магии, но зато в магических науках воскресительница была так хороша, как другим и не снилось. - Отличный пример классического имперского стихосложения, размерность, количество стоп... - Филипп оборвал сам себя и поправил очки, усмехнувшись, после чего безошибочно угадал её мысли. - Прости, ты не об этом, разумеется. Снова думаешь о судьбе некромантов, да? - Мужчина откинулся на спинку стула и тоже взял чашку - ещё полную, ведь он к ней не притрагивался, слишком увлечённый чтением. Помолчал немного, делая пару глотков. - И никто никогда не поможет, - низкий мужской голос гораздо больше подходил для чтения таких дышащих обречённостью строк. - Кроме нас самих. Но вряд ли нам вообще возможно помочь. Именно поэтому, я считаю, некроманты делятся на два преобладающих типа: те, кто ненавидят всех не обладающих даром Смерти, и те, кто отрешается от них. Исключения крайне редки - мы вот с тобой, например. Хотя мы, пожалуй, в какой-то степени всё же относимся ко второму типу, пускай и вынуждено. Никто не даст нам отпущение. Этаа печать отличается от запечатывающих печатей Министерства Магии лишь тем, что её не видно, и я не представляю, как это можно изменить, - нельзя сказать, что чародей не разделял утопической мечты Ровены, просто... он был большим реалистом и, может быть, даже немного пессимистом. Перестать быть ненавидимым - тайная мечта очень многих, обладающих запрещёнными стихиями, и, особенно, некромантов, ведь обладание Тьмой и Кровью не каралось так жестоко и бескомпромиссно. Взгляд светлых глаз был мрачен и направлен в окно. - Удивительно точные строки, очень может быть, что их писал кто-то из обладателей запретного дара. Боишься увидеть, боишься понять, всё так...

13

Харон мешался у воскресительницы под ногами, явно недовольный тем, что хозяйка прекратила обращать на него внимание, однако теперь Ровена была отвлечена разговором, который целиком и полностью поглотил её внимание. Она внимательно выслушала чародея, не перебивая, а после того, как тот договорил, не поспешила отвечать, явно о чём-то задумавшись. Взгляд был мрачным, смотрела шаманка себе под ноги, стоя рядом с Филиппом и оперевшись о стоявший позади неё столик. Она продолжала держать чашку в руке, а когда решилась сделать глоток, отчего-то закашлялась и скривилась, тут же небрежно вновь отставив её прочь: обожглась не успевшим ещё остыть чаем.
- Мне тяжело не думать об этом. А теперь, когда я могу позволить себе думать о чём-то кроме собственных проблем, вдвойне тяжело, - начала она отвечать медленно, подняв взгляд к Филиппу. - Нам просто повезло, однако везёт далеко не всем. И я считаю, что цепи и печати действительны лишь тогда, когда мы позволяем себе смириться с ними. Я не могу и не хочу этого. Единственное верное, что можно сделать - это бороться против них, бороться за лучшую судьбу, даже если успех недостижим. В тот момент, когда мы перестаём противостоять, мы уже потеряны, - некромантка снова потупила взгляд, собираясь с дальнейшими мыслями. Она прекрасно осознавала всю сложность своей задачи, её, вероятнее всего, неисполнимость, однако если бы каждый мечтатель на свете вот так просто сдавался, отбрасывал свои идеи прочь, даже не предприняв попыток воплотить их в реальность, мир бы, наверное, был ещё более мрачным местом, чем он являлся сейчас. Безусловно, среди магов Смерти встречались личности, не способные ни на что, кроме разрушения, однако такие встречались и среди многих других магов. Только поступки и помыслы определяют человека, не его происхождение, достаток... магическая стихия. Не все обладатели запретных стихий - чудовища, и им не нужно быть заключенными в кандалы, чтобы доказать это. Именно так считала Ровена.
- Я прекрасно понимаю, что не смогу спасти весь мир. Я просто хочу, чтобы существовало в этом мире место, в котором не нужно бояться ненависти и преследования. Не нужно оправдываться. Никому. Это сложно, но... если это позволит обеспечить лучшую судьбу хотя бы одному магу, если хоть где-то к одарённым неугодной стихией детям перестанут относиться как к мусору, все усилия будут оправданы. Что-то сдвинется с места, что-то изменится к лучшему. Да, Арон поступил с нами далеко не лучшим образом после той экспедиции, но если бы все были столь открытыми как он - каким он был до этого всего, жить стало бы проще.
Воскресительница замолчала, беспокойно касаясь одной из своих кос и накручивая волосы на палец, чтобы хоть чем-то занять себя. Так она стояла молча ещё некоторое время, пока вдруг попросту - это могло несколько обескуражить спокойно сидевшего на своём месте чародея - не уселась к нему на колени, уже безвозвратно отвлекая от лежавшей на столе книги.
- Кстати, насчёт Арона... - заговорила шаманка уже несколько более оживлённо, более быстро, вдохновлённо. - Я тут подумала, что было бы неплохо встретиться с Альдо по поводу всей этой... идеи. Он знает кое-кого, кто меня... нас, быть может, поддержит. Я ещё не знаю, с чего начать, но это всё же лучше, чем продолжать сидеть на месте, потому что это я делаю уже слишком долго. Не имею представление, чем всё это может закончиться, но, наверное, было бы неплохо переговорить с кем-то, кто придерживается схожего мнения. Альдо может знать, где найти этих людей и стоит ли вообще встречаться с ними. Что скажешь?
Харону весь этот жест, очевидно, показался наивысшей формой предательства, которое человек может совершить по отношению к мёртвому коту, так как он тут же увязался за Ровеной, пытаясь уцепиться за неё и недовольно зашипел на Филиппа. Если бы он мог думать, то наверняка размышлял бы сейчас о том, как некромантка могла обменять его на какого-то там человека, однако отвлечь на себя внимание Ровены ему, увы, не удалось.

14

Подарок судьбы в виде любимой женщины на коленях чародей принял не то, чтобы безропотно, а даже с явным воодушевлением - отложил на стол очки, обнял шаманку за талию и прижался лицом к её плечу. Харона такой исход, разумеется, категорически не устраивал, но поделать мёртвый кот, увы, ничего с этим не мог. Потому он ещё немного повыражал своё крайнее недовольство, после чего обиженно удалился с кухни куда-то вглубь дома. Филипп же слушал воскресительницу, поглаживая по талии, спине, изредка пробегая пальцами до её шеи и затылка.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Да, нам действительно повезло. Пускай многие и считаю службу у Хвади рабством, но это, скорее, из зависти, - голос его был чуть приглушён из-за облака белоснежных волос, в которое некромант уткнулся лицом. - Безусловно, что-то такое отдалённое в этом есть, но, в конце концов, он всегда предоставлял своим Хранителям достаточно свободы и не требовал компенсации за обучение. В Лиге и так некромантам живётся намного вольнее, чем остальных городах, но, согласен, этого недостаточно, - в следующий миг Филипп тихо и коротко рассмеялся, отстраняясь от Ровены - но лишь за тем, чтобы посмотреть ей глаза, не выпуская из объятий. - Да, аж целых полтора дня ты сидишь на месте! - Действительно, учитывая, откуда некроманты вернулись буквально позавчера, передышка была и вправду не такой большой, особенно при том, что они успели пробежаться по лавкам, таки прикупить шаманке кое-какую броню, подтянуть её навыки в магии Света, детально обсудить случившееся... Можно сказать, полноценного отдыха у них и не было, но был ли он нужен? Ведь когда никто больше не стоит за плечом, указывая, что можно, что нельзя и что дó‎лжно, жить хочется как никогда. - Поговорить конечно можно - мы уж точно ничего не потеряем, да и торопиться нам некуда, - чародей снова замолчал, вглядываясь в черты шаманки не мигая, и, через пару ударов сердца, прижал её к себе крепче, подавшись вперёд, чтобы поцеловать. Неспешно и очень нежно. Ведь торопиться им и вправду было совершенно некуда...

15

После столь тяжелого и полного испытаний путешествия полноценный отдых едва ли мог бы помешать кому-то и был более, чем уместен, однако остаться вчера дома на весь день у некромантов, увы, не получилось. Разумеется, никто не заставлял и не мог заставить их тут же возвратиться к простой повседневной жизни, но для того, чтобы отдохнуть, первой половины дня оказалось... вполне достаточно. Во второй же половине успели сделать они достаточно много, разве что с Итаном ещё не повидались, просто отправив ему весточку о том, что всё было в порядке, и отложив встречу на один из ближайших дней. Разговор с ним обещал быть долгим, так как это именно он подал Ровене идею о путешествии к вулкану Рубиус для уничтожения филактерии: Фалькенстейну было бы крайне интересно в подробностях услышать о всех происшествиях позавчерашнего дня, и для этого рассказа стоило выделить определённое время. Вещи до сих пор оставались неразобранными, да и заниматься ими как-то не слишком хотелось и не нужно было: разве что для того, чтобы позже отправить Альдо мысль-вестник, воскресительнице придётся покопошиться в запасах своих магических свитков. 
Филипп совершенно не огорчился, когда Ровена целиком и полностью завладела его вниманием, а когда он выразил своё согласие касательно её мыслей и идей, с лица шаманки и вовсе исчезла тень всякой печали, которая преследовала некромантку, стоило ей лишь подумать о трудностях, проблемах, несправедливости. Именно об этом и был весь их разговор, однако осознание того, что рядом есть кто-то, кто поддерживает её стремления, не могло не радовать Ровену, не могло не вселять надежду на то, что таких людей, быть может, совсем скоро станет больше. Ей хотелось с оптимизмом смотреть в будущее, хотелось верить в то, что что-то в действительности возможно изменить, пусть и в небольшом масштабе. Воскресительница отвлечённо перебирала волосы чародея и невольно рассмеялась в ответ, когда тот сделал справедливое замечание о том, что буквально позавчера они возвратились домой, и что никакой спешки в решении каких-либо вопросов не было.
- Я рада, что ты одобряешь. С Альдо мы не виделись слишком давно... кажется, четыре месяца прошло с момента прошлой встречи? Время от времени мне их всех не хватает: надеюсь только, что он не откажется. Но ты прав, торопиться нам и вправду некуда. Просто... - Ровена хотела продолжить говорить, однако Филипп не позволил ей завершить начатую фразу, оборвав её поцелуем. Она бы, вероятнее всего, так и продолжила говорить без умолку, продолжила бы свой воодушевлённый монолог, если бы он не сделал этого: поцелуй успокоил шаманку, отодвигая бесконечную бурю её мыслей и планов на второй план. Когда он прекратился - невозможно сказать, что Ровене каким-либо образом хотелось отвлекаться от этого занятия - она аккуратно убрала упавшую на лицо чародея прядь волос в сторону, на секунду или две задумавшись о том, как продолжить оборванную мгновение назад фразу. Теперь говорила она гораздо тише и размереннее, почти что шёпотом. - Просто как-то непривычно сидеть и ничего не делать. Или у тебя есть другие предложения?   

16

Отношения Ровены и Филиппа были давними, очень давними, базируясь, прежде всего, на крепкой дружбе и взаимоуважении. Потому их любовь, пустившая ростки на столь благодатной почве, несколько отличалась от "обычной" - некроманты хорошо понимали друг друга, характер и стремления, причины поступков и весь тот путь, что привёл их обоих в то положение, в котором они сейчас находились. Вместе. В тишине и покое, в тихой гавани, куда всегда можно было вернуться... Грохот из глубины дома, правда, стал несколько нарушать тишину - видимо, обиженный Харон снова взялся за своё любимое развлечение, то ли пытаясь привлечь внимание хозяйки, то ли просто заполняя свои мёртвые будни хоть каким-то досугом, ведь не так много было ему доступно. Ни тебе птичек погоняешь во дворе, ни мышей половишь - вряд ли грызуны вообще рисковали соваться в семейное гнёздышко двух некромантов... В общем, приглушённые звуки погони были уже вполне привычны, и Филипп, допустим, не обращал на них внимания, сосредоточенный на шаманке в своих руках.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Да, давно... - отрешённо не стал спорить Филипп, слишком занятый мыслями явно не о Хранителе. Для них двоих, привыкших проводить с Хвади и его людьми практически всё своё время, четыре месяца и правда было немалым сроком, хотя для других людей, живущих далеко друг от друга, вероятно, это время было ничтожным. Чародей чуть прикрыл глаза от прикосновений шаманки и, в свою очередь, кончиками пальцев коснулся её лица. - Ну, мы могли бы... поваляться немного... почитать что-нибудь... ничего не делать это, конечно слишком скучно. Или... - Филипп замолчал и чуть отстранился, став предельно серьёзным и сосредоточенным, снова пристально взглянув девушке в глаза. - Как думаешь - может быть... - он явно не решался высказать свою мысль, что могло намекать на крайнюю её серьёзность. Льдисто-светлый взгляд чуть бегал, когда он фокусировался то на левом глазе Ровены, то на правом, пока, наконец, не остановился где-то посередине. - Может быть, нам завести детей? - В вопросе не было уверенности - ведь они это ещё не обсуждали, и Филипп не мог знать, как воскресительница к этому отнесётся. Не мог прочесть её мыслей, не мог даже предположить, что она могла бы ответить. В то же время, крайне сильно уважая её, он, разумеется, никогда не стал бы настаивать ни на чём, в данный момент лишь сообщая, что сам лично задумывается о вероятности это обсудить.

17

В тот момент, когда Ровена задала чародею свой последний вопрос, у неё в голове уже было более чем ясное представление того, как они могли бы провести время: оставалось только дождаться, пока разговор зайдёт в подходящее русло, а это, как казалось шаманке, уже точно должно было произойти вот прямо сейчас. Она демонстративно поджала губы, изображая явное разочарование тем, что Филипп стал предлагать: конечно же, всё это было наигранно, вот только воскресительница ещё не подозревала, что возлюбленный скажет буквально через несколько секунд, и потому настроение её из задумчиво-меланхоличного стало приподнятым, что было заметно.
- Почитать? И всё? - Ровена вопросительно приподняла бровь, но выражение своего разочарования на лице не смогла поддерживать долго, тихо рассмеявшись. Чародей явно о чём-то думал: отвечал он слишком отвлечённо, делал долгие паузы, будто и правда всерьёз размышлял о том, какую книгу выбрать для проведения увлекательного досуга. Некромантка уже была готова схватить его за руку и потащить за собой туда, куда ей было интересно, однако в следующий момент он задал вопрос, которого Ровена в эту секунду никак не ожидала. Вопрос оставил её молча сидеть на месте, застыв, сметая двусмысленную улыбку прочь.
Сказать, что этот вопрос был слишком уж неожиданным, было бы ложью: безусловно, они ещё никогда не обсуждали это напрямую, но мысли подобного характера у Ровены были. Наверное, именно благодаря её крайней зацикленности на понятии "семья" воскресительница время от времени, даже раньше, намного раньше думала о том, чтобы однажды завести собственную. Где-то в глубине души ей хотелось иметь то, чего она по-настоящему никогда не имела: и пусть ни любящих родителей, ни уж тем более понимающего деда - как показали недавние события - у Ровены не было, она всё ещё могла стать этим отсутствующим элементом для кого-то. Могла исправить то, что сделали её родители, в собственной жизни, в жизни собственного ребёнка, который бы у неё, быть может, когда-то появился. Ей хотелось стать хорошим примером именно по той причине, что в роду де Мортикус таких хороших примеров попросту не было. И чем чаще шаманка об этом думала, тем чаще спрашивала она себя, хочет ли она в действительности создать семью или же просто самоутвердиться за счёт того, что сделает нечто, чего другие де Мортикус никогда не были в состоянии сделать, за счёт того, что "переплюнет" их? Доказывать что-либо было попросту больше некому. О том, как живут её биологические родители - быть может, они уже тоже давно были мертвы - Ровена представления не имела, Рэймел сгинул, несчастному призраку Орнеллы было наплевать на всех и на всё, а уж тем более на то, что делает её призывательница. Доказать что-то воскресительница могла лишь собственному эго, и всё это она прекрасно понимала. Она понимала, что через рождение собственного ребёнка лишь желает продемонстрировать себе самой, насколько она лучше других представителей своего рода, что благодаря этому лишь попытается переработать свои детские комплексы, с которыми жила до сих пор. Парадокс заключился в том, что, осознавая это, Ровена уже попросту не могла быть лучше Рэймела, Виктора или кого-либо ещё, потому что сама цель этого действия - самоутверждение - сразу же извращала всё понятие "идеальной матери", которой шаманке хотелось бы стать. Эта цель делала её такой же эгоистичной, самовлюблённой нарцисской, какими были все остальные до неё. Анализируя собственные мысли долгие годы, Ровена пришла к таким выводам, и они казались ей истинными. Казались. Но... было ли это на самом деле так? Существовало и множество других причин, по которым некромантка сейчас не могла позволить себе отвлекаться на создание семьи: у неё ещё были иные цели и мечты в жизни, которых предстояло достигнуть. Едва ли она могла представить себя дома за воспитанием ребёнка: на такое Ровена была не согласна, ей пришлось бы искать другие решения проблемы, чтобы иметь достаточное количество свободного времени в своём распоряжении. Как бы опасны не были все прошедшие экспедиции и путешествия, шаманке нравилась такая жизнь, ей нравилась опасность, адреналин. Конечно же, в разумных количествах: встречу с Рэймелом, едва не окончившуюся для обоих магов смертельно, с трудом можно было назвать чем-то допустимым, однако Ровене было бы сложно попросту остановиться и сидеть дома. Она бы, вероятно, сошла с ума. Или нет? Этого она с точностью сказать не могла, потому что не знала, понятия не имела, что это такое. Все эти аспекты хаотично смешивались в желаниях и представлениях Ровены: с одной стороны стремление получить то, что всегда хотела - любящую семью, настоящую, с другой - вопрос о собственной эгоистичности и занятости в других сферах жизни. Вопрос, заданный Филиппом, не озадачил воскресительницу - он почти что привёл её в панику. Ровена замерла, несколько отстраняясь и усаживаясь на коленях чародея удобнее. Холодный взгляд бегал из стороны в стороны, пока в растерянности всё-таки вновь не встретился с глазами Филиппа.
- Я думала об этом... - начала говорить она мрачно, будто бы только что её оповестили о чьей-то смерти, а не задали обыкновенный вопрос. Необходимо ли было поделиться с чародеем всеми своими мыслями касательно этого? Определённо, однако придётся постараться сформировать их ясным и разумным образом. - Я люблю тебя. И я правда хочу, чтобы у нас была настоящая семья. Всегда хотела. Вот только я не думаю, что я в состоянии всё это сделать таким образом, каким следует. Я не хочу, чтобы наш ребёнок думал о нас так, как мы думаем о своих родителях, а в моём случае это неизбежно, потому что каждый раз размышляя о том, что я хочу собственную семью, я думаю в первую очередь о себе. Мне кажется, что я хочу доказать что-то кому-то. Что я могу быть тем, чем не был Рэймел и не были мои родители, что я как будто бы лучше, чем они... вот только делаю я это, пожалуй, именно потому, что пытаюсь хоть каким-то образом потешить своё самолюбие. И чем я, в таком случае, лучше моих предков? Что я смогу дать этому несчастному результату своего безмерного эго, кроме такого же эгоизма и завышенных ожиданий? Сколько раз я вообще только что произнесла слова "я" и "хочу"?
Ровена замолчала, делая продолжительную паузу, позволяя чародею хоть как-то воспринять поток её мыслей и подумать над ними. Она отвела взгляд в сторону.
- Да и вообще, какая из меня мать? Я и двух дней на месте усидеть не могу. В том, что ты с этим справишься я не сомневаюсь, однако из меня ничего разумного не выйдет.

18

Переживания, круговорот мыслей, поиски причин и обоснований - всё это клубком копошилось в разуме Ровены, и разобраться в этих хитросплетениях было очень непросто. Где лежала истина? Могла ли шаманка стать хорошей матерью, о которой всегда мечтала? Или она думала о ребёнке лишь как о средстве доказать кому-то собственную состоятельность? Способность любить? Заботиться? Вырастить психически здорового человека, не обременив его ворохом детских травм? Или, всё же, она хотела хотя бы во взрослом возрасте насладиться полноценным семейным теплом и счастьем? Был ли для этого необходим ребёнок, или Филиппа было вполне достаточно? Ровена пыталась разобраться в этих вопросах годами и всё ещё не была уверена в собственных выводах. Это было видно.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Э-эй, - чародей обхватил горячими, сухими ладонями лицо шаманки, мигом сменив задумчивость и неуверенность на предельную заботу и нежность. - Я думаю, что по тому, насколько серьёзно ты об этом думаешь и рассуждаешь, можно с уверенностью сказать, что ты точно справишься. Не ради того, чтобы что-то кому-то доказать, но просто потому, что хочешь этого - не доказывать, а сделать всё хорошо и правильно. Привнести в этот мир частичку света и любви, - в негромком голосе больше не было ни капли сомнений - теперь он буквально горел убеждённостью в каждом своём слове, эманируя настолько сильно, что не почувствовать было невозможно. - Но раз ты пока сомневаешься - мы не будем принимать это решение, слишком оно важно для нас обоих. Я уверен, однажды настанет день, когда ты просто поймёшь, что готова, что хочешь этого. Я подожду. Я тоже люблю тебя, что бы не случилось, и желаю тебе счастья - никогда от этом не забывай, - к счастью, Ровена состояла во взрослых, здоровых отношениях, в которых благо другого ставилось выше собственного, что позволяло строить совместную жизнь наиболее комфортно для обоих. В завершение своей пламенной речи Филипп запечатлел на устах шаманки новый поцелуй, намного сильнее наполненный его сутью огненного мага, чем раньше. Была ли она права в убеждении, что вспыльчивый чародей будет хорошим отцом? Не мелькало ли у неё картин, как ребёнок роняет тарелку каши на пол, и любящий папа сгоряча начинает полыхать яростью в прямом смысле этого слова? Пожалуй, всё это можно было выяснить лишь опытным путём... Ну а пока... пока руки Филиппа настойчиво вынуждали Ровену забыть обо всём, что могло помешать им прямо сейчас провести время вместе.

19

Паутина собственных мыслей была спутана таким образом, что Ровена была попросту не в состоянии разобраться в них самостоятельно. Слишком она боялась не суметь доказать самой себе, что она - нечто большее, нечто лучшее, чем те, кто позволил появиться на свет ей самой. На своих родителях воскресительница не была зациклена настолько сильно, как некогда на Рэймеле, однако время от времени она думала о том, какими они были. Может быть, они сожалели? Может быть, они хотели отыскать её и хотя бы познакомиться с родной дочерью? Однако, если бы они этого в действительности хотели, разве бы они не попытались сделать это уже давным-давно? Быть может - скорее всего - они даже нашли Ровене замену, усыновив или удочерив какого-нибудь другого ребёнка, не обременённого ненавистным даром некромантии. Больше всего шаманка боялась, что однажды, когда у неё дети всё-таки - если - появятся, она совершит аналогичную ошибку, пусть и не бросив осознательно, однако сделав нечто такое, что поставит её на один уровень с собственными отцом и матерью. На данный момент некромантка не была уверена в том, что готова отодвинуть иные приоритеты своей жизни на второй план. Она буквально только что начала жить для себя, и это тихое, уютное утро, не наполненное ничем кроме долгожданного спокойствия, было ей в радость. Ровене хотелось испытывать это спокойствие каждый день. Будет ли это возможно с ребёнком? Нет. Новые заботы, новые проблемы, а ведь воскресительница ещё едва ли успела разобраться со старыми.
- Да, - согласилась она, кивая, однако всё ещё несколько отстранённо. - Нужно подумать. Хотя бы некоторое время. Такие решения не принимаются спонтанно.
Для достаточно хладнокровной и рассудительной Ровены - во всяком случае, именно такой она и являлась большую часть времени - такой ответ был более чем типичным и ожидаемым. Однако этот разговор, несомненно, сделал небольшой толчок в сторону принятия определённого решения: сколько времени шаманке понадобится для того, чтобы принять окончательное, она не знала. Тем не менее теперь она, наверное, будет чуть чаще задумываться об этом вопросе. Размышления о том, выйдет ли из огненного мага в действительности хороший отец, заставили Ровену улыбнуться: ведь это именно после вступления в отношения они практически прекратили как-либо ссориться. До этого, когда они оба ещё обитали в поместье Хвади, дело порой доходило до нешуточных ссор с хлопаньем дверью (отчего-то Ровене чрезвычайно нравилось делать это, когда Филипп умудрялся вывести её из себя), битьём каких-либо предметов и желанием запустить эти же предметы в оппонента. Конфликты случались крайне редко, однако запоминались надолго, но сейчас всё это заставило воскресительницу лишь улыбнуться своим мыслям, из напряжённого возвращаясь в гораздо более расслабленное состояние. Ещё один поцелуй - и никакой необходимости сохранять минутную меланхоличность, беспокойство, больше окончательно не было.
- Так что ты там хотел почитать? - теперь она отстранилась намеренно, возвращая беседу в более интересное на данный момент направление. Рукав и без того весьма открытого платья как будто бы совершенно не нарочно соскользнул с плеча. - У меня есть одна идея. Тебе точно понравится. Вот только нам, наверное, лучше всё-таки вернуться наверх. Не слишком уж здесь удобно заниматься... чтением. Да?

20

На провокационный вопрос шаманки чародей улыбнулся с готовностью пояснить, что он имел ввиду, но продемонстрированное плечо несколько сбило его с мысли. Филиппу пришлось выбирать - слова или действия, но ввиду крайней сложности выбора пришлось совместить, потому его речь стала отрывистой, ведь некромант постоянно замолкал, чтобы оставить новый поцелуй на светлой коже.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - О... у меня... есть... отличное... предложение... - в запальчивости он даже попытался поднять девушку на руки, но... больше, чем на десяток шагов до лестницы чародея не хватило - увы, маги, как правило, не отличались большой силой, позволяющей носить на руках любимых женщин. У них были другие таланты и сильные стороны. И силу своей другой сильной стороны Филипп собирался продемонстрировать Ровене поскорее, поставив её на ноги с несколько смущённым смехом - чтобы взять за руку и поспешить наверх. - Я тут слышал о такой любопытной вещи - цветок лотоса на речной глади в дождливую погоду. Давай покажу.

Дорога до спальни была ужасно, чудовищно длинна...

Ровена и Филипп были вместе не настолько давно, чтобы пресытиться друг другом и перевести близость в разряд еженедельных дел. О нет, они всё ещё не могли насладиться друг другом, падая в объятья без оглядки, проваливаясь в страсть почти до беспамятства в стремлении насытить неуёмный голод. Но с каждым прикосновением, с каждым поцелуем этот голод только разрастался, вцепляясь в позвоночник острыми коготочками, задевающими каждый нерв. Вот они пробегают до затылка, вынуждая запрокинуть голову в попытке вдохнуть хоть каплю воздуха в горящие лёгкие. Вот толкают вперёд в безумном желании слиться, прижаться как можно крепче и не отпускать, не отпускать никогда, касаясь пылающей кожи с поразительной смеюсь жадности и нежности. Лишь когда не остаётся сил становится возможным вынырнуть на поверхность, замереть в неподвижности и отдышаться на тихом берегу, созданном лишь для них двоих. В такие моменты в полумраке спальни, на скомканной постели Филипп смотрел на Ровену особенно жарко, и в его льдисто-голубых глазах плескалась раскалённой лавой обжигающая до костей любовь, безоглядная, как любые эмоции огненных магов. Шаманка для него была любовью, другом, коллегой, противником. Всем. Чародей потянул девушку на себя, заключая в объятия, укладывая белокурую голову себе на грудь, где, под костяным корпусом, гулко и часто билось его сердце. Принадлежащее только ей одной...

21

Слишком часто, слишком долгие годы им обоим приходилось подавлять в себе это желание, чтобы сейчас, спустя каких-то полтора года полноценных отношений, получить достаточно или же слишком много от объекта мечтаний. Не бывало ни достаточно, ни слишком, и шаманка не могла сказать с уверенностью, наступит ли когда-либо такой день, в который она вдруг почувствует, что всё это стало обычной повседневностью. И когда в обманчиво-холодных глазах цвета льда Ровена различала огонь, она уже не могла оторвать от этого пламени собственного взгляда: если бы за окном в этот момент разрушился мир, она бы этого не заметила. Ничто не было способно заставить воскресительницу оторваться. Она готова была утонуть в этом огненном океане, сжечь себя изнутри, вдыхая вместо воздуха огонь, готова была... всё что угодно. Она не могла отказать чародею ни в чём, когда этот почти что гипнотический взгляд был прикован к ней, и не отказывала, отвечая взглядом безумным, тёмным, одержимым. Одержимым только им одним... как мятежная душа идёт на зов некроманта, так и шаманка поддавалась на зов того, без кого её существование не было возможно, внимала каждому его слову, жесту, касанию.
В молчании Ровена слушала, как билось сердце чародея, едва ощутимо, мягко проводя пальцами по его коже, и полностью сосредоточившись на этом занятие так, будто это было чем-то чрезвычайно важным. Не хотелось ни вставать, ни уж тем более хоть каким-либо образом отдаляться от него хотя бы на сантиметр. Так прошла минута, две, несколько. Ровена не считала времени, ей это было не нужно: она бы, пожалуй, была согласна умереть здесь и сейчас, потому как испытывала ощущение самого глубокого счастья, ради которого и время всей своей жизни было бы нисколько не жаль пожертвовать. Через некоторое время, однако, воскресительница всё же заговорила, неожиданно нарушая умиротворённую тишину не менее неожиданным вопросом.
- Ты хотел бы, чтобы наш ребёнок был некромантом?
Совсем недавно состоявшийся разговор не мог не оставить определённый отпечаток на мыслях Ровены, которые сейчас против её воли, сами по себе, вернулись к этому вопросу. Она и сама не ожидала, что нечто подобное сейчас сорвётся с её губ. Безусловно, шаманка думала об этом и раньше: о том, что дар некромантии в её роду передаётся лишь каждому второму поколению, Ровена прекрасно знала, однако о семье Филиппа им не было известно ровным счётом ничего. И вообще, быть может, вся эта история с каждым вторым поколением в роде де Мортикус была какой-то ошибкой, быть может, какой-то маленький, ничтожно маленький шанс всё-таки был? Желала ли Ровена, чтобы однажды её маленькие надежды, мечты и "а может быть" касательно этого вопроса оправдались? Несомненно. Желала ли она это признавать? Ни в коем случае. Каждый раз, когда такие мысли закрадывались в её голову, некромантка мысленно ругала сама себя и злилась: вот и сейчас почувствовала она себя несколько странно, наивно, глупо. Конечно же, это было бы здорово, обучать собственного ребёнка тому, что сам накапливал с годами и опытом, тому, что являлось неотъемлемой частью жизни, тому, что играло ключевую роль в судьбе. Прозвучать вопрос Ровены мог так, будто какое-то решение уже было принято, будто что-то уже было определено и запланировано, хотя на деле, разумеется, ничего ещё попросту не могло быть и не было решено, определено или же запланировано.
- Я... просто спрашиваю, - заметив, что задаёт достаточно рискованный вопрос с неверной интонацией, воскресительница всё же поправила сама себя. Оставив на плече чародея лёгкий поцелуй, шаманка приподнялась, усаживаясь напротив него и вопросительно глядя в глаза. Длинные, растрёпанные волосы спадали вниз, лишая необходимости немедленно одеваться.
- Я не знаю, хотела ли бы я. Я понимаю, что в моём роду дар передаётся только каждому второму поколению, но... мы много чего не знаем. Мы совсем ничего не знаем о твоей семье. И вообще... может быть, есть всё-таки какой-то шанс. Я имею в виду, не шанс, вероятность... ах, к чёрту. Если он некромантом будет... был бы... - шаманка в очередной раз запнулась, пытаясь подобрать подходящие формулировки и стараясь не говорить так, словно всё это уже являлось каким-то реальным событием, фактом, о котором имело смысл говорить подобным образом. Этот вопрос не будет решён в ближайшее время, однако собственными мыслями поделиться Ровене хотелось. К тому же, всё это медленно, но верно снова подводило разговор к возлюбленной ею теме. - Если он будет некромантом, он заслуживает жить в лучшем мире. Не то чтобы кто-то другой не заслуживает этого, просто я... - недовольный вздох, недовольный своими собственными словами и выражениями. - Ну в общем ты понял...

22

Вопрос действительно был внезапным и нарушающим тишину, но... можно ли было думать о чём-то ещё в этот момент? После разговора внизу, напомнившем о давнем вопросе, терзавшем шаманку? Филипп перевернулся на бок, подперев голову и кончиками пальцев поглаживая Ровену по руке. Взлохмаченный, с лихорадочным огнём в глазах, которому нужно было время, чтобы погаснуть.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Я понял. Пожалуй... наверное, нет. - Чуть подумав, ответил чародей. - Без сомнения, если нам удастся изменить отношение к некромантам хотя бы в Торговой Лиге это прекрасно, но... Это всё равно печать. Клетка. Нет возможности свободно путешествовать, говорить о своих исследованиях, всё равно мы обречены оглядываться всю нашу жизнь, с этим ничего не поделаешь. Я бы не хотел такой судьбы своему ребёнку. Я понимаю, что это путь наименьшего сопротивления - желать незапретной магии, чего-то обычного, дозволенного, но, думаю, я просто хочу, чтобы хотя бы у кого-то из моей, - нашей, - семьи была нормальная жизнь. Спокойная, когда проблемы в твоей жизни - лишь те, которые ты сам выбираешь или которые валятся на тебя из-за твоих собственных действий и ошибок, но не те, с которыми ты обязан бороться всю свою жизнь лишь из-за того, кем родился, - он хмыкнул. - Звучит, будто я хочу, чтобы наш ребёнок жил в аквариуме, а не в горной реке, да? Мол а как же всё то, что сделало нас нами - все те трудности и препятствия... - по тому, что Филипп говорил, становилось очевидно, что он, как и Ровена, очень много думал об этом вопросе, пускай и немного в другом направлении. Конечно, это было понятно - не обладая привязанностью к семье сложно мыслить категориями шаманки. - Но я уверен, что закалиться можно иначе, в нашем мире и так достаточно проблем. Ты подумай, сколько некромантов могут похвастаться здоровой психикой? Хотя бы частично, как мы? И то, мы стали такими, потому что росли в тепличных условиях, чем мало кто может похвастаться - хотя, конечно, было бы, чем хвастаться. Это не значит, что я буду не рад, если у нашего ребёнка пробудится дар Смерти! Конечно же, нет, - поспешно добавил он, очевидно, поняв, что может воскресительница подумать после таких слов. - Я буду счастлив, ведь смогу научить его - или её, - всему, что знаю, научить применять магию Смерти не во зло, но во благо. Но если бы у меня был выбор - нет, я бы не хотел такой судьбы своему сыну. Или дочери, - чуть запоздало добавил Филипп. Он не улыбнулся даже сейчас, говоря предельно серьёзно. Некроманту было не до шуток даже когда вопрос был сугубо теоретический, ведь ни один из них не мог повлиять на то, какой именно дар откроется у их ребёнка.

23

Время от времени воскресительница задумчиво кивала, внимательно слушая Филиппа и не перебивая. Безусловно, чародей говорил разумные вещи, но с определёнными аспектами Ровена была не согласна. Своё тайное желание она не могла признать даже в собственных мыслях, перед самой собой, однако оно было и никуда так просто деться не могло. Размышления Филиппа на этот счёт лишь убедили шаманку в том, что, в отличие от него, она мыслила эгоистично и уже сейчас, на этом этапе начинала строить какие-то ожидания, предположения, просто потому, что ей самой хотелось. Как обычные родители надеются на то, что у их ребёнка не будет никаких "отклонений", так некромантка тайно надеялась на то, что её ребёнок всё-таки каким-то немыслимым образом будет похож на неё и будет обладать её стихией. Повлиять на это ни Филипп, ни Ровена не могли, но где-то глубоко внутри сидела эта навязчивая идея, заставляющая воскресительницу думать о том, как прекрасно бы всё это было. Могло бы быть. Вот только для кого? Ровена никак не могла возразить чародею, потому что боялась, что её слова в действительности прозвучат слишком эгоистично: она не знала, как выразить свои мысли таким образом, чтобы они не прозвучали, будто... будто высказывал их типичный горделивый де Мортикус, думающий исключительно о собственных амбициях и планах, мечтающий о достойном ученике, а не о каком-нибудь бездарном адепте с улицы. Или о бездарном ребёнке. Одно лишь представление о том, что именно такими категориями когда-то мыслил Рэймел, заставило шаманку немедленно испытать отвращение по отношению к самой себе. Она была готова едва ли не разрыдаться от отчаяния, понимая, что схожие мысли, будто демоны, копошились в её голове... нет, она была лучше. Она должна была быть лучше! Не существовало никаких гарантий того, что её гипотетический ребёнок будет одарён определённой стихией, и этот факт был нисколько не должен удручать Ровену, если она намеревалась претендовать на звание пусть и не лучшей, но во всяком случае хорошей матери. Чем больше некромантка слушала чародея, тем больше путалась она сама, тем хуже она себя ощущала, ведь она не могла похвастаться столь бескорыстным мышлением в данном вопросе.
- Ты прав, - согласилась Ровена с глубоким вздохом. - Но на самом деле, если быть честной, я скорее хочу, чем не хочу. Я боюсь, что он будет ненавидеть нас, если не будет иметь с нами ничего общего. А это, как ни крути, решающий аспект нашей жизни. Людям в большинстве своём наплевать на то, что ты - маг Огня, а я - маг Света, например. Они видят только то, что им интересно. Своего рода клеймо, верно. Но, знаешь... лучше уж клеймо, чем недальновидность и глупость. Если бы мне предложили обменять стихию на нормальную жизнь, я бы никогда не согласилась. Я люблю нашу жизнь со всеми её трудностями, и я не испытываю стыда за то, кто я есть. Совершенно наоборот.
Воскресительница, как и её возлюбленный, также говорила крайне серьёзно, не позволяя себе даже мимолётной улыбки. В последних её словах явно прослушивалась нотка гордости и абсолютная уверенность. Нет, это не звучало так, словно она обвиняет Филиппа в том, что он может быть не согласен с ней: Ровена бесконечно уважала его мнение, однако собственное выражала со свойственной себе уверенностью в этом аспекте. Тем не менее, когда шаманка замолчала, ей показалось, что слова её прозвучали холодно, грубо... мысленно она одёрнула себя, тут же склоняясь обратно к чародею и оставляя на его губах достаточно долгий поцелуй - желая смягчить собственную, как шаманке казалось, резкость.
- Надеюсь, ты не понимаешь меня неправильно. Я рада, что мы, для начала, хотя бы поговорили обо всём этом. Не очень комфортно было думать о таких вещах в одиночестве, - снова отстранившись, Ровена уже не смогла сдержать улыбки, чтобы окончательно разрядить ситуацию. Некромантка поднялась с постели, спешно набросила на плечи тонкую накидку бледно-сиреневого цвета - предназначенную исключительно для нахождения дома, чтобы не утруждать себя иной лишней одеждой - и приблизилась к собственному рабочему столу, находившемуся в другом углу комнаты у окна. Принялась перебирать свои вещи: беспорядочно лежавшие книги и записи, кое-какие магические зелья, оставшиеся после возвращения из Рубиуса, и магические свитки.
- Что-то кушать хочется. Опять. Ох, не идут мне выходные на пользу... только и думаю о развлечениях, - рассмеялась Ровена, продолжая копошиться в хаотично разбросанных предметах, пока, наконец, не отыскала нужный свиток. - Прибраться бы тоже не помешало. Но для начала, пожалуй, всё-таки покушать. Так что, думаю, самое время спросить Альдо, не желает ли он составить нам компанию. И только не говори, что мы только что позавтракали! - удивительно было слышать, как буквально минуту назад со всей серьёзностью размышлявшая о будущем некромантка так резко переменила свой тон и настроение на более чем жизнерадостное и безоблачное. Глаза блестели, то тут, то там проскальзывала улыбка и шутка. Так уж неестественно это не выглядело, потому что поводов для беспокойства и грусти ни у Ровены, ни у Филиппа сейчас не было, и день начался прекрасно, однако резкая смена темы разговора всё же была ощутима. Воскресительница сконцентрировалась и приступила к чтению мысли-вестника, формируя для Альдо следующее сообщение:
Мы давно не встречались. Я была бы рада увидеть тебя сегодня, если у тебя найдётся свободная минутка. Просто назови время и место. Можешь навестить нас, если пожелаешь: адрес тебе известен. Ровена.

24

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Как это ничего общего! - Пылко возмутился чародей. - Некромантия - далеко не всё, что у нас есть, здесь я с тобой не согласен. Я тоже испытываю стыда и люблю свой дар. Хотел бы я отказаться от него? Нет. Но я бы хотел для ребёнка другой жизни, вот и всё, - Филипп, разумеется, легко загорался, о чём Ровене было прекрасно известно, и она весьма вовремя применило средство, которое успокаивало возлюбленного почти гарантированно: поцелуй. Это сработало и сейчас - чародей с готовностью ответил, ведь разногласия по некоторым вещам были для них не проблемой, но лишь новой ступенью к тому, чтобы придти к компромиссу и стать крепче. Путь пары крайне редко бывает идеально гладким, всё же, люди слишком разные, чтобы сходиться абсолютно во всём, и немногие способны разговаривать, слышать и понимать. К счастью, Филипп и Ровена это умели, потому вполне можно было рассчитывать, что их совместный путь будет долог. Отпускать шаманку мужчина явно не хотел, но пришлось. - А тебе и не нужно, ты же знаешь, что всегда можешь обсудить со мной всё, что тебя беспокоит.

Тонкая накидка не то, чтобы хорошо скрывала тело, потому Филипп перевернулся на живот, подпёр подбородок кулаками и стал любоваться, как воскресительница копается на столике. Да уж, прибраться действительно стоило, а то вдруг пробегающий мимо Харон что-нибудь уронит? Боевое зелье? Будет точно не очень хорошо таким образом устроить пожар или что похуже - ладно интерьер, но ведь так можно лишиться крайне ценных магических свитков!

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Что-то ты больно часто кушать хочешь! А не беременная ли ты часом? - Попытался пошутить чародей, правда, после минувшего разговора шутка была, откровенно говоря, не очень смешной. Конечно, некромантка была уверена, что всё в порядке, просто мужчинам всё же сложнее понять тонкости подобных вопросов и, уж тем более, уместность таких "шуток".

Найдя требуемый свиток, Ровена отправила мысль-вестник старому знакомому в надежде, что у того найдётся время. Разумеется, не было гарантии, что Альдо сможет или захочет бросить всё, чем бы он там ни занимался, и примчаться в гости по первому зову, но хранитель Хвади точно даст знать, когда будет готов встретиться. Это было самое очевидное и простое начало изысканий, которые поставила перед собой девушка, и однозначно стоило поговорить с ним прежде, чем думать, к кому ещё обратиться. К удаче Ровены, ответ не заставил себя ждать.

В "Жемчужине", через три часа.

"Жемчужина песков" была ближайшим к поместью Хвади довольно дорогим трактиром, хорошо знакомом шаманке - не потому, что она часто там бывала, а из-за своей известности и близости к бывшему дому. Видимо, Альдо был достаточно занят, чтобы ходить по гостям.

Ровена, потеряно: свиток с заклинанием мысль-вестник

Отредактировано Нейтральный персонаж (2022-04-06 04:07:55)

25

Ровена на самом деле являлась далеко не такой заносчивой занудой, какой порой могла показаться окружающим при знакомстве или же первых встречах. К юмору она относилась положительно, и адекватно реагировала на большинство даже самых неуместных и дурацких шуток. Её, в отличие от Филиппа, вообще было достаточно сложно вывести из себя, и тем быстрее она замечала, когда по неосторожности говорила что-то не то. Кажется, некромант в действительности понял её не совсем правильно, но, предвидя это, воскресительница смогла вовремя применить одно из немногих средств, устраняющих дальнейшие разногласия. На несколько же неудавшуюся шутку Филиппа ответила Ровена легко: это никак её не задело и совершенно очевидно не могло восприниматься всерьёз.
- Нет. Тебе придётся смириться с тем, что я обжора, - она усмехнулась. - И вообще, дети не делаются так просто, как ты думаешь.
Ожидая ответа Альдо, шаманка решила привести свой рабочий стол хотя бы в небольшой порядок: убрала от греха подальше зелья на положенное для них место, аккуратно сложила оставшиеся магические свитки в ящик, а когда ответ от наставника всё же был получен, тут же продублировала его для Филиппа.
- Через три часа, в "Жемчужине", - сказала Ровена, присаживаясь на край кровати рядом с чародеем. Признаться, приглашение в гости с её стороны было лишь данью вежливости и гостеприимства по отношению к близкому человеку: если бы Альдо в действительности отыскал время для того, чтобы навестить магов, о приготовлении обеда пришлось бы заботиться самостоятельно. А поскольку сегодня была именно очередь Ровены готовить, она весьма обрадовалась тому, что благодаря назначенной встрече была избавлена от этой участи. Готовить шаманка не любила, да и удавалось ей это, честно говоря, не слишком хорошо: всё же кулинария являлась точно таким же навыком, как и все остальные, и требовала достаточно много практики и опыта для того, чтобы в итоге выходило нечто приятное на вкус. Филиппу это удавалось значительно лучше, и потому Ровена была только рада, если ей не приходилось заниматься ужином или обедом. Назначенное Альдо место было достаточно дорогим трактиром, однако, к счастью, финансовое состояние некромантов подобные траты пусть и не бесконечно, но всё-таки позволяло. Вопрос со встречей был решён, небольшой порядок на столе наведён, и потому всё внимание воскресительницы снова оказалось обращено к Филиппу, чьи встрёпанные волосы Ровена безуспешно пыталась разгладить. Этот жест был скорее невольным проявлением заботы, потому что, сидя на кровати, шаманка ещё не знала, что будет делать дальше.
- Три часа... достаточно долго. Наверное, можно ещё немного полежать. Других дел у меня на сегодня всё равно не запланировано... разве что, у тебя есть возражения, - не дожидаясь, впрочем, какого-либо ответа, Ровена откинулась на спину, укладываясь обратно в постель и намереваясь хотя бы ещё немного расслабиться и ни о чём не думать. Начать собираться, тем не менее, стоило своевременно, чтобы не опоздать на встречу и добраться до "Жемчужины" не совсем уж второпях.

26

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Ну, я буду любить даже если ты станешь похожей на мягкую булочку! - Усмехнулся Филипп, решив не продолжать "детскую" тему - быть может, решил, что для первого раза более, чем достаточно. В любых вопросах, если позволяет время, всё же лучше двигать постепенно, успевая обдумать и уложить все мысли и новую информацию. - Может быть, тебе поучиться кулинарии? Любишь покушать - люби и приготовить! Я же вижу, что тебе это не нравится, но, может быть, если научиться готовить быстро, просто и вкусно это не будет доставлять тебе таких неудобств? - Чародей переместился ближе и положил голову Ровене на колени. - Либо можем подумать, чтобы нанять кухарку, хотя бы на пару дней в неделю. Это не то, чтобы нам очень по карману, но стоит думать и о комфорте, это уж мы можем себе позволить, - он говорил негромко, закрыв глаза и просто наслаждаясь тишиной и покоем. Долгожданной передышкой между Очень Важными Делами. - Как думаешь, как там Арон? Без нас... - Внезапно спросил он.

Прожив практически всю сознательную жизнь в поместье Хвади, действительно было сложно вот так просто оказаться на улице, выкинутыми, будто надоевший щенок. Обидно. И больно. Да, Ровене, похоже, удалось справиться, но вот Филиппа, очевидно, это ещё беспокоило. Привязанность к человеку, который их купил - вещь специфическая... Всё же, как ни крути, Арон Хвади вырастил их, научил практически всему, что они знали, и, что главное, не потребовал ничего, когда сказал, что больше не нуждается в своих Хранителях. А ведь мог бы! Жители Лиги - люди, как правило, прагматичные.

Неспешные размышления оказались внезапно прерваны вторжением: с невнятными звуками в комнату вбежала Бэтси, по пятам за которой крупными прыжками скакал Харон, легко догоняя неповоротливую курицу и хватая её за ощипанный бок. Та попыталась найти спасение под кроватью, тогда некрокот запрыгнул на лежбище некромантов, прыгнул на живот Филиппу, от чего тот сдавленно охнул, прыгнул на живот Ровены и и напружинился, чтобы сигануть дальше.

27

Ровена устроилась поудобнее, опираясь на лежавшие позади неё подушки: делать было и вправду нечего, так что можно было позволить себе нечто вроде полноценного выходного с парой часов полного безделия и, быть может, даже дневного сна. Нельзя сказать, что некромантке хотелось спать: она проснулась буквально несколько часов назад, однако порой, если проводить слишком много времени в постели, сонливость и ощущение расслабленности приходят как-то сами собой. Чародей также переместился ближе к воскресительнице, укладывая свою голову ей на колени. Когда тот заговорил о кухне и готовке, шаманка скривила лицо, явно подтверждая, что без удовольствия думала об этой теме.
- Так я учусь! Только не очень уж хорошо у меня получается. А когда у меня не получается, я не хочу заниматься этим дальше, - ответила некромантка с усталым вздохом, снова продолжив бессмысленно перебирать волосы возлюбленного. - Во всяком случае, это правило касается именно кухни. Найм - это хорошая идея, пусть и не слишком дешёвая. Пожалуй, я займусь этим: присмотримся, что из этого выйдет, и решим, нужно ли нам это на постоянной основе. Бедная девушка, которая будет у нас работать.
Ровена усмехнулась, прекрасно представляя себе, что на время работы предполагаемой кухарки придётся прятать подальше домашних животных и прочие подозрительные вещи, способные испугать простого человека. Однако, если это в значительной мере улучшит качество жизни и позволит не отвлекаться на нелюбимое дело, то на такие жертвы вполне можно было пойти.
- Из-за меня одни только лишние траты. Ужасная из меня же... - она запнулась, ошибочно едва не произнеся слово "жена". Конечно же, такие мелочи, как заключение брака на качество отношений не влияли ни в коем случае, но всё же воскресительнице казалось неправильным применение не слишком подходящего слова. - Спутница жизни. Но я готова больше работать, чтобы это не так сильно сказывалось на наших затратах.
Далее же Филипп задал вопрос, которого Ровена, окончательно расслабившись и думая лишь о повседневных делах, в действительности не ожидала услышать. Арон... сложно было сказать, что шаманка окончательно отпустила эту ситуацию. Безусловно, все те испытания, что некромантам пришлось пережить за прошедшие полтора года - в особенности то, что произошло позавчера - научили Ровену тому, что она может полноценно жить как без Рэймела, так и без Арона Хвади до тех пор, пока у неё есть человек, более чем сполна заменяющий их всех. В самом начале же, после возвращения из первой экспедиции, будучи вынужденной ночевать в трактирах и съёмных комнатах, не понимая, почему Хвади поступил именно так, шаманка ощущала, будто по её сердцу режут ножом. Бывало даже, что в очередную беспокойную ночь Ровена не могла уснуть не из-за кошмаров Рэймела, а из-за удушающих слёз, которые бросали её в дрожь, когда она вспоминала о своей жизни в поместье. Да, действительно - они имели полное право ощущать себя выброшенными на улицу щенками, потому что именно так это и было. Горечь уходила со временем, воскресительница научилась гнать мысли о Хвади прочь, однако ей не всегда это удавалось. Она больше не сожалела и не страдала по своей некогда семье, однако невозможно было сказать, что шаманка не беспокоилась о судьбе этих людей. Переписка с Сионом, редкие встречи со старшими хранителями - всё это до сих пор являлось частью её жизни, которую Ровена воспринимала со светлой грустью. И если бы с кем-то из них случилось бы хоть что-то плохое, она бы, пожалуй, бросилась на помощь и спасение не взирая ни на какие обиды вообще: хотя бы в знак благодарности за то, что Хвади делали для неё и для Филиппа все эти годы.
- Даже не знаю, - начала она говорить тихо, как-то инстинктивно прижав чародея ближе к себе, когда диалог переключился на достаточно печальную тематику. - Я до сих пор не понимаю, почему он так отреагировал на всё это, почему настолько изменил образ своей жизни, закрылся ото всех. То, что произошло в далёком прошлом - не его вина, и уж тем более не наша. Однако я и по себе знаю, насколько тяжело отпустить прошлое. Наверное, он испытывает нечто подобное, просто отпустить ему удаётся сложнее, чем мне. Я тоже временами скучаю, но уже совсем не так, как раньше... и просто надеюсь, что ни с ним, ни с его семьёй не случится ничего плохого без нас. Альдо и Присцилла всё ещё с ним, так что, пожалуй, беспокоиться не стоит. Мне кажется, я уже даже перестала испытывать обиду... я привыкла к тому, что не нужна никому, кроме тебя. Может быть, однажды он будет готов снова встретиться с нами. Хотелось бы попрощаться с ним достойно, а не так, как это было. Может быть, он однажды будет чувствовать себя лучше. На самом деле мне кажется...
Ровена очень сильно ненавидела две вещи: когда её прерывают во время важного разговора и когда без позволения нарушают её личное пространство. Обе эти вещи в течение считанных секунд сделал Харон, запрыгнув прямо на некромантку, отчего та резко напряглась, мигом, в порыве острой злобы, подняв руку в магическом жесте, явно готовясь запустить в питомца чем-то не самым для него приятным. К счастью, шаманка тут же опомнилась, сметая запланированное заклинание прочь: всё-таки наносить Харону пусть и небольшой, но вред, было бы явным преувеличением, и когда волна жгущей ненависти улеглась, воскресительница попросту отправила обоих созданий обратно за дверь. Они являлись нежитью, и дёргать их за ниточки Ровена могла как ей было угодно: в большинстве случаев, конечно же, она не зацикливала своё внимание на питомцах, позволяя им развлекаться и "играть", однако сейчас момент был крайне и крайне неподходящий. Когда оба снова оказались снаружи, и Харон продолжил свою охоту за несчастной Бетси, при помощи духовного призыва дверь в спальню была яростно захлопнута. С таким грохотом, что его, наверное, могли услышать даже соседи. К эксплуатации духов по столь бессмысленным вопросам Ровена также прибегала крайне редко, но такая ситуация была одной из немногих, которые были способны вывести её из себя.
- Как всегда! - выпалила она, - Хотела сказать что-то важное, но не помню, что. Спасибо, Харон...
Ровена прикрыла глаза, пытаясь вспомнить, на какой именно мысли она была прервана. Через несколько секунд она снова выдохнула, понемногу успокоившись.
- Мне кажется, что Арон не держит зла на нас. Если бы это было так, он бы, наверное, не позволил жить нам спокойно. Или же стал бы требовать что-то. Однако ни о чём кроме сохранения его тайны он не просил. Не исключено, что мне просто хочется в это верить, но это кажется логичным.

28

Тишина и покой, нагло нарушенные излишне активной нежитью, были восстановлены тут же, едва некромантка взяла в свои руки прямой контроль над питомцами. Да уж, порой качественно сделанная нежить это не так уж и здорово, но, пока у Ровены хватало выдержки не упокоить Харона в порыве ярости, всё было отлично - для некрокота. А вот для несчастной некрокурочки не очень, но вряд ли она по этому поводу так уж переживала. На самом деле, было достаточно удивительно такое поведение подконтрольной низшей нежити - должно быть, какие-то зачатки инстинктов у Харона сохранились с его прошлой котячьей жизни, которые даже в нынешнем состоянии толкали его на погоню за добычей (или игры с едой - смотря как это воспринимать).

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Из тебя чудесная жена! - Чародей поймал руку Ровены и прижал к губам. - Готовка это ведь далеко не самое главное с счастливой семейной жизни - нашей, по крайней мере. Да и люди, увлечённые наукой, нечасто сосредоточены на таких приземлённых бытовых вещах, как уборка и готовка, согласись. Неважно это всё, не бери в голову, не хочешь так не хочешь, - отмахнулся Филипп, не собираясь далее продолжать эту крайне скучную и обыденную тему. Нет, ну действительно, какая к Белиару готовка, когда тут судьбы мира на кону?! Ладно, может быть, не мира, но всех некромантов, несправедливо угнетённых магическим и не только сообществом. Мысля такими категориями действительно кажется несколько странным ходить на курсы пол кулинарии. - Я тоже не понимаю, - задумчиво сказал некромант, чуть поглаживая пальцы шаманки, которые он так и не выпустил. - Может быть, ему было больно... и он хотел отгородиться от нас, как от вестников... - с различимым тяжёлым вздохом Филипп замолчал, задумавшись о чём-то своём. Повисла тишина. Времени было достаточно и чтобы подремать, и чтобы заняться чем-то другим, чем хотела Ровена перед тем, как пора будет собираться на встречу с Альдо.

29

Рассуждать о том, почему Арон Хвади столь несправедливо поступил со своими бывшими хранителями, можно было достаточно долго, однако мысли эти оставались всего лишь предположениями. Не стоило отрицать, что истинная причина такого поступка Арона однажды станет известна, однако зацикливаться на этом сейчас не имело никакого смысла. Их пути, хоть всё ещё и были связаны красной нитью судьбы, разошлись в разных направлениях в этот момент времени. Быть может, эта ниточка когда-то вновь сведёт их вместе, но как скоро это произойдёт и произойдёт ли вообще, знать не мог никто. К тому же, во время первой экспедиции и Филипп, и Ровена высказались о том, что не слишком уж хотели бы продолжать выполнять прихоти и приказы Арона Хвади. Сейчас им хоть и приходилось работать больше и обеспечивать себя самостоятельно, однако во всё остальное время они были вольны делать что угодно, как обычные свободные люди, ни с кем не связанные никакими обязательствами. Единственное, чего желала воскресительница - это сохранение прежних тёплых отношений или же, во всяком случае, какой-то их части: просто знать, что Арон их не ненавидит.
- Жизнь долгая. Однажды, наверное, мы узнаем, в чём действительно дело. А угадать сможем едва ли, - меланхолично шаманка подвела итог этого короткого разговора о прошлом. Она и сама о чём-то задумалась, так что в комнате на какое-то время воцарилась практически полная тишина.
- Как ты смотришь на то, чтобы... - начала говорить она серьёзно спустя одну-две минуты. Могло показаться, будто Ровена собирается сказать нечто действительно важное, однако это было не так. - ...поспать?
Воскресительница невольно зевнула, заговорив о том, что мучало её уже несколько минут. Сонливость пришла как-то сама собой: очень уж расслабленная и приятная царила в комнате атмосфера. В иной день некромантка бы не позволила себя излишний отдых, но после возвращения из Безымянных земель ей в действительности требовался хотя бы один день, в который можно делать просто всё, чего хочется прямо сейчас, не оглядываясь на обязательство, работу и прочие события. А прямо сейчас Ровене хотелось лечь поудобнее и немного вздремнуть, наслаждаясь спокойным сном, не омрачённым присутствием Рэймела.
- Подвинься, мешаешь, - шаманка хитро ухмыльнулась, ясно давая Филиппу понять, что нужно всё-таки подняться и позволить ей расположиться комфортнее. Когда это произошло, Ровена достаточно бесцеремонно тут же стиснула чародея в объятиях, используя его как подушку и весьма эгоистично не позволяя ему устроиться удобнее. Отлепляться, судя по всему, Ровена не собиралась и даже не думала об этом.
- Разбудишь, да? Ты обычно раньше меня просыпаешься, - прозвучало так, будто дневной сон был уже давно беспрекословно одобрен всеми. Хотя, наверное, так оно и было: шаманка прекрасно знала, какие глазки нужно состроить, как улыбнуться и с какой интонацией задать вопрос, чтобы у её возлюбленного не возникло никаких возражений.
Вероятность проспать важную встречу была крайне мала, так как днём Ровене обыкновенно не удавалось спать дольше одного или же полутора часов. Кроме того, через некоторое время Харон начнёт скрестись в дверь от скуки: на некрокота вполне можно было положиться как на самый настоящий и надёжный будильник. Проснувшись же, следовало начать собираться и отправиться в назначенное место.

30

Уют, умиротворение, мягкая постель, запахи, по которым безошибочно угадывается дом, отсутствие необходимости делать что-то прямо сейчас - всё это навевало сонливость. Но не ту тяжёлую, нудную сонливость, когда на тело будто наваливается что-то огромное и ватное, а... это была расслабленность. Покой. Уверенность, что прямо сейчас, вот прямо здесь всё замечательно. Чувство было новым, волнующим и сладким. Чародей послушно подвинулся, ни в коем случае не собираясь спорить с Ровеной в таком важном вопросе, и молча обнял, подставляя той плечо.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/487710.jpg
Филипп Вандермир: - Спи, сихайя... - донёсся до шаманки его тихий голос, едва щекочущий висок, перед тем, как Ровена провалилась в сон.

https://forumupload.ru/uploads/0001/52/10/522/362140.jpg

Ей снился оазис. Небольшой уголок посреди бескрайней, жаркой, безжалостной пустыни, приютившийся в тени скалы, что нависала над водяной гладью защитой от палящего солнца. В тени, которой так жаждут путники, был надёжно спрятан пруд, питавшийся из недр далеко не столь безжизненных, как считали те, кто не понимал пустыню. Кто был уверен, что пустыня - это лишь песок и солнце, что она мертва и пуста, как погремушка, гулко отзывающаяся на любое движение. Но пустыня жила - всегда, задолго до первых смертных и она продолжит жить после того, как кости последних из них истлеют, превратятся в песок, что будет тихо шуршать под жадными ветрами. Ведь помимо живых созданий в пустыне живут ещё и они. Незримые для обычного глаза, удивительные, неповторимые, сложные и простые одновременно, создания более невероятные, чем легендарный хамир-хулуд. Именно они жили в этом оазисе, принимая самые невероятные формы, двигаясь бесшумно, играя друг с другом, с каплями воды и шуршащей травой. Вот существо, похожее на лягушку с тонкими крылышками. Вот будто бы пламя костра колышется на ветру, изгибаясь под звуки неслышимой музыки. Вот цветок, каких не видели люди, чуть шевелит тычинками, ловя ими лучики солнца и спетая в сияющий узор. Это место дышало прохладой и свежестью, что мягко касалась обожжённого сердца и сбитых в кровь ног, что смывала со щёк следы слёз и пепла, безвозвратно растворяя их в кристальном пруду. Все печали. Всю боль. Все сожаления. Заполняя пустоту жемчужным перезвоном капель да тихим "шур-шур-шур" песка...

Шур-шур-шур...

Шур...шур-шур...

Звук тихо, но настойчиво пробивался сквозь дрёму, вынуждая Ровену проснуться, не сразу сообразив, что же это такое. Лишь разлепив глаза и поняв, где находится, девушка сообразила - это тихо скрёбся в дверь Харон. Когда она чуть пошевелилась, заворочался и Филипп, окончательно пробуждая парочку некромантов. Проспали они от силы час - времени, чтобы собраться и дойти до места встречи с Альдо было более, чем достаточно, чем они и занялись, покинув на время своё семейное гнёздышко.

Ровена перемещена >>> Сектор Хиан. Таверна "Жемчужина песков"


Вы здесь » FRPG Мистериум - Схватка с судьбой » Торговая Лига » Сектор Суаб. Дом Ровены де Мортикус.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно